Названа его невестой . 𝑺𓆩𓆪𝑺

Разбитая клятва

Я стояла на коленях перед матерью, цепляясь за её платье, как утопающий за последний обломок дерева.

— Мам… — мой голос был слабым, но я пыталась. — Пожалуйста, послушай меня… Прости меня… Я… я не сделала ничего плохого…

Она смотрела на меня сверху вниз, холодно, с отвращением. Будто я не её дочь, а грязь, приставшая к подошве её туфель.

— Встань. — Голос её был как лёд. — Ты позоришь меня.

Я сжала пальцы крепче.

— Просто… Просто скажи, что ты меня любишь…

В комнате раздался хриплый смешок.

— Завтра, как только ты выйдешь замуж, я отвезу её в колонию. — Голос дяди был полон насмешки. — Может, хоть там её научат уважать старших.

Я замерла.

Мама не сказала ничего. Ни одного слова в мою защиту.

Она даже не посмотрела на меня.

Я медленно поднялась на ноги. Всё внутри меня сжалось, сердце билось где-то в горле.

— Значит, вот как…

Дрожащими пальцами я полезла в карман, достала пузырёк с таблетками.

Я никогда не думала, что дойду до этого.

Но если даже моя собственная мать считает меня ошибкой, зачем тогда продолжать?

Я высыпала в ладонь целую горсть и, прежде чем страх успел меня остановить, проглотила их.

Мама сделала шаг вперёд, но я увидела это запоздалое движение только сквозь туман перед глазами.

Где-то вдалеке раздался голос дяди:

— Вот видишь? Неблагодарная тварь. Всегда только о себе думает.

Я почувствовала тёплое прикосновение на губе. Провела пальцами по носу. Кровь.

Мир начал рушиться. Всё плыло.

А потом — удар.

Резкая вспышка боли пронзила щёку, отдалась в виске.

Я упала.

Второй удар в живот выбил воздух из лёгких. Я закашлялась, но вместо воздуха в горле оказался металлический привкус.

— Ты… — голос мамы дрожал от ярости. — Я не позволю, чтобы из-за тебя меня обвиняли в убийстве!

Что-то тяжёлое рухнуло мне на плечо. Я вскрикнула, но тут же прикусила язык.

Нет. Я не дам им этого удовлетворения.

Я сжалась в комок, когда почувствовала резкий, колющий укол в боку.

— Да хоть заколи меня, — прошептала я, не в силах разлепить губы шире.

— Вот так её, сестра! — донёсся голос дяди, полный удовольствия. — Может, хоть так поймёт, что значит благодарность.

Понять?

Я понимала всё. Всю свою жизнь.

Я закрыла глаза. Передо мной всплыло лицо отца. Тёплое, доброе. Единственный человек, который когда-то меня любил.

Но его больше нет.

Я услышала хлопок двери. Голоса.

— Что здесь происходит?!

Чужой голос.

Я открыла глаза. Всё плыло, лицо соседки казалось размытым пятном.

Я всё ещё жива?

Было бы легче, если бы нет.

Через два дня меня отправят в другую страну, к тёте.

Далеко от них.

Но я знаю — от себя самой не сбежать.

Я очнулась от резкого толчка в плечо. Боль отозвалась по всему телу, словно кто-то вонзил в меня сотню игл.

— Вставай, — холодный голос матери разорвал тишину.

Я медленно открыла глаза. Мама стояла рядом, как всегда безразличная, с лёгким раздражением в глазах.

— Билеты на завтра. — Она скрестила руки. — Свадьба сегодня. Ты идёшь.

Я не ответила. Просто медленно села, чувствуя, как болят ушибы. Каждое движение отзывалось тупой, рвущей болью.

Она уже развернулась к двери, но вдруг обернулась:

— И постарайся не позорить меня.

Когда её шаги затихли, я провела рукой по рёбрам, по плечу, по запястью, вспоминая, куда пришлись удары.

Завтра… Завтра я улечу.

Свадьба

Шум, люди, смех. Белые скатерти, цветы, свечи, искусственные улыбки.

Я сидела в углу, в платье, которое врезалось в раны, и молча наблюдала за этим спектаклем.

Мать сияла. Новый «отец» держал её за талию. Дядя пил шампанское и ухмылялся мне через зал.

Я отвернулась.

Где-то внутри я чувствовала, что мне должно быть больно. Должно быть обидно.

Но мне было всё равно.

Потому что завтра я уйду.

Навсегда.

После свадьбы

Я зашла в свою комнату и начала собирать вещи.

Одежда, книги, дневники — всё механически укладывалось в чемодан.

И тут мои пальцы замерли.

Портрет.

Отец и мать. Они смотрели друг на друга, ещё молодые, счастливые.

Я провела пальцем по его лицу.

— Ты бы не позволил им так со мной… — прошептала я.

Горло сжалось.

Слёзы обожгли кожу, падая на стекло.

Мама изменилась.

Той женщины, что на фото, больше нет.

А я так хотела, чтобы она хоть раз посмотрела на меня так же…

Но этого никогда не случится.

Я вытерла глаза и сунула фото в чемодан.

Утро. Машина.

Я смотрела в окно, пока дядя вёл машину. Мама сидела рядом, равнодушная, даже не взглянула на меня.

— Не устраивай спектакли, — внезапно сказал дядя. — Живи тихо и не позорь семью.

— Да хоть подохни, — добавила мама холодно. — Мне всё равно.

Я сжала губы.

Слова должны были ранить.

Но я уже ничего не чувствовала.

Аэропорт

Я вышла из машины и закрыла за собой дверь.

Ни «прощай».

Ни «будь осторожна».

Ни «мне жаль».

Я посмотрела на них в последний раз.

А потом просто пошла вперёд.