Глава 1
ПРОПАЛ ЧЕЛОВЕК!
Дэнни зацепился взглядом за большие красные буквы и ощутил, как лонгборд под ногами вздрогнул, а мгновение спустя сам он полетел в заросли кустарника.
Колючие ветки царапали лицо и тянули за длинные волосы. Дэнни барахтался в зелени и уже почти слышал, как весь город смеётся над ним, когда вдруг кто-то схватил его за предплечье и с силой потянул.
— Спасибо большо... — не договорил он, так и застыв с открытым ртом.
Глаза, в которые Дэнни уставился, немного отличались по цвету: один карий, другой вроде бы тоже карий, но с явным тёмно-зелёным оттенком. И обладатель этих глаз был в их городе в последние пару месяцев кем-то вроде местной знаменитости, о которой писали в газетах. Поэтому Дэнни опешил от того, что ему помог именно...
«Парень с акульим зубом!» — едва не воскликнул он вслух, однако вовремя прикусил язык. Машинально опустил взгляд на шею и грудь своего спасителя, но ничего особенного там не заметил из-за воротника куртки. Дэнни смущённо кашлянул, и высокий черноволосый парень с коротко подстриженными висками наконец отпустил его предплечье.
— Ещё один пропавший человек? — спросил Дэнни первое, что пришло на ум.
Парень лишь вопросительно поднял бровь. Дэнни кивнул подбородком на объявление на столбе, из-за которого полетел проверять мягкость кустарника.
— Это новое... — уточнил Дэнни.
Ничего не ответив, парень пожал плечами. Дэнни почувствовал себя неловко из-за этого одностороннего общения и поспешил поднять свой лонгборд. Волосы упали ему на лицо, скрывая порозовевшие щёки и страдальческий вид.
— Спасибо за помощь, в следующий раз в кафе я сделаю тебе скид... — он выпрямился и снова не договорил, но на этот раз потому, что парень, вытянувший его из кустарника, уже шёл по направлению к супермаркету. — А-а, э-э, ладно.
Дэнни рассеянно провёл ладонью по волосам, не понимая, из-за чего чувствует себя более неловко: из-за того, что феерично полетел в кусты, или потому что хотел поблагодарить человека, а тот даже не обратил на него внимания. Он осмотрелся. Никому, в общем-то, не было дела до того, что он упал, так что щёки вспыхнули скорее из-за второго.
У Дэнни немного побаливал голеностоп, поэтому оставшуюся часть пути до работы он решил пройти пешком, держа лонгборд под мышкой. Чуть прихрамывая, он добрался до ступенек, ведущих вниз к набережной, и остановился, обратив внимание на копию объявления о пропаже человека.
На фотографии был изображён мужчина средних лет, с загорелой и обветренной кожей лица. Пару дней назад он вышел в море на личном рыбацком судне и пропал. Дэнни вздохнул, и под рёбрами что-то кольнуло. Месяц назад уже пропал один рыбак, а теперь ещё один... Но ничего не поделаешь. Такое могло случиться с каждым, кто выходил в море. И не всегда спасали даже навигационные системы, установленные на суднах. Да и те могли позволить себе лишь рыбаки побогаче, которых в их городе было не так уж много.
По пути вниз к набережной он здоровался со знакомыми торговцами, которые потихоньку открывали свои киоски с едой и сувенирами. Так начинался каждый день, который выпадал на смену Дэнни. С той лишь разницей, что к лету, как сейчас, торговцев становилось больше, а зимой здесь почти никого не было, хотя кафе «Кофе и волны» работало круглый год. Местные тоже любили туда захаживать.
Море с самого утра выглядело неспокойным, хотя пока что яркое солнце припекало голову без намёка на грозовые облака. На спасательной вышке колыхался красный флажок. Волны бились о береговую линию из огромных камней. Снова передавали предупреждения о шторме, правда ожидали его ближе к вечеру или даже к ночи. Прогнозы никогда не отличались стопроцентной точностью, но пока грозовые тучи не заслонили горизонт, жизнь в Бикон-Бридже, или ББ, как чаще называли его жители, шла своим чередом.
