Часть 13
Хосок орал как ненормальный. Сначала в квартире Чимина, потом дома. Несколько раз в дверь даже постучали, имея в виду, что ему пора заткнуться, а он же, продолжил срываться на крик. Покраснев лицом, он чуть ли не плевался слюной, твердя одно и тоже. Его до жути взбесило то, что Чонгук, без его ведома, ушел к Юнги, так еще и спас его. Он орал, что все могло закончиться иначе. Что мог взорваться баллон с газом и все взлетело бы в воздух.
Таких примеров Хосок привел куда и все они были правдивы, поэтому Чонгук молчал и виновато опустил голову. Ему нечего было сказать.
День близился к вечеру. По-хорошему, Чонгуку нужно было уже возвращаться в дом семьи Кан, но об этом он пока умалчивал. Еще не решился сказать брату, что ему пора. Хотя по правде, он и не хотел уходить. Не если останется, могут приехать из приюта и силой увести Чонгука в дом приемной семьи.
Хосок еще несколько раз сказал, чтобы Чонгук даже близко не приближался к Юнги и Чимину, а после ушел в ванную и захлопнул дверь.
Чонгук сел на кухне за родной и такой любимый стол, положив руки себе на колени. Такая привычка появилась в доме Канов. Он терпеливо ждал обеда или ужина, только сейчас он ничего не ждет. Совсем ничего.
Подумав о той семье, Чонгук вздыхает. Их сын настоящее говно: он не умеет слушать, не умеет помогать матери, только бегает за отцом, который жопу целует любимому сыну. Этот урод ничего не может, только, радоваться несчастью других. А Чонгука такие люди бесят, вот он и не выдержал. А потом разбитый телефон, крики, драка с господином Каном и вот итог.
Чонгук не хотел этого, просто так получилось.
Послышался шум воды – Хосок начал мыться. Это он простоит под душем минут двадцать, не меньше. Чонгук улыбнулся. Раньше он на это внимания не обращал.
Пока брат принимал душ, Чонгук подумал о Тэхене. Как теперь им общаться? Разрешит ли Хосок хотя бы сохранить общение с братьями Ким, ведь они же, нормальные. За ними никогда ничего не было замечено. Они правильные, другие и Чонгук до сих пор думает, что им было не место среди них. Лучше бы они никогда не познакомились. Лучше бы они никогда не вернулись в Тэгу.
За мыслями Чонгук не заметил, как брат вышел из душа и пришел на кухню. Налил воды, жадно выпил и развернулся, опираясь на столешницу.
– Я звонил в приют, – начал он, – Директор сказала, что ты можешь пожить со мной несколько дней, пока они будут разбираться в сложившиеся ситуации. Оказывается подобные случаи были. Когда детей забирали, а после поступали жалобы об избиении.
– Но тут же он не специально избил. Здесь ситуацию можно отнести к воспитательному процессу.
– Нет. Я могу тебя избить, так как я твой брат, но не они. Они – никто. И фамилия у тебя Чон. Моя фамилия.
Чонгук поджал губы.
– На пару дней я взял отгул. Завтра сходим тебе за телефоном, а сегодня закажем курочку на ужин.
– А пиво? – Чонгук попытался пошутить.
– В холодильнике. И только одну банку. – ответил Хосок оттолкнувшись от столешницы. – Пойду заказ оформлю.
Чонгуку хочется плакать. Эти моменты он никогда не ценил. Всегда наплевательски относился к брату, а сейчас он готов все сделать ради него. Даже принять тот факт, что он и Юнги когда-то были вместе. Это лучше, чем то, что сейчас происходит.
Через час привезли курочку. Запах распространился по всей квартире и в животе заурчало. Открыв пиво, они сделали по глотку и взяли по ножке с хрустящей корочкой. Чонгук, словно маленький мальчик, с улыбкой на лице ел и смотрел довольно на брата. А тот, откинувшись на спинку стула, улыбнулся в ответ.
– Хен, с Джуном и Тэ тоже нельзя общаться?
Хосок ответил:
– С ними можно, но не в гараже. Они парни нормальные.
У Чонгука камень с плеч упал.
Он съел еще пару ножек, допил пиво и довольный откинулся на спинку стула, как недавно сидел Хосок.
– Слушай, хен, я хотел признаться, – начал Чонгук. – Мне Тэхен нравится. Не знаю, как так получилось. Я тебя осуждал, Чимина, а тут сам... Короче, мы были на свидании уже.
Хосок улыбнулся, сохранив спокойствие.
– Я догадывался. Неожиданно, конечно, но я рад. Хоть детей в дом раньше своего совершеннолетия не принесешь. – Чон старший засмеялся. Чонгук опешил.
– Я их вообще не принесу.
– Почему же? Можно усыновить или удочерить. Я был бы не против девочки.
Гук заморгал часто, удивился.
– А сам чего? – спросил он.
– У меня нет любимого человека, да и пока точно не появится. Тебя надо вырастить, на ноги поставить, а потом уже своей жизнью займусь.
