Глава 15
Рассвет окрасил горизонт в кроваво-алый, когда скромный отряд из шести человек и пегаса вышел из города, оставив деревянные крыши его домов позади. Какая-то тоскливая торжественность чувствовалась в его движении. Последняя Руна. Последний рывок. Конечно, успех четырех предыдущих испытаний воодушевлял, но кто мог знать, что скрывал последний аккорд этой песни? Вполне логично со стороны Основателей сделать поиски последней Руны самыми сложными. Без нее остальные четыре соединить будет невозможно, а значит, и контролировать порталы между мирами тоже.
Они возвращались в горы. На севере они были куда темнее, чем те, где хранилась воздушная руна. Солнечный свет будто не доходил до здешних вершин, казавшихся темными величественными стражниками Руны.
- Это тут чувства хранятся, вы имеете в виду? - Илья догнал Кристину и Сашу, идущих чуть впереди.
- Похоже на то. - кивнула девушка.
- Символично. - отметил Саша. Илья ухмыльнулся.
- Плохое у меня предчувствие. - тихо проговорил Джеральд.
- У меня тоже, старина. - отозвался Алексей, поднимая взгляд на темные вершины, - Зря мы таких молодых взяли... очень зря.
- Эти молодые сами настояли. - справедливо отозвался Раймонд, шедший прямо за ними, - Не зря же они права качают.
- Нехорошие места здесь. - пояснил с тяжелым вздохом Джеральд.
- Они не дети, справятся. - Раймонд оглянулся на подростков, плетущихся следом, - Чего так вяло, юнцы?
- Куда так торопитесь, все равно без нас не откроете. - отозвался Саша.
- Им точно по пятьдесят? - Илья тяжело дышал, поднимаясь в гору, - Как горные козлы тут скачут уже неделю.
- Чувак, тебе кость срастили за сутки, чего ты хочешь. - рассуждал Саша, взобравшись на очередной булыжник.
- Справедливо. - Илья кивнул.
Так они и карабкались в отвесные темные горы, до которых не добирался солнечный свет. Камни здесь были крупнее и острее, чем в остальных местных горах. Однако среди валунов прослеживалась явная тропинка, круто уходившая вверх. Будто кто-то сюда наведывался и не раз. С крутого склона горы открывался прекрасный вид на город, где они провели почти два дня. Сверху он напоминал разноцветную кувшинку в зеленом болоте лесов. На самом горизонте виднелась кувшинка побольше-столица магического мира, Флорес.
Пещера, куда и направлялся отряд, была завалена огромным валуном, оставлявшим небольшой проход. Каспер еле-еле смог протиснуться внутрь вслед за остальными.
- Я так и думал... Святые... - вырвалось у Алексея, когда они стояли посреди достаточно просторной пещеры, в которую толком не проникал свет только взошедшего солнца.
Единственным источником освещения служил огромный кристалл, дающий голубое сияние. Рос он прямо из камней на полу и находился у левой стены. Его слабое свечение придавало этому месту еще больший траур и усиливало ауру неизвестности. На грубых каменных стенах были выцарапаны имена. Десятки имен.
- Врата. - голос Джеральда звучал тише обычного, - В этой пещере, по легенде, раньше развеивали прах великих деятелей... - он обернулся к подросткам, - Это Камень Душ. - взглядом он указал на кристалл, - Судя по всему, он и является хранителем Руны.
- Как ее достать? - чувствуя, что он не готов будет услышать ответ, уточнил Саша. Его голос эхом отскочил от стен, пестрящих вырезанными на них именами.
Джеральд и Алексей молчали.
- Старик, так нельзя. - Алексей перешел на слезы, - Они еще дети. Как мы им в глаза смотреть будем? - в серых глазах заблестели слезы, - Когда ты сказал координаты, я начал сомневаться. Я боялся, что мы окажемся здесь. Очень... боялся.
- А что делать, Алекс! Это последняя Руна! - Джеральд, резко обернувшись к нему, перешел на отчаянный крик, - Без нее не будет и Доски. Выбирай, что тебе дороже: два мира или жизнь одного человека?!
Алексей молчал. Глаза бегали по лицу друга. Казалось, в тот момент он готов был махнуть на все рукой лишь бы сохранить жизнь одного из подростков, стоявших перед ним.
- Жизнь... одного? - прервал спор голос Кристины, казавшийся таким спокойным на фоне других, - Один из нас должен умереть, выходит?
