21
Уже засыпая, Лиса вспомнила, что так и не рассказала Гуку о видении, в котором она видела тень. Наверное, утром стоило начать разговор прямо с этого. Вот только утро началось с того, что кто-то беспрерывно ударял в дверь и звонил в колокольчик.
Лиса вскочила с кровати и тряхнула головой, чтобы прийти в себя. Она была все еще во вчерашнем платье. Напряжение прошедшего д
сморило так быстро, что она даже не переоделась. Впрочем, сейчас это было только на руку.
Перепрыгивая через ступеньки, она быстро оказалась внизу, рядом с Чонгуком. Он, в отличие от нее, был бодрым, свежим и одетым в изысканный костюм.
— Поднимись на второй этаж. Подожди там, — отрезал он вместо «доброго утра».
— Но, Гук… — она встревоженно покосилась на содрогавшуюся под ударами дверь.
— Пожалуйста, — сухо добавил он.
От Килеска повеяло слабым раздражением. Лиса упрямо сцепила зубы, прекрасно понимая, что ещё чуть-чуть — и Чонгук снова применит Слово. Что ж, возможно, лучше и правда предоставить мужчине право разбираться самому. Но почему же теперь ее так выводила из себя любая попытка собой командовать? Ведь сейчас она прекрасно понимает, что ей нужно спрятаться.
— Третья комната по коридору. Из окна будет видно крыльцо. Только не высовывайся, — подсказал он, когда Лиса наконец решила послушаться.
Добраться до нужной комнаты заняло меньше минуты. Осторожно притаившись за занавеской, она, стараясь не шуметь, приоткрыла окно.
— По какому праву вторжение в мой дом, господа? — Чонгук вышел вперёд, загораживая проход к дому.
— Каков наглец! Верни мою дочь, ублюдок!
Марк Монобан стоял прямо перед Чонгуком. Хвост демона вздыбился, глаза бешено сверкали, а побелевшие скулы выдавали крайнюю степень напряжения.
— Давайте не будем опускаться до взаимных оскорблений, — сухо кашлянул седовласый мужчина в офицерской форме, окружённый несколькими помощниками. — Гранд Мастер, поступило заявление господина Марка о похищении вами его дочери. Вам есть, что сказать по этому поводу, до того, как мы обыщем помещение? Он гордо вздернул голову, и Лиса разглядела его лицо и жёлтые глаза под челкой. Артур Мартин, комиссар. Как она его сразу не узнала?
— Обыскивать ни к чему. Я не отрицаю, что она здесь.
— Ты мне ответишь за похищение и разрушение дома! Я тебя засужу! — воскликнул Хаара. — Где Лалиса? Я ее забираю!
Он успел сделать всего пару шагов, и его остановил властный голос Чонгука:
— Попробуешь войти — и я обвиню тебя во вторжении на частную территорию.
Монобан зло прищурился, но все же затормозил, оборачиваясь к полицейским:— Офицер?
— Гранд Мастер, у нас ордер на обыск и изъятие дочери господина Монобана… в случае обнаружения, — осторожно предупредил Артур.
Чонгук в ответ лишь равнодушно кивнул.
— В таком случае, я вынужден подать заявление в полицию. Вот… — он полез во внутренний карман и вынул несколько аккуратно сложенных листов, — прошу ознакомиться.
Артур Мартин, взяв бумаги, углубился в чтение.
— Намоа вас покарай, что происходит? Обыщите дом, офицер! —Марк раздражался с каждой секундой все сильнее, Лиса улавливала злобу, волнами исходящую от него. Кажется, ещё чуть-чуть — и он будет готов вцепиться своему противнику в глотку. — Что ты ему подсунул?
Чонгук оставался невозмутим:
— Если вы спрашиваете о заявлении, то в нем написано, что мошенническим образом вы украли у меня права владения и распоряжения моей рабыней.
— Что? Что за чушь вы несёте? Она моя дочь!
— Согласно законам Лораса, продавец — в нашем случае бывший муж Лисы — имеет право выкупа в случае, если владелец не женился на рабыне. Однако выкуп был проведен без моего ведома, вдобавок, Лалиса была перепродана уже в следующие пару часов, что доказывает цель — наживу. Между тем, у меня есть доказательства, что я собирался жениться на Лалисе, и произошедшие события сорвали запланированную свадьбу. Таким образом, у ее мужа не было оснований для выкупа, а следовательно — смена владельца была незаконной.