Кейт, одна из близняшек, с кем работал Дэнни, уже натирала стеклянную дверь «Кофе и волны». Золотистые лучи солнца переливались на её чуть вьющихся русых волосах, заплетённых в короткую косичку. Она отступила на шаг, осмотрела результат своих трудов и вдруг заметила Дэнни.
— Привет! — активно замахала она, широко улыбаясь.
Дэнни тоже улыбнулся и поздоровался с ней. Кейт легко было отличить от её сестры Клео по очень активной жестикуляции и звонкому голосу. Обе сестры имели позитивный и энергичный характер, однако Клео казалась более рассудительной, и ещё она была немного выше Кейт. А вообще Дэнни их никогда не путал, потому что сразу замечал разницу, даже когда близняшки одинаково одевались.
— Откуда у тебя царапины? — спросила Кейт, указав Дэнни на лицо.
— Это... да так, на что-то случайно наехал и повстречался с кустом около продуктового магазина, — небрежно сказал Дэнни и открыл дверь кафе, улыбаясь и жестом пропуская девушку. — Дамы вперёд.
Кейт хихикнула, светясь от счастья.
— Если что, я могла бы тебе помочь обработать раны... — предложила она, обернувшись. У неё чуть порозовели щёки и кончики ушей.
— Раны? — Дэнни посмотрел на своё отражение в стеклянной двери. — Ничего серьёзного, — улыбнулся он. — Сам справлюсь, но спасибо за предложение.
Кейт вдруг опустила взгляд в пол.
— Хорошо.
Дэнни нырнул в подсобку. Оставил там свой лонгборд, стянул толстовку, оставшись в тонком лонгсливе, и вымыл руки. Осмотрел себя в зеркале. Вроде ничего такого уж страшного. Есть маленькая царапина на щеке и на лбу, к вечеру заживёт.
Он подхватил рабочий фартук и вышел в зал, где Кейт протирала ближайший ко входу столик. Сегодня Дэнни работал с ней в паре, но совсем скоро, когда потеплеет и появится больше туристов, им придётся выходить на работу втроём или даже вчетвером, вместе с поваром для расширенного меню, но пока что они справлялись.
— Ты видела новое объявление о пропавшем человеке? — спросил Дэнни, потому что это никак не выходило у него из головы. Он пригладил волосы и, стянув с запястья резинку, убрал их в хвостик.
— Да. Ужасно... — с искренней грустью отозвалась Кейт.
— Вы знали этого человека? — Дэнни часто ловил себя на мысли, что даже когда близняшки работали по отдельности, он всё равно говорил «вы», во множественном числе. Но вроде ни Кейт ни Клео никогда не делали ему замечаний.
— Мы нет, но вроде бы наш сосед его знал очень хорошо...
У Дэнни в груди всё похолодело. Он не представлял, как воспримет новость, если однажды на таком объявлении появится фотография кого-то из его знакомых. Снова. Всегда кажется, что трагедия ходит где-то совсем близко, и хочется надеяться, что именно тебя она обойдёт стороной. Но даже когда обходит, всё равно в груди возникает неприятное тянущее ощущение холодка.
— Может быть, его найдут, — задумчиво произнёс Дэнни, устремляя взгляд на старый маяк, который было видно из их кафе.
— Тоже надеюсь... — тихо отозвалась Кейт.
От тягостных мыслей спас аромат свежей выпечки, ярко заполнивший солнечное помещение. Сегодня была очередь Кейт прийти пораньше и поставить булочки в печь. Дэнни нравился этот запах по утрам. Он приносил ощущение уюта и спокойствия, даже если море за окном бушевало или ливень хлестал по набережной.
— Наверное, уже приготовились, — сказала Кейт и отвлеклась от мойки столов.
— Не беспокойся, я проверю, — кивнул Дэнни и прошёл на крохотную кухню, где как раз запиликал таймер.
