11
-3:2. Представляете? Они забили в наши ворота -Женя сидит на полу посреди комнаты, громко шоркая ногами по ворсу ковра. В глазах то и дело мелькают огоньки отражения от телевизора, а длинные волосы собраны в небрежный пучок -Да, тут осталось всего ничего! Ну же! Давайте!
-Не выйдет -Костенко на секунду отвлекается от созерцания бумаг в своих руках, стоя у закрытого окна, за которым дворы освещает палящее солнце. Женские визги у телевизора не скрывает даже громкий шум работающего кондиционера -Жень, сейчас от твоих криков соседи вызовут милицию -Сергей хоть и был сосредоточен секундой ранее на работе, но улыбается, трëт переносицу и, отложив бумаги на ближайшую тумбу, наконец, тоже присаживается на диван. Разумеется, он знает, кто выиграет. Этот матч уже два дня крутят по местному спортивному каналу и, нет, разумеется Костенко его не смотрел. Наверное, мужчина и вовсе забыл бы о том, что у него есть телевизор, судя по скопившейся ранее на нëм пыли, если бы не Евгения которая протирала еë во время уборки. Сам же Костенко уже в третий слушает повторяющийся монолог коментатора, который звучит на финальных минутах игры, почти его заучив из-за вечно орущего маленького телевизора у дежурного на входе.
-Да, плевать! -отмахивается девушка, по-прежнему не отрывая взгляда от экрана -Мы должны победить!
-Твой патриотизм весьма похвален, но тут он бессилен.
-Почему это? -оборачивается, осматривая сидящего позади Костенко. Таким его видеть совсем непривычно. Без рубашки, пиджака и брюк. Нет... Разумеется, он был одет. В тёмно-серые спортивные штаны и черную футболку с коротким рукавом. Чëрная ткань плотно прилегала к телу и подчеркивала все достоинста тела мужчины.
-Потому, Жень -раздаëтся резкая трель свистка и громкие крики болельщиков. Матч завершен не в нашу пользу.
-Вы знали?
-Знал.
-И молчали?
-Вообще-то... Я говорил. Просто кто-то орëт так, что в соседнем дворе окна дрожали. Тебе надо было не в военное училище идти, а в хор -складывает руки на груди, раздумывая над тем, чтобы снова вернуться к своим бумажкам, как тут же в лицо прилетает диванная подушка -Сдурела?
-Это вам за то, что издеваетесь! -Женя не злится, нет. Просто такие дни бывают слишком редко. Тихое спокойное субботнее утро, когда они проводят его вдвоëм, а не порознь. Можно ведь хоть раз дать волю эмоциям и подурачиться? В конце концов, она ведь не в плену.
-Я издеваюсь? Вот же наглая девчонка. Тащи сюда свою тощую задницу! Давай! -Сергей быстро поднимается с дивана, рукой указывая, чтобы девушка подошла.
-Зачем? -делает пару шагов назад, пока не упирается в тумбу, на которой стоит телевизор.
-Как зачем? Буду наказывать за разбой. Прицеплю наручниками к батарее и заставлю чистить три ведра картофеля. Как в армии -замечает встревоженные глаза напротив и где-то на душе становится приятно от такой детской наивности Снежной.
-У вас нет свидетелей и моя вина ещë не доказана -резко срывается на бег, проносясь по коридору и забегая в комнату Костенко. Собирается вот-вот запереть дверь на замок, как ëë толкают.
-За попытку скрыться от следствия будешь чистить уже четыре ведра -в комнате темно из-за закрытых штор. Сам Сергей стоит возле выключателя, но не спешит освещать помещение. Женя же топчется в паре шагов от капитана, пытаясь найти хоть какой-то выход из этой ситуации.
Для Костенко всë странно. По-детски глупо и смешно сейчас играть в эти игры, но и останавливать весь этот цирк не хочется. Может, просто не хочется уступать этой девчонке? Может, чего-то такого банального ему и не хватало?
