Излечи меня

пока мелисса и дина сидели в своём номере, томирис выбежала на улицу. холодный вечерний воздух обжёг лёгкие, но она даже не заметила этого — в голове роились тысячи мыслей, одна страшнее другой.
«господи, а вдруг эти раны из-за меня?»
«зачем я издевалась над ней?»
«что я натворила?»
«а вдруг она была на грани смерти?»
«что если я больше никогда не увижу её… из-за собственных ошибок?»
глаза томирис бегали в панике, дыхание сбивалось. руки дрожали, как и всё тело. она безумно переживала за свою «сокомандницу», ту самую, над кем сама же насмехалась. чувство вины обжигало изнутри.
вдруг кто-то коснулся её плеча.
— эй, томи, ты чего?
перепуганная девушка резко обернулась. перед ней стояла элизабет — их либеро, невысокая, с настороженным, но тёплым взглядом.
— всё нормально, — ответила томирис дрожащим голосом, стараясь не встречаться глазами.
— не ври. я же вижу, что ты чем-то встревожена. — элизабет мягко улыбнулась и села на ближайшую лавочку, постучала ладонью рядом. — садись, расскажи, что случилось.
томирис нерешительно опустилась рядом. какое-то время они молчали — только ветер трепал волосы и шуршал листвой под ногами.
— я… я, наверное, ужасный человек, — наконец произнесла томирис тихо. — минут десять назад я столкнулась с мелиссой в коридоре. она… она пыталась спрятать руки, но я всё видела. у неё… там раны. настоящие. — голос сорвался. — это из-за меня, бет. я издевалась над ней. я постоянно её задевала.
элизабет растерянно посмотрела на подругу, глаза округлились.
— подожди… ты хочешь сказать… что мелисса сама себе это сделала? — её голос дрогнул. — и ты думаешь, что из-за тебя?
томирис молча кивнула, сжимая ладони.
— господи, томи… — элизабет глубоко вздохнула и осторожно положила руку ей на плечо. — знаешь, все совершают ошибки. но ты ведь сейчас переживаешь, правда? значит, тебе не всё равно.
— да, но это не изменит того, что я сделала… — прошептала томирис, глядя в землю.
— тогда сделай хоть что-то, чтобы исправить, — сказала элизабет мягко. — поговори с ней, поддержи. ей сейчас это нужнее всего.
томирис лишь кивнула. она знала, что элизабет права. но внутри звучал тихий, мучительный голос:
«я не могу признаться всем, что с первого появления мелиссы в команде я влюблена в неё… меня просто не поймут.»
в это время в номере мелиссы царила тёплая, почти домашняя тишина. дина аккуратно обработала её раны — движения были бережные, словно она боялась причинить боль даже прикосновением. затем обмотала запястья чистым бинтом и тихо сказала:
— вот так. теперь будет лучше.
мелисса улыбнулась ей слабо, но искренне.
— спасибо, дина. ты… как всегда рядом.
— а куда же я денусь, — ответила дина с мягким смешком и налила чай в две кружки. пар от напитка поднимался в воздух, смешиваясь с запахом ромашки и чего-то почти волшебного — покоя.
они сидели напротив, молчали и просто смотрели друг на друга. слова уже были лишними. в взглядах — нежность, в жестах — осторожность, в паузах — то, что обе пока боялись назвать любовью.
иногда дина невольно задерживала взгляд на губах мелиссы, а та, поймав его, отворачивалась, краснея. между ними витало что-то хрупкое, но настоящее.
мир будто замедлился. за дверью оставались боль, страх и прошлые обиды. а здесь — только две девушки, чай и тихое тепло между ними.
томирис стояла перед дверью номера, не в силах постучать. внутри всё перевернулось — сердце билось так громко, что казалось, его услышат даже сквозь стену.
«что я скажу? извини, что издевалась над тобой, но на самом деле я…»
она не могла даже закончить мысль. слишком страшно. слишком много всего внутри.

собравшись с духом, она наконец подняла руку и тихо постучала.

— кто там? — послышался голос дины.

— это… я. томирис.

внутри повисла пауза, потом дверь приоткрылась. дина выглянула, недоверчиво прищурилась, но всё же впустила.

— мелисса отдыхает, — сказала она настороженно, но без злости. — если пришла снова сорваться, не стоит.

— нет, — поспешно ответила томирис. — я… не за этим.

взгляд дины смягчился. она кивнула и тихо отошла, давая им возможность поговорить.

мелисса сидела на кровати, кутаясь в плед. бледная, уставшая, но в её глазах уже не было той бездонной пустоты, что раньше. она подняла взгляд — и мир будто остановился.

— ты чего пришла? — спросила она тихо, без враждебности, просто с осторожностью.

томирис глубоко вдохнула.

— я… хотела извиниться.

тишина. где-то в коридоре за дверью прошли люди, и шаги стихли.

— я видела твои руки, — продолжила томирис, слова с трудом срывались с губ. — и поняла, что вела себя ужасно. ты не заслужила… ни одного слова, которое я тебе сказала. я просто… я не знаю, почему я так делала. наверное, из-за собственной глупости.

мелисса молчала. потом тихо ответила:

— знаешь, больно не от того, что ты издевалась. а от того, что я не понимала — почему.

томирис отвела взгляд, глядя в пол.

«потому что я люблю тебя. потому что я не знала, как справиться с этим чувством.»

но вслух она не смогла сказать ничего.

— я… не могу объяснить, — прошептала она. — просто… прости.

мелисса смотрела на неё долго. потом кивнула, медленно, как будто решала что-то внутри себя.

— я не знаю, смогу ли сразу простить, — сказала она честно. — но спасибо, что пришла.

томирис кивнула, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

в этот момент в комнату вернулась дина с кружками. она поставила одну перед мелиссой, другую перед томирис.

— чай примирения, — усмехнулась она. — без него никуда.

мелисса улыбнулась едва заметно. томирис тоже. напряжение немного спало, будто воздух стал легче.

потом, когда разговор стих, мелисса всё же посмотрела на томирис немного теплее.

— спасибо, что не отвернулась, — сказала она тихо. — не все бы решились.

томирис улыбнулась в ответ — искренне, впервые за долгое время.

в её голове прозвучала та самая мысль, от которой не спрятаться:
«если бы ты знала, мелисса, как сильно я тебя люблю…»