Брошенная

***

За все время сборов и приготовлений, девушка смогла вдоволь наслушаться упрёков в ее адрес со стороны Никиты. Он недоумевал, почему именно сейчас, что стало тому виной, правда, конечно же, он прекрасно догадывался, почему, но не подавал виду. Из всего этого девушка поняла, что заявление уже рассмотрено, и она официально может считаться уволенной. Мысль об этом слегка подняла настроение Даши, что для других людей было бы довольно-таки странным явлением.

Тем не менее через час после звонка Софии о том, что Даша может вернуться и расписаться в заявлении, девушка вновь и уже окончательный раз посетила стены отеля. Утром он не казался таким, как сейчас. Он был для нее довольно родным и значимым местом. Они хранили в себе историю Дарьи. Любой уголок отображал в сознании девушки воспоминание. Но какого характера они все были, зависило лишь от предшествующих событий. Многие из них были не самыми позитивными, есть и те, которые грели душу, радовали сердце.

Оказавшись около кабинета Софии, шатенка в очередной раз выдыхает и со стуком в дверь заходит. Перед ней пустое помещение. Ни души. На часах ещё не было и шести вечера, так что управляющая уйти домой попросту не могла.

- София Яновна? - окликает Даша женщину, и та появляется из другой комнаты. Вид был у нее не самый свежий по сравнению с тем, что девушка видела часами ранее.

- Да, Даша, - он стремительно подходит к столу и через огромную стопку бумаг пытается найти заявление. И опять же на столе творится полный хаос, и это тоже не свойственно для нее.

У Даши стало складываться ощущение, что София беременная, но они быстро улетучились, ведь это было совсем не ее дело, и не нужно об этом думать.

- Зарплату перечислим на днях, -
Подошла София к Даше поближе и посмотрела на нее. Та слегка кивнула головой, сложив руки в замок вдоль себя. - Желаю, чтобы у тебя жизнь сложилась лучше, чем сейчас.

Лицо ее отражало доброжелательность. Она искренне хотела, чтобы жизнь девушки сложилась наилучшим образом; зная об условиях ее жизни, зная о том, через что Дарье пришлось пройти, София ни о чем больше не могла сказать. В один момент, женщина прижала к себе девушку и обняла. Она чувствовала некую вину перед ней, что вступила в отношения с бывшим мужчиной Даши, что сама себя, в некотором роде обманывала, думала, что Павел сможет заполнить пустоту в ее душе, сможет также, как и она его, изменить ее. Возможно, окончательной точкой стал очень напряженный разговор после танца. Такой нежности в глазах она не замечала даже во время ее (Софии) и его поцелуев, их долгих разговоров; во время предложения...

(ПЫ.СЫ. Блот, вен ай лайк ту шипперить зе ДаФия. I'm sorry, but my English very bad)

- Спасибо... - опешив, Даша со словами в ответ приобняла бывшую начальницу. - Надеюсь, у вас тоже все будет отличнее некуда.

Девушка направилась к двери и, последний раз обернувшись на Софию и последний раз сказав ей "До свидания!", вышла за пределы кабинета. После, ей вновь пришлось встретиться с Павлом Аркадьевичем. На лице девушки ни один нерв не дрогнул, в животе рой бабочек не кружил и не трепещал, сердце билось а привычном ритме.

Безразличие.

Именно такую формулировку можно дать тому, что чувствует на данный момент девушка... точнее, не чувствует.

Павел же испытывал все совершенно противоположное. За довольно продолжительное время после болезненного расставания впервые голова идёт кругом от одного взгляда шатенки.

Почему так поздно?

- Прощайте, - твердо и решительно вымолвила Даша, после чего также решительно отправилась к лифту.

"Мы разве в каком-то романе, чтобы именно так говорить "До свидания?"" - удивился парень в своих мыслях.

От краткой мысли, посетившей его голову, отвлек голос Софии, которая выглянула из-за полуоткрытой двери, думая, что слово, сказанное девушкой, было адресованное именно ей.