У Чонгука сердце сжалось от слов брата. Он, итак, всю молодость на него потратил, так теперь еще и дальше хочет оставаться один. Идиот.
– Гук, вы занимались сексом? – вдруг спросил Хосок и Чонгук кивнул. Тот добавил: – Предохраняйся. Если надо, то я куплю презервативы.
– Мы пока воздерживаемся.
– И не шатайся с ним по мотелям. Лучше сюда приведи его. Всяк поприличнее.
– Хен! – воскликнул Чонгук, а Хосок засмеялся.
– Я сам через это прошел, не повторяй моих ошибок.
Чонгук кивнул.
– Странно, конечно, что ты по мальчикам. В детстве ты не подавал признаков. Может это мое влияние...
– Какая уже разница? – перебил Чонгук. – Нет смысла выяснять это.
– Верно. Ладно, я пойду отдыхать, а ты не вздумай еще банку взять. Голову тебе оторву.
Хосок встал, но его позвал Чонгук, попросил телефон.
Чон старший протяну смартфон брату и ушел. Чонгук написал сразу ж Тэхену.
***
Получить сообщение от Хосока было странным, но прочитав содержание, Тэхен выдохнул.
Чонгук даже не представился. Видимо, забыл и сразу начал писать текст.
Рассказав, что ближайшие пару дней он будет жить с братом и ему не запретил он общаться с братьями Ким, Чонгук отправил улыбающийся смайлик. Это развеселило Тэхена.
За окном стемнело. Джун спит неподалеку, иногда постанывая. Зарывшись под одеяло, Тэхен отправил сообщение Чонгуку и ждал ответ. Он пришел почти сразу. Желая ответить, Тэхен стал набирать текст, как вдруг пришло сообщение в их чат. Отправителем был Сокджин.
"Я прилетел. Давайте завтра увидимся в гараже. В 15:00".
У Тэхена сердце застыло. Как же хотелось написать Сокджину, что встретить вряд-ли получится, но он не стал этого делать. Пусть напишет кто-нибудь другой.
Отправив ответ Чонгуку, тот присылает вопрос: "Ты пойдешь в гараж?". Тэхену очень хотелось ответить, что он предпочел бы пойти со всеми, но вместо этого, написал простое:"Не знаю".
Через час, пожелав приятных снов, Тэхен уснул. Не успел глаза закрыть, как уже наступило утро и на кухне были слышны голоса. Мать что-то пыталась объяснить Намджуну, который огрызался и был явно чего-то против.
Радует, что сейчас хотя бы отца нет, иначе, криков было бы не миновать.
Проклиная весь этот чертов мир, малой спустил ноги на пол, взял телефон и посмотрел на экран. От Чонгука уже висело сообщение как в личном чате, так и в общем.
"Доброе утро", – в личном.
"Мы придем", – в общем.
Значит, Чонгуку удалось уговорить Хосока пойти в гараж. Что ж, дело оставалось за малым. Нужно уговорить Юнги и Чимина.
Тэхен, конечно, не думает, что с ними возникнут проблемы. Но Хосок был резок в словах, поэтому оставалось гадать – обиделись они или нет.
Завтрак прошел в тишине. Отца не было, поэтому никто не читал лекции, что быть геем очень плохо. Мать молчала, а бабушка то и дело просила внуков покушать побольше. Мол, они стали худыми.
После "плотного" завтрака, Тэхен предложил дойти до дома Чимина и поговорить с парнями насчет встречи с Сокджином. Лицо Намджуна было неоднозначным, но он согласился. Правда весь путь до квартиры Пака, брат, ссутулившись, смотрел себе в ноги.
Стоило им добраться, подняться на этаж, как Намджун напрягся сильнее. Он будто бы переживал из-за чего-то.
– Хен, все нормально? – спросил малой.
– Да.
– Ты дерганый какой-то. Переживаешь, что они не согласятся?
Намджун же покачал головой. Он переживал из-за другого. Из-за того, что Чимин может оказать больным.
Он не хочет его терять.
Когда Тэхен постучал, сердце Намджуна ушло в пятки.
Узнав о возможной болезни, Джун был шокирован настолько, что от шока и стресса уснул слишком рано. Получить сообщение с текстом: "Намджун, прости, но я, возможно, болею СПИДом", было слишком резко. И нет, Джун не винит его, не переживает за себя. Он переживает за Чимина, поэтому сейчас он не знает, как нужно реагировать на него: улыбнуться, спросить, все ли хорошо, промолчать.
Дверь открыл Юнги. В майке и трусах, сонный. Зевая, он впустил парней и отошел назад.
– А где Чимин? – спросил Тэхен, сняв красные кеды.
– В душе. Чай, кофе? Есть пиво.
– Хен, сейчас двенадцать дня. Какое пиво?
Юнги развернулся и идя в комнату, ответил:
– Ну, холодное.
– Хен!
Тэхен проследовал за Мином, а Намджун медленно сняв кроссовки, прислушался к шуму воды. Он стих.
