Глава 2
Дождь прекратился лишь ближе к полуночи, и утро следующего, рокового дня выдалось свежим, даже прохладным. На сочной траве не высыхали алмазики росинок. Рассвет скрылся от жителей человеческого мира, даже не подозревавших о том, что в тот день межмировой войне суждено прекратиться, за плотной завесой серых облаков. Лишь холодный, режущий глаза свет мерно пробегал по улицам города, заставляя дома отбрасывать резкие, остроугольные тени. Это был один из тех дней, когда на улицу выходят только те, кто не может назвать себя метеозависимым или же просто работающие люди.
Холодный свет с улицы проникал в комнатку Кристины через небольшое окошко. Ветер слабо колышил занавеску. В то утро девушка проснулась раньше положенного времени от трепета, сковавшего ребра. Подумать только. День, когда решатся судьбы двух миров, а с войной будет покончено раз и навсегда. По крайней мере, в это хотелось верить. До выхода оставалось еще больше часа, когда девушка закончила сборы и присела на край кровати. Взгляд зеленых глаз упал на тонкий кожаный браслет, купленный во Флоресе в тот вечер, когда все втроем они пошли гулять по столице магического мира. Пальцы мягко скользнули по изящному плетению ручной работы. Сердце забилось чуть чаще. Она скучала по магии. Они пробыли в мире людей меньше суток, а девушка уже мечтала вернуться к Алексею и Джеральду, на ту центральную площадь, на брусчатке которой они с Сашей кружились в своем нелепом, но легком танце.
В дверь постучали. Девушка вздрогнула и подняла глаза на появившегося на пороге Андрея.
- Ого, ты уже собралась. - густые брови молодого человека удивленно дернулись, - Вот форма, в которой будет весь отряд. По идее, отличить одного от другого будет почти невозможно, если накинуть капюшоны. - пройдя в комнату, он протянул девушке темно-зеленый сверток, - Мы подобрали людей примерно вашего телосложения, так что все должно пройти, как по нотам. - деловито оправившись, молодой человек вернулся к двери и, обернувшись напоследок, проговорил, - Через сорок минут встречаемся у входа в общежитие.
- Поняла, спасибо. - кинула девушка. Как только Андрей скрылся за дверью, зеленые глаза посмотрели на вещевой мешок, в котором лежало то, что способно спасти оба мира и прекратить кровопролитие. По спине пробежали мурашки.
В лицо ударила утренняя свежесть, пропитанная запахом сырой от росы почвы. Влажный воздух заставлял волосы слабо виться и чувствовался на коже вязкой пленочкой. Облаченные в летящие мантии с темно-зеленой подкладкой, накинутые поверх рубашек и льняных брюк, в которых они прибыли из магического мира, Саша, Кристина и Илья спустились по широкой, но короткой лестнице, ведущей к дверям общежития. Располагалось оно за зданием администрации, почти в лесу и было обнесено высоким частым забором. От ворот ко входу вела широкая дорожка (пусть асфальт на ней был не первого качества), вдоль которой были высажены высокие пихты. Дорожка упиралась в небольшую площадку, на которой теперь стояли шесть служащих Министерства, облаченных в точно такие же мантии с темно-зелеными подкладками, как и ребята. Николь сняла капюшон со своих шелковых русых волос.
- Отлично. - ее голосе звучала стальная решительность, - Можно выдвигаться.
- А Каспер..? - девушка чуть смутилась, - То есть, пегас? Что с ним?
- Он при Министерстве. Думаю, с собой его брать бесполезно, так как его помощь, я думаю, нам не понадобится. Если вам будет что-то угрожать, он, естественно, явится, не беспокойтесь на этот счет. - спокойно пояснила женщина, - Да и сами понимаете, город освобожден, трюк с фальшивыми переодеваниями идет как дополнительная подстраховка. Наша задача - только установить Доску Рун. - бледные губы сложились в тонкую полоску, Николь деловито сложила руки в замок, - Выдвигаемся. - скомандовала она.
- Не будем накладывать защитные заклинания..? - Илья чуть смутился, когда Николь покосилась на него, - Просто так Алексей и Джеральд делали...
- Они действуют только на неподвижные предметы. - пояснил выросший рядом Андрей, - А так было бы славно.
Вся процессия из девяти одинаково одетых человек, почти не отличавшихся телосложением, направилась к воротам по разбитой дорожке, вдоль которой тянулись ряды остриженных пихт.
