Жребий

В среду вечером мы, как и договаривались, собираемся на вечеринку. Я и Джози находимся в квартире Селесты. Джози уже одета в красивое розовое воздушное платье по колено, а Сел взяла в свои руки ответственность за наряд для меня, потому что у меня нет платьев. Я их вообще не ношу, так что даже не покупаю, зная, что они будут просто висеть на вешалке у меня в шкафу. С мальчиками мы договорились встретиться у дома подруги. Они приедут на такси, и мы все дружно поедем на вечеринку к девушке, которую я даже не знаю лично.

– Так, Ан-Ан, я приготовила для тебя два отпадных платья, которые ты примеришь и выберешь одно, – кладя на кровать вещи, говорит Селеста. – А я пока накрашу Джози.

Я киваю, и расслабляюсь, потому что никто не будет смотреть, как я переодеваюсь. Селеста и Жозефин идут к зеркалу в другой конец большой спальни блондинки и разговаривают о своём, не обращая внимания на меня. Я стягиваю с себя джинсы и толстовку и беру в руки чёрно-белое в полоску обтягивающее платье. Надев его, застёгиваю сбоку молнию и зову подруг.

– Отлично сидит, – оглядывая меня с ног до головы, кивает Сел и поднимает большой палец вверх. Я опускаю глаза, проведя рукой по ткани, которая оканчивается чуть выше колена, и заглядываю с далека в зеркало. Слишком уж обтягивающее.

– Мне нравится, – соглашается Джози с подругой.

– Ладно, сейчас другое примерю, – я вздыхаю и отворачиваюсь к кровати.

Второе платье выглядит, как длинная рубашка, но тонкий поясок решает всё, и теперь, я думаю, это выглядит получше. Красная тонкая ткань в белую двойную полоску с широким расстоянием друг от друга очень приятна на ощупь. И длина нормальная, и рукава скрывают запястья. Мне определённо подходит именно это на сегодняшний вечер.

– Ну, как? – спрашиваю я, подойдя к подругам, и верчусь.

– Идеально. Это платье создано для тебя, – сверкая глазами, улыбается блондинка.

– Да, будь в этом платье. Оно очень идёт тебе и достаточно открывает ноги, делая их ещё худее, – с той же доброй улыбкой, говорит Жозефин.

– Хорошо. Мне, как ни странно, тоже нравится, – киваю я, осматривая себя в зеркале.

– Волосы мы тебе распустим, а под твои голубые глаза отлично подойдёт чёрный карандаш, который выделит их, – придерживая пальцами подбородок, рассуждает Селеста, смотря на меня. Я не отвечаю, потому что не знаю, что мне лучше. Пусть Сел сама всё делает на своё усмотрение.

Спустя четверть часа мы, наконец, полностью готовы. Селеста долго выбрала, что ей надеть и остановила в конечном итоге свой выбор на коротком красном платье, которое в сочетании с красной помадой, ярко выделяло подругу. Марсель и Люк уже ждут нас внизу. Мы спешим, потому что не хочется платить дополнительно за ожидание.

– Я же говорил, что мы могли позже выезжать, – комментирует Марсель, когда мы усаживаемся в автомобиль. Мы закатываем глаза, а Люк усмехается и кивает.

– Привет, – произносит он, посмотрев на меня, но обращаясь не только ко мне, но и к подругам. – Отличные наряды.

– Уля-ля, – присвистывает Марсель, повернувшись к нам с переднего сидения. – Потрясно выглядите, девочки.

– Спасибо, – отвечаем мы практически в один голос.

– Что ж, мы едем отдыхать и плевать на завтрашний школьный день, – радостно говорит Марсель и даёт пять Люку.

Добравшись до дома девушки, которая устроила вечеринку, мы отдаём деньги раздражённому таксисту, чьё настроение испортилось из-за нашего громкого смеха и разговоров, и вылезаем из машины.

– Подождёте? Мы сейчас быстро покурим с Люком, – просит Марсель, остановившись около дверей.

– Тогда делись и с нами. Не просто так же нам стоять, – с возмущением и наглостью произносит Селеста. Я усмехаюсь. Люк даёт нам по сигарете и по очереди поджигает. Когда доходит очередь до меня, я прикрываю сигарету сбоку рукой, чтобы огонёк на зажигалке не потух из-за ветра. Люк смотрит мне несколько секунд в глаза и убирает зажигалку, как только кончик краснеет. Я вдыхаю никотин и медленно выпускаю дым в небо, прикрыв глаза. Так расслабляет. Иногда можно позволить себе трасслабится. У меня почему-то всё «иногда», и это так или иначе касается моего здоровья, потому что обычно мои «иногда» вредят.