— Что?! — Монобан был шокирован.
Впрочем, для самой Лисы все сказанное было не менее удивительно. Гук собирался жениться на ней? Даже думая, что она человек? Разве это может быть правдой? Но ведь тогда прошло совсем мало времени, она и сейчас решила бы, что жениться им рано, если бы не обстоятельства. Или Гук лжет, и все это сказано для того, чтобы остановить обыск?
— Офицер! Верните мне дочь! — вскричал демон, теряя терпение.
Комиссар оторвался от изучения бумаг и внимательно посмотрел на Килеска. Всего несколько секунд, глаза в глаза. Поглощенный своими эмоциями, Марк не заметил этого. Чонгук, чуть помедлив, коротко кивнул. Лиса видела, как уголок губ Артура дрогнул. Всего на несколько секунд она ощутила его торжество, а затем оно пропало, сменяясь деловитостью и отстраненностью. Комиссар отлично владел собой.
- Что ж, не могу не принять ваше заявление, Гранд Мастер, я все-таки при исполнении. Но в следующий раз все же направляйте бумаги в приемную полицейского управления, как положено.
— Намоа сожри его бумаги! — не выдержал Марк. — Начинайте уже обыск!
— Вынуждены вам отказать, господин Монобан.
— Что? Почему?! — от неожиданности хвост демона резко опустился.
— По результатам рассмотрения заявления Чон , а также вашего заявления, можно сделать вывод, что в данном случае мы имеем спор о праве собственности. А рассмотрение правовых споров не относится к компетенции полиции. Это компетенция суда. Поэтому ваши документы будут перенаправлены в суд для последующего решения спора.
С этими словами комиссар подал знак своим людям.
— Уходим! Всего доброго, господа.
— Что? Но как же моя дочь?!
— Получите решение суда — приходите.
Полицейские зашагали прочь, у крыльца остался лишь отец Лисы и Чонгук.
— А ведь я предлагал тебе хорошие деньги, — ухмыльнулся Гук. Пожалуй, в этот момент он выглядел куда большим демоном, чем хвостатый и рогатый Марк.
— Думаешь, ты победил? — Монобан буквально выплевывал слова. — Ни один суд не встанет на твою сторону! А до тех пор ты ничего не можешь с ней сделать. Без моего согласия вас не поженят.
— В таком случае, что же ты так нервничаешь? — ухмыльнулся демон-дракон.— Какой же ты все-таки омерзительный ублюдок…
— Вон отсюда, — не выдержал Килеск, пуская в ход Слово.
Лиса видела, как демон с перекошенным ненавистью лицом разворачивается на месте и большими шагами удаляется вниз по улице.
На мгновение ее кольнуло сожаление. Все-таки он, как ни крути, отец. И пусть за тот десяток дней, что она провела в его доме, им не удалось сблизиться, все же она бы хотела узнать его. Бесконечно одинокого, покинутого всеми из-за собственного характера и поведения.
«Он собирался торговать твоими возможными дочерьми», — напомнила она себе, чтобы перебить эту жалость. Лиса знала о своем бесплодии, но это не мешало ей надеяться, что когда-нибудь она все же найдет лекарство и у нее будут дети.
Чонгук уже зашёл в дом, а она все стояла и смотрела вслед удалявшемуся демону. Плечи опустились, хвост безвольно болтался. Ведь Марк сам во всём виноват, не так ли? Почему же так тянет хотя бы просто сказать ему доброе слово? Может быть, она переносит на демона чувства, которые испытывала к тому человеку, который ее вырастил?
— Тебе понравилось представление? — теплые сильные руки опустились на ее предплечья, чуть сжимая. — Я готовился.
— Артур Мартин подыграл тебе не просто так? — Лиса повернулась, оказываясь в кольце объятий. — Ты все-таки отдашь ему Соëн?
Вряд ли комиссар согласился бы на что-то иное.
— Ты считаешь, я не должен этого делать?
— У меня было видение. О том, как они… — она запнулась и покраснела, — занимались любовью.
