Аноним

Дженни

Он: Детка... Куда мне приехать?

Я: До сердца моего доедешь?

Джин никогда не должен узнать об этом фото. Никогда, иначе мне крышка. На кой черт я это сделала, даже не спрашивайте, — сама не знаю.

Телефон я показала Джину. Он сказал, что мне легче купить новый, чем починить старый. Жалко, конечно, ведь я привыкла к старому, но чего-то смертельно важного у меня там не было, так что я согласилась с ним. Как только накоплю — куплю новый. Откуда, правда, эти накопления взять, пока не знаю...

Поэтому мне пришлось выкручиваться из сложившейся ситуации и прибегать к ноутбоку Джина. Ох, видит Бог, как мне этого не хотелось, учитывая для чего именно я его взяла. Он, конечно же, ничего не подозревая, отдал мне его с чистой совестью. А я... Ох эта я! В общем, до того, как я верну ноут, надо очистить историю. И я, конечно, понимаю, что если Джину захочется узнать, чем я занималась, он обязательно узнает, но это будет позже.

Он: Кидай адрес.

Он серьезно? Меня одолевали сомнения. Хотя чего это я, у меня дома отец и брат, какие могут быть парни?!

Я: Обойдешься.

Наверняка я могла обидеть его своим отказом, хотя я что-то слишком часто стала думать, что могу его обидеть. Он парень или кто? Не мои проблемы.

Как же хорошо, когда не думаешь о таких мелочах. Нет и все тут. Какой адрес? Мальчик, вы кто? Я еще посмеялась, если бы сейчас пришло: «Ты еще об этом пожалеешь». Просто стоит это прочитать хоть раз с интонацией Драко Малфоя из Гарри Поттера и все. Не воспринимаешь эту фразу, как что-то хорошее.

Но он молчал, а у меня тикали часики. Пришлось чистить историю и относить ноутбук обратно Джину. Тот уже спал и видел десятый сон, собственно, как и папа. Одна я в этом доме не ложусь в последнее время раньше двух часов. Надо исправляться.

С утра проснулась с тяжелой головой. Еще бы, лечь в два-три ночи и проснуться в семь-восемь утра, конечно, тут будет голова пухнуть. Веки тяжелые еле открылись, будильник звенел, действуя на мою нервную систему очень отрицательно, поэтому в школу я пришла злющая-презлющая.

Еще и папа с Джином с утра доставали.

— Ты чего такая хмурая? — спросил Джин шепотом, показывая на своем примере, как я выгляжу. Судя по всему, не очень. — Он не писал, да?

— Ты!.. — вот же, братец! Прекрасно знает, что у меня сломан телефон, денег на новый нет, а общаться с ним ой как хочется.

— Да-да, я знаю как прекрасен, — он отвернулся от меня и посмотрел на стеклянную дверцу кухонного шкафчика, где отражалось его «прекрасное» личико. Облюбовал себя всего. Фи!

— Джин, кончай пачкать слюнями стекла шкафов, — зашел на кухню сонный папа. Джин обиженно надулся, показательно отворачиваясь от него, — как не зайду, все дверцы перемазаны.

Я не смогла сдерживать и дальше свой смех и заржала (по-другому это никак не назовешь) во весь голос. Джин смерил нас с отцом хмурым взглядом и вышел с кухни, находу застегивая свою кожанку. Подстать его настроению черные очки были нацеплены строго на переносицу, так еще и натянуты строго средним пальцем.

Я фыркнула. И как раз вовремя. Несмотря на всю свою превосходность, Джин был Богом неуклюжести, и этот раз не стал исключением: Джин шел, шел, да пришел, чуть не пропахав носом асфальт, споткнувшись об свою же «идеальную» ногу. Папа лишь хмыкнул на это и отвернулся от окна, оставляя меня одну давиться хохотом. Короче, не я одна этим утром была злюкой-презлюкой.

Завтракали мы сначала в тишине, и меня все устраивало. Я не люблю по утрам вести задушевные разговоры, тем более собираясь в школу. Ладно еще, если это выходное утро, — я могу снизойти хотя бы до пожелания приятного аппетита или доброго утра, — но если это буднее утречко... лучше меня не трогать. И отец это прекрасно знал, — все-таки успел застать меня такой до того, как стал пропадать на работе. Но это знание не помешало ему решить завести диалог с моргенмуффелем.

— Джен, — обратился он ко мне, попивая свой кофе, — как тебе тетя?

Честно, я не хотела! Но оно само получилось...