Через несколько минут из душа вышел Чимин с каплями воды на груди и лице, обмотанный полотенцем на бедрах. Увидев Намджуна, парень махнул ему рукой, а Джун растерялся и помрачнел.
– Слушай, давай, если ты тоже заразился, то я как-то компенсирую это? – тихо сказал Пак.
– Мне нафиг ничего не надо. – грубо и резко ответил Намджун, и только через пару секунд понял, как это прозвучало. Он поспешил объясниться, но не успел ничего сказать. Чимин ушел.
– Пак, я не так хотел ответить, – сказал Ким старший, не обращая внимания на парней.
– Я тебя услышал. Не переживай.
– Нет же! – повысил голос Намджун.
– Слушай, малой, пойдем в магазин со мной? Я как раз собрался за рисом и кимчи. На обед нужно что-то приготовить. Гоу? – Юнги уже оделся, когда Намджун влетел следом за Паком в комнату.
– А, ладно, пошли, – Тэхен ответил растерянно.
Как только они ушли, Чимин быстро оделся. Намджун заметил, что когда рядом Юнги, он не такой дерганный. Видимо, Мин ему куда ближе, чем кажется.
Развернувшись, Чимин вздохнул и опустил плечи. Наблюдая за ним, Намджун пытался понять то, что он чувствует. Но пока, кроме, презрения к себе самому из-за резкого ответа, не было ничего.
– Юнги дал тебе время. Не трать его.
– Давно ли Юнги стал твоей охраной? Думаешь, я при нем не смог бы поговорить с тобой? – Намджун заводился.
– Ну, я не знаю. И он не моя охрана. Он просто внимательный человек, который знает, когда нужно уйти или вмешаться.
Намджун усмехнулся, развел руки в стороны.
– Конечно. Чего ж он не вмешался, когда ты...
Чимин приподнял уголки пухлых губ, убрав рыжие волосы с лица.
– Продолжай, Джун.
– Забей.
– Почему он не вмешался, когда я ноги раздвигал? Это? Ты же слышал тогда слова Хосока. Ты все понял. Только знаешь, я делал это, чтобы вам помочь. Только так я смог бы быстро найти деньги.
– Мы смогли бы заплатить за все и сами.
– Лучше просто скажи спасибо.
Намджун хотел сделать шаг к Чимину, но тот шагнул назад.
– Сколько ты проживешь? Я не хочу, чтобы ты...
– Джун, мы не будем вместе. Я точно не позволю тебе наблюдать за тем, как я медленно умираю.
– Я знаю это, – с сожалением ответил Намджун, опустив голову.
– Даже знаю, что тебе Юнги нравится.
– С чего ты взял? Он просто мой друг.
– Ты смотришь по-другому на него.
Чимин усмехнулся.
– Он просто ближе всех. Между нами...
– Не лги хотя бы себе, Чим. Это не плохо, что ты испытываешь чувства.
Пак промолчал.
– Мы можем, хотя бы, быть остаться друзьями? Не обрывай со мной связь после диагноза.
– Можем.
Намджун, конечно, легче не стало, ведь он хотел кое-что большего, чем быть "просто другом".
Через некоторое время Тэхен и Юнги вернулись с пакетом. Мин на радостях что-то расспрашивал у малого, а тот, гордо, отвечал.
Заметив их хорошее настроение ни Намджун, ни Чимин не захотели его испортить своим мрачным видом. Они улыбнулись, будто бы ничего не было и поспешили на кухню.
Пак, изредка, поглядывал на Юнги. Друг сиял. Опустив взгляд, Чимин с облегчением на сердце сел на стул и смотрел, что купили парни. Когда в квартире вот так шумно, Чимину, отчего-то, было легче. Он будто бы вернул время назад и сейчас должен прийти Хосок, ворча на Чонгука.
– Джин приехал, – раздался голос малого, – Вы пойдете?
– Думаешь, Хосок захочет нас видеть? – спросил Чимин.
– Думаю, ему важны вы все. Просто сейчас он не знает, как быть с Чонгуком. Если бы не хотел увидеться – не согласился на встречу.
Юнги и Чимин переглянулись.
– Парни, нам нужна это встреча, – добавил малой. – Джин вернулся в самое подходящее время.
– Наоборот. – отмахнулся Юнги.
– Почему?
– Он не должен видеть все это дерьмо.
– Но ему придется, – добавил Чимин. – Мин, малой прав. Нужно пойти. Если что, сразу уйдем.
Все замолчали. Юнги достал из пакета последнюю готовую упаковку риса и положил на стол.
– Думаю, Джин не станет нас осуждать. – заверил Пак. – Он не такой человек.
Малой кивнул. Юнги покосился на Чимина, окинув его оценивающим взглядом.
– Пожалуйста, пойдемте. – попросил Тэхен.
– Ладно, – кивнул Мин, – но есть условие.
***
В гараже пахнет жареным мясом. Играет музыка, слышится шум инструментов, когда пытаешься в ящике найти кое-что нужное.
Слышны голоса.