- Ты тут, - с неким расслаблением сказала женщина, заводя под руку Павла. - Есть серьёзный, но не очень долгий разговор.

- Ты по поводу моей совершенно необдуманной выходки? Забудь... - серб улыбнулся. Ему было совсем не в тягость произнести эти слова, хотя недавно они смогли бы просто причинить боль.

— Да? — с лёгким ошеломлением ответила София, вскинув бровь и слегка приподняв уголки губ вверх.

— Ты расстроена? Я думал, ты не согласишься, — неловко отводя взгляд в сторону, Павел засунул руки в карманы брюк; в тот момент он выглядел как мальчишка, оправдывающийся перед мамой за совершенную шалость.

— Что? Нет... — София выдохнула и задом оперлась о край своего стола. — Просто, я сама хотела как-то спокойно объяснить, что нам вместе как-то не по пути.

— То есть ты сейчас не будешь сердиться, если вдруг я спрошу тебя, куда пошла Канаева? — с лёгкой ухмылкой и намеками задал вопрос Павел, медленно шагая в сторону выхода.

— Ну, она написала заявление об увольнении и... — София немного затянула паузу, отведя взгляд в сторону и вновь переведя его на парня. Боится его реакции. Много чего ужасного произошло за последнее время. Он устал не меньше, чем она. — Уезжает из Москвы обратно...

— В смысле? Как? — он был не на шутку встревожен, после сказанного. Последний момент, и все канет в лету.

Парень подошёл к Софии и, взяв обеими руками предплечья женщины, прикоснулся губами щеки, оставляя лёгкий и ненавязчивый поцелуй.

После, в кабинете осталась одна лишь София. Пустота и прохлада с едва проносящиеся теплотой.

В холле собралась небольшая толпа людей, которая провожала шатенку. Все находились рядом с барной стойкой и пробовали коктейль, который бармен решил приготовить специально для прощания. Были все знакомые, кроме одного человека, у которого Даша так и не смогла попросить прощения. Последний раз произнеся слова прощания, девушка медленно стала шагать к сторону выхода. Она вновь и вновь осматривала холл, вспоминая все то, что происходило  с ней за этот год. Но должного эффекта это ей не приносило. Нейтральность, никакого восторга, никакого отторжения, никакой грусти и печали. Будто бы какие-либо эмоции перестали попросту существовать. Огонь в душе погас, остались только тлеющие угольки от костра, когда ярко пылающего и дарящего нечто бесподобное и жаркое.

И всё равно любой уголок хранил в себе воспоминание, коим оно не было.

Девушка резко оглядывается, когда слышит свое имя со стороны. Павел быстрым шагом подходит к ней и разворачивает ее полностью к себе лицом, держа обеими руками плечи девушки. Бушует океан в душе молодого парня, толком не понимающего, что такое любовь. Он не хочет отпускать ту, от которой самолично отказался, он наивно предполагает, что может остановить. Жаль, что это лишь предрассудки.

— Ты прекрасно понимаешь, что это конец, ничего нельзя изменить! — кратко отрезает девушка, смотря пронзительным взглядом прямо в глаза парня, на просьбу не уезжать.

— Я не думал своей головой, я делал все как обычно, я думал о себе, я... — он остановился, когда заметил, что взгляд кареглазой смягчился, а на лице, вроде как появилась еле заметная улыбка. — Прости меня...

После этого Павел прислонился своими губами губ девушки оставляя нежный и лёгкий поцелуй, но он хотел ответа от нее, и он это получил. Серб прижимал Дашу к себе не желая больше никогда не отпускать. Казалось прежние чувства просыпаются все больше и больше, а мозг все больше понимает, какую грубую ошибку он совершал все это время. Он любил не ту, которую жаждало сердце. Душа постоянно препятствовала этому чувству буквально заставляя любить другую - Софию. Он даже не понимал как шатенке все это время было плохо, а предложение руки и сердца не ей было уже последней каплей. На место страданию приходили отчаяние и пустота.

