11
Просто невозможно помнить каждую мелочь. К тому же, многие вещи лучше забыть без остатка.
Летнее солнце, нагревая теплый асфальт и перила лестничных площадок, опускалось за горизонт, радуя учеников своим заходом и скорым появлением луны. Небо окрасилось в теплые тона, плутая по бесконечной вершине многообразных каракулей и облаков, так искусно лёгших на закатное летнее небо. Растягивался длинный день, мелкими кубиками собираясь во едино и пропуская через себя море происшествий, случившихся с жителями столицы, а уличные забегаловки и заведения открывались словно на автомате — стоит ученикам и работникам освободиться от ежедневных забот, наконец выйдя на улицу и вдыхая аромат свежих растений.
Улыбнувшись широко, очень очень искренне, японец подхватывает подругу под руку, под невольное оханье и растерянный взгляд девушки. Глаза её выдавали недоумение и полное сопротивление, вырвав ладонь из чужих, та причитала строгим голосом,– Рики! Твою ж налево, забудь ты эту привычку! Я всё ещё твоя подруга, но уже не одинокая. Видел какой вчера Хисын злой был?
Расслабленно хмыкнув, Рики пожимает плечами, – А я виноват что он такой неуверенный в себе? Я! Я с тобой знаком намного дольше, а ты с этим всё ходишь, хихикаешь, смущаешься как баба.
– Я и есть баба, ты, каляка! И не отзывайся так о моём парне, бошку снесу.
Закатив на это глаза, парень сдаётся и шагает дальше. Они шли к знаменитой кофейне, которая открылась буквально неделю назад, перед днем рождения Мигён. Акции и скидки на разные товары били в баклуши, призывая каждого прохожего к ним заглянуть. В самом деле работники постарались на славу, заведение очень уютное, а их фирменное ванильное мороженое, которое ни за что с эскимо твоего детства не спутаешь, было просто прекрасным.
Заказав по мороженому, друзья уселись у окна, за стеклянной перегородкой виднелся мост, а за ним – вид на остров и паромы, не спеша плывущие к берегу.
– Слушай, давай в следующий раз твоего птенчика с собой возьмём. Мало ли, вдруг уже ревнует и готов свернуть мне шею.
Рассказывать ей о той ситуации у караоке никто из парней не стал, однако Рики после этого не сдавался, а Хисын от девушки ни на шаг не отходил. Сегодня ловелас не пришел, как объяснила Мигён, взял на сегодня дневную смену. Радостно кивнув, кореянка щурится, ощущая очень остро, словно ее только что надули.
– Я приглашу его. Мне кажется, или ты что то задумал? Колись!
Невинно улыбнувшись, Рики состроил ничего не понимающее лицо, хлопая ресницами. Изогнув бровь, мягкий мужской баритон доносится до её ушей, она уловила в них каплю сарказма и искренности, – Я ничего не задумал, правда. Всего лишь предложил.
Карими глазами проследив на очередным пароходом, её взгляд цепляется за силуэт прохожих. Она выдыхает, – Какие планы на будущее?
Ответ, который она готова была услышать не прозвучал. Японец хмыкнул, – Уеду отсюда. Как только закончу с экзаменом, брошу здесь всё и начну новую жизнь. И да, если ты не станешь достойным продюссером, плакала вся твоя слава. Ты хорошо пишешь мелодии, у тебя талант.
Задумавшись на какое то время, Мигён отвечает, – Пока не знаю. Возможно пойду на журналистику, но это не точно. Я думала, ты останешься ради сестры.
– Нет, не останусь. Её он убивать не станет, готов поспорить. А так, пусть живет своей жизнью, я ничего ей не должен.
***
Сделав пару фотографий, женщина отдает прибор Хисыну и уходит прочь. Фотография получилась очень хорошая: на фоне большой карусели, ночного неба и разноцветных огней стоят три подростка, улыбаясь всё шире. Рики рядом с Хисыном, а Миген по середине, показывая V и поднимая плечи.
– Давайте лучше на фото-будку, там получше будет. – предлагает Рики, а у Ли глаз от злости дёргается. Хлопнув того по плечу, Миген довольно кивает, – и освещение тоже хорошее. Вот там стоит один, но такая длинная очередь! О, там ещё один. Пойдёмте купим чего нибудь поесть и заодно переждём очередь.
Согласившись с урчащими животами, парни последовали за девушкой.
« И с каких пор я гуляю с этим подонком?»
Думается Хисыну, пока он откусывает корндок и не отрывает злого взгляда от японца. Вражда между ними ещё была, искры ярости порой вспыхивали с новой силой, наровясь не слабо так поранить друг друга. Смириться с тем, что его девушка дружит с таким лицемерным идиотом как он, бесила его и просто сбивала с ног. На что способен этот богатенький сосунок он ещё не знал, но догадывался — ничего хорошего от знакомства и близости с ним просто нет и не будет.
После недели таких прогулок начались экзамены. Рики собирался их сдать, что бы можно было поступить в любой университет, который захочет. Документы уже полностью готовы, результаты его старания дадут знать в тот же день, младшая сестра вернулась из больничной койки домой и не унималась, уже бегая по особняку за своей большой пушистой собакой. Пока Рики не уехал в Китай, его младшая будет жить словно в сказке, однако радость продлится не долго. Сразу после того, как он исчезнет без следа, тяжесть ответственности за семейное древо перейдет к ней. По крайней мере до тех пор, пока глава семьи не откопает сына и привезет домой под ещё более строгим контролем.
Смахнув тыльной стороной руки струйку крови у губ, юноша поднимает взгляд на отца. Вид его был мрачен, словно тучи, темные брови грозно опустились вниз.
– Иди. Ты свободен.
Удивленно согнув бровь, Рики усмехается. Сдался так рано? Нет, бред. Он очевидно что то знает и хочет ударить под дых в самый неожиданный момент, когда ребра ослабнут, а крепкая защита не окажется столь эффективной. Засунув руки в карманы темных брюк, подросток наклоняет голову в бок, истерически оскалившись над мужчиной.
– Делай что хочешь, мне уже не до этого.
Бросив короткий взгляд на старшего, Рики уходит прочь, про себя проклиная этот дом и каждого, кто в нем живёт и жил.