Тэхен, Намджун, Чимин и Юнги переглянулись, прежде чем, войти внутрь. В каждом взгляде виднелся какой-то страх.
Намджун шагнул первым. Войдя внутрь парни услышали голос Джина. Он радовался приходу друга.
Следом зашел Чимин и его тоже Джин встретил воплями радости. После послышались голоса братьев Чон.
Оставшиеся двое так и стояли на входе. Юнги косился на Тэхена, наблюдая за тем, как он нервничал. Кусал губы, часто сглатывал слюну.
– Малой?
Тэхен повернул голову.
– Хен, это слишком. Им будет не интересно.
– Поверь, им понравится. Мне уж точно.
Тэхен покраснел.
– Приезжай в Сеул на мой концерт. Я куплю для тебя билет.
– Я сам могу купить.
– Ну вот и отлично, – Тэхен резко развернулся, но Юнги успел схватить его за руку.
– Ты обещал мне, помнишь? Давай сейчас.
– Ну хен...
– Пошли. Все хорошо будет.
Юнги кивнул в сторону гаража и из него вышел Чонгук.
– Хен? Тэ?
Юнги тут же отпустил малого. Чонгук же перевел взгляд от одной руки к другой и спросил:
– Это скрипка?
– Да. – тихо ответил Тэхен.
– Ты хочешь сыграть?
– Ну...
– Ахринеть! Пойду парням скажу. Джин обалдеет.
Чонгук убежал. Тэхен не успел ему сказать, что он не будет играть, как вдруг он и Юнги услышали шаги. Джин вышел на улицу и расплывались в улыбке, поспешил к парням. Обняв их, он проскулил, что до ужаса скучал по ворчанию Юнги. Тэхен улыбнулся.
– Ты правда хочешь сыграть? – спросил Джин глядя на малого блестящими глазами. Они были такими то ли от возбуждения к предстоящему концерту, то ли из-за выпитого алкоголя. Точно Тэхен не знал.
– Да, хотел.
– Хотел? – нахмурился Джин.
– Ну, я...
– Давай. Я никогда не слышал в живую игру на скрипке.
– Ладно...
Когда они все зашли в гараж и сели за стол, Тэхен положил футляр для скрипки на свой стул, достал ее и проверил. Он так давно ее не доставал, что ему казалось, он позабыл все. Сейчас облажается.
Парни взяли по пиву, выключили музыку и в ожидании смотрели на Тэхена. Когда тот все проверил, посмотрел на парней и встал в стойку.
– На долгую игру не рассчитывайте, а то Юнги уснет. – сказал малой и все засмеялись. Юнги опешил.
Пальцы еще все помнили. Тэхен водил смычком по струнам, издавая звук и прикрыл глаза. Гараж заполнила музыка, которая прежде никогда не играла здесь. Она будто исцеляла. Парни даже пиво не пили, уставились и не моргали. Иногда Тэхен поглядывал на них.
Когда он закончил игру, парни, хлопая в ладоши, встали. Тэхену показалось, что он находится на настоящем концерте и, как подобает после, поклонился. С улыбкой на лице чуть ли не до ушей, малой излучал счастье и подошел к стулу, чтобы убрать музыкальный инструмент.
– Я в шоке! – воскликнул Джин. Чимин и Юнги просто сидели молча, видимо отходя от представления. Чонгук тоже не знал, что сказать
Хосок просто поднимал палец вверх.
Из всех только Намджун был спокоен, потому что много раз слышал игру брата.
– А про мясо вы все забыли? – вернул к реальности всех голос Чонгука и Сокджин сорвался, побежал к мангалу.
– Мин, тащи тарелку!
Юнги схватил миску, поспешил к Сокджину.
Убрав скрипку, Тэхен был так рад происходящему, что даже не скрывал этого. Они будто правда вернулись на месяц назад: сейчас Юнги попросит включить его любимый трек и начнет танцевать. Дальше у нему присоединиться Чимин и парни начнут им свистеть, снимать на камеру и смеяться. Будто сейчас все было как во сне.
Юнги вернулся к столу с миской полной мясо. За ним Сокджин, улыбаясь, смотрел на парней. Было видно, что он до безумия скучал по ним, а весь прошел всего месяц.
Заняв места, парни взяли себе по куску мяса, кто-то взял пиво, а кто-то перешел на соджу. Например, Хосок предпочел крепкий алкоголь. Сказал, что хочет расслабиться, а Юнги остановил свое предпочтение на пиве, что удивило малого. Он-то думал, что старшие все налягут на что-то покрепче, но нет.
Что до младших, то им дали пиво, но даже спустя полчаса, Тэхен, так и не сделал глоток. Не хотел пиво. И это не осталось незамеченным.
– Малой, тебе не нравится пиво? Оно темное. Наверное, крепкое для тебя.
Тут до Тэхена дошло – вот почему пиво не понравилось ему.
Он поставил бутылку на стол и смущенно кивнул.
– Будешь соджу со мной? Буду немного наливать.