Тяжело вздохнув Алексей хотел было что-то сказать, но язык не повернулся, и он обессиленно потупил взгляд. Джеральд, избегая смотреть на девушку, кивнул.
Кристина медленно перевела взгляд на Сашу и Илью, стоявших рядом с ней. Оба молчали. Тягостное тишина сжимала горло, не давая нарушить ее.
- Но... - голос Кристины чуть дрожал, - Неужели нельзя как-то иначе? Неужели нельзя...? - взгляд Джеральда говорил яснее слов. Девушка осеклась на полуслове, всматриваясь в лица мужчин, будто те могли дать ей ответ.
- Так. - Саша резко выдохнул, - Я пойду.
- Даже не думай. - тут же осадила его Кристина.
- Вам хотя бы есть, для чего возвращаться. - парень потупил взгляд. Горло сжимала тупая боль, будто на шею была повешена железная гиря, - Сами посудите, у меня даже семьи нормальной нет. Да и дома тоже. Для чего мне возвращаться? У вас там семьи, как минимум кто-то родной... Я мог умереть четыре года назад...
- Но не умер ведь. - мрачно, но справедливо заметил Илья, избегая смотреть на друзей.
- Вот именно! Может, это знак, что... ты и сейчас не должен...
Они в ловушке. Кто-то из троих близких друзей не покинет эту треклятую пещеру тем свежим летним утром. Осознание того, что совсем скоро жизнь близкого человека прервется, убивало. А мысль о том, что твои слова и действия могут лишить кого-то жизни... она душила, заставляла желать мир остановиться, дать еще хотя бы десять минут на переосмысление. Голова гудела. Мысли, воспоминания, связанные с людьми, с которыми он стоял сейчас в этой пещере, слились в один непередаваемый гул.
- Слушайте, - Илья поднял глаза на друзей, - Давайте честно. Вам наверняка еще предстоит сражаться с кем-то. Сливать кадета нам нельзя. Кристин, ты хорошо подготовлена физически. Я.... я мог слиться еще на самом первом испытании. Да... да я на каждом мог. - Илья надтреснуто усмехнулся, - если бы не вы. Вам без меня будет легче.
- Не смей так говорить, слышишь? - шепот Кристины прерывала мелкая дрожь.
- Джеральд, что мы делаем? - воскликнул, не сдержавшись, Алексей.
- Алекс, возьми себя в руки. - свирепо отозвался тот, хоть в глазах и стояли прозрачные слезы.
- Так, ребят, я не позволю вам пожертвовать собой, ясно? Я просто не переживу, если позволю вам это сделать. - Кристина угрожающе наставила на них палец, - Вы.. вы слишком много для меня значите. Оба. И.... если один из вас... умрет сегодня... - девушка часто моргала, - Я себя не прощу. Никогда, слышите? Я иду.
- Ты с ума сошла? - почти в один голос отозвались парни.
- Мы... мы так никогда не решим. - Саша лихорадочно соображал, - Мы никогда не выберем одного человека. Нужен случайный выбор. - голос его начал слабо дрожать.
- Раймонд? - скомандовал Джеральд, - Ты слышал? Подготовь жребий.
Пока гвардеец суетился, подыскивая палочки, все трое избегали смотреть друг на друга.
- Слушайте, ребят... - начала Кристина, - Если кому-то из нас троих и суждено сегодня... умереть, то... я вами очень дорожила. Вы были самыми близкими моими людьми.
- От этого только хуже, честно говоря. - Илья криво усмехнулся. Саша тоже. От вида улыбающихся парней сердце Кристины заныло.
Хотелось кричать, умолять кого-то о помощи... в тот момент девушка впервые с самого начала их похода пожалела о том, что именно они оказались на этих испытаниях. Почему именно они отправились на поиски этих дурацких Рун? В мире же столько людей... но жестокий жребий судьбы пал на троих обычных друзей...
Сердце отчаянно колотилось о ребра. Оно, в отличии от его обладателя, еще пыталось продолжать бороться за жизнь. Саша видел, где Раймонд держит самую короткую сухую палочку. Именно в тот момент юноша твердо решил: это он вытащит ее. Он не позволит Кристине и Илье пожертвовать собой во имя Руны, будь она неладна. Позволь юноша им сделать это, всю оставшуюся жизнь он будет считать этот поступок предательством. Именно поэтому, как только Раймонд выставил перед ними кулак, из которого торчали три сухие веточки, Саша первым подскочил к нему и выхватил самую короткую. В тот момент он не думал о конце собственной жизни, о том, что ему не суждено уже выйти из этой плохо освещенной пещеры. Жизни друзей, которым суждено продолжиться - этот самозабвенный образ затуманил его сознание в тот решающий момент.