Я неожиданно подавилась молоком и парочкой хлопьев, которые только положила себе в рот. Пока пыталась откашляться (не откинуться), весь стол перемазала своим завтраком. Понятное дело, что папа больше ничего не спрашивал. Да я бы и не ответила.

В итоге, мы с Джином ушли из дома голодными, а папа испортил нам настроение на весь день.

— Джен? Ты чего хм... — Розэ не успела договорить, потому что я,  серая тучка, грозящая всем и вся попасть в них молнией, уселась на свое место и заткнула уши наушниками, закрывая глаза. Благо, у меня был старый, потрепанный жизнью, плеер.

Чтоб их всех током побило!..

Этого я хотела до того, как меня потрясли за плечо и нагло вытащили наушник из уха. Потом я хотела уже совсем другого...

— Если этот бессмертный, посмевший прервать мое уединение с моим внутренним «я», — грозно начала я, медленно открывая глаза, — сейчас же не вернет наушник на место, ему...

— Что? — дерзко спросили, даже не дав мне договорить. Вот это наглость! Я аж воздухом поперхнулась и совсем забыла, что сказать-то хотела.

Уставилась на этого бессмертного. И знаете, кто им оказался? Чимин! Приятель Тэхёна, но не мой же! Чего он тут забыл?!

— Ему... Его будет игнорировать девушка его мечты. Вот что! — закончила я. Да, я знаю, очень сомнительная угроза, учитывая то, что я понятия не имею, как воплотить ее в жизнь.

Но несмотря на всю эту сомнительность, Чимин мгновенно побледнел. Чего это он? Я аж заволновалась. Ничего же такого вроде не сказала...

— Ты специально, да? — надрывно спросил он. Это его больная тема, что ли?

— Чего? Все в порядке? — меня уже начало пугать его поведение. Он точно нормальный?

— Да-да, точно-точно, — приговаривал он, уже несмотря на меня, а бегая глазами по моим вещам в поисках чего-то. — Где твой телефон?!

— Ты что о себе возомнил? — нет, ну что он себе позволяет, а? Какой телефон, мальчик? Ты кто такой? Несмотря на мои внутренние возмущения, он забрал мой рюкзак, прошерстил его вдоль и поперек, но ничего не нашел.

— Где. Твой. Телефон? — сквозь стиснутые зубы процедил Чимин. У него был злющий взгляд, но бледность никуда не пропала.

— Да нет его у меня, — буркнула я. Вот чего он по больному, а? Мстит, что ли...

— В смысле? — он аж весь свой пыл растерял. То-то же!

— В прямом, — развела я руками, — новый надо покупать, я тот сломала.

Он смотрел на меня скептическим, неверящим взглядом, но я проигнорировала его и забрала у него из рук свой наушник, возращая его на место. Так-то лучше! А то приперся тут...

Чимин

Я уже окончательно слетел с катушек.

После вчерашней фотки я реально готов был приехать к ней, но она отшила меня.

Меня! Отшила!

Почему-то теперь я был точно уверен, что моя незнакомка — это Дженни. Поэтому сегодня с утра, без Тэхёна, я решил зайти к ней. Она была очень злой. Наверное, не подходящее время для выяснения отношений (каких бы то ни было), но я вче равно подошел к ней.

Она сидела с закрытыми глазами. Утро у нее, видимо, не задалось, потому что на голове был наскоро собранный пучок с достаточным количеством петухов, но они ни чуть ее не портили. Темные пряди, вылезшие из общей «прически», красиво обрамляли ее лицо. Губы не были сегодня накрашены, но все равно были розовыми, как от долгих поцелуев. Хм...

Не долго думая, я вытащил один наушник и поднес к своему уху. Посмотрим, что она там слушает... К слову, все, кто был в классе, смотрели на меня, как на умалишенного. Чего это они?

— Чимин! — услышал я вскрик Розэ, позади себя. — Ты что творишь?! Тебе жить надоело, что ли?!

Чего она так кричит-то, аж уши закладывает.

— Если этот бессмертный, посмевший прервать мое уединение с моим внутренним «я», — услышал я злой голос Джен, — сейчас же не вернет наушник на место, ему...

— Что? — дерзко спросил я, нагло прервав ее речь. Из нее как будто весь воздух выкачали в ту же секунду. Она сразу сдулась и забыла, что сказать хотела.

Джен смотрела на меня во все глаза и, скорее всего, не могла понять, что я тут забыл. Я и сам-то не знаю...