– Стараемся не теряться и быть как можно ближе друг к другу, – говорит Жозефин, намекая на наш прошлый опыт, когда мы однажды на одной из вечеринок потерялись и каждый нагрёб себе проблем. Даже не хочется вспоминать насколько ужасны были эти проблемы и их последствия.

– Да, всё-таки здесь будут и эти придурки, которые любят прилюдно унижать всех, – соглашается Марсель.

Потушив и выбросив окурки в ближайшую урну, мы заходим внутрь. Как всегда, музыка, куча учеников, выпивка, наркота, игра в бутылочку и откровенные поцелуи прямо на диване. Мне кажется, никогда не бывает вечеринок, где нет чего-то из перечисленного. Вечеринки на то и вечеринки, где вас уносит так быстро и резко, что не успеваешь ничего понять толком, как с утра уже просыпаешься с пропущенными от родителей, головной болью и с тремя людьми в одной кровати. Наверное, из-за этого я не люблю вечеринки, но ради друзей хожу на них и терплю.

В коридоре, когда заходим в квартиру, замечаем пару знакомых одноклассников. Марсель здоровается с ними, и мы идём в гостиную.

– Мне нужен туалет, – говорит Сел, оглядываясь. – А у неё огромная квартирка, хочу сказать.

– Может, спросить у кого-то, – предлагаю я.

– Можно и у самой хозяйки. Она как раз стоит около колонки и с кем-то разговаривает, – говорит Марсель, кивая головой на длинноволосую девушку в серебристом блестящем платье. Мы направляемся в её сторону. Ловлю несколько раз взгляды учеников. Они удивлены тому, что я пришла или всё ещё считают меня распутной девицей , поэтому смотрят, как на Эстер Прин, желая вышить алую букву «А» на моей одежде.

– Не ожидала, что даже вы придёте, – произносит девушка, когда мы подходим к ней, но не успеваем что-либо сказать. Даже? Что она имеет ввиду?

– Почему? – спрашивает Селеста, наклонив голову вбок.

– Добро пожаловать на мою вечеринку, – улыбаясь, переводит она тему и, отговорившись тем, что заметила знакомую, убегает. Мы смотрим все друг на друга недоумевающим взглядом. Вот это было вообще крайне странно.

– Ладно, погнали к выпивке, – говорит Марсель, сканируя комнату, чтобы найти стол.

– Видим цель, идём к ней, – шутит Люк, указывая на кухню. Марсель смеётся, и парни направляются в ту сторону, а мы плетёмся за ними.

– Вы будете пить? – спрашиваю я, осматривая подростков. Некоторых я знаю, а некоторых нет.

– Может, разок и всё. Не собираюсь здесь напиваться, – отвечает Джози.

– Я в принципе также, – соглашаюсь я и смотрю на Селесту.

– Что? Я буду пить, – тут же отвечает она. Я усмехаюсь и отворачиваюсь, обращая внимание на какое-то дешёвое пиво (странно, что не дорогое для достаточно обеспеченной семьи).

– Прошу, ма шери, – по очереди подавая нам наполненные стаканчики, говорит Марсель.

– Мерси, – отвечаем мы.

– Оп, мне нужно идти. Заметил знакомых, которые не против дополнительной травки, – говорит Марсель, отхлебнув пива из своего стаканчика. Я закатываю глаза. Он не меняется. – Я быстро, ребят.

– Ага, иди-иди, – кивает Селеста. Теперь друг закатывает глаза и уходит в гостиную.

– О Боже! – слишком громко произносит Джози, испуганно глядя в коридор. Мы хмуримся, не понимая, что так напугало подругу. – Здесь Алекс.

Мы выдыхаем и качаем головой.

– Алекс? Кто это? – не понимает Люк.

– Это... – начинает с улыбкой Сел, но Джози закрывает ей рот ладонью.

– Никто, одноклассник и всё. Я просто удивилась, что он здесь, – тараторит брюнетка. Люк с подозрением переводит взгляд на меня. Я пожимаю плечами.

– Ладно, – поведя бровью, отвечает парень и делает глоток пива.

– Предлагаю пойти и потанцевать чуток, чтобы развеселиться, – говорит Селеста, услышав мелодию своей любимой песни.

– Танцевать? – негодую я, скорчив лицо. Не люблю танцевать на вот таких подобных вечеринках.

– Можете идти, я побуду с Анникой, не волнуйтесь, – уверяет Люк и смотрит на меня. Я поворачиваю голову к подругам, как бы показывая, что всё под контролем. Они кивают и покидаю кухню.

– Не любишь вечеринки, Ан-Ан? – ухмыляется парень и поправляет свою бейсболку на голове. Я морщусь и складываю руки на груди.