Тэхен покосился на брата, который увлеченно разговаривал с Сокджином. Иногда, к ним, присоединялся Юнги.
– Пока он не видит, – прошептал Хосок, кивнув на Намджуна.
– Но все слышит. – подал голос Ким старший. – Хоби, только немного.
Хосок подмигнул.
Тэхен улыбнулся, кивая Хосоку. Тот наполнил стопку только наполовину и сказал малому поднять ее. Сидящий рядом Чонгук, вдруг закатил глаза.
– Когда выпиваешь в кругу старших, всегда отворачивайся и прикрывай стопку ладонью.
Теперь Тэхен понял, почему Чонгук так сделал. Однако он спорить не стал. Знал, что так многие делают, но сам – никогда.
Прикрыв стопку ладонью, Тэхен чуть отвернулся и выпил. Хосок одобрительно улыбнулся, произнеся, что он молодец и налил еще. Сборку разговоры не утихали: там что-то очень бурно обсуждалось и даже Чонгук присоединился к ним. Пока никто не видел, Хосок встал и тихо позвал Тэхена с собой выйти на улицу.
Там, возле гаражей, Хосок выдохнул будто с каким-то облегчением. Прислонился к холодному соседскому гаражу и посмотрел на небо.
– Я рад, что у Гука появился ты. Он изменился. – заговорил Хосок.
– Он... он рассказал?
– Да. Но я не лез с расспросами.
Тэхен покраснел.
– Я так понимаю, что о́н в вашей паре доминирует. – произнес Хосок. Тэхен нахмурился, не понимая слов старшего.
– Ну, в сексе.
– А, это, – совершенно спокойно выдохнул из себя слова малой, кивнув.
– Больно было? К первому разу нужна подготовка.
– Хен, мы можем это не обсуждать? – спросил Тэхен.
– Можем, просто я хотел бы понять, что мне нужно объяснить Гуку. Они же, активы, тупые. Им бы член присунуть, а нам хотелось бы нежности и ласки.
Малой подошел ближе к старшему и тоже прислонился для спиной к гаражу, сказал:
– Не переживай, мы пока не занимаемся сексом.
– Хорошо, но если что, ты всегда можешь мне позвонить.
Хосок вдохнул воздух. Небо действительно было сегодня красивым – так много звезд и тихо.
Сбоку лишь слышны голоса парней, которые на спор пили уже давно не пиво, а соджу. Было слышно, как Чонгук громко говорил, что снимает их.
Сейчас на душе у каждого было так спокойно. Никто не вспоминает обиды и колкие слова, сказанные друг другу. Каждый старается сдерживаться.
Послышался голос Сокджина, который умолял не наливать ему еще. Сказал, что если выпьет, то точно отключится. Юнги засмеялся и обратился к Чимину, мол, пей ты.
Тэхен слушал и улыбался, изредка кося взгляд на Хосока, а потом послышались шаги. К ним вышел Намджун.
– Эй, вы чего тут стоите?
– Разговаривали. – ответил Хосок и оттолкнулся от гаража.
– Пошлите мясо кушать. Сокджин еще рыбу хочет пожарить.
– Правда?! – воскликнул Тэхен и тоже оттолкнулся от гаража. – Рыбу я люблю.
– Да, знаю.
Хосок с нежностью смотрел на разговор братьев.
– Хен, пойдем? – Тэхен шагнул к Киму старшему и обернулся.
– Идите, я постою немного.
– Ладно.
Тэхен забежал в гараж, за ним Намджун и Хосок остался один.
Чувствуя себя в одиночестве лучше, чем в кругу бывших друзей, Чон поджал губы.
Ему всегда казалось, что он-то точно не бросит парней, но оказалось, что забота и близком, его будущее куда важнее. Да, друзья хорошо, но не стоит забывать о себе. Себе жизнь тоже нужно обеспечить и не абы какую.
Хосок слышал, как парни гремели чем-то внутри. Как произносили посты. Видимо, им хорошо, раз совершенно никто не вспоминает о нем. Впрочем, оно и лучше. Хосоку в тягость натягивать улыбку. Заебался он.
Продолжив смотреть на небо, Хосок не заметил, как из гаража вышел Юнги. Закурив, он огляделся и заметив Чона, подошел ближе. Хосок отвел взгляд и чуть отстранился.
– Чего стоишь тут? – низкий голос Юнги уже не казался родным.
– Воздухом дышу.
– Воздух и в гараже есть.
– Свежим. – уточнил Хосок.
Мин выдохнул дым.
– Удивлен, что ты пришел.
– А я удивлен, что вы́ позволили себе прийти. Но Сокджин наш друг, он много не знает и надеюсь, что не узнает.
– Боишься его осуждений?
Хосок повернул голову и встретился со спокойным взглядом Юнги. На мгновение он растерялся.
– Нет. Ему не нужно знать, что его два друга опустились на дно. Нарик и шлюха – идеально просто.
Юнги швырнул бычок в сторону и резко развернулся, схватив Хосока за руку. Силой потащил его подальше от парней, завернул за угол заброшенного гаража. Толкнув Чона к его стене, Хосок сжался от удара, по не издал ни звука.