Вряд ли ту подсмотренную сцену можно было назвать любовью, но другие эпитеты она сочла неприличными.
— Если бы меня спросили раньше, я бы решила, что выдать ее за комиссара — это просто то, что доктор прописал. Так ей и надо.
— А сейчас? — Чон чуть прищурился.
— А сейчас я ее понимаю, — она пожала плечами.
— В каком смысле понимаешь? — Чонгук замер, настороженно ожидая ответа.
Лалиса на мгновение поразилась произошедшей в нем перемене, а затем чуть не рассмеялась. Соëн ведь не хочет выходить замуж, неужели бесстрашный демон-дракон испугался, что и Лиса тоже откажется от предложения? Впрочем, предложения как такого и не было. Ну в самом деле, не считать же вчерашнее их дурачество за серьезный вопрос?
— Не в том смысле, о котором ты подумал, — поспешила успокоить она. — Твоей сестре нравится дразнить комиссара. Нравится ощущать себя хозяйкой положения. И она боится, что если они поженятся, то все изменится.
— Значит, тебе тоже нравится дразнить? — Гук потянул за шнуровку на платье, легко расплетая узелок сзади.
— Нет, я не об этом, — шелковая ткань соскользнула с плеч, и демон-дракон тут же коснулся обнаженного места губами. — Просто…
Она на мгновение забылась в ощущениях, теряя мысль, стараясь прижаться к мужчине еще сильнее.
— Не то чтобы у тебя в рабстве было плохо… — пробормотала она, в то время как Чонгук продолжал расправляться с последними завязками. — Но я не хочу оказаться там снова.
— Ты ведь понимаешь, что со своей женой я буду еще более строгим?
Платье упало на пол. На Лисе остались лишь длинные смешные кружевные панталоны, которые она носила в доме Монобана.
— Если бы ты уже была моей женой, мне бы пришлось тебя отшлепать за то, что ты не выполняешь мои приказы. Сними эти тряпки.
Мужчина чуть отступил, давая возможность выполнить приказ. Словно под гипнозом, не обрывая зрительного контакта, Лиса потянула белье вниз, даже не думая возразить. Лишь когда она переступила через белое кружево, спохватилась.
— Но ведь я еще не жена! Меня нельзя наказывать.
И вообще, как она должна была ходить в красивом белье, если этого самого красивого белья у нее не было? Явиться без исподнего на прием было слишком страшно. Это ведь не тайное свидание, мало ли, что может случиться.
Гук коварно ухмыльнулся, беря ее за руку и рывком разворачивая к себе спиной.
— Ну уж нет. Теперь я думаю, что тебе нравится меня дразнить и ты специально нарываешься, — горячий шепот обжег ухо, и от предвкушения удовольствия низ живота наполнила горячая истома.
Удерживая ее одной рукой, второй Чонгук скользнул ей между ног, невесомо лаская.
— Значит, ты предпочел бы, чтобы я явилась на бал без белья? — пытаясь справиться с возбуждением, глухо прошептала она. — Между прочим, я там не только с тобой танцевала. Там был один ксанф… он мог почувствовать, что под платьем ничего нет.
Звон шлепка был резким, громким. Она его услышала еще до того, как ягодицу обожгло огнем. Лиса вскрикнула, больше от испуга, чем от боли. Рука Чонгука вернулась на место, продолжая неторопливую ласку, раздвигая влажные складочки, проникая между них пальцами.
— И после этого ты будешь говорить, что тебе не нравится дразнить меня? — вкрадчиво поинтересовался демон-дракон.
— Да я ведь ничего такого не сказала! — возмущенно дернулась Лиса, но Гук держал слишком крепко.
— Тебе даже говорить не нужно. Стоит мне представить тебя в объятиях другого мужчины…
Еще один шлепок, более чувствительный, чем предыдущий.
— Так нечестно, — надулась она.
Обиженно засопев, она свела ноги, попытавшись отодвинуться. Не то чтобы ей не нравилось, напротив — было безумно возбуждающе, но вот выбранную Чонгуком причину она считала несправедливой.