-А за нападение на сотрудника буду чистить пять? -у Жени в голове возникает глупая, но весьма веселая идея. Как-никак, но она тоже обучалась самообороне.
-О, нет. Все десять -Тихий скрип пола и Женя в мгновение оказывается около мужчины и хочет ударить в плечо, как еë руку перехватывают. Ногой замахивается в сторону, чтобы ударить Костенко под коленом, но и тут он еë опережает делая шаг назад -Ловко, но предсказуемо.
-А так? -выворачивается, тем самым высвобождая свою руку, вновь выставляя ногу в некой подножке от чего Сергей чуть заваливается назад, касаясь спиной стены, но не падает.
-Можешь больше, но боишься.
-Боюсь? Вы просто тяжëлый.
-Нет. Просто боишься меня ударить.
-С чего бы вдруг?
-Тогда бей -и она бьет. Бьëт, но не достает до нужной точки, так как мужчина блокирует каждый удар. В комнате душно. Температура за оконом за тридцать, а в этой комнате, кажется, за сто. Темно. Силуэт Костенко виден чуть более четко лишь в моменты, когда на него попадает свет из коридора, в остольное же время он берет явную фору. Ориентируется в собственной комнате слишком хорошо, чем застаëт Женю врасплох.
-Больно -вздыхает, когда Сергей перехватывает еë руку и заводит за спину, тем самым почти делая болевой.
-Врëшь. Я не прикладываю усилий -действительно врëт. Ей не больно только потому, что капитан хоть и одерживает главенство, но сохраняет рамки. Не давит сильнее, чем нужно. Не бьëт туда, до куда может действительно дотянуться.
-Чëрт! -шипит, притворяясь, что что-то защемило в позвоночнике, тем самым заставляя Костенко ослабить хватку.
-Паршивка! -резкий выпад в строну и девушка валит мужчину на кровать -Сейчас встану и все кости пересчитаю!
-Уверены? -нокаут. Сергей моргает, так и не поднимаясь с кровати, не понимая ситуацию, которая происходит. Женя совершенно спокойно залезает на кровать, садясь, чуть ниже бедер, на ноги мужчине. Ничего необычного. В борьбе, такие позиции иногда случаются, но капитан просто смотрит, не в состоянии даже что-то сказать. Может, из-за того, что его так неожиданно повалили. Может, потому что в еë руках пистолет.
-Жень... Ты где его взяла? -дуло смотрит прямо меж глаз, а рука держит крепко, даже не дрожит.
-Ловкость рук и никакого мошенничества -улыбается, понимая, что победа за ней -Вы учили меня, что никогда нельзя терять бдительность, а сами упустили момент, как я тихо достала пистолет из полки вашей тумбы.
-Когда успела?
-Пока вы активно считали, сколько вëдер картошки я буду чистить -теперь смеются оба. Заливисто и гроче, чем раньше. Сама ситуация до абсурда дурная, что между ними пропадает хоть какая-то неловкость. Трогать его вещи запрещено. Всегда. Но сегодня почему-то Костенко готов сделать исключение.
Почему-то...
С ней исключений слишком много.
-Вернëшь? -протягивает руку к оружию, но Женя отодвигает свою ладонь дальше.
-Я не выстрелю. Боитесь?
-Там нет патрон. Так что не боюсь.
-Организуете и мне такой? Мой вы тогда отобрали -давит на жалость, но понимает, что получит отказ.
-Даже не думай -резко принимает сидячее положение, оказываясь лицом к лицу со Снежной. Забирает из женских рук оружие и откидывает куда-то на подушку. Небрежный пучок на голове Жени совсем распался и теперь длинные закрученные локоны ложатся на плечи. Зрачки в темноте расширены, а лямка белой майки чуть спущена с плеча из-за напряжённой борьбы. Там на светлой коже красуется ещë более белëсый шрам от пулевого ранения.