— Ему... Его будет игнорировать девушка его мечты. Вот что! — закончила она, опомнившись. Это было сказано таким неуверенным голосочком, что, несмотря на смысл ее слов, мне стало ее жаль.

Но потом я опомнился и уставился на нее. Какого?.. Она сейчас реально это сказала? Может, Джен знает с кем общается и сейчас играет на моих нервах специально?

— Ты специально, да? — надрывно спросил я. Не хотел звучать так жалко, но что есть.

— Чего? Все в порядке?

— Да-да, точно-точно, — приговаривал я, уже несмотря на нее, а бегая глазами по ее вещам в поисках мобильника Джен. — Где твой телефон?!

— Ты что о себе возомнил? — вскрикнула она, когда я выхватил рюкзак у нее из рук и стал рыться в нем.

— Где. Твой. Телефон? — сквозь стиснутые зубы процедил я. Она издевается!

— Да нет его у меня, — буркнула она, обиженно отворачиваясь от меня к окну и складывая руки на груди.

— В смысле? — вот тут-то я и растерялся. Как нет? А вчера что это было?

— В прямом, — развела она руками, — новый надо покупать, я тот сломала.

Я смерил ее неверящим взглядом, пока она забирала у меня из рук свой наушник. А я так и не успел послушать... Ладно, поговорим в следующий раз.

Развернулся и ушел в свой класс. Почему она больше ничего не ответила вчера? После того, как она меня в какой-то степени «отшила», я писал ей еще два раза, но получил в ответ полный игнор. Тэхён вечером еще пару раз писал и вроде упоминал, что видел вдребезги разбитый телефон, но я почему-то пропустил это мимо ушей. Болван!

— Чего унываешь, Пак? — спросил Субин. Я валялся лицом на парте и, видимо, мое лицо говорило за меня.

— А тебе-то что? — отвернулся от него в другую сторону.

Субин не был плохим парнем, но и хорошим его тоже не назвать. Я бы сказал, что он может легко и быстро приспосабливаться к новой обстановке. Кому-то плохо? Он идет туда, где хорошо. Там стало плохо? Он идет туда, где пока все хорошо. В общем, не задерживается на одном месте.

— Просто интересно, — пожал тот плечами. Я снова его видел, потому что он подошел ко мне так, чтобы видеть мое лицо. — Это из-за Дженни Ким? Я же говорил тебе не связываться с ней.

— Да причем тут она!?

— А что? Есть другая причина, по которой ты почти что разрыдался сейчас?

— И ничего я не рыдаю, — буркнул я и уткнулся носом в сложенные на парте руки. Теперь-то он точно не увидет моего лица, а я — его.

Вчера мне звонил Юнги. Обычно он так не делает, но вчера ему было, по-видимому, реально плохо. Ким Джису, его начальница, подписала его заявление на увольнение в ту же минуту, как он его положил ей на стол. При этом она улыбнулась обворожительной улыбкой, как сказал Юнги, и чиркнула в нужном месте со словами: «Я уж думала, этого никогда не случится». С одной стороны — это было жестоко, с другой — Юнги такой придурок! Как можно было из-за чувств, ради того, чтобы увидеть, как Джису отреагирует на его заявление, добровольно уволиться? Он реально думал, что она не подпишет и начнет его уговаривать остаться? Хочется спросить: «Чем он думал в тот момент?», но ответ и так ясен — явно не головой.

Может, мне тоже тем местом подумать и сблизиться с Джен? Я же все равно уверен, что это она моя незнакомка.

Прозвенел звонок, и мне пришлось поднять свою тяжелую умную головку с парты. В класс зашел учитель Ким — да, у нас литература.

— Доброе утро, ребята, — начал он, раскладывая свои вещи на столе. — Сегодня мы начнем с биографии Оскара Уайльда.

Он замолчал, по классу прошли заинтересованные шепотки, а я в очередной раз улетел в свои мысли.

Как мне дать понять Дженни, что парень из переписки — это я? Понятное дело, что вариант «просто подойти, показать переписку и изъявить ей мое желание быть с ней» сразу отметается. Мне кажется, ее брат все понял и теперь прекрасно знает, что аноним — это я. Для копа это не составит труда понять. Но вот для девушки, которая по сути увлечена другим, будет сложно. Что же делать?..

— Учитель, — подняла руку наша местная заучка Ли Сонгён, — я правильно понимаю, что мы будем проходить «Портрет Дориана Грея»?

— Все верно, — подтвердил ее предположение учитель Ким.

По классу снова прошлись заинтересованные шепотки, а я наконец-то понял, что мне делать.