— Честность понятие относительное, — напомнил он когда то уже сказанную фразу. — Кстати, ты ведь в курсе, что когда выйдешь за меня замуж, у тебя будет
много обязанностей? Супружеский долг… за время, пока ты была у Монобана, уже успели набежать проценты.
Килеск прижал ее к себе, обнимая и лаская клитор. Каждое движение вызывало разряд удовольствия, расходившийся по всему телу.
— Я в курсе, что такое супружеский долг, если ты помнишь, я уже была замужем, — фыркнула Лиса, щурясь от наслаждения, но осознав, что она сказала, резко распахнула глаза.
От очередного шлепка зажгло кожу. Из горла вырвался вскрик боли, но ладонь демона-дракона тут же вернулась на место, продолжая теребить чувствительное местечко. Боль сменилась наслаждением, еще более острым, чем прежде.
— Не говори мне после этого, что не хотела, чтобы я тебя отшлепал.
— Я правда не хотела! — искренне выпалила Лиса.
— Значит, коварный демон-дракон вновь поступает против твоей воли?
Жаркие прикосновения пьянили. Пальцы сжали грудь, вырывая из нее еще один стон. Соски были напряжены до боли, Гук обвел один, перекатывая кончиком пальца. Между ног уже полыхал пожар, и, подавшись назад, она ощутила бедрами его ответное желание.
— Да… — прошептала, совсем позабыв про заданный вопрос.
— Мне остановиться?
Она не сразу поняла, что у нее спросил Гук, но как только смысл слов дошел до нее, всхлипнула:
— Не надо, пожалуйста…
— Не буду.
Снова от изысканных ласк перехватило дыхание. Она уловила, как Гук расстегнул брюки. Влажная горячая головка уперлась в ее бедра. Внутри все сладко сжалось от предвкушения. Ей стоило всего лишь податься чуть-чуть вперед. Демон-дракон расценил это сигналом, свидетельством ее готовности. Он вошел резко, разом заполняя ее собой. Она отвечала, насаживалась, словно выпрашивая проникновение. Казалось, Чонгук входил намеренно медленно, сдерживая себя. И, не выдержав предчувствия оглушительного оргазма, Лиса начала хныкать, ерзать, умоляя двигаться резче и сильнее.
— Ты ведь теперь практически свободная, — промурлыкал Килеск, слегка прикусывая мочку ее уха, — а так, как ты просишь, трахают только рабынь.Его слова прожгли горящей стрелой, действуя подобно шлепку. Обостряя ощущения, усиливая возбуждение. Хотелось ли ей в этот момент быть его рабыней? Принадлежать лишь ему? Чтобы он брал ее так, как сам пожелает, чтобы она выполняла его фантазии, подчиняясь самым стыдным приказам?
Чонгук чуть замедлился, заставляя Лису буквально хныкать от переполнявшего желания.
— Пожалуйста, хозяин…
Стоило ей произнести это, как Килеск довольно хмыкнул, зарываясь ей рукой в волосы, оттягивая вниз, чтобы жестко поцеловать, властно сминая языком любое сопротивление. Его проникновения усилились, стали частыми, глубокими, каждый раз задевали что-то, от чего по всему телу растекались искры наслаждения. Огненная волна пробежала по телу. Лалиса содрогнулась, пытаясь сдержать стон,
но мужчина и не думал останавливаться. Он яростно вколачивался в нее, именно так, как ей самой этого хотелось. От глубоких толчков низ живота сладко скручивало, сдерживать жалобные звуки уже не получалось.
Чонгук вцепился в ее бедра, царапая кожу, прикусил зубами плечо, сдерживая утробный рык. Она ощутила, как его член напрягся внутри, изливаясь, и прижалась еще теснее.
— Все, чего я хочу, это чтобы ты была рядом со мной, — еле слышно произнес мужчина.
Она хотела ответить, но не успела. Гук подхватил ее на руки.
— Ой! Куда ты меня несешь? — она обхватила руками его шею, боясь упасть.
Не то чтобы Лиса не доверяла, но ведь сейчас он в человеческом обличье, а не драконьем, вдруг она выскользнет?
— Сначала в ванную, а затем… — он сделал театральную паузу, — наденем на тебя наконец подходящее белье. Зря, что ли, я его заказывал?
Стоило выйти в коридор, как она открыла рот от удивления.