Это он еë подстрелил.
Знал бы тогда...
Не выстрелил.
Нет.
Был приказ.
-О чëм задумались? -девушка всë так же сидит на нëм, как ни странно, не чувствуя той неловкости, которую должна испытывать. Быть может, всë дело в тренировках в училище, когда в паре с напарником отрабатывались техники борьбы, позиции в которых ранее смущали, а после уже стали чём-то обычным. Да и Костенко думает только о работе. Сам говорил. Ему нет дела до всех этих потех.
-О том, что тогда стрелял не зная, во что всë обернется.
-Чувствуете вину?
-Я делал, что должен был -и это действительно так. Только вот Костенко давал клятву. Обещал защищать страриков, женщин и детей. Ловить преступников и наказывать виновных. А сейчас же видит физическое напоминание о том, что сам подстрелил молодую девушку, подозреваемых упустил, а виновных в той аварии точно назвать так и не смогли. Пальцем касается зажившего ранения от чего Снежная вздрагивает и смотрит на капитана. Тот не смотрит на неë в ответ. Просто проводит пальцем раз за разом по шрамированной коже, пока остальное тело девушки покрывается мурашками. Как будто подул ледяной ветер.
Взгляд капитана, кажется, мрачнел с каждой секундой. От былого веселья не осталось и следа, а на смену азарту, пришëл непроницаемый холод.
-Когда вы такой, то становится страшно.
-Какой?
-Серьëзный. Выглядите так, как-будто сейчас же запрëте меня за решëткой.
-Есть повод?
Ответа не следует. Женя тоже погружается в пучину мыслей из которой вынырнуть ей обычно тяжелее, чем Сергею. Снова вспомнает свой дом. Мужчина видит, как плечи девушки чуть опускаются, а спина ссутуливается. Девушка склоняет голову и смотрит вниз. Перед глазами в темноте серые спортивные штаны капитана, но она не предаëт этому значения. Не смотрит выше, кажется, вообще еë взгляд рассеян. Просто сжимает тонкую ткань штанов пальцами на мужских ногах и борется с потоком мыслей. Как они там? Думают ли, что она умерла? Плачет ли мама? Пытается ли Леша что-то исправить?
-Жень?
-Ммм... -мычит неразборчиво, пытаясь унять вновь накопившуюся горечь. Моргает часто, чтобы не дать вновь волю слезам и снова не оказаться слабой.
-Я не хочу, чтобы они страдали.
-А ты?
-А на себя плевать. Пройдëт. Было бы гораздо легче, если бы я знала, что сейчас с ними всë хорошо -пару капель падают на штаны Костенко -Бабушке, наверное, с сердцем плохо. Надеюсь, жива.
-Мы ведь ещë можем всë исправить и ты вернëшься домой.
-Я больше не верю. Ни во что не верю. Если получится, то отлично. Но, наверное, в моей истории там уже поставлена точка.
-Не рыдай -запускает пальцы в волос Жени и притягивает к себе. Хочется просто по-человечески утешить. Девушка прислоняется лбом к плечу мужчины и пытается подумать о чëм-то хорошем.
-Я всегда хотела завести собаку.
-Ну, нет, в моëм доме пса не будет.
-Вы сами, как пес -шутит, чуть смеясь, и надеясь, что Костенко сейчас не разозлится.
В его доме...
-Знаю. Можешь считать, что твоя мечта исполнена -нет сил злиться или ругаться. Позади две долгие недели без единого выходного. А сегодня... лишь утро субботы, которое уже омрачнено темными красками. Они так и сидят. Молча, не двигаясь, в полной темноте. Где-то на стене тикают отстающие на пару минут часы, а со стороны зала слышится заставка уже другой передачи.
-Послезавтра мне отдадут ключи и я от вас съеду.
Тишина.
Где-то внутри у двоих что-то скрипнуло.
Привычки бывают губительны.