9 глава
План в исполнение начали приводить следующим утром с первого пункта – наблюдение и сбор информации. Хотелось знать как можно больше обо всех и, конечно же, о Гарри. Даже в мыслях Джеймс всё ещё редко называл его сыном, хотя уже смирился с этим фактом. Смирился и принял. Его грела мысль, что он жениться на Лили и у них будет ребенок, они будут жить счастливо своей маленькой семьей, пусть и всего год. Нет, конечно, мириться с этим он, Джеймс Поттер, будущий глава рода Поттер (древнего и уважаемого рода между прочим!) не собирался.
Игры со временем, безусловно, опасны, всякому понятно и то, что менять прошлое в угоду будущему категорически запрещается, но ведь если задуматься, он не прошлое менять будет, а лишь свою реальность. Это здесь он и мародеры чужие, но в том времени, где осталась его Лили, они полноправные жители. Там они будут творцами своей судьбы, ведь будущее не предопределенно! Всё в его руках! Правда, сейчас он застрял в 1998, но это поправимо. Профессор Макгонагалл обещала найти способ, а значит, она вернет их.
И мародеры, выкинув из головы все заботы, начали разворачивать свою пакостную деятельность, постепенно оплетая замок и его жителей своими сетями. И пусть даже никто этого пока не замечал – само осознание надвигающейся шалости безумно опьяняло. Из-за этого, надо сказать, мародеры иногда начинали действовать беспечно и импульсивно, забывая думать о последствиях. К великому счастью окружающих (даже если они не осознают своего счастья), подобные затмения всё-таки происходили весьма редко.
Ведь полностью окунуться в сладостную эйфорию у четверки не получалось. Вся эта ситуация смогла-таки сбить с глаз мародеров часть пыльцы фей, и теперь они весьма трезво оценивали свои поступки и поступки других. Подумать только, они чуть не дали втянуть себя в войну! Семикурсников! Мерлин всесильный, где были их мозги?! И ладно они – наглые юнцы, жаждущие дела, горячка молодсти, со временем прошло бы, но Дамблдор! «Святой старец!» Тьфу! Да он же в их глазах идеалом был: сильный маг, заботливый директор, а на последних курсах ещё и надежный друг. Друг, как же! Да у него самого уже давно лимонные дольки вместо мозгов и «Всеобщее благо» вместо беспокойства о ближнем! Сейчас, вспоминая все разговоры с профессором, Джеймс понимал, что их всех все эти годы мягко подталкивали не только к лояльности к Альбусу, но и к самой их дружбе. Нет, хорошенько всё обдумав, Поттер с уверенностью может назвать мародеров друзьями, но в самом начале... Единственные парни на факультете с курса, они, естественно, начали общаться, но вот потом, Джеймс ничуть бы не удивился, если бы например Римус и Питер подружились, но оставили их с Сириусом. Как бы там ни было, совместные проказы объединяли, а им всё очень легко сходило с рук, когда они действовали сообща!
Баллов старику не добавляла и нынешняя реальность. Хорошенько присмотревшись к аборигенам, Джемс осознал, что они по сути своей всё ещё дети. Дети с поломанным войной детством. Отвратительно. Как только профессорам совести хватило перенести военные действия на территорию школы! И это не столько сама битва за Хогвартс, сколько весь учебный год. Взять хотя бы тех студентов, что в Выручай-комнате прятались. Но не это возмущало. Седьмой курс. Он же в этом году восьмой. Как только они переступили порог школы их стали готовить к этой войне, медленно взращивая необходимые качества. Многие из них уже старше мародеров, но даже Джеймс ощущал себя опытнее, и опыт его житейский. Выкинь сейчас этих молодых людей, безусловно, храбрых патриотов и сильных магов, в реальный мир, и они не справятся. А слизерин в тот год вообще превратился в факультет тех, на кого уже нельзя было повлиять. Ещё и эта нелепая вражда. Здоровый дух соперничества всегда присутствовал, но то, что происходит сейчас просто выходит за рамки! К слизеринцам относятся ужасно, просто потому что слизеринцы. Ещё один пунктик к плану.
Конечно, главная претензия к Альбусу – Гарри. Джеймс не мог простить профессору ни тяжелое детство мальчика, ни испорченные школьные годы, ни тем более запланированную смерть. Величайший волшебник Альбус Персиваль и далее, далее вместе со всеми наградами и званиями не смог найти способ извлечь крестраж, не убивая парня! И теперь Джеймс каждый мордрев день наблюдал за необычайно очаровательным парнем с необычайно пустым взглядом.
Хотя, тут спорно. Стоит в поле зрения появиться белобрысой макушке Малфоя-младшего, как Гарри оживал. Даже щеки начинали наливаться живым и здоровым румянцем, а синяки под глазами разглаживались, и перед мародерами представал Гарри Поттер во всем своем язвительном великолепии.
Джеймс долго наблюдал за сыном, пока ему в голову не пришла ужасно привлекательная мысль, которая пугала его до чертиков. Увы, идея заняла твердые позиции в сознании и покидать их не собиралась. И теперь мародеры сидели в комнате, спустя несколько недель после начала реализации плана.
Сам же Поттер уже минут десять сверлил пристальным взглядом присутствующих, но всё не мог собраться с мыслями и заговорить. Ему хотелось избавить сына от груза прошедшей войны, но способ ему откровенно не нравился, и где-то в глубине души очень хотелось, чтобы этот план с треском провалился. Наконец, вспомнив, что истинным гриффиндорцам страх не положен по определению, Джеймс заговорил:
- Я придумал, как помочь Гарри.
