Когда он продолжает жить
Луи резко распахивает глаза и касается своих губ пальцами. Он горят после поцелуя, но стоит парню внимательнее осмотреться, то он замечает только то, что он все еще сидит в грязном костюме под дубом, а его ладони такие же перепачканные, а брюки можно сразу же выкидывать. Картинки из сна (?) преследуют его до сих пор, и он смотрит на наручные часы, которые указывают, что время без одной минуты девять.
— Черт! — парень подрывается, несется к общем пиршеству, где он обязан сейчас присутствовать, и добегает как раз в тот момент, когда его мама берет в руки нож для того, чтобы разрезать торт. — Успел!
— Луи, сынок, ты где был-то? — спрашивает Джо беззлобно, осматривая своего сына и качая головой, но делает первый надрез и начинает раскладывать десерт по тарелочкам. Ему все еще хочется вернуться туда, откуда он пришел, чтобы вновь чувствовать теплые руки Шляпника на своих бедрах, его горячие губы на своей шее и слышать его короткое Лу каждую секунду. Он хочет обратно, он хочет к нему. Крутит перстень на пальце, когда слышит голос своей мамы:
— Гарри, а это тебе! — восклицает громко Джоанна, Луи поворачивается и смотрит на нее широко распахнутыми глазами, когда видит перед собой высокого кудрявого парня, чьи волосы достигают плеч, на щеках ярко выраженные ямочки и на всех пальцах (кроме большого) красуются перстни разных размеров и цветов. — Кстати, а это мой сын — Луи.
— Приятно познакомиться с тобой, Луи, — у него легкая ухмылка на губах, когда он смотрит на голубоглазого парня, — Гарри Стайлс.
Томлинсон крутит кольцо на пальце, кусает губы судорожно и выдыхает сквозь стиснутые губы, когда парень наклоняется к ему ближе, дышит, почти что, в губы. Луи не может понять, что за чертовщина происходит, когда теплая ладонь обхватывает его и он чувствует, как дрожь пробивает его тело. У них получилось? Или это был глупый вещий сон?
— Луи Томлинсон, — проговаривает, сжимает крепче его ладонь, и Гарри наклоняется ближе к нему. Хотя куда еще ближе?! Мысли калейдоскопом проносятся в его голове, и парень действительно погибает в мгновение, слыша слова парня напротив:
— У нас получилось, Лу, я теперь с тобой, — теперь Луи не сомневается, что все это происходит на самом деле.
***
Гарри затягивает Луи в небольшой нишу за колонной, где еле видно их двоих и пальцами проводит по впалым щекам, рассматривает голубые глаза, которые убивают его, а еще он чувствует себя действительно живым, действительно нужным и необходимым.
— Я не могу без тебя, — проговаривает и припадает своими губами к его, пальцами зарываться в волосы и оттягивая их, слыша довольный стон. Их поцелуй не такой, каким он был в Стране Чудес, он еще лучше, еще слаще, более дурманящий. И они сплетаются воедино, беспорядочно покрывая лица поцелуями. — И я сделал все это ради тебя.
И теперь Луи чувствует себя действительно цельным.
Потому что губы, руки и сам Гарри всегда будет рядом с ним в реальной жизни, а не во сне.