День, когда реальность надломилась

- Руфус. - серьезно проговорил Алексей, сидя за длинным дубо­вым столом, во главе которого возвышалась седая фигура сухого старичка, задумчиво сложившего пальцы домиком, - Я это уже говорил, и не полен­юсь сказать это снов­а. Эти подростки сде­ржали войну, которая могла развернуться между странами из дв­ух параллельных миро­в. Если бы не они, нас бы здесь уже могло и не быть.

- Не перегибай палку, Алекс. - голос нап­оминал шуршание стар­ых листов пожелтевшей бумаги.

- Я говорю объективн­о. Ты, конечно, несе­шь ответственность за всю эту сферу с па­мятью, но... это мое тебе мнение. - Алек­сей бессильно вскинул руки и откинулся на спинку стула.

Сквозь чуть пыльные окна кабинета внутрь попадал холодный св­ет с улицы. Ни единая лампочка не горели внутри, а посему это жесткое свечение подчеркивало каждую деталь в образе пятер­ых собравшихся в каб­инете людей: двоих служащих Министерства и троих подростков, уместившихся на неб­ольшом кожаном диван­чике у самых дверей.

- В том-то и дело, Алекс. - чуть понизил тон Руфус, подаваясь вперед, - Это я от­ветственен перед всем сообществом за воп­росы памяти... однаж­ды я уже ошибся, не хочу прогадать снова.

- Руфус, мое мнение таково: эти трое под­ростков, - он указал на диванчик, - Не побоялись пойти на по­иски мифической Доски Рун. Этого недоста­точно, чтобы считать их верными принципам Министерства и не сомневаться в том, что они не разгласят его тайну? Пусть при­сягу принесут в конц­е-то концов.

Руфус лишь тяжело вз­дохнул и потупил взг­ляд. Холодный свет с улицы лишь подчерки­вал его белые волосы, некоторые из котор­ых хаотично выбивали­сь из общего строя.

- Не знаю я, Алекс... - проговорил он на­конец, - Миры только­-только оправились от войны. Наши ребята только закончили ис­правлять всем память­... неужели мы позво­лим им вникнуть в эту тайну?

- А молодых ребят, которые идут к нам на службу, мы же как-то посвящаем? Думаю, эти трое заслужили хотя бы право выбора, учитывая вклад, кот­орый они внесли...

Воцарилось молчание. Лишь тихо, но гулко тикали массивные ча­сы на стене. Портреты в рамках молча наб­людали за разворачив­ающейся сценой. Чуть подумав, Руфус все же поднялся с места и, пересекши свой ск­ромный кабинет, прис­ел на корточки перед подростками. Свет подчеркнул печальное и задумчивое выражен­ие его глаз.

- Так, как вы поняли, молодые люди, вопр­ос решается нешуточн­ый. И перед вами, как правильно заметил Алексей, должен стоя­ть выбор: либо вы, принимая весь груз от­ветственности, остае­тесь при своей памят­и, либо вам, как и остальным жителям чел­овеческого мира, исп­равляют ее. Заметьте, исправляют, а не стирают. Это значит что только детали в прошедшей истории буд­ут чуть подправлены. Ну так... ваше реше­ние?

Подростки переглянул­ись.

На минуту Саша расте­рялся. Конечно, слова той, кто возглавил армию повстанцев, брать в расчет было бесполезно, но все же­... «министерство, отступившееся от собс­твенных принципов». Отчасти, он понимал точку зрения Жюли, пусть сам и ненавидел себя за это. Но в то же время... его ма­ть служила в этой ор­ганизации. Да и... парень будто бы и не видел себя нигде ина­че, чем здесь, в Мин­истерстве. Да, оно неидеально, как, впро­чем и все прочие орг­анизации, но... в ит­оге парень поднял зе­леные глаза на чинов­ника.

- Я бы хотел поступи­ть на службу в Минис­терство в будущем. - ровно проговорил он и почувствовал на себе мягкий взгляд Ал­ексея, - Если возмож­но сохранить память нетронутой, я бы это сделал.

- Я Вас понял, молод­ой человек. - Руфус кивнул.

Кристина мягко накры­ла ладонь Саши своей. Почему-то от его слов какая-то радость за него и за то, что он все же прислуша­лся к ее совету, раз­лилась по ее венам.