– Следи, сука, за словами. – Юнги схватил Хосока за плечо, а другой рукой тыкал указательным пальцем в лицо Чона.
– Разве я не прав? – спросил спокойно Хосок.
– Мы собой жертвовали, чтобы помочь братьям Ким. Извини уж, что у каждого свой способ.
– Мне вообще плевать. – ответил Хосок. – Вы помогли, хорошо, только теперь посмотри на себя и на него. Не мерзко? Я тебя, дрянь, вытаскивал из этого дерьма, а что теперь? Я уверен, что если залезу в твой карман, то найду там порошок.
Юнги, вдруг, дрогнул. Хосок это почувствовал.
– Видишь, я правду говорю.
– Я контролирую себя.
– Юнги, мне плевать. – повторил Хосок. – Мы никто друг другу, поэтому разбирайся сам во всем, только держись от Чонгука подальше. Ты ему никто.
Юнги забегал глазами по лицу Хосока. Тот ощутил его растерянный взгляд, страх и обиду из-за сказанных слов.
Рука Юнги медленно отпустила Хосока и он сделал шаг назад.
– Из всех людей, я мог довериться только тебе, – начал говорить Чон, – А теперь? Мне противно смотреть на тебя. Даже не верю, что любил когда-то.
– Тебя не заставляли.
– И ты, пожалуйста, перестань любить меня. Я не отвечу взаимностью.
Юнги усмехнулся и быстро ответил с какой-то гордостью:
– Я давно не испытываю к тебе чувств.
– Это хорошо, – Чон кивнул, – Но я сочувствую твоему новому партнеру. Он должен знать, что ты вспыльчивый и можешь удалить.
– Хоби, – голос Юнги стал каким-то жалким, – Я никогда тебя не бил.
– Не бил, но пытался. К тому же, ты бил моего брата, а это тоже имеет место быть.
Было видно, что Юнги в замешательстве.
– Мин, на сегодня я забуду, что было, но с завтрашнего дня...
Хосок замолчал. Услышал голоса Чонгука и Тэхена. Они звучали все четче, что означало, они приближаются.
Хосок растерялся. Не хотел, чтобы Чонгук увидел их, поэтому резко развернувшись, схватил Мина за руку и потащил за гараж. За ним оказалось узко, поэтому пришлось прижаться друг к другу.
Хосок покраснел, отводя взгляд в сторону. Юнги смотрел на него, совсем не изменившись в лице. Полное спокойствие. Даже чувствуя, как Хосок прижался к нему, Мин не исказился в гримасе мерзости.
– Чонгук ты перебрал, – сказал Тэхен. – Тебе поспать нужно.
– Все нормально. Тэ, можешь поцеловать меня?
– Могу, но потом мы вернемся и ты ляжешь спать. Хотя бы на час. Хосок-хен убьет тебя...
Хосок задрожал и хотел выглянуть, но рука Юнги остановила его, прижав к себе.
– Убери руку, – прошептал, сцедив зубы, Хосок.
– Не мешай им. Хуже сделаешь.
– Он пьян. Не хватало, чтобы все закончилось насилием.
– Не закончится, – заверил Мин и еще крепче сжал кисть Чона. Тот, вдруг, опустил глаза и произнес: – Ты дрожишь...
Юнги запаниковал. Дыхание участилось.
– Просто не хочу, чтобы ты все им испортил.
Хосок дернул несколько раз руку, но высвободиться не получилось, поэтому смиренно стоял прижавшись к Юнги. Они дышали в такт, поэтому Хосок не понял, почему, а вернее, из-за чего Юнги так напрягся.
Чонгук тем временем заставлял Тэхена слегка стонать из-за поцелуя. Хосок слышал причмокивания. Смущение настигло его и отвернувшись, Чон терпеливо ждал, когда брат насладиться любимым человеком.
Как они поняли со слов Тэхена – на большее Чон мог не рассчитывать, поэтому Хосок был спокоен. Конечно у него были догадки, почему малой мог стонать, но пытался отбрасывать мысли.
Поцелуй прервался голосом Тэхена. Он попросил Чонгука вернуться к парням, ведь они могут забеспокоиться и тот согласился. Дождавшись, когда младшие уйдут, Юнги отпустил Хосока и отвернулся от него. Тот не проронил ни слова, поспешил уйти и оставил Мина одного.
Стоило ощутить одиночество, как внутри все сжалось. Юнги душили мысли, ухо в голове звучал стон Тэхена и сжав челюсть настолько сильно, что почувствовал боль, Юнги замахнулся и ударил кулаком в кирпичную стену за гаражом. Костяшки мгновенно оказались разбитыми и кровь сочилась из них. Второй удар Юнги нанес в то же место, разбивая кулак до онемения пальцев.
Присев на корточки, опираясь спиной об гараж, Юнги достал телефон, набрал номер и удерживая боль внутри, терпеливо ждал ответа.
