4.
— О Боже, Кейджи, свет меняет свой цвет! — выкрикнул Бокуто так громко, что все остальные посетители ресторана обернулись на него.
Кенма наклонил голову вниз, позволяя волосам скрыть его от взгляда всех людей вокруг. На это Куроо ответил тем, что обнял Козуме, будто закрывая от всеобщего внимания, и тот был правда благодарен за это.
— Да, Котаро. Для этого и нужен пульт на столе, — ответил Акааши ровным голосом. Кенма был без понятия, как Кейджи мог оставаться настолько собранным и спокойным с таким соулмейтом, как Бокуто. Но противоположности притягиваются.
Бокуто взял маленький пульт, лежащий на столе, и начал нажимать на различные кнопки, сменяющие цвет света на красный, фиолетовый, голубой и оранжевый.
— Это так круто!
Кенма сидел, уставившись на Котаро, следя за его эмоциями, которые сменялись так же быстро, как и свет. Когда свет был голубым - Бокуто хмурился. Красным - сводил брови вместе. Жёлтым - улыбался. Фиолетовым - делал губы формы буквы «о». Козуме не мог избавиться от мысли, что наверное, быть таким эмоциональным - невероятно утомительно. Потому что он бы точно устал, если бы двигался и чувствовал себя так же, как Бокуто.
Наконец, после того, как каждый вариант света сменился минимум трижды, Котаро остановился на зелено-голубом цвете.
— Мы же можем оставить этот, да? Он напоминает мне цвет глаз Кейджи.
Лицо Акааши покрылось лёгким румянцем. Куроо качнул головой с полной серьёзностью, чего ситуация ну никак не требовала. Кенма лишь смог закатить на это глаза.
Двойные свидания стали обыденностью за последние два года обучения в университете. Они вчетвером проводили очень много времени вместе. Правда, Козуме не понимал, почему им обязательно нужно планировать проведение свободного времени именно таким образом. Однако, Куроо это делало счастливее, а значит, и Кенму тоже.
— Как ты нашёл этот ресторан, Тетсу? — спросил Бокуто с широко распахнутыми и невероятно заинтересованными глазами, будто Куроо собирался раскрыть ему секреты всего мира. Кенма наклонился ближе к Тецуро, чтобы скрыть свою улыбку.
— Ты ведь знаешь, что я всегда ищу места, где Кенма ещё не был. Потому что в других случаях он жалуется, — Козуме выпрямился и уже собирался возразить, что это не так, но по ухмылке Куроо понял, что тот только и пытался вывести его на эту реакцию. Но даже так Кенма не собирался терпеть такие колкости, поэтому легко ударил Тецуро по колену.
Куроо ахнул слишком драматично, поднося руку ко рту.
— Нет, вы можете поверить, он только что ударил меня! Я не сделал ничего такого, просто дарил свою любовь. И так старался, чтобы сделать его счастливее, и - Боже мой! Кенма, это больно и душевно, и физически! — на это Кенма лишь ударил его ещё раз, но чуть сильнее, зная, что его силы не было достаточно, чтобы действительно сделать больно, потому даже не переживал об этом.
По крайней мере, пытался внушить себе, что не переживает, потому что Куроо сидел с такими обиженным выражением лица, что это правда заставляло задуматься: на самом деле ли он обиделся, или нет. Кенма всё же постарался загладить вину: он легко поцеловал Тецуро в щёку, что было очень редким проявлением любви при людях. Но, казалось бы, такая незначительная вещь, а уже поменяла настроение Куроо. Обида ушла с его лица, изменившись на мягкую улыбку и несильную красноту щёк.
Такой способ выразить чувства был, в какой-то степени, унизителен для Кенмы, что делало его ещё более стоящим.
— Ты милый, — задумчиво сказал Козуме, смотря на Куроо, краснота щёк которого стала только сильнее. Кенма всегда находил забавным то, что несмотря на столько времени, проведённого вместе, Тецуро до сих пор был взволнован, когда Кенма делал какой-то шаг. И это было правда невероятно мило.
— Вау, да вы даже хуже, чем мы, — напел Бокуто. — Мы хотя бы ведём себя прилично за столом, да, Кейджи? — Акааши поднёс руку ко рту, изо всех сил пытаясь скрыть то, что он смеётся.
— Да, мы намного более цивилизованны.