Решимости хватило ровно на одно предложение, но останавливаться было поздно – мародеры услышали, приняли к сведению и ждали продолжения.
- Я придумал, как помочь Гарри, - вновь сказал Поттер, нервно сжимая край мантии,но, заметив это, быстро отпустил, собрался и продолжил, - вы наверняка заметили, как он реагирует на Малфоя. Думаю их надо сталкивать чаще, это пойдет на пользу и ему, и нам. Ведь что может быть лучше для нашего плана?
- Из них получится отличная пара! – воскликнул Сириус и радостно рассмеялся.
Питер поддержал друга слабым кивком, а Римус ошарашенно переводил взгляд с одного на другого. Всё-таки свободный нрав волшебников ему не свойственен.
- Не думаю, что так далеко зайдет. Мой сын не гей!
И столько уверенности было в голосе друга, что Блэк решил промолчать, что Поттер сына совсем не знает и что не стоит быть таким консервативным. Сириус и сам заметил яркую реакцию Гарри на хорька и уже в предвкушении тер руки, ожидая нехилого переворота привычного мира Сохатого. Придется, правда, сильно поспособствовать, но оно того стоит...
***
Столкнуть двух парней с разных факультетов в огромном замке с необъятной территорией вокруг задача сложная, но выполнимая, к тому же сами парни против компании друг друга не возражали. И вот стараниями неугомонной четверки за неполный месяц они сталкивались столько раз, что уже сами могли начать перебрасываться обычными фразами в коридорах, а не только бесконечными колкостями. Однако, всё это было не тем, чего добивались мародеры, и вот они вновь в пустом классе, удивительно пыльном и грязном даже по сравнению с другими заброшенными комнатами.
- Нам нужно встряхнуть их сильнее.
- И что ты предлагаешь, Бродяга? Полосу препятствий с редким артефактом в конце? Или поиски тайной комнаты? Так вроде все нашли. Даже ту, до которой мы не добрались.
- Лунатик, не начинай! Ты же видишь, что наши потуги ничего не дают. Мы месяц на это убили! «Случайные» встречи в библиотеке, Большом зале, коридорах, даже в Хогсмиде! И ни-че-го. Абсолютно. Но-о-о-о-ль. Они оба непробиваемые идиоты. А насчет полосы идея хорошая, опасности сближают.
- Имей совесть, какие опасности? Они войну прошли, дай им почувствовать себя в безопасности и расслабиться.
- И ты туда же. Знаете в чем их проблема? Именно в этом. Война прошла. Всё. Хватит. Живи дальше и наслаждайся каждым днем, но они так не умеют. Они большую часть сознательной жизни провели в ожидании войны и по-другому жить не могут. Они всё ещё ждут подвоха, они всё ещё на поле боя. И вас сейчас затягивает туда же. Почему мы до сих пор просто не прилепили их друг к другу? Или можно было кинуть навозную бомбу в них, или дать кровавую конфету одному, чтобы второй хоть поволновался чуток о пострадавшем, или под Омелу их засунуть. В августе. И не выпускать пока не поцелуются, - хихикнул Блэк, но стушевался под грозным взглядом Поттера, который до сих пор и мысли не допускал о чём-то большем, чем дружба между парнями. Неприятно кольнуло под лопаткой, и в голове пронеслась мысль, что он всегда таким был.
- То есть ты предлагаешь им просто забыть о войне?! Бродяга, ты головой не ударился? Как можно о таком забыть? Совсем сдурел со своими шуточками, мозги оплавились?
Откровенная насмешка со стороны друга неожиданно сильно разозлила Сириуса, и он, ни секунды не раздумывая, кинулся на Римуса. Но Люпин только с виду тихий и хилый, как-никак оборотень, поэтому легко ушел в сторону, и удар Блэка пришелся на старый шкаф. Шкаф подобного обращения не оценил и треснул, отчего одна дверца чуть приоткрылась, и оттуда выскочило черное облако, чуть ли не вышибая бедную дверцу. Облако металось по комнате и издавало противные звуки, напоминающие одновременно жужжание пчел и шипение змеи, пока не остановилось напротив Питера. Мародеры потрясенно застыли. Они забыли про палочки и защиту, а потому окончательно растерялись, когда облако приняло вид милого юноши, который с улыбкой, больше похожей на оскал, протянул руку и схватил Петтигрю за мантию, после чего ловко затащил перепуганного и совершенно не сопротивляющегося парня в шкаф. В комнате повисла тишина, сменившаяся испуганным возгласом Люпина:
- Боггарт! И похоже взрослая особь.
- Отчего очень опасный, к тому же он в гнезде, - продолжил Поттер.
- Что делать будем? - с азартом закончил Блэк.
Джеймс только головой покачал. Вспыльчивая натура Бродяги часто портит жизнь как самому парню, так и окружающим. Вот и сейчас, в большей степени это была его вина, но ему откровенно начхать. Наоборот, стоит и рвется в бой. Сам же Поттер в бой не рвался, в данный момент надо успокоить Римуса, иначе он им сначала мозг вынесет, а за ним и их оглушенные тушки, чтобы и думать не смели, соваться в гнездо взрослого богграта. Но оказалось, придумать план спасения им никто не даст.