– Ты че звонишь? Куда ушел то?
– Чимин внимательно слушай и не задавай вопросов. Оставайся спокойным, – быстро проговорил Мин, – Возьми соджу и бинты. Я за третьим гаражом.
– Так.
– Блять, я же сказал, без вопросов. Дуй сюда.
Юнги отключился и убрал телефон. Продолжая сидеть, наблюдая, как кровь капает на землю, он усмехнулся. Мысли совсем затуманили голову. Как он опустился до этого? Понимал же все, знал, что так будет. Тогда почему сейчас не сдержался? Идиот.
В тишине он услышал шаги и выглянул. Чимин растерянно искал его, а заметив голову, рванул к нему, спотыкаясь.
Дойдя до Мина, Пак увидел его состояние и опустил плечи.
– Ты нахуя это сделал? Кого ты избил?
– Никого. Дай соджу.
Пак протянул бутылку и Юнги, сделал несколько больших глотков, вылил алкоголь себе на раны, а после попросил бинты. Обмотав руку, Юнги встал и с неким безумием уставился на Чимина. Тот похолодел.
– Рассказывай.
– Сначала закинусь, – выдал Мин и Пак почернел от злости. Юнги вытащил из заднего кармана пакетик с белым порошком, раскрыл его и сунул палец. Порошок прилип к нему и вытащив, Юнги втер его в десну.
Чимин смотрел на все это ошарашенно.
– Впервые я настолько сильно ненавижу Чонгука. Знаю, что неправильно и так нельзя говорить, но я до безумия ревную. – Мин запрокинул голову, удерживая слезы. Растянул грустную улыбку.
– Что произошло?
Сглатывая боль и ревность, Юнги все рассказал.
– Клянусь, я так Хосока не ревновал. Я еле сдержался.
– Хоби догадался? – спросил Пак.
– Не знаю. Мне наплевать.
– Ну тебе наплевать, а он мог все понять. Он, итак, нас ненавидит, а тут еще это... Юнги, вам лучше не видеться. Давай уйдем? Прогуляемся, выпьем вдвоем.
– Сокджин приехал, а мы уйдем? Ебанулся?
– Ты себе больнее сделаешь, если вернешься.
Юнги промолчал.
– Я скажу, что ты перебрал и...
Чимин не успел договорить. Юнги заплакал.
– Мин, ну блять... – протянул Чимин, протянув руки к другу. Обняв его, Юнги спрятал лицо в шее Пака и шмыгая носом, что-то говорил.
Слезы друга видеть было больнее всего. Чувствуя дрожь, бессилие и отчаяние, Пак сам сдерживал себя, чтобы не заплакать. Он, как никто иной, понимает, что сейчас чувствует Юнги. Сам был на его месте. Много раз.
Сам так же плакал, сидя в своей квартире. Давился алкоголем, внушал себе, что нельзя испытывать чувства, что так будет правильно и со временем все получилось, правда, иногда, осадок прошлого напоминал ему о боли. И сейчас напомнил. Напомнил, потому что он утешает того, кого сам любил. Кого хотел назвать близким, но не по дружбе, а по-другому. Но увы, этого не случилось и не случится никогда. После их секса, когда Мин был под наркотой, Чимин полностью поставил под запрет чувства. Для него Юнги только друг. Лучший друг.
Похлопав по плечу, Чимин решил, что нужно как-то разрядить обстановку.
– Даже не вздумай сопли оставить на меня. Я тебя закопаю тут прям.
Конечно, это не помогло, но он попытался.
Чтобы успокоиться, Юнги понадобилось много времени. Наверное, пока не подействовал препарат.
Со временем он перестал дрожать, шмыгать носом, а потом так вообще отошел от Чимина на шаг. В глаза друга пустота и равнодушие. Это знакомо Чимину и он боится, что вернувшись в гараж, изменения заметят другие.
А из гаража, тем временем была слышна музыка и песни. Ребята, видимо, приступили к жарке рыбы, потому что сильно запахло именно ею.
Чимин иногда оглядывался и прислушивался к шуму, опасаясь что, кто-нибудь найдет их.
– Давай вернемся, – предложил Мин.
– Юнги, они догадаются...
– Нет. Я скажу, что пьян.
***
В гараже танцы и песни. Чонгук что-то пытается доказать Хосоку, Намджун смеется с них, а Сокджин стоит над мангалом, контролируя жарку рыбы.
Увидев Пака и Мина, Соджин сказал, чтобы они налили выпить и Чимин, кивнув, поспешил к столу.
Остановившись возле Сокджина, Юнги закурил, а тот сказал:
– Ты что-то сильно пьян. Глаза в кучу уже.
– Есть повод, – улыбнулся Мин.
– Слушай, я не стал говорить это при всех, но у вас что-то произошло? Вы все как будто изменились.
Юнги затянулся.
– Иногда бывают разногласия, а так все по старому. Не парься.
– Да я спокоен. Просто не хочу, чтобы вы разбежались. Мы – Пуленепробиваемые, помнишь. Мы держимся вместе.