Прервав этот поцелуй, который, по мнению Павла считался победным, который будто возвратил все на круги своя, серб посмотрел на девушку и обратил внимание на её глаза. Они уже не блестели как раньше от любви, в них виднелась пустота и отчаяние. Они будто говорили, - "Ничего уже не вернуть, нет". Паша с надеждой смотрел на шатенку, надеясь на то, что его мысли не реальны.

- Паш, - тихо произнесла темноглазая.

- Даша, Даш, прошу тебя, не нужно, - с таким же тоном голоса говорил серб, будто умоляя не произносить эти страшные для него слова.

- Паша, - чуть громче и с голосом начала шатенка, - пойми, мы больше уже никогда не сможем быть вместе...

Эти слова были для него как кинжал в спину, он будто провалился в бездонную пропасть.

- Я уезжаю навсегда, и это окончательное решение, - спокойно и ни о чём не беспокоясь говорила Даша.

Она отстранилась от Павла, убирая его руки с ее лица, убрала прядь выпавших волос за ухо и посмотрела за спину парня. Там, недалеко от них, стояла пара Вовы и Юли, слышавшая все, что говорила девушка. Даша улыбнулась им и снова посмотрев на серба, который просто застыл в ожидании, что же будет дальше, так же не переставала улыбаться и ему.

- И да, - серьезно говорила шатенка, - начните уже думать головой, Павел Аркадьевич.

Даша взяла свой рюкзаки хотела было идти, но резкое взятие ее кисти остановило ее. Павел не мог её отпустить. Нет.

- Паша, ничего уже не изменить! - строго говорила девушка.

- Нет, это я, - донёсся из-за спины голос Юли. — Ты не можешь меня так бросить.

Дарья усмехнулась и развернулась к девушке. "Не нужно из этого делать драму одного актера!" — мысленно прокричала девушка.

— Ты уже это сделала со мной, — с дрожью в голосе произнесла она.

— Прости, Прости, Прости, Прости... — Юля прислонила тыльную сторону ладони к своему лбу, беспорядочно и быстро проговаривая одно и то же слово. Ей было стыдно, ей было также больно, она была благодарна Даше, за воссоединение с Вовой, она не хотела отпускать.

— Это вы извините, что так бесцеремонно влезла в вашу жизнь, — Юля подняла голову на Дашу с непониманием, о чем она. — Мы ещё увидимся, — смахивая слезу с щеки, шатенка отпустила руку Юли и перевела взгляд на Павла. Тот стоял на том же месте. "Что за театр я разыграла? Что за совершенно непонятная пьеса?".

Двери открылись. Шатенка вышла. С горечью на душе. Ее ждал Егор, который также не хочет отпускать...

Иногда лучше отказаться от всего, и найти другое, более реальное и совершенное, а не ложное и ненастоящее.

***

О да, это свершилось, я дописала. Ну как. Это первая альтернативная концовка для меня. Я уверена, что за все время много фанатов накушались стекла, плакали в тряпочку, скупили все салфетки и валерьянку, находящихся в любых магазинах. Так что планирую написать ещё одну концовку, так сказать ЭПИЛОГ (эпилог без пролога? Это просто браво аффтар) Как мне показалось, получилось немного скомкано, но я так хотела уже дописать конец, чтобы моя душа успокоилась и я закончила макси, ну вот просто крик души. Ясен пень буду редактировать как эту часть, так и фанф полностью, ибо тут такой треш...

Ну, если вы всё-таки дошли до конца, если вас хоть чем-то зацепило данное детище, то говорю вам огромное спасибо, что были рядом) следующая альтернатива выйдет совсем скоро, если я, конечно, не погрязну в своей каждодневной рутине)

Люблю, целую, обнимаю, псы☝️😚😘