Он открыл духовку и достал целый противень круассанов и булочек с разной начинкой: шоколадом, ягодами, заварным кремом и сыром. Некоторую выпечку полил подогретой карамелью и кленовым сиропом, кое-что припорошил миндальными лепестками, шоколадной крошкой и сахарной пудрой. Переложив всё на поднос, Дэнни направился обратно в главный зал.
Ему нравилось работать в кафе. Нравились эти утренние ритуалы приготовления к открытию, проверка запасов продуктов и даже уборка. Конечно, порой, в особо загруженные дни, он сильно уставал и в целом не мог похвастаться высокой зарплатой, но на данном жизненном этапе его всё устраивало. Летом в город приезжали туристы и оставляли солидные чаевые, у сотрудников кафе всегда была возможность позавтракать за счёт заведения (а в пик сезона, когда на смены выходил повар, также пообедать и поужинать). А ещё Дэнни совершенно не знал, чем мог бы заниматься помимо работы в кафе. Он умел только кататься на скейте (хотя из-за утреннего падения усомнился в своём навыке), но в их городе за такое не платили. Имелось у него и ещё одно крохотное увлечение, которое однако приносило лишь символический доход. Вечером он как раз должен был кое-что проверить.
И, как бы не было банально, работа в кафе отвлекала Дэнни от тягостных мыслей. Сегодня тоже удалось переключиться на более спокойную волну, когда на фоне заиграла музыка, преимущественно лоу-фай, и появились первые посетители.
***
День пролетел незаметно. На набережной зажглись фонари, поднялся ветер, а вдалеке над морем уже распростёрлись тёмные тучи во весь горизонт. Стоя за кассой и двигая мыском кроссовки под играющую в кафе мелодию, Дэнни услышал звук колокольчика, извещающего о новом посетителе. Он машинально отложил скетчбук, в котором рисовал последние минут десять, и вскинул голову.
По коже пробежались мурашки, и Дэнни резко захотелось позвать Кейт за кассу вместо себя. Перед ним стоял высокий, темноволосый парень с задумчивым выражением лица — парень с акульим зубом.
— Безалкогольный пунш, пожалуйста, — сказал он. И так непривычно было слышать его голос, когда утром он не обронил ни слова.
Дэнни помедлил, смотря в его разные зелёно-карие глаза, затем опомнился и кивнул. Рассеянно забрал наличку со стойки и развернулся. Натянул одноразовые перчатки и принялся готовить напиток, хотя перед мысленным взором всё ещё маячили эти разноцветные глаза...
Заливая водой ягоды и пряности, он думал об утреннем происшествии. Как будто теперь что-то изменилось после его эпического полёта в кусты. Что-то в его отношении к этому парню. Дэнни гадал, взаимно ли это странное ощущение? Пока что другой вёл себя с прежней невозмутимостью, будто не он вытаскивал Дэнни из кустарника около магазина. Но ведь такое напрямую не спросишь, да? Да и зачем?..
Дэнни подвинул по столешнице стаканчик с готовым пуншем к парню, который всё это время стоял без единого движения около прилавка. Тот сказал спасибо и направился к дальним столикам у окна. Сел спиной к кассе и лицом к морю. Как обычно.
Вообще-то, этот парень приходил сюда почти каждый день. В основном вечерами после своих смен в магазине, как понял Дэнни. Появлялся он всегда один. Ни с кем не знакомился и не разговаривал (разве только с кассиром и то произносил одни и те же фразы «безалкогольный пунш, пожалуйста» и «спасибо»). Порой появлялся и днём, но то была редкость.
Дэнни не так много знал о нём.
Несколько месяцев назад на утро после сильнейшего за последние лет пять шторма парня нашли выброшенным на берег в изодранной одежде и с амулетом из акульего зуба на шее. Кроме своего имени он ничего не помнил. Звали его то ли Теренс то ли Тим, или как-то иначе, но вроде бы на букву Т. Дэнни, наверняка как и многие жители их городка, не запомнил имени, потому что чаще его называли иначе.
