Когда любовь просит прощения
Прошла неделя.
Семь дней.
Сто шестьдесят восемь часов.
Больше десяти тысяч минут.
Каждая из них в памяти Эктора звучала, как стук глухого сердца. Как дыхание в пустой комнате.
Как эхо её отсутствия.
Эким не было.
Ни в коридорах базы.
Ни за камерой на утренней тренировке.
Ни в маленькой столовой, где она всегда брала черный кофе без молока и тихо смеялась над шутками Ламина.
Ни рядом.
Нигде.
И все это знали.
Утром команда вышла на тренировку как обычно. Ветер был лёгким, даже ласковым. Но внутри тянуло холодом. В углу стоял Ламин — в первый раз без широкой улыбки. Он смотрел на Эктора и медленно опустил глаза.
Тот подошёл позже остальных. Молчаливый.
Как будто между ними был целый океан.
Тишина длилась слишком долго.
И вдруг Ламин шагнул ближе.
— Tú no entiendes nada, ¿verdad?
«Ты ничего не понимаешь, да?»
— тихо,но резко.
Эктор даже не поднял взгляд.
— ¿Qué no entiendo?
«Чего я не понимаю?»
— Lo que le hiciste.
«Что ты с ней сделал.»
— Ламин подался ближе, сжав кулаки.
— Se fue por ti. Por todo esto.
«Она ушла из за тебя. Из за всего этого»
— Эктор лишь молчал.
— Tú eras su paz. Y la rompiste.
«Ты был её покоем. И разрушил его.»
Эти слова вонзились под рёбра. Прямо. Резко.
— Y tú qué sabes...
«А ты что знаешь...» — выдохнул Эктор, отводя взгляд.
— Yo sé más que tú.
«Я знаю больше чем ты.»
— в голосе Ламина зазвенела обида и презрение.
— Porque al menos yo me quedé.
«Потому что я,по крайней мере,остался.»
Момент был не просто напряжённым. Он был на грани.
— Si la amaras ... no estarías callado entonces. No la dejarías ir.
«Если бы ты любил её... ты бы не молчал тогда. Ты бы не позволил ей уйти»
— Tú la seguirías.
«Ты бы побежал за ней.»
Эктор хотел ответить,сказать то что боялся,как вдруг раздался голос тренера. Пора на тренировку.
Но,тишина после этих слов звучала громче, чем любой крик.
В Италии Эким дышала другим воздухом.
Воздухом, который пах не болью.
Пах братом.
Кенан встречал её в аэропорту, взъерошенный, с мешками под глазами и крепкими объятиями.
— Buradayım. Hep seninleyim.
«Я здесь. Всегда с тобой.»
И этого было достаточно.
Никто не спрашивал. Не требовал объяснений. Он просто сидел с ней на кухне, пил кофе, смотрел на неё, не торопя.
— Seni o çocuk kırdı mı?
«Он разбил тебя?»
Эким не ответила. Только посмотрела в окно.
Но Кенан понял.
Он просто обнял ее за плечи и прошептал:
— Geri dönmek zorunda değilsin. Ama kaçma da.
«Ты не обязана возвращаться. Но и не убегай.»
Она вернулась. В понедельник вечером.
На следующий день — матч.
Никто не знал, кроме Ламина.
Утро вторника.
База.
Комната пресс-офиса.
Дверь открылась тихо.
И первым её увидел Пау.
Он резко обернулся — будто почувствовал.
И замер.
— ...Эким?..
Она стояла в проходе.
Светлая футболка, уставшие глаза, и ангел на цепочке у сердца.
— Я вернулась. — сказала она тихо,но так искренне.
И всё застыло.
Первым подбежал Гави,обнял. Крепко. Он ждал.
— Ты не представляешь, как тебя не хватало.
Пау не сразу подошёл. Но когда подошёл — тоже обнял.
— Добро пожаловать домой.
А потом появился он.
Эктор.
С шумом открыл дверь, не зная, кто за ней.
И остановился.
Он не ожидал.
Она подняла глаза.
Он хотел что-то сказать.
Но слова застряли.
— Hola. — её голос был тише, чем обычно.
— Hola.
Он шагнул ближе.
Один шаг.
Потом второй.
И остановился.
— Мне нужно подготовить трансляцию, — сказала Эким, как будто ничего не произошло.
— Матч сегодня. Мы не можем ошибиться.
Он кивнул.
Она пошла мимо.
И только в тот момент, когда её плечо почти задело его — он прошептал:
— Me alegro que volviste.
«Я рад, что ты вернулась.»
Она не обернулась.
Но остановилась.
И сказала:
— Ben de.
«Я тоже.»
В раздевалке перед матчем тишина была другой.
Настоящей. Напряжённой.
Ханси Флик вошёл, как всегда, сосредоточенно.
Разложил тактические листы.
Начал говорить.
О расстановке.
О контроле.
О балансе.
А Эким стояла сбоку, у стены. Снимала всё.
Но сердце билось, как в первый раз.
Потому что сейчас всё было иначе.
— Rafinha, — говорил тренер, — перекрывай пространство слева.
Гави — не теряй передачу в центре.
Эктор — ты ведёшь правый фланг. Ты должен быть опорой.
Эким смотрела на него сквозь объектив.
А он — будто чувствовал это.
Но не оборачивался.
Когда тренер закончил, игроки начали вставать.
Гави — первый.
Он подошёл к Эким.
— Объятие на удачу?
Она улыбнулась и кивнула. Он крепко её обнял.
Потом Пау. Он подошёл молча, просто широко раскинул руки.
— Без этого не выиграем.
Потом Ламин.
Он прижал её к себе, не говоря ни слова. Только шепнул:
— Соскучился. Не исчезай больше.
И остался Эктор.
Он стоял в углу. Не двигаясь.
