Глава 9
Маршрут проходил по самой окраине Флореса. Если северо-восточная его часть была сплошь застроена трущобами, где проживали низшие сословия магов, то юго-восток был отведен под личные домики с небольшими участками земли.
Дом Жюли отличался от прочих только прочным и высоким забором из частых досок, из-за которого виднелась темная черепичная крыша двухэтажного дома. Очутившись на этом скромном участке земли, визитер мог либо просочиться на задний двор, на котором не росло ровным счетом ничего, кроме засохшего хрупкого деревца. Почти всю площадь участка занимал дом, что говорило о том, что буквально все время его хозяйки уходило на работу и службу Министерству, а не уходу за посадками.
Лампы под низким потолком не горели. Количеством декора внутреннее убранство дома не блистало, но качество меблировки говорило о том, что именно на него и ушли почти все те деньги, что могли быть потрачены на украшения стен. На момент отстранения Жюли была рядовой служащей Министерства и, вероятнее всего, не могла похвастаться высоким доходом, и все же дом ее нельзя было назвать бедным. Напротив, мебель из качественных материалов, которой были заставлены небольшие комнаты, резные ручки на шкафах. Попадая внутрь жилища волшебницы, разжегшей кровопролитную, пусть и недолгую войну, визитер, испытывающий какой-то чистый животный страх, проходил в небольшую прихожую, упиравшуюся в гостиную. Почти у самого входа слева была дверь в кухню, а справа лестница наверх и запертая комнатка, напоминавшая чулан. Только переступив порог дома, Саша почувствовал, как тупая злость, смешанная с горечью потери, вновь разлилась по его венам. Потушенные лампочки под потолком, сладковатый запах старого мебельного лака, темно-красный ковер на полу - этот мертвый дом был олицетворением безжизненной души своей обладательницы.
- Наши тут... перерыли все до последнего ящика... - голос Алексея звучал как бы глуше. Мужчина подошел к запертой комнатке, похожей на чулан. Рука опустилась на ручку двери.
Что-то екнуло внутри Саши. Страх. Страх, смешавшийся с тревогой. Какая-то частичка его души все порывалась уйти из этого треклятого дома, уйти и никогда не возвращаться сюда, продолжить жить так, как получается сейчас, приняв ту картину вещей, к которой он привык. Расправив плечи и не оставив себе времени на раздумья, Саша быстро подошел к Алексею, не сводившему с него внимательного взгляда.
Дверь распахнулась, открыв вид на застекленную террасу, по конструкции напоминавшую зимний сад. Посреди нее стояли две скульптуры: мужчина и женщина. Такие молодые, держащиеся за руки, на момент гибели им не было и сорока.
- Это... памятник? - непонимающе глядя на бездушные статуи, Саша так и остался в дверном проходе. Кристина сжала его холодную ладонь.
Алексей лишь судорожно выдохнул, не решаясь заглянуть на террасу.
- Если бы. - почти шепотом отозвался он наконец, - Жюли оказалась куда извращеннее при их убийстве.
Саша поднял на него блестящие каким-то лихорадочным огоньком глаза.
- Она использовала средневековое заклятие.... это объясняет и ослепительный свет, который ты видел, и волну, отбросившую тебя. Я не знаю, как ей это удалось, им никто сейчас уже не пользуется, да и... большинство просто не в состоянии его сотворить. Только очень талантливый маг на это способен.
- Это же... это не могут быть... именно их тела? - тихо спросила Кристина.
- Тела умерли почти мгновенно. - голос Алексея дрогнул, - А вот их души остались здесь... в этих статуях...
Кристина почувствовала, как ладонь Саши моментально покрылась холодным потом. Медленно он прошел на террасу. Холодный свет, проникавший с улицы через стеклянную крышу и окна, подчеркнул бледность лица юноши. Взгляд прикован к лицам родителей. Именно такими они отпечатались в его памяти. Безжизненный камень ничуть не изменил их лиц. Взгляд глаз Вероники был таким же открытым, пробиравшимся в самую душу человека. Смотрела она поверх голов собравшихся, куда-то вдаль. Изящное и в то же время жилистое телосложение явно давало понять: она была служащей Министерства, пусть при жизни понять этого не мог никто. Владимир, держащий супругу за каменную руку, обладал прямым взглядом чуть прищуренных глаз. Лицо его выражало спокойствие, будто умиротворение и смирение с собственной смертью.