Местная газета с самой первой статьи нарекла странного незнакомца из моря «парнем с акульим зубом». Конечно, из-за амулета, одной из самых отличительных его черт. Кто из журналистов придумал такое прозвище — так и осталось загадкой, но оно закрепилось и «завирусилось». При этом сравнение вышло не самым удачным: у многих возникали ассоциации с чем-то из фильмов ужасов, а кто-то шутил, что у парня треугольные зубы в несколько рядов (ха-ха, какая банальность, но кто-то правда считал это смешным). В любом случае люди находили поводы для разговоров и сплетен, а внимание, особенно в первые месяцы, у жителей было прочно приковано к загадочному парню с акульим зубом.
До сих пор не удалось выяснить, кто он такой и откуда взялся. В соседних городках о нём не знали и ничего не слышали. Его никто не искал, а он по-прежнему не мог ничего вспомнить. Совершенно никакой информации и догадок. Просто странный немногословный парень, которого вместе с водорослями, ракушками и мусором однажды выплюнуло море.
Некоторые набожные консервативные жители ББ считали, что его появление не к добру. Такие люди были уверены, что загадочного парня послал сам морской дьявол, как предзнаменование надвигающихся катаклизмов. А его гетерохромию считали явным признаком участия злых сил. Потому что как иначе? Из моря вдруг появляется парень с акульим зубом и разными глазами, ничего о себе не помнит и не знает, будто прошлого у него не было вовсе. Словно он порождение шторма. Следовательно, его стоит опасаться. А ещё лучше, отправить туда, откуда он взялся.
Дэнни, как и многие местные жители, испытывал праздный интерес к появившемуся из моря парню. Но когда тот стал заходить в их прибрежное кафе, Дэнни начал его даже немного... побаиваться? Он не верил слухам про морского дьявола, что кружились вокруг парня, и боялся не его самого, а окутывающей его личность неизвестности. В конце концов, не каждый шторм прибивает к берегу людей. В особенности живых. Неизвестность эта, как бездонная пропасть, вытаскивала наружу какой-то глубинный страх. Парень с морской бездной вместо прошлого был реальным, приходил в кафе, заказывал напитки и сидел за столиком, как и все люди, но воспринимался иначе. Страшно узнать, что на самом деле предшествовало его появлению и потере памяти. Страшно, что такое происходит. Страшно, что можно быть живым, из плоти и крови, но как будто одновременно и мёртвым, потому что воспоминаний и предыстории просто нет.
Будучи сотрудником кафе, Дэнни ко всем посетителям проявлял дружелюбие. Парень с акульим зубом не был исключением. И именно сегодня утром, когда он помог выбраться из кустарника, что-то в восприятии Дэнни к нему изменилось — страх перемешался с любопытном, а также с долей благодарности и лёгкого раздражения за то, что тот благодарность его так и не выслушал. И тем не менее такой добрый поступок не подходил для посланника морского дьявола, Дэнни стало даже неловко за то, что некоторые жители города и местная газета так демонизировали образ парня, а ведь он казался вполне себе обычным, пусть и не особо разговорчивым.
Достаточно насмотревшись на спину парня с акульим зубом, Дэнни попросил Кейт встать за кассу, а сам отправился в подсобку. По их внутреннему распорядку тот, кто с утра приходил раньше и ставил выпечку в печь, к закрытию освобождался от мытья посуды и уборки на кухне. Так что сегодня вечером была очередь Дэнни наводить порядок и выносить мусор. Посуду часто приходилось мыть вручную, потому что посудомоечная машина постоянно ломалась. «Кафе её отвергало», — как любили они шутить на сменах. На самом деле что-то не то было с напором воды. Иногда посудомоечная машина всё же работала, но не в этот раз.
Когда Дэнни закончил с делами на кухне, он вышел в общий зал. За окном уже растеклась тьма, разбавляемая светом фонарей на набережной. Кейт стояла за кассой и пересчитывала выручку. Посетителей уже не было, в том числе и парня с акульим зубом, однако на его столике лежало что-то квадратное и белое... Дэнни подхватил очиститель в бутылке вместе с тряпкой и направился туда.