– Не называй меня «Ан-Ан». И да, мне не особо нравятся такие мероприятия.

– Хорошо, Ан-Ан, – смеётся Люк, и я слегка стукаю его в плечо.

– Блин, вот почему твоё имя нельзя исковеркать? – возмущаюсь я, обижено надув губы. Люк хохочет ещё громче, отбиваясь от моих рук.

Минут тридцать мы ошиваемся в квартире, пока Джози и Сел танцуют, а Марсель вталкивает наркоту и сам покуривает со знакомыми. И это называется «держимся вместе».

– Давай, выйдем. Я хочу покурить, – предлагает Люк, перекрикивая музыку. Я киваю, соглашаясь. Я не против вырваться на свежий воздух. В этой забитой квартире невозможно дышать. Я уже давно нанюхалась и провонялась дымом травки.

На улице прохладный, даже скорее пропитанный дождём, воздух освежает и мои мысли, и тело. Я делаю глубокий вдох, прикрыв глаза. Когда открываю, смотрю наверх. На тёмном небе не видно звёзд из-за туч, да и вообще здесь так темно. Если бы не свет фонарей, то ничего не было бы видно.

– Я тут недавно думал о различии между парнем и девушкой в ментальном смысле, то есть вот почему мы такие разные в психологии, мыслях, логике, – говорит Люк, закурив и глянув на меня.

– И что надумал? – спрашиваю я, глянув на него.

– Я понял, что мы все – люди-батарейки, – Люк выдыхает дым и ещё пару секунд молчит. – То есть вот девочки – это заряженная батарейка. Они с детства привыкли отдавать свою энергию, заботу, да и душу в целом. А это всё идёт от игры в куклы, уже тогда они отдают всю любовь. Мальчики – это разряженные батарейки. Они привыкли лишь брать, потреблять, но не отдавать взамен ничего. И тогда задача родителей при воспитании девочки – разобраться и помочь ей сохранить её заряд, чтобы она могла стать хорошей матерью и женой, чтобы вложить свою энергию в нужное русло. Но если девушка свяжется с плохой компанией, то она потеряет все свои качества и тогда она станет...пустой батарейкой, как мальчик и сможет лишь только потреблять, как чёрная дыра, ничего не умея и не имея дабы отдать это взамен. При воспитании мальчика задача родителей наоборот сделать так, чтобы он набрался энергии, чтобы он умел отвечать за свои слова и поступки, чтобы он мог нести ответственность ещё и за свою будущую девушку, либо жену и детей. Чтобы он мог брать и отдавать взамен свою ласку, тепло, энергию и любовь. Вот в девочке эти положительные качества уже были заложены, а в мальчика их нужно встроить, и девочке легче развить все качества, потому что у неё есть база, а мальчику сложнее – эту базу ему нужно создать.

– А что происходит, если эти две «батарейки» начинают встречаться? Вдруг они вдвоём пустые? – заинтересованно спрашиваю. Его слова меня всегда поражают своей глубиной. Я бы никогда о таком не задумалась.

– Хороший вопрос, Анника. Когда встречаются две полные батарейки, то они, как «вечный двигатель». Они будут истощать свою энергию, заботу и так далее, но и здесь есть минус – долго они вместе не продержаться, ведь, как известно, противоположности притягиваются. Этим двум полным батарейкам будет скучно вдвоём. А если рассматривать случай, когда они вдвоём пустые, то это тоже ни к чему хорошему не приведёт. Эту просто две чёрные дыры, которые поглощают, хотя тут даже нечего поглощать, из-за пустоты. Здесь конец приходит очень быстро. Когда один из них полон, а другой пуст, то это в принципе возможно, но тоже не на долго: один будет отдавать свою любовь и энергию, а другой только лишь поглощать, не отдавая ничего взамен. В скором времени полная батарейка превратится в пустую, став такой же, как пустая.

– А если оба наполовину полные?

– Это самое лучшее сочетание, потому что такие люди дополняют друг друга и здесь тоже присутствует «вечный двигатель», который не даёт прогореть паре. Они вдвоём отдают всё и вдвоём потребляют. Здесь всё идеально.

– Поразительно. У тебя очень хорошее воображение, и мысли направлены в правильное русло, Люк, – говорю я, глядя на парня.

– Спасибо, – Люк улыбается и оглядывается в поисках урны. Мы вышли с внутреннего дворика, поэтому нужно найти, куда выбросить окурок и пустую пачку сигарет. Он заворачивает за угол, а я остаюсь стоять на месте. Лучше бы пошла с ним, потому что в этот же момент на улицу выходят Микаэль, его друзья и пара девушек из их компашки. Шумно выдыхаю и подхожу к углу дома, выглядывая. Люк вообще пропал.