— Подожди! — покрутив головой, Лалиса присвистнула. — Как я раньше не заметила?! Ты отремонтировал потолки!
— Не только потолки, — с деланной обидой ответил Килеск. — Все, что было в твоем списке. Даже дверца бельепровода работает.
— Ну если даже она… Устроишь экскурсию? — она радостно захлопала в ладоши. — Хочу увидеть, что изменилось.
— Мы собирались в ванную… — нахмурился мужчина, явно не обрадованный перспективой отложить удовольствие.
— Ванной мы закончим. Что? — она шутливо щелкнула его по носу. — Должна же я оценить твои старания.
Старания были оценены по достоинству. Дом выглядел гораздо лучше. Исчезла атмосфера заброшенности, ушла затхлость из неиспользуемых комнат. Стены, потолок, паркет — все сияло свежестью, чистотой и новой краской. Ну а недавно установленная новая огромная ванная, опробованная вдвоём, стала замечательным завершением осмотра.
До примерки заказанных демоном-драконом комплектов дело так и не дошло. У обоих просто не было сил. Через пару часов, счастливые и расслабленные, они сидели в кухне, а Лиса пыталась отыскать в бесчисленных шкафах что-нибудь съедобное.
— Перестань суетиться, — Гук фыркнул, дернул ее за руку и, рывком развернув, усадил себе на колени.
— Нужно что-нибудь приготовить… — без особого энтузиазма откликнулась Лиса.
— Ты хочешь есть? — встревожился мужчина. — Последние дни я почти не бывал дома.
— Думаю, мы оба скоро проголодаемся. Но я помню, что к моей стряпне ты относишься насторожено. Но я могу приготовить что-нибудь сладкое…
— Не говори глупости! Не хочу, чтобы ты сейчас отвлекалась от меня. Может быть, сходим куда-нибудь?
— Хочу розовое пирожное, которое я из-за тебя уронила! — она выпалила это раньше, чем осознала, что говорит.
— И после этого ты считаешь меня сладкоежкой? — ухмыльнулся он, зарываясь лицом в ее волосы.
Как и в прошлый раз, они направились в противоположную от центра сторону. Прошли мимо высоких многосемейных домов, свернули в проулок, подальше от широкой улицы. Колокольчик на двери звякнул, обозначая их приход. В прошлый раз за прилавком был мальчик, но сегодня это была молодая девушка в белом переднике и колпаке. Она дежурно улыбалась, но стоило ей увидеть, кто пришел, глаза мгновенно вспыхнули, а на щеках выступил румянец.
— Чон Чонгук! Очень рада вас видеть! Вы к Нику? Он ждал вас вечером, но вы можете пройти и сейчас… — она громко взволнованно затараторила и два раза стукнула по стене.
Из двери, ведущей во внутренние помещения, показался светловолосый мужчина. Руки были в муке, на плече висело полотенце.
— Гранд Мастер! — он открыто улыбнулся. — Вы проходите, я только руки вымою.
— Подожди меня минуту, выбери пока что-нибудь, — шепнул Чонгук на ухо Лисе и скрылся вслед за пекарем.
И вот что это было? Лиса удивленно смотрела то на проем, в котором скрылся Килеск, то на продавщицу. Если какие-то дела с владельцем булочной Лиса еще могла предположить, то почему при виде демона-дракона девица покраснела — думать не хотелось. Эмоции, исходившие от нее, были странными. Благодарность, еще что-то похожее то ли на преклонение, то ли на восхищение. Сама того не замечая, Лиса все больше и больше накручивала себя. Кажется, такой неприязни, как к этой маленькой человечке, она не испытывала даже к Элизе. А как она посмотрела на Гука, когда тот вошел?! Только что дыру не прожгла!
— Вы знакомы с Гранд Мастером? — приторно-сладким голосом спросила Лиса.
Она и не знала, что способна одновременно улыбаться, глядя на человека, и представлять, как размазывает по его же лицу стоящий рядышком торт. Даже царивший здесь аромат не казался теперь привлекательным. А от ванили слегка поташнивало. Слишком уж пропахла ею глупо хлопавшая глазами человечка.
— Да… я жила у него, — смущенно ответила продавщица.