То оказалась салфетка, на которой растянулись написанные чёрной ручкой буквы в несколько рядов. У Дэнни вдруг участился пульс. Не вглядываясь в написанное, он схватил салфетку, опустил её в карман фартука и, сохраняя невозмутимый вид, протёр стол. Однако спустя мгновение почувствовал себя глупо. Словно ребёнок, пытающийся скрыть что-то от взрослых. Зачем он поступил так, будто там личное послание для него и никто не должен это видеть? А может и так.
Может, тот парень решил написать какую-то шутку про утренний полёт Дэнни в кусты. Или может, хотел извиниться за то, что с утра не сказал ни слова и так быстро ушёл? А может, там просто благодарность за вкусный ягодный пунш?
Дэнни посмотрел через плечо на Кейт, но та была слишком сконцентрирована на кассовом аппарате. Стоит ли спросить у неё про парня с акульим зубом? Когда он ушёл? Сказал ли что-то напоследок? Может, взял ещё пунша с собой? Дэнни отмахнулся от глупых мыслей. Нет, не надо. Она может неверно истолковать его интерес.
Протерев остальные столики и вернувшись на кухню, Дэнни воровато осмотрелся и развернул салфетку.
Бывал ли ты когда-нибудь
В самом сердце бури?
Когда ночная тьма шумит
и не желает замолкать,
И самый верный путь
Сбивается, а от стужи
Всё тело колет и болит...
На несколько долгих секунд Дэнни застыл, смотря на оставленный стих и проговаривая его про себя. Вернее, часть стиха. Или черновик части стиха. В почерке не было ничего выделяющегося. Буквы округлые, среднего размера, написано максимально аккуратно, чтобы салфетка нигде не порвалась.
На самом деле это была не первая такая салфетка от парня с акульим зубом (как же его имя? точно что-то на Т, пусть будет просто Т пока что). Дэнни они попадались не часто, но он уже видел подобные строчки из стихов. Он не знал, с какой целью тот парень оставлял подобное, возможно, просто практиковался в поэзии?
Услышав шаги, Дэнни смял салфетку и резко запустил её в мусорное ведро. В проёме показалась Кейт.
— Ну что, уходим?
— Да, — с рассеянным смешком ответил Дэнни, почувствовав себя смущённо, будто его застали за чем-то не совсем приличным. — Проверю ещё раз, всё ли выключено, возьму лонг и выхожу.
Вместо ответа Кейт лишь улыбнулась. Её лицо скрылось за занавесками, послышались отдаляющиеся шаги.
Дэнни опустил взгляд на скомканную салфетку в мусорном ведре. На мгновение появилось желание достать её и перечитать строки, однако он поспешно отошёл, чтобы не сорваться.
Было ли это вообще правильным — отправлять чьи-то записки со стихами в мусорку? Откровенно говоря, Дэнни так и не понял, что делать с этими салфетками. Он явно не будет бегать и искать парня с акульим зубом (Т, так надо привыкать называть его иногда Т), чтобы отдать ему их или хотя бы поинтересоваться, чего тот имел в виду. Поэтому Дэнни не придумал ничего лучше, чем выкинуть. А возможно, подобные вещи просто навевали на него не самые хорошие ассоциации.
В прошлом году, в разгар летнего сезона, какой-то странный тип из приезжих тоже оставлял подозрительные заметки на салфетках и ещё бросал похотливые взгляды в сторону Кейт и Клео. Позже выяснилось, что он любил наблюдать за близняшками, а в один из вечеров настоятельно попросил, чтобы они обслужили его вместо Дэнни, и добавил ещё пару пошлых словечек. Дэнни потребовал его покинуть заведение и предупредил, что врежет, если ещё раз услышит подобное или заметит эти его мерзкие взгляды в сторону девушек. Он также сообщил обо всём владельцу кафе на всякий случай. С тех пор мужчину Дэнни видел лишь один раз в городе, больше тот не появлялся. Вероятно, у него просто закончился отпуск. Хорошо, что ничего страшного тогда не произошло, однако какое-то время Дэнни считал своей обязанностью провожать близняшек до дома в поздние часы после работы.