Когда Кристина и Илья, сжимая длинные палочки, обернулись друг к другу, девушка отчаянно воскликнула, заметив, какую веточку держал Саша.
- Ты видел! Ты видел все их..! - лепетала девушка, боясь принять страшную правду: Саша сегодня умрет, - Это нечестно. Нужно переиграть.
- Мы так никогда с этой мертвой точки не сдвинемся. Все. Жребий пал. Выбор сделан, ничего не поделаешь. - Саша поджал губы.
- Но... ну нет... - отчаянно повторяла Кристина.
- Дорогая, стоит принять это... - тихо порекомендовал Джеральд, глядя в глаза девушки, из которых одна за другой скатывались чистые слезы.
- Все в порядке, правда. - Саша приблизился к ней и слабо улыбнулся.
Знала бы она тогда.. если бы она знала, как юноша в тот момент хотел признаться. Он любил ее. Любил сильнее жизни. В их случае это были не просто слова. Любил, хотя только недавно это понял, хотя только на смертном одре чувства будто прояснились, ожили. Но... каково будет жить девушке с этими его предсмертным признанием? Сможет ли она построить свою жизнь и найти счастье потом, когда весь этот ад закончится? Саша потупил взгляд. Для нее будет лучше, если он умрет вместе со своей тайной, унеся ее в могилу.
Девушка бросилась к нему на шею, прижавшись всем телом. Пальцы отчаянно хватались за рубашку, словно бы пытаясь удержать юношу от этой ужасной участи. Будь ее воля, она бы вот так удерживала бы его, не отдавая смерти... только бы он был здесь, живой... в голове девушки звучал его смех, такой красивый, звонкий, успокаивающий... Мысль о том, что им предстоит вернуться домой без Саши, пугала. Жизнь после его гибели казалась невозможной, такой пустой... Ладони девушки отчаянно скользили по спине юноши, путались в угольно-черных волосах. Это было их последнее объятие. Удивительно, но каких-то полгода назад они обнимались, сидя в школьном туалете, когда школьные хулиганы разбили зеркало девушки. И вот сейчас, эти же двое подростков, стоят в объятиях друг друга, а старуха в черных лохмотьях уже занесла свою косу над головой одного из них.
Саша отстранился, избегая смотреть в глаза Кристины и, шмыгнув носом, подошел к Илье. В серых глазах того поблескивали слезы.
- Громов, ты... - начал было тот, но осекся и просто обнял друга. Крепко, просто, но.. в тот момент он обнял именно друга. Не товарища, не однополчанина, а друга, - А за мной все еще должок, помнишь? - он криво усмехнулся, хоть по щекам и скатывались слезы.
- Считай, ты его погасил. - отозвался Саша, отстраняясь.
Раймонду Саша коротко пожал руку, не проронив ни слова. Каспер траурно склонил голову, когда ладонь Саши мягко скользнула по его переносице. В последний раз пегас дружелюбно уткнулся в шею того, кого считал другом, как бы понимая ситуацию и провожая его в последний путь. Алексей крепко обнял юношу, для которого мог стать отчимом.
- Все вы одинаковые. - коротко прошептал он, отстраняясь и, утерев нос крепкой ладонью, досадливо сплюнул и поспешил отойти, чтобы дать волю чувствам.
- Ты молодец, парень. - Джеральд пожал ему руку и потупил взгляд. Казалось, он хотел сказать что-то еще, но слова просто не складывались. - Достаточно приложить ладонь. - наконец произнес он, посторонившись.
Коротко кивнув, Саша медленно приблизился к камню. Последние его шаги в этой жизни. Слабое голубое свечение играло на зеленой радужке глаз. Парень потупил взгляд. Сотни мыслей роились в голове. Наверное, именно так чувствуют себя люди, идущие на эшафот. Ярче прочих мыслей были воспоминания. Родители. Детство. Малая Лесная. Белозерские. Лица новой семьи. Школа. Прежний друг. Кристина. Кофейня. Дни Рождения. Расследования. Каспер. Море. Друзья. Эти образы фантомно мелькали в сознании парня. Он будто закрывал их в коробке «жизнь», которую ему уже не суждено было открыть. Все. Это конец. Все, что произошло за эти почти семнадцать лет, больше не получит своего развития. Чувствуя, что на глаза вот-вот навернутся слезы, юноша поднес руку к кристаллу. Путь ему преградила другая ладонь.