— Что?! — глаза округлились против воли, а улыбка сошла, будто и не было.
Что значит — жила? Чонгук спал с этой пигалицей? Демонам под хвост эти булочки и пирожные! Ноги ее не будет больше в этой лавке! И Гука она сюда больше не пустит!
— Я что-то не то сказала? — испуганно ойкнула девушка. — Я была у него в рабстве некоторое время, Гранд Мастеру нужна была служанка…
Лиса в бессильной ярости сжимала и разжимала кулаки. Демон-дракон говорил, что у него уже была рабыня до нее и что он ее продал. Так значит, он продал ее владельцу этой пекарни? И с тех пор регулярно навещает?!
Перед глазами встал образ растрепанной дрожащей девушки в рабском наряде. Она стоит, опустив голову, перед диваном, на котором сидит Килеск.— …Готовить, ходить за продуктами, убирать. Многое не требуется, — равнодушно перечисляет он. — И еще держать язык за зубами обо всем, что увидишь в доме. Если нет вопросов — на сегодня свободна. И переоденься. Выглядишь отвратительно.
Последнее слово срабатывает как пощечина. Рабыня бухается на колени, чуть ли не ударяясь головой об пол.
— Какая-то ты слишком нервная, — лицо мужчины выражает слегка брезгливое беспокойство. — Тебя били?
— Желаете ударить меня, хозяин? — девушка поднимает голову, впервые за все время встречаясь взглядом с демоном-драконом, и того от этого взгляда буквально передергивает.
Он резко встает и отходит подальше, увеличивая расстояние между собой и рабыней.
— Амон! Нет. Не желаю. Мне сказали, что ты дважды пыталась бежать и чуть не убила надсмотрщика. Я ожидал, что ты будешь вести себя соответственно, а не как зашуганный зверек. Встань.
— Это вышло случайно… — шепотом оправдывается девушка, — я спряталась за ящиками, а когда пыталась вылезти, они упали… А потом они заставили меня…
Она шумно сглатывает, но подниматься на ноги не спешит. Чонгук тяжело вздыхает, колеблется, но все-таки подходит и опускается на корточки рядом с девушкой.
— Успокойся, больше никто тебя не обидит. Просто хорошо выполняй свои обязанности, и все.
Рабыня доверчиво смотрит на хозяина, осторожно кивая. А затем вдруг тянется к своему платью и, зацепив руками, тащит его вверх, пытаясь снять.
— Что ты делаешь?
— Вы сказали, я плохо выгляжу…
— Это не повод раздеваться прямо здесь. Я показал тебе комнату.
Девушка еще раз кивает, а затем вдруг тянется к пуговкам на рубашке хозяина.
— Амон! Ты что творишь?!
Мужчина встает, оттолкнув ее руку. Не ожидавшая этого рабыня теряет равновесие и, нелепо покачнувшись, заваливается на бок.
— Простите, пожалуйста. Прошу вас! — она чуть не плачет, а Гук недовольно кривится.
— Встань уже и иди в свою комнату.
Он отворачивается и, подхватив газету с дивана, направляется на второй этаж.
Видение не заняло и одной секунды, но Лиса все продолжала стоять, тупо уставившись на продавщицу.
— Все в порядке? — обеспокоенно спросила девушка.
— А? О, да… — Лалиса тряхнула головой и негромко кашлянула. — Как получилось, что вы теперь здесь?
Впрочем, ничего удивительного. Учитывая поведение девушки, Лиса тоже, пожалуй, не смогла бы долго находиться с ней под одной крышей.
Стало нестерпимо стыдно за свою вспышку ревности, за уничижительные мысли по поводу этой девушки. Кажется, той в свое время пришлось еще хуже, чем самой Лалисе.
— На рынок меня продал отец. Мне двадцать три исполнилось, а не один жених так и не предложил ему нужную сумму… — бесхитростно начала рассказывать девушка.
Лисе только и оставалось, что слушать и сгорать от сдыда еще больше. Та так запросто открывала душу первому встречному, что Лисс показалась сама себе просто ревнивой дурочкой.
Или все дело было в том, что она пришла с Лео?