Путь пролегал через редкий лес. Ветви деревьев, сплетенные в сквозной потолок, закрывали свинцовое небо. Земля здесь была неровная, покрытая рытвинами, и членам отряда приходилось перешагивать торчавшие корни и мягко ступать по вскопанной земле. Чем ближе они подходили к городу, тем больше взгляд улавливал поваленных деревьев, выкорченных с корнем. Это было настоящее поле боя. Воздух здесь замер, наэлектризовался, тихо наблюдая за скромным отрядом, продвигавшимся по мелкой рощице, значительно поредевшей за последние несколько недель. С каждым шагом сердце Кристины билось все глуше и быстрее. Трепет от осознания того, что на этой самой земле меньше недели назад шли кровопролитные бои, заполнил каждую клеточку ее тела. Руки чуть тряслись. Она будто касалась еще незажившей раны на страницах истории государства... или, лучше сказать, мира. Впереди медленно, но уверенно шли трое служащих Министерства, опустив головы, на которых были накинуты капюшоны мантий. Замыкали колонну Николь, Андрей и какой-то рослый мужчина, маг, скорее всего. Руну было решено переложить в поясную сумку, и теперь девушка чувствовала вес артефакта, прикрепленного к ее талии. В нос бил теплый запах влажного мха, хвои и утренней росы. Ладони покрылись тонкой пленочкой липкого пота.
Как и предполагала Николь, на дорогу ушло около двух часов. Выйдя из леса, того самого, в котором не так давно Кристина, Саша и Илья впервые встретили Каспера, девять путников оказались на небольшой опушке, с которой открывался вид на город. Точнее, на то, что от него осталось. Дома на самых окраинах напоминали скелеты, смотревшие на ребят, выросших на улицах этого самого города, своими пустыми впалыми окнами, в которых были выбиты стекла. Взгляд Кристины бегал по этой убийственной картине, не зная, за что зацепиться. Свинцовое небо, избитый войной город, поле, темный лес и ветер, гулявший по замолчавшим улицам вместо толп детей.
- Вы же отсюда родом? - тихо спросил Андрей, подойдя к троим ребятам, замершим в исступлении.
Те коротко кивнули.
- Да. - безжизненно отозвался Илья.
- Мне правда жаль. Война жестока. - поджав губы, Андрей отстранился.
Отряд спустился с небольшого холмика. Кристина, Саша и Илья немного отстали, не в силах оторвать взгляд от ужасающей картины. Второй взглянул на друзей и коротко кивнул. Медленно они спустились с холмика и побрели за остальными.
Узкие петлявшие улочки города были устланы булыжниками, пылью и камнями от разрушавшихся безжизненных зданий. Картина города, который совсем недавно выглядел как цветущий сад, а теперь походившего на мертвеца, навеивала тоску похуже кладбища. Саша не успевал осматриваться по сторонам, следуя за отрядом. Эти окна, из которых не так давно высовывались головы матерей, звавших детей домой, в которых так тепло светились огоньки, показывавшие, что город жив, теперь безжизненно смотрели на них, провожая страдальческим взглядом тех, кто отомстит всем, кто причинил городу такую боль. Конечно, ему досталось не так, как тому, над которым трое друзей пролетали, сидя на пегасе, но и совершенно невредимым назвать его было сложно. В стенах каких-то домов зияли сквозные дыры, некоторые здания отделались просто выбитыми стеклами, кое-где обрушились перекрытия или крыша... город выглядел плачевно. Не один месяц уйдет у него на восстановление.
Идти по таким знакомым улицам и видеть их в столь разоренном состоянии было невыносимо тяжело. Перед глазами мелькали образы, воспоминания, связанные с конкретными местами. Отряд шел по улице, вниз по которой Саша обычно несся каждое утро, опаздывая в школу и сворачивая в переулок, ведущий к гимназии, дому культуры и дому Ильи. По этому же переулку одним октябрьским вечером Саша шел с Кристиной, впервые разговорившись.
Малая Лесная. Поворот во двор, где жили Саша и Кристина. Взгляда на родной дом было достаточно, чтобы по спине девушки пробежали мурашки. Он пострадал не так сильно, как многие постройки на этой улице, но и невредимым его назвать было нельзя. Бар, в котором коротал свои тоскливые вечера Григорий Иванович. Сквозь выбитые окна виднелась разбитая посуда, осколками которой были устланы полы, и перевернутая мебель.
Шипение. Оглушительный взрыв. Служащего, идущего впереди, откинул к стене столб белых искр.
- Мятежники! - сквозь гул заклинаний, рикошетящих от стен, пророкотал голос Андрея.
На противоположной стороне улицы показалась многоликая толпа людей, облаченных в черные мантии. Схватив за руку Сашу, стоявшего рядом, Кристина бросилась за рекламный стенд, асфальт вокруг которого был усеян стеклянными осколками. Илья юркнул за ними. Мятежники наступали и тут же получали отпор от восьмерых оставшихся служащих. Подростки принялись отстреливаться. Пули рикошетили от обшарпанных стен. В воздухе с тихим угрожающим свистом проносились заклятия. Кто-то из мятежников отлетал назад, скромные силы Министерства заняли мало-мальские укрепленные точки и принялись бить на поражение.
- Что за дичь, их же отбили? - послышался голос Ильи, прикрывавшего друзей, отстреливаясь из разбитого окна магазина по соседству.