– Наша известная развратница учителей решила прийти на вечеринку? – слышится за спиной противный тонкий голосок. На секунду закрываю глаза, понимая, что мне не избежать стычки.

Давай же быстрее, Люк!

– Анника Базен, – протяжно звучит моё имя уже мужским голосом. Скорее всего, это Микаэль.

– Вам не надоело? – наконец, бросаю я, резко развернувшись, чтобы казаться уверенной.

– Нам? Уж точно нет. Ты будешь до конца школы главной шлюхой, – ухмыляется светловолосая девушка, закуривая. Я опускаю глаза, замолкнув. Что мне ещё им сказать?

– Знаешь, а ты бы неплохо смотрелась и с парнями своего возраста, – говорит один из друзей Микаэля, медленно приближаясь ко мне. Я вновь аккуратно выглядываю за угол, но тут же дёргаюсь, когда меня резко толкают к стене. Я шиплю, больно ударившись, и злобно смотрю на парня.

– Доставайте камеры, ребят. Шоу начнётся, – говорит он, осматривая меня. На моих глазах появляются слёзы, и я сглатываю.

– Что здесь происходит? – удивлённым и разозлённым тоном спрашивает Люк. Поворачиваю к нему голову и выдыхаю. Он видит моё испуганное лицо и переводит взгляд на парня около меня.

– Опять ты, – вздыхает Микаэль.

– Опять я, – отвечает Люк, подходя к нему. – Пусть твоя собачка отпустит Аннику, иначе будет хуже.

– А ты что защищаешь её? Или не знаешь её прошлого? Так я могу рассказ...

Чётко слышимый хруст носа или челюсти (я не разглядела) и Микаэль лежит на земле. Тут же парень освобождает меня из своего плена, и я толкаю его в грудь, отходя в сторону.

– Мне плевать на её прошлое, – склонившись к парню, твердит Люк и выпрямляется. Мы под пристальные взгляды заходим внутрь, и я начинаю плакать, но Люк не видит этого, потому что идёт впереди.

Это была словно последняя капля, потому что все эти оскорбления медленно давили на меня и сейчас просто убили окончательно.

– Пойдём домой? – разворачиваясь, спрашивает Люк, но тут же замирает. – Эй, ты чего, Ан-Ан?

Я молча хнычу. Не люблю, когда меня спрашивают «что случилось», потому что в этот момент мне сложно что-либо сказать. Люк, не дожидаясь, обнимает меня. Я закрываю глаза.

– Так, пошли значит к ребятам, скажем, что мы домой, – не отстраняясь, утверждает он. Я киваю и отхожу, утирая слёзы. – Мне так жаль. Прости, что отошёл и оставил тебя. Не ожидал, что всего за три минуты может произойти такое.

Я обнимаю себя руками, шагая рядом с Люком, и смотрю в пол, чтобы не было видно моих красных глаз. Зайдя в квартиру, Люк берёт меня за руку, чтобы я точно была рядом.

– Селеста, Жозефин! Эй! – окликает друг, и музыка как раз вовремя утихает. Я поднимаю глаза, и вижу, как оборачиваются подруги. Только они видят моё расстроенное зарёванное лицо, сразу подбегают, оглядывая.

– Что случилось? – обеспокоенно спрашивает Джози.

– Поразительно! Я буквально отошёл, чтобы найти урну, как к ней уже пристала эта компания задир, – объясняет Люк. – Я проведу Аннику. Можете оставаться.

– Что происходит? – подойдя к нам, спрашивает Марсель и смотрит на меня обкуренным взглядом. – Ты в порядке?

– Мы едем домой. Вы с нами? – глядя на друзей, спрашивает Люк.

– Мы не бросим Аннику, – уверенно произносит Селеста.

– Всё нормально. Останьтесь, пожалуйста, а Люк проведёт меня, – сиплым голосом говорю я.

– Ты уверенна? Мы переживаем, – переспрашивает Джози.

– Да, всё ок. Завтра увидимся, – киваю я. Селеста и Джози по очереди целуют меня в щёки, а Марсель прижимает к себе и целует в лоб.

Мы прощаемся, и Люк вызывает такси. Когда оно приезжает, он помогает мне залезть и садится рядом. Я прижимаюсь к нему, продолжая ощущать, как слёзы текут по моим щекам, впитываясь в одежду парня.

– Ты сильная, Анника. Помни об этом, – шепчет Люк и гладит меня по волосам. Я шмыгаю носом, но не киваю, потому что в этот раз не согласна с ним. Я вовсе не сильная, потому что сильные люди не ломались бы при каждой проблеме.