— …Гранд Мастер выкупил меня. А через неделю Ник нашел Гранд Мастера. Я и Ник когда-то встречались, но ему не хватило денег на выкуп, который бы устроил отца. Ну и…
— Чонгук дал ему рассрочку? — Лиса уже поняла, что произошло, и даже немного устыдилась собственных эмоций несколько минут назад.
Но только немного. Эта девица пыталась раздеться перед ее мужчиной!
— Расс… что? — продавщица переспросила, не в силах повторить незнакомое слово.
— В долг?
— Я не лезу в мужские дела, — она вжала голову в плечи. — Деньгами заведует муж. И про это я ничего не знаю.
Мда… Лиса неодобрительно покачала головой. Впрочем, она же сама видела, в каком состоянии была девушка, когда Гук ее выкупил. Это Лалиса хочет знать все о том, что делает ее мужчина и чем он живет, а кто-то счастлив в неведении.
Тем временем, Гук наконец-то вышел из подсобки и встал рядом с ней. Они купили два больших пакета выпечки. Сладкие пироги, пироги с рыбой, с мясом, пряники, слоенные мини-тортики и, конечно же, парочка соблазнительных розовых пирожных.
Выйдя на улицу, демон-дракон потянул ее дальше.
— Я думала, мы вернемся домой… — Лиса озиралась по сторонам. Она никогда прежде не ходила сюда.
Не самые богатые кварталы города неуловимо напоминали ей собственную деревню. Такие же веселые детишки, бегавшие стайками. Кошки, короткими перебежками спешившие по своим делам. Лиса с Килеском дошли до небольшого пруда, берег которого был вымощен камнем. По водной глади плавали уточки и селезни, но стоило Чонгуку подойти чуть поближе, как все они, словно по команде, устремились к нему. Мужчина вытащил наугад из пакета булочку и принялся отламывать от нее по кусочку и бросать в воду. Бессовестные утки тут же устроили драку за каждый.
— Эй, что ты делаешь? — Лиса, шокированная подобным расточительством, выхватила остаток сдобы. — Ты покупал, чтобы выкинуть? Я съем!
В доказательство своих слов она демонстративно откусила булку.
— Уток кормлю, — хмыкнул демон-дракон. — Думал, девушкам такое нравится.
— Нравится? — Лиса недоверчиво посмотрела на булку. — Покорми меня. Я лучше, чем утка.
Гук улыбнулся, пытаясь сдержать смех, но спустя несколько секунд хохотал уже во весь голос.
— Да, определенно, выбирая между тобой и утками, я выберу тебя.
— Сам посуди. Они дикие, чем питаются — неясно. Так что ни яиц, ни мяса с них не получить. Хотя, может, местные жители специально их прикармливают, чтобы переловить по осени.
— Все время забываю, что ты самая практичная женщина из всех, что я встречал раньше.
— По крайней мере, я не ссужаю денег пекарям в то время, как собственный дом ветшает на глазах, — фыркнула Лиса.
Она сама не знала, зачем подняла эту тему. Может, ей хотелось показать Гуку, что она узнала о его предыдущей рабыне? Как ни крути, она бы предпочла никогда с ней не встречаться. Слишком сильно это напоминало о том, что произошло с ней самой. О невольничьем рынке, на котором провела почти месяц. О чувстве беспомощности, о том, что ей могло совсем не повезти и ее бы выкупил кто-то, куда менее порядочный, чем демон-дракон.
— Значит, Олли тебе все рассказала… — мужчина прищурился, словно пытался прочитать ее мысли и понять, какие же выводы она сделала. — Но на самом деле все немного не так. Дело в том, что девушка оказалась бесподобной кухаркой. И было даже немного жаль отдавать ее без возможности доступа к кулинарным шедеврам. Жениху Олли досталась нерентабельная пекарня от отца, и он предложил мне забрать ее в обмен на девушку.
— Ого. Ты поступил благородно, оставив ему дело…
— Оставил? Нет, конечно. Я разве похож на магика, раздающего деньги налево и направо?
— Но ты ведь сказал…
— Я забрал пекарню и заставил их работать. В смысле, учитывая таланты Олли, дал им план развития, наладил поставки, организовал сбыт. Теперь получаю доход.