- У них же эта херня для открытия порталов. - напомнила Кристина, выстрелив в какого-то мага, целящегося прямо в них. Привыкнуть к отдаче пистолета, выданного Андреем было проблематично, но сейчас выбора у нее не было.
Из-за угла показалась рослая фигура. Белый столб искр полетел прямо в рекламный столб. Саша схватил Кристину за плечи. Они пригнулись. Заклятие просвистело прямо над их головами. Подростки отшатнулись к стене здания. Саша выстрелил несколько раз. Нападавший рухнул на асфальт. Кто-то, облаченный в темно-зеленую мантию упал замертво. Николь взметнулась на второй этаж одного из домов и вела огонь оттуда, по одному методично снимая мятежников, словно снайпер.
- Нужно обходить! - донесся голос Андрея сквозь вой битвы, - Их слишком много!
Илья выстрелил в мага, целящегося в молодого служащего.
- Прикройте нас! - скомандовал Андрей и бросился к ребятам.
Стараясь держаться стены здания, они бросились назад. Кристина рухнула на тротуар. Невидимая рука будто тащила ее назад, в пекло сражения. Пистолет выпал из рук. Девушка отчаянно хваталась руками за грубый асфальт, разодрав в кровь локти. Обернувшись, Саша выстрелил в мага- телепата, стоявшего на одном из балконов. Тот полетел со второго этажа. Илья подбежал к девушке. Та поднялась на ноги и догнала остальных.
Обогнув улицу, охваченную пламенем сражения, Кристина, Илья, Саша и Андрей оказались в пустынном переулке, ведущем прямо к центральной площади. Они бежали по лабиринту соединенных дворов, обогнув пустынную детскую площадку и стараясь не сбавлять темп. Андрей, замыкавший колонну, изредка отстреливался от погони.
- Долго еще? - крикнул он на ходу.
- Почти на месте. - отозвался Илья.
Он не врал. Пара минут, и они оказались на городской площади, в центре которой возвышалось здание администрации и фонтан. Ускорившись, трое подростков подбежали к нему и, легко перескочив бортик, оказались у центральной его части. В ней, как им и говорили, находилось круглое углубление, идеально подходившее под форму Доски Рун.
- В жопу вашу магию. - тяжело дыша, прошептал Саша, настороженно осматриваясь по сторонам и поминутно отстреливаясь от редких приближавшихся мятежников. В основном этим занимался Андрей.
Кристина выхватила Доску Рун, снова вспыхнувшую, стоило ей приблизиться к месту, в котором она и должна быть, согласно пророчеству. Будто по приказу, со стороны здания администрации на городскую площадь стали стекаться мятежники. Остатки министерского отряда недоуменно выскочили с улицы, на которой считанные секунды назад кипела битва. Минута - и Доска уже в кювете. Как только Илья победно взглянул на мятежников, его ослепила яркая вспышка.
Подростки застыли, словно безжизненные статуи. Вокруг фонтана образовался полупрозрачный купол. Андрей, стоявший возле подворотни, из которой выскочили подростки, замер, недоуменно всматриваясь в парадоксальную картину.
- Что за...? - сорвалось с его губ.
- Очаровательно. - пронесся низкий женский голос над городской площадью, часть которой была заполнена людьми в мантиях. На балконе с коваными перилами почти под самой крышей здания администрации показалась черноволосая изящная фигура в струящейся черной мантии, - Не стоит так удивленно смотреть. - промурлыкала она, наблюдая за тем, как растеряно министерские смотрят на застывших подростков, - Последнее испытание. Ах, да, - чуть громче выдохнула она, театрально сдвинув брови, - В Министерстве же такому не учат, совсем забыла. Шестой Отец Основатель, мой прародитетель, изгнанный, впрочем как и я, из их «высшего света» в отместку наложил проклятие на Доску Рун. - тонкие губы растянулись в самодовольной ухмылке, - Собравший ее будет вынужден пройти испытание от самого моего предка. Шансы у ваших дохликов крайне малы, стоило выбрать нормальных людей.
В Жюли прилетел столб белых искр. Он разбился о невидимый щит, окружавший волшебницу.
- Как низко. - промурлыкала та, - В целом, я не удивлена, что это сделал министерский служащий. Этому-то вас и обучают. - поджав губы, она ухмыльнулась.
В служащего, выпустившего в Жюли убийственное заклятие, прилетели несколько потоков белых искр. Николь ловко отбила их, сложив руки в причудливую форму. Две стороны: мятежники и Министерство, вновь слились в битве. Они, словно гладиаторы в Колизее бились под хладнокровным присмотром жестокой правительницы, стоявшей на балконе над всем кровавым театром. Вот только взгляд ее черных глаз был устремлен на три застывшие фигуры в самом центре площади. В душе Жюли уже разгоралось обжигающее черное самодовольство от предвкушения победы. Она была уже у нее. Если подростки не справятся с последним испытанием, где их не подстрахует магия, погибнут. Нет их-Руна потеряет силу. Все просто. И в этой простоте и заключалась вся трагичность складывавшейся ситуации.