Выключив свет и осмотрев зал, Дэнни вышел из кафе. Кейт стояла рядом и пыталась пригладить волосы, которые трепал ветер.
— Ого, — выдохнул Дэнни, устремляя взгляд на чёрные тучи, нависшие над морем на фоне ещё не погасшего золотистого горизонта.
Вдалеке сверкали молнии. Набережная была выстроена выше уровня моря, но иногда при сильных штормах волны могли добраться до кафе и разбить стёкла. Поэтому в этот раз пришлось даже опустить специальные жалюзи для безопасности.
Кейт пошла вперёд к лестнице, а Дэнни остановился, чтобы подвязать лезущие в лицо волосы, и увидел на скамейке человека. Тусклый свет от фонаря падал не очень удачно, и было сложно рассмотреть, кто там, но Дэнни показалось, что то был парень с акульим зубом. Он просто сидел и смотрел в сторону бушующего моря.
— Дэнни, ты идёшь? — крикнула Кейт сквозь шум бьющихся волн и ветра.
— Да, — крикнул в ответ Дэнни и зацепился взглядом за чёрный силуэт заброшенного маяка на холме.
В городе поговаривали, что парень с акульим зубом обосновался там. Вдали от людей, как и полагается сыну морского дьявола, вышедшему на сушу. Ещё один глупый, но часто упоминаемый слух, тем не менее Дэнни задумался над тем, почему парень не уходит с набережной и каково это было бы — пережидать шторм в старом маяке, который только чудом ещё стоит? Страшно, сыро и очень одиноко...
Разворачиваясь, он скользнул взглядом по парню на скамье и ему показалось, что тот, повернув голову, посмотрел на него. Дэнни пронзило желание обернуться, чтобы проверить наверняка, но он не стал этого делать. У него запылали щёки от мысли, что парень может понять его неверно.
Дэнни ускорил шаг и почти у самых ступеней нагнал Кейт. Шторм надвигался с огромной скоростью. Всполохи молний уже рассекали тёмное небо над головой, а когда Дэнни с Кейт поднялись к главной площади города, сильный ветер швырял листву в лицо.
— Передавай Клео привет и будь осторожна по дороге, — сказал Дэнни, когда они остановились около векового дерева на площади — местом, у которого они обычно расходились после работы в разные стороны.
— Ты тоже береги себя. Пока! — махнула Кейт и побежала по улице, прижимая к корпусу сумку.
Дэнни проводил её взглядом, чувствуя под сердцем смутную тревогу, затем опустил лонгборд на тротуар и покатил, огибая ямки и разбросанный ветром мусор. Уличные торговцы сувенирами, одеждой и разными вкусностями уже почти все собрались и разъехались, поэтому киоски сейчас преимущественно пустовали.
В магазине, в который Дэнни забежал за продуктами, мигали лампочки, а от раскатов грома вибрировали пол и стены. Кассирша, средних лет женщина, рассеянно пробивала товары и тяжко вздыхала, посматривая в черноту за окном.
Будучи жителями прибрежного города, все они прекрасно понимали, чем может быть чреват шторм — разрушениями и... смертями. Тем не менее жизнь продолжалась даже в такие опасные периоды, и каждый должен был делать то, что должен. Кто-то продавать продукты, кто-то следить за порядком, кто-то выезжать на экстренные вызовы, а кто-то просто сидеть дома и не высовывать носа на улицу. С такой жизнью приходило своего рода принятие плохого, при этом страх глубоко внутри никуда не девался. Страх этот давал о себе знать в моменты, когда что-то всё же выходило за рамки привычного. Сейчас люди были обеспокоены нагрянувшим «штормовым сезоном». В Бикон-Бридж такое случалось раз в несколько лет. Но что они могли сделать? Верно, ни-че-го. Если только переехать в другой город. Дэнни часто ловил себя на подобных мыслях, однако понимал, что в ближайшее будущее им не суждено превратиться в реальность. Потому что так просто взять и уехать из ББ он не мог. Здесь у него были обязательства.
Дэнни свернул на улицу, уходящую на невысокий холм. Проехал мимо нескольких домов и, когда дорога стала хуже, прихватил лонгборд под мышку. Обычно он мог здесь проехать, но сегодня решил больше не рисковать. К тому же осталось пройти совсем немного.
На этой улице в основном жили коренные жители, старики, которые не желали подбираться к центру города, или просто те, у кого не было иного выбора. Дэнни относился к последним.
Он остановился около бело-бирюзового домика и посмотрел в сторону холма, куда дальше поднималась ухабистая и петляющая дорога. Там, в конце улицы, расположились совсем старые покосившиеся домики, в которых уже никто не жил. Старики умерли давно, а наследников не интересовало их дряхлое наследство в виде развалин. Из плюсов этой окраины Бикон-Бриджа — тут простирался живописный вид на море, старый маяк и часть города с маленьким портом. Некоторые богатеи отстроили на этой улице неплохие дома, им нравилась некая отдалённость от центра ББ. Порой на Дэнни накатывало чувство сожаления и бессилия, потому что он понимал, что на новый дом его зарплаты в прибрежном кафе никогда не хватит. И вообще непонятно кем и где надо работать, чтобы зарабатывать на такие вот шикарные участки. Но он старался хотя бы поддерживать то, что имелось. Например, в прошлом году он обновил краску на доме, так что сейчас выглядел тот вполне симпатично и ухоженно.
На широкой веранде уже тревожно бренчали украшения из ракушек. Ветер усилился и почти сбивал с ног. Если бы с одной стороны холм не прикрывал лес, то все домики давно улетели бы в море.
— Бабуль, я вернулся! — крикнул Дэнни, переходя порог. Он притих, осмотрелся и прислушался, однако расслышал только свист ветра и глухое бренчание ракушек за дверью. — Ба, ты где?
В ответ тишина.
Горький ком подкатил к горлу. Первым делом Дэнни дёрнулся на кухню и проверил, не включены ли конфорки. Он выдохнул с облегчением и пригладил растрепавшиеся из хвостика волосы. Каждый раз возвращаясь домой, он заходился в панике, но всегда всё было в порядке. Однако это вовсе не означало, что так будет и дальше... Он не мог терять бдительность.
На плите стояла разогретая еда. На столе нетронутая тарелка и столовые приборы, будто бабушка хотела поужинать, всё подготовила, но куда-то испарилась. С тяжёлым сердцем Дэнни развернулся, бегло осмотрелся и прошёл в большую комнату. Там за окошком, во внутреннем дворике, заметил седую макушку.
Он мягко опустил ручку двери. Щелчок замка почти потонул в звуках завывающего ветра. Придерживая дверь, чтобы та внезапно не распахнулась или обратно не закрылась от сквозняка, Дэнни шагнул на крыльцо внутреннего дворика.
Бабушка Дина раскачивалась в плетённом кресле и сосредоточенно смотрела на разбушевавшееся море, над которым низко нависли тёмные грозовые облака. Её руки с выпуклыми венами неподвижно лежали на коленях, прикрытых длинным цветастым сарафаном. На плечи был накинут вязаный кардиган цвета слоновой кости, который она связала сама несколько лет назад. Жидкие белые от седины волосы вились вокруг лица.
Здесь, на крыльце, тоже были развешаны украшения из ракушек, и сейчас они играли очень тревожную мелодию.
— Собирается шторм, — произнесла бабушка, не отводя взгляда от черни моря.
— Да, ба, — выдохнув с облегчением, Дэнни приблизился к ней и протянул руку. — Поэтому пойдём в дом. Ты ужинала?
Бабушка не ответила и поначалу будто не заметила протянутой руки, потом всё-таки вложила свою старческую ладонь в ладонь Дэнни