— Но как же… — все это время так любимая демоном-драконом булочная принадлежала ему? Это просто в голове не укладывалось. — Ты же платил деньги за пирожные.
— А разве не должен был? То, что я делаю там покупки, уже само по себе неплохая реклама, — мужчина самодовольно улыбнулся. — Пожалуй, за последний год это было лучшее вложение. Хотя нет, кое-что оказалось гораздо более успешным.— И что же? — Лиса подозрительно нахмурилась.
Только она подумала о том, что Гук просто святой, как он тут же с гордостью доказал ей обратное. Отнял у человека его дело, доставшееся от отца, и рад этому. А ведь жених, судя по всему, ничего не сказал своей Олли. Та полностью доверяет мужу и не лезет в «мужские дела».
— Даже не догадываешься? — он наклонился к ней и, улыбаясь, щелкнул Лису по носу. — Ты, глупенькая.
— Ах так! — она моментально вспыхнула и, недолго думая, достала из пакета первое попавшееся под руку кулинарное изделие и шлепнула им по лицу Гука. — Вот тебе!
Желтые глаза мстительно сверкнули, она и опомниться не успела, как розовый крем ударил ей прямо в нос.
— Так нечестно!
Прохожие оборачивались на них, перепачканных в креме и взбитых сливках, но близко не походили. Впрочем, Лиса и сама бы не рискнула подойти близко, увидь она подобное сумасшествие где-то на улице.
Мужчина привлек Лису к себе, слизнув с ее нос
— Пожалуй, так даже вкуснее.
— Ты не должен был этого делать! И вообще, я обижена!
Она попыталась оттереться тыльной стороной ладони. Главное, теперь не рассмеяться самой, иначе их точно примут за городских сумасшедших.
— Я должен спросить, на что ты обиделась?
— На то, что ты восхвалял кулинарные таланты другой женщины, в то время как мою стряпню так ни разу и не попробовал.
— Что ты предлагаешь?
Лиса хотела уже обязать Гука съесть все, что она приготовит, но вдруг передумала. А вдруг ему и в правду не понравится?
— Не накручивай себя по пустякам, маленькая, — шепнул ей Гук.
— Из твоих рук я бы принял даже яд.
Прогулка вышла короче, чем предполагалось изначально. Пришлось идти домой, вновь принимать душ, вымывая из волос остатки крема и крошки.
Они встали под теплые струи вместе. Гук подчерпнул немного мыльного раствора и ладонями прошелся по ее спине и животу. Затем взял в руки губку, чтобы взбить пену. Демон-дракон мыл Лису обстоятельно, не торопясь. Особое внимание уделяя груди, словно случайно задевая раз за разом соски. Доказательство его желания упиралось ей в бедра, но Чонгук не спешил. Пальцы еще раз зачерпнули раствор и спустились вниз, дразня, лаская. Они легко скользили между складочек, и мужчина все еще усердно растирал ее губкой, словно интимные касания всего лишь часть необходимой водной процедуры. Когда она уже была распалена до предела и начала поддаваться чувственным прикосновениям, Гук чуть слышно засмеялся и принялся смывать пену.
— Грязная девчонка.
— Уже чистая, — она повернулась к нему, потянувшись для поцелуя.
Видимо, это было последней каплей в выдержке Килеска. Он прижал Лису к стене, легко приподнял под ягодицы и резко вошел. Лалиса обвила его руками, подставляя шею под горячие поцелуи. Это было похоже на сон, ставший явью, на сказку. Из ванной Леониду пришлось все так же нести ее на руках.
— Мы ведь будем спать вместе? — шепнула она, уставшая, но совершенно счастливая.
— Не боишься, что я тебя… — Гук усмехнулся, явно проглатывая то слово, что вертелось у него на языке сейчас, — сведу с ума своими домогательствами?
— Не уверена, что у тебя получится, — коварно улыбнулась она, показывая язык. — Так что зря хвалишься.
— Это вызов?
— Попытка провокации, — с притворным вздохом призналась Лиса.
— Ах, так…
Демон-дракон повалил ее на кровать, наваливаясь сверху, прижимая ее руки к подушке. Страсть вспыхнула в них с новой силой, стирая границы, околдовывая, увлекая за собой в мир чувственных удовольствий.