Эким уже отвернулась, чтобы выйти.
Когда услышала:
— Ángel.
Она обернулась.
Он всё-таки подошёл.
Слишком близко.
Слишком медленно.
И когда его руки обвили её — это было не просто объятие.
Это была тишина.
Боль.
Прощение.
Невысказанное.
— Lo siento.
«Прости.»
Она не ответила. Только чуть сильнее прижалась.
И всё.
Стадион был полон. Шум стоял такой, что вибрировал воздух.
Эким стояла с камерой у бровки — как всегда.
Но сердце било иначе. Словно не по ритму.
Первый свисток.
Матч начался.
Барселона двигалась осторожно. Странно нервно. Будто каждая передача была шагом по тонкому льду.
Эким ловила кадры. Но каждый раз, когда камера проходила по Эктору — её пальцы будто дрожали сильнее. Он был сосредоточен, сосредоточен до боли. Ни одного лишнего жеста. Только взгляд — быстрый, острый, и будто уставший?
На 18-й минуте — удар.
Первый гол.
Рафинья.
Мощно. С линии штрафной, в дальний угол.
Стадион взорвался.
1:0.
Эким сняла его крик, его празднование, и на секунду — улыбку Пау, бегущего к нему.
И на фоне — Эктор. Он не кричал. Он просто кивнул. Молча. И продолжил.
Но это было только начало.
Противник быстро перехватил инициативу.
На 39-й минуте — потеря мяча в центре.
Контратака.
И...
Гол.
1:1.
Гави бросил руки вверх от ярости.
Пау ударил по газону.
Эктор просто отвернулся, сжав губы.
И снова — игра. Напряжение.
В перерыве никто не говорил.
Тренер только повторял:
«Спокойно. Мы сильнее. Нужно довести до конца.»
Но в глазах у всех была тревога.
Эким стояла у входа в коридор.
Эктор вышел последним.
Они встретились взглядом.
— Ты справишься, — прошептала она.
Он кивнул.
Не улыбнулся. Но что-то в его лице дрогнуло.
Второй тайм был — войной.
Моменты.
Падения.
Фолы.
На 67-й минуте Эктор подал острый навес, Пау пробил — штанга.
На 72-й — Ламин прошёл по флангу, убрал троих — но его сбили у самой линии штрафной.
И всё ближе шла 90-я минута.
А счёт — 1:1.
На скамейке тренер закрыл лицо руками.
Фанаты начинали нервничать.
Кричали.
Давили.
И тогда...
На 91-й минуте — финальная попытка.
Подача от Рафиньи.
Мяч летит.
Все в штрафной.
Прыжок.
И...
ГОЛ.
Эктор.
Он забил.
Секунда — и стадион взорвался. Громко. Волной.
Эким не осознала — как подбежала ближе.
Как камера упала на ремне.
Как она кричала, как все.
Он не бежал праздновать.
Он просто опустился на колени.
И потом поднял взгляд — прямо на неё.
И в этом взгляде было всё.
Боль.
Осознание.
И... просьба?¿
После финального свистка никто не мог сдержаться.
Ламин упал на спину.
Гави обнимал Пау, смеясь.
Рафинья поднял руки к небу.
Эким стояла у края поля.
И вдруг почувствовала — его шаги.
Он подошёл. Молча.
Смотрел.
— Gracias por estar aquí.
«Спасибо, что ты здесь.»
— Estuve siempre. Solo no lo viste.
«Я всегда была. Ты просто не видел.»
Пау и Гави бросили взгляды, но не подошли.
Они знали.
— Можно... поговорить? — Эктор выдохнул, будто с усилием.
Эким кивнула.
Они пошли за стадион. В небольшой пустой коридор между раздевалками.
Он остановился.
Подошёл ближе.
— Прости.
— За что именно? — взгляд Эким был не мягким. Он был настоящим.
— За всё. За то, что молчал. За то, что не остановил тебя. За то, что ушёл.
Пауза. Долгая.
— Ты не просто молчал. Ты меня разрушил.
— Я знаю. — он сжал руки в кулаки. — Я боялся. Я думал, что тишина — безопаснее.
— А она убила. Меня.
Слёзы стояли у неё в глазах, но она не позволила им упасть.
— Ekim... — он назвал ее по имени,впервые за долгое время.
— No puedo perdonarte hasta que pueda.
«Я не смогу тебя простить,пока не смогу.»
Он закрыл глаза.
—Pero has vuelto.
«Но ты вернулась.»
— Sadece kendim için.
«Только ради себя.»
Он шагнул ближе.
И тогда она сказала:
— Ты дал мне имя.
Ángel.
Но ты сам же и сломал мои крылья.
Он отвернулся.
Не мог больше смотреть.
Было слишком больно.
— Ama ben uçmayı öğreniyorum.
«Но я учусь летать заново.»
И вышла, не дожидаясь ответа.
В автобусе все были в эйфории.
Но Эким села отдельно.
Смотрела в окно.
На небо.
Ламин подошёл.
Сел рядом.
— Ты сильная. Но тебе не обязательно быть одной.
— Спасибо. За всё. За то, что остался.
Он улыбнулся.
— Ты наш свет. Даже если сама этого не видишь.
Матч закончился.
Слова были сказаны.
Но сердца всё ещё болели.
Это был не конец.
Но это был шаг.
И в этой тишине, между болью и светом,
Эким начала возвращать себе крылья.
А Эктор,начнет возвращать Эким,во что бы это ему не стало.
⸻
Всем привет,это девятая глава,моей первой истории.
Буду рада вашим комментариям и реакциям
Ниже оставляю ссылку на свой телеграм канал там я буду анонсировать выходы глав да и просто будем общаться.
Заходите в тгк много интересного
https://t.me/hectorfort777