— Что ты только что сказал про Кенму? — удивлённо спросил Куроо. — Он наиболее цивилизованный среди всех людей в мире. Совсем не гремлин *7. Ни разу, — Кенма хорошо понимал, когда его стараются задеть, даже если и маскируют это под защиту. И терпеть этого не хотел:
— Акааши сказал про тебя, Куро.
— Ты на чьей стороне вообще? — спросил Тецуро, поворачиваясь к Кенме.
— На своей, — ответил тот, наклоня голову.
— Ты ранишь меня прямо в сердце, котёнок, — Куроо пододвинулся ближе, чтобы положить голову на плечо Козуме. — Я вот, вообще-то, всегда на твоей стороне, — Кенма не спрашивал, почему настроение Тецуро иногда так быстро сменяется с игривого на обиженное, но у него не было другого выхода, кроме как смириться. Он взял руку Куроо в свою, слегка сжав.
— Я тоже на твоей стороне.
Бокуто, без зазрения совести, прервал такой момент, кинув в голову Тецуро скомканную салфетку.
— Мы пришли на двойное свидание не для того, чтобы смотреть, как вы ведёте себя отвратительно слащаво! Я и так достаточно вижу такого каждый день! — шанса оправдаться не появилось, так как к столику подошла улыбающаяся официантка:
— Господа, вы готовы сделать заказ?
Сначала сделал заказ Акааши, следом Бокуто, потом снова Акааши, меняя заказ Котаро на что-то более ему подходящее по вкусу. За этим последовало нытьё Бокуто, затем объяснение Кейджи, потом фраза: «Акааши, ты лучший». Вся эта ахинея сопровождалась таким озадаченным выражением лица официантки, какого Кенма в жизни не видел.
Как только всё стихло, официантка повернулась к Куроо и Козуме.
— Что вы заказываете? — спросила она, крепко сжав блокнот в своей руке. Кажется, Бокуто и Акааши слегка травмировали её на всю жизнь.
— Мне волосы ангела *8, а ему лосося с рисом, — сказал Куроо с утвердительным кивком. Бедная официантка задержала на них взгляд, прежде чем принялась записывать заказ в блокнот, ожидая такой же ситуации, которая произошла пару минут назад. Но Кенма лишь кивнул, сжимая руку Тецуро.
Как только она всё оформила, то сразу же удалилась.
— У вас один мозг на двоих? Или что? — спросил Бокуто, посмотрев на Куроо и Кенму. Первый просто знал, что Козуме ненавидит общаться с незнакомцами, даже если нужно просто сделать заказ. И, к счастью, Тецуро знал его достаточно, чтобы предсказать наверняка, что он хочет. Но объяснять всю эту схему никто не собирался.
— Да, Бо, мы - один человек, которого разделили надвое. И у нас есть превосходство над всеми, — фыркнул Куроо.
— Это всё объясняет. У Кенмы мозги, а у Куроо... Рост, полагаю, — Акааши сделал глоток газировки, не сводя глаз с Тецуро, ожидая, как же он отреагирует на такое заявление.
— Да что за херня сегодня? Национальный день буллинга Куроо? Ты не видишь во мне ничего, кроме внешности? — Куроо стукнулся лбом о стол в знак поражения. Кенме же пришлось прикусить губу, чтобы сдержать хохот.
— Я сказал рост, Куроо. Внешний вид и у Кенмы неплохой, — закончил Акааши.
Тецуро вскочил, глядя на Кенму.
— Ладно, в этом ты прав.
— Ты всегда такой придурок? — добавил Козуме, толкая Куроо локтем.
— Только когда дело доходит до тебя, — одновременно сказали Куроо, Акааши и Бокуто. Тецуро - искренне, а последние два - с насмешкой. Этой ситуации хватило для того, чтобы Кенма рассмеялся.
Он знал, что Куроо сейчас смотрит с неподдельным шоком на Бокуто и Акааши, но в глазах Козуме было слишком много слёз от смеха, чтобы увидеть это вживую.
У Кенмы правда был лучший соулмейт на планете. Он напоминал себе это каждый день.
СПОЙЛЕР:
если вы не любите стекло , то не советую читать этот фанфик. а пока радуйтесь , здесь все хорошо «ПОКА ЧТО» это так сказать , новая порция стекла для вас🥲👐🏻 и еще , не жадничайте звездочку а?