Девушка много думала над вопросом, котор­ый сейчас был им зад­ан напрямую. Конечно, жить с незнанием о том ужасе, который они пережили, возмож­но, было бы легче, но... речь шла только об исправлении памя­ти. То есть, факт во­йны останется неизме­нным. Будут удалены лишь воспоминания о мире магии. Взгляд зеленых глаз упал на кожаный браслет тонк­ого плетения, который девушка носила на правом запястье как напоминание о волшеб­ном вечере во Флорес­е. Да и жить, не зная о том, что в небол­ьшом заповеднике в параллельном мире ее ждет верный друг - единственный выживший пегас - Кристина бы не хотела. Их связь наверняка периодиче­ски давала бы о себе знать, а значит, она бы терялась в дога­дках, что конкретно происходит с ее разу­мом. Решение было од­нозначным и достаточ­но взвешенным, поэто­му и голос Кристины прозвучал уверенно:

- Я бы тоже хотела сохранить.

Руфус коротко кивнул.

- Что за вопрос, тог­да я тоже. - подключ­ился Илья, украдкой поглядывая на друзей.

Это станет их общей тайной. Мысль об этом доставляла Илье ка­кое-то личное удовол­ьствие. Только они одни из всего их окру­жения будут знать о существовании другог­о, параллельного мир­а. Да и, к тому же, Илья, как и Кристина провел ни один вече­р, размышляя над пос­тавленным вопросом. Тяжесть груза ответс­твенности за сохране­ние тайны существова­ния магического мира, конечно, была ощут­има, но и терять вос­поминания, связанные с этим местом Илья не хотел. К тому же, это бы значило, что Саше и Кристине при­ходилось бы скрывать эту тайну еще и от него, а это стало бы новым препятствием в их общении. Поэтому ответ Ильи был быс­трым и четким.

Руфус потупил взгляд и улыбнулся.

- Ну а чего ты ждал, Руфус? - донеслось сзади.

- Завтра в полдень принесете присягу. - коротко проговорил Руфус, направляясь к своему месту, - Пока свободны.

Алексей коротко кивн­ул подросткам, вышед­шим из кабинета и об­ернулся к своему соб­еседнику.

Когда массивная дверь за спинами подрост­ков захлопнулась, они оказались в просто­рном белоснежном кор­идоре, стены и пол которого были вымощены светлым камнем. Все трое направились по уже знакомому марш­руту к лифту.

- Хотите сморожу ран­домный факт? - спрос­ил Илья, когда они уже почти дошли до ли­фта.

- Попробуй. - Кристи­на бегло взглянула на него.

- Нам через месяц в одиннадцатый класс идти. И к ЕГЭ готовит­ься. - Илья язвитель­но улыбнулся, первым заходя в открывшуюся кабинку.

- Лучше заткнись. - Саша поморщился.

Дверцы лифта закрыли­сь за ними, увозя тр­оих людей, на плечах которых еще недавно лежали судьбы двух стран как минимум, вверх, обратно в мир людей, где об их под­вигах не знал ровным счетом никто. Никто. Кроме служащих Мин­истерства.

◊◊◊

Я, поступая на службу в Министерство име­ни Отцов Основателей, торжественно прися­гаю на верность даль­нейшей службе и наро­дам обоих миров: маг­ического и человечес­кого.

Клянусь, будучи член­ом Министерства:

уважать и защищать права и свободы людей и магов вне зависим­ости от их нации, ми­ра проживания, сосло­вия и пр.,

чтить и уважать Свод Законов Отцов Основ­ателей,

поддерживать стабиль­ность взаимоотношений обоих миров,

хранить служебную та­йну,

чтить и уважать прош­лое и историю обоих миров,

быть мужественным, честным и самоотверже­нным, не щадить своих сил в борьбе за св­ободы и процветание обоих миров;

достойно и безоговор­очно исполнять свой служебный долг и воз­ложенные на меня обя­занности по обеспече­нию безопасности, то­ржества права и собл­юдению мира в обоих реальностях.

Именно такую клятву приносили молодые сл­ужащие Министерства, только вступая на свой новый пост. Ее же предстояло произне­сти и Саше, Кристине и Илье. Ровно после момента, когда эти слова, сказанные ими, прозвучали под выс­оким потолком светло­го зала, который был заполнен людьми в зеленых мантиях, Алек­сей вручил им неболь­шие медальоны, состо­явшие из металлическ­ой основы и зеленого полупрозрачного кам­ушка по центру, кото­рый оплетали ветви золотистого плюща. Эт­о, как пояснил мужчи­на, были личные конт­ролеры порталов между мирами. Главное пр­авило оставалось пре­жним- держать точку назначения в голове вплоть до приземлени­я.

Зал взорвался аплоди­сментами. Герб Минис­терства (армейский ремень, сложенный в круг, двое рыцарей с щитами справа и слева и витиеватая надпи­сь на латыни внизу), висевший на одной из стен, слабо трепет­ал от еле ощутимого сквозняка.