Тут Юнги повернул голову и устремил взгляд на фотографию, сделанную в доме Криса.
– Да, помню, Джин. – выдохнул Мин и перевел взгляд на ребят за столом. Они уже выпили по стопке и Чимин налил по еще одной.
– Сколько малые выпили? – спросил Юнги, бегая взглядом от Чонгука к Тэхену.
– Чонгук дофига, а Тэхен еще держится. Он только соджу пьет, но пьянеет быстро.
– Понял. Помощь нужна? – спросил Юнги. Сокджин покачал головой.
Подойдя к парням, Мин сел напротив Тэхена, рядом с Чимином. Наблюдая за всеми парнями, он старался не задерживать взгляд на ком-то одном надолго. Выпивая, он то и дело старался контролировать себя и свои мысли, не давая агрессии выйти наружу.
Через час Сокджин принес рыбу и они снова выпили. Из-за музыки они говорили громко и уже не внятно, а еще через полчаса Намджун клевал носом, Хосок принялся играть в игры с Сокджином и Чонгуком, а Чимин расслабленно смотрел на всех. Юнги же, косился на Тэхена, который хлопал себя по красным щекам.
– Эй, малой, все нормально? – Юнги поддался вперед.
– Выпил много. Я, наверное, выйду подышать.
– Кофе надо. Пак, – Юнги позвал друга, – Кофе есть?
– Откуда? Я что, бариста?
Мин закатил глаза, а Тэхен засмеялся.
– Я до магазина тогда дойду. – сказал малой.
– О, купи мне соджу со вкусом какую-нибудь.
Тэхен ставился на Пака, а Юнги почти покрутив пальцем у виска, сказал:
– Ебанутый? Он ребенок. Я сам схожу, оставайтесь здесь.
Юнги встал. Пойти до магазина идея была отличной. Он сможет подышать, затереть еще немного порошка и усмирить мысли.
Выйдя из гаража, он прошел совсем немного, как услышал голос Тэхена, зовущего его. Юнги обернулся.
– Можно с тобой? Пройтись хочу.
Юнги растерялся: он другое планировал сделать, но все же кивнул.
Они шли молча и медленно. Тэхен не спешил, а Мин и не настаивал на скорости. Малой иногда спотыкался и винил во всем Чимина, который так часто наливал соджу. Впрочем, винил он его в шутку.
Продолжая идти, Тэхен вздыхал, будто хотел что-то сказать, но продолжал молчать. Юнги же понимал, что малого что-то беспокоит, поэтому предложил остановиться и перекурить. Может так он сможет набраться сил и сказать, что хочет.
Юнги закурил. Дым взмыл вверх и растворился, а стоящий рядом Тэхен так ничего и не сказал.
Сигарета догорела до тла. Швырнув бычок в сторону, Юнги покосился на малого, который с раскрасневшимися щеками смотрел себе в ноги. Иногда он шатался, будто вот-вот упадет лицом в землю.
– Нужно было остаться в гараже, – заговорил Мин.
– Там душно.
Юнги был согласен и как бы не был против компании Тэхена, просто переживал за него.
Постояв еще некоторое время, Тэхен тяжело вздохнул. Наверное, ему было нехорошо, ведь для его возраста, выпить столько алкоголя... безумно. Вздохнув еще раз, протяжно и долго выдохнув воздух, малой повернул голову на Юнги и спросил тихим голосом:
– Ты же больше меня выпил, почему ты не такой пьяный?
– Я старше тебя и я вырос в месте, где алкоголь, как часть культуры, скажем так.
Тэхен засмеялся.
– Обязательно с таким серьезным лицом говорить? Рассмешил.
Мин пожал плечами, улыбнулся в ответ. Чуть выждав время, он спросил:
– Малой, тебе же сильно по голове дало?
– Достаточно. В ближайшие месяца точно пить не буду.
Юнги поджал губы и сжал кулаки. Развернулся к Тэхену и сказал:
– Ты мне нравишься. – выдал Мин и резко шагнул к малому, обхватив его лицо руками, накрыл его губы своими. Малой распахнул глаза и застыл.
Поцелуй был коротким. Юнги очень боялся, что их увидят или что Тэхен оттолкнет его. Воспользовавшись моментом, Мин понимал, что это было неправильно, но терпеть, наблюдать за объектом своих желаний, уже не было сил.
Оторвавшись от губ, Мин сделал резкий шаг назад и отвернулся краснея. Завтра он точно будет себя ненавидеть за это, но сегодня он счастлив. Он никогда не сможет больше попробовать губы Тэхена. Это был единственный шанс.
– Хен...
– Забудь. Ничего не было.
– Нет, хен, у меня голова кружится. Я, кажется, сейчас упаду...
Мин резко развернулся и успел схватить малого до того, как тот почти рухнул на землю. Он уснул. Алкоголь сделал свое дело и это было к лучшему. Завтра, если Тэхен спросит, что между ними было, Юнги ответит коротко: "Ты перебрал. Это был сон".