- Они... то есть они... там? - Саша обернулся на Алексея, невидящий взгляд поблескивающих зеленых глаз искал в лице мужчины хотя бы намек на надежду.
Тот кивнул, подняв на юношу водянистые глаза, взгляд которых тут же скользнул на Веронику, стоявшую за спиной сына. Шумно втянув воздух, мужчина прикрыл рот кулаком.
- А нельзя их... как-то вернуть? - голос Саши дрогнул.
Алексей отчаянно затряс головой.
- Прости, парень... - громко прошептал он, - Нет... это средневековое заклятье... вернуть их не получится.
- То есть... они навсегда останутся тут...? - Саша не знал, хотел ли он слышать ответ. Нет, определенно не хотел. Он и сам догадывался о его содержании, а услышать это вслух было вдвойне тяжелее.
- Единственное, что мы можем сделать, это унести их отсюда. - чистые слезы, в которых играли холодные лучики света с улицы, одна за другой скатывались по морщинистым щекам Алексея, - Они... они нас слышат... они знают, что ты здесь, Саш...
После этих слов Саша уже не помнил, что происходило. Да и не хотел помнить. Он хотел бы не знать о том, что подобные заклятия вообще существуют, о том, что его родители... еще могут слышать его... о том, что прямо сейчас он буквально находится с ними в комнате, пусть рядом их и нет, как не было на протяжении всех этих четырех лет.
Кристина обняла его. Парень схватился за нее, словно за спасательный круг. Девушка чувствовала, как его била сильная дрожь.
Саша закрыл лицо руками и судорожно выдохнул, сидя на приземистой скамейке прямо возле двух холодных каменных статуй. Они остались наедине, Алексей вывел Кристину, сочтя, что стоит дать сыну время побыть с родителями. Саша пусто смотрел перед собой, иногда поднимая глаза на статуи. От осознания того, что в этом бездушном камне были заперты живые, теплящиеся души его родителей, которые, вероятно, были счастливы узнать, что их выживший сын сумел найти их, становилось невыносимо оставаться в этом залитом холодным светом с улицы зимнем саду.
- Ну... - начал Саша, чувствуя, как постепенно теряет контроль над собственным голосом, - Я надеюсь, вы и правда меня слышите... возможно, вы в курсе, что была война... и... мы победили. - он коротко улыбнулся, - да, мам, мы узнали обо всем: о магии, о Министерстве... про твою работу тоже... Кстати, медальон спас жизнь человеку... очень дорогому мне человеку... - Саша осекся, будто подбирая слова. Казалось бы, было столько тем, о которых стоило бы сказать, но ни одна не приходила на ум парню в ту печальную минуту, - А, ну и.... я выжил в тот вечер.... Живу с Федором и его семьей... они неплохие, не сравнятся, конечно, с вами, но... это уж лучше детдома или чего-то похожего... - Саша бегло утер нос и поднял взгляд на статуи, - Я подрабатываю, приходится как-то на жизнь зарабатывать... вот.... Спасали миры с ребятами. - он горько ухмыльнулся, но на глаза почему-то навернулись слезы, - собрали Доску Рун... да, она существует и именно тогда нам и пригодился медальон. Ходили тут... по магическому миру... Я даже надумал идти в Министерство потом, после школы. Семейное дело, все такое. - он снова попытался улыбнуться, как сделал бы, сидя перед живыми родителями, - Мне вас правда не хватает. - проговорил он наконец, чувствуя, как глаза перестают различать предметы вокруг из-за подступавших слез, - Я был на кладбище, может, неделю назад... И... я часто думаю, что было бы, если бы Жюли тогда не пришла... и... - слова терялись, превращались в несвязные буквы, - Это все так странно... Первый год был совсем тоскливым... Нет, сейчас все уже хорошо, правда... ну... ну как... я все еще думаю о вас... о том, что было бы, будь вы здесь... - Саша осекся. И неважно, слышали ли родители его слова или нет... ему стоило произнести их вслух. Будто материализовавшись, они стали более осязаемы, более понятны ему... словно бы и болевший комок в груди чуть уменьшился. Тогда в этом застекленном зимнем саду перед двумя безжизненными статуями сидел тот тринадцатилетний мальчик, не спасавший миры, не вынужденный крутиться на подработке, чтобы жить нормально, не уклонявшийся от ударов дяди и пьяного деда... тогда перед двумя статуями вновь очутился сын погибшей пары, обычный мальчик, как и сотни его ровесников. Лицом Саша уперся в сложенные в замок руки, локтями облокотившись на колени.
- Им стоит побыть наедине после стольких лет. - сидя на ступеньках дома, проговорил Алексей. Взглянув на него, можно было подумать, что, если бы он курил, обязательно печально затянулся бы тогда.
Кристина, сидевшая рядом, коротко кивнула. Одна половинка ее сознания рвалась помочь Саше, сидевшему там, в соседней комнате, взять хотя бы каплю его личной трагедии на себя, а другая понимала, что лучше позволить ему побыть с родителями, пусть... и в таком состоянии. Все происходящее казалось не больше, чем слишком реалистичным сном.
- Как вы там вообще поживаете..? - спросил Алексей, видя состояние девушки.
- Да все нормально, к экзаменам готовимся...
- Ты куда потом... после школы-то?
- Хореографический, думаю... что-то в этой сфере.
- Не думала тоже в Министерство? Такие девушки, не побоявшиеся отправиться на поиски Рун встречаются очень редко... особенно в нашем-то мире. - Алексей ухмыльнулся.
- Вы были близки с матерью Саши? - Кристина участливо взглянула на Алексея.
- Не то слово... мы почти как родственники были. Конечно, по возрасту она мне в дочки годилась, но все же... - он горько ухмыльнулся, - Славная она была... Рано ушла, ничего не скажешь.
- Саша говорил, что думает, что в ее убийстве было что-то личное... - взгляд Кристины сделался задумчивым, - А то, что Жюли фактически хранила их души рядом с собой все эти годы, тоже только подкрепляет эту теорию. Вы что думаете?
- Я тоже об этом думал... и очень много. Убийство никогда не было единственным вариантом решения таких проблем. Жюли легко могла найти более гуманный вариант. Но, подозреваю, что ответ теперь знает только она сама, а если и скажет его, то.... мы вряд ли об этом узнаем. Да и она молчит все это время. Я все еще списываю это убийство на какую-то личную ссору. Они слишком разные были. Жюли-карьеристка и готовая положить все, что угодно ради достижения цели. Да она всю жизнь шла к своей должности, и это отстранение наверняка ударило по ней. А Вероника... она просто... она была как любопытный ребенок, любопытный упрямый ребенок, который если за что-то ухватится, уже не отпустит. На этом упрямстве они, наверное, и сошлись. Но эту их дружбу нельзя было назвать честной и правильной, нет.. - Алексей потупил взгляд, - Моя главная версия - это политический вопрос. Если, как говорят, Жюли и правда была наследницей изгнанного Отца Основателя, презиравшего людей, то... возможно, она что-то такое сказала, Вероника подхватила... Да и вопрос этот в те времена был обостренный. Но а Жюли сама по себе была вспыльчивая, одно слово и... - Алексей устало махнул рукой.
- Из-за разногласия убивать? - Кристина чуть прищурилась.
- Они легко могли на личности перейти. Либо могли поссориться задолго до всего этого, а тут Жюли хотела было выслужиться и устранила заодно ту, кого считала своим врагом... может, она изначально так считала, прикрываясь дружбой, чтобы подобраться поближе. Одним словом, правду мы вряд ли сейчас узнаем...
Тихий скрип дверных петель заставил Кристину вздрогнуть и резко обернуться. Мертвенно бледный и растрепанный, Саша показался в сумраке коридора, мягко притворив дверь. Его губы дрогнули в слабой ухмылке.
- Прости, парень, может и не стоило тебе всего этого показывать... - Алексей как- то виновато взглянул на него, поднявшись со ступеней.
- Нет, спасибо, что показали. - Саша шмыгнул носом и подошел к нему и Кристине. Та внимательно смотрела на него, не проронив ни слова. Да и нужные слова не приходили в голову, - Охренеть, уже почти полшестого. - стараясь действовать как обычно, Саша взглянул на наручные часы, - Алексей, правда, спасибо, что показали их, но нам, наверное, уже пора. Мы еще вернемся скоро...
- Да ну что вы... - Алексей смятенно потупил взгляд и крепко обнял ребят напоследок, - Не прощаюсь. Да и... - чуть тише проговорил он, когда чуть крепче обнял Сашу, - Еще раз прими мои соболезнования.
- Спасибо. И Вы. - поджав губы, Саша отстранился.
- До скорой встречи. - проговорила Кристина, мягко взглянув на Алексея и, взяв Сашу за руку, свободной ладонью сжала камушек на подвеске.
Слабая вспышка. Секунда - и Алексей остался в полном одиночестве на холодном крыльце дома, обнесенного высоким забором.
Кристине не спалось той ночью. Теплый свет фонарей с улицы падал на потолок резким вытянутым прямоугольником. Еле различимые силуэты вещей в ее комнате молча наблюдали за своей хозяйкой. Где-то в соседнем дворе выла сигнализация машины. Какая-то странная тревога из-за бессонницы овладела девушкой. Она снова повернулась к стене, насильно закрыв глаза. Одеяло казалось каким-то слишком тяжелым, а спать без него было слишком холодно. Кристина тяжело вздохнула. Какие-то недодуманные мысли мелькали в ее голове, но различить их девушка не могла, пусть и догадывалась об их значимости. Саша. Да, он определенно был в этих мыслях. Он и все произошедшее уже минувшим днем. Девушка села в кровати, и слабый свет с улицы подсветил ее макушку, придав волосам огненно-рыжий оттенок. Да, она определенно переживала за его состояние. Взгляд зеленых глаз метнулся на часы. Начало второго. В это время Саша еще не спал. Обычно. Кристина дотянулась до телефона, стоявшего на зарядке на прикроватной тумбочке и, отключив от провода, взяла его в руки.
«Спишь?»
Спустя несколько минут Саша появился в сети.
«Не» «Ты чего?»
«Просто» «Я все думаю о сегодняшнем»
Кристина чуть помедлила и написала:
«Как ты?»
«Да нормально» «Не, я серьезно, все в порядке»
Он просто был в сети. «Явно думает над ответом,» - мелькнула мысль в голове девушки. Она была права. И минуты не прошло, как высветилось новое сообщение.
«Не сказать, что это прям вскрыло все эти воспоминания, просто так...» «Не знаю, короче» «Ну и немного стремно осознавать, что находишься в одной комнате с душами собственных родителей»
«Я представляю»
«Серьезно, спасибо» «Не, правда»
«Да брось, я ничего не сделала же»
«Ну ты пошла со мной)»
«Я правда очень хочу помочь» «И не пиши, что не стоит»
Саша тут же перестал печатать.
«Хехехехех» - написала девушка.
«Я об этом и не думаю уже, честно говоря» - написал наконец Саша.
«Точно?»
«Точнее некуда»
«Ну смотри» «Что делаешь?»
«Право» «А ты?)»
«Вообще планировала сегодня лечь пораньше» «Итог мы знаем»
«Ну в таком случае спокойной ночи»
«И тебе»
Кристина слабо выдохнула и выключила телефон. Еще пару минут она посидела, держа его в руках и тупо глядя перед собой. Этот короткий диалог с Сашей как-то успокоил ее тревогу насчет его состояния, пусть парень спокойно мог врать в переписке. Но почему-то в его словах чувствовалась уверенность. Кристина зевнула. Она не врала, говоря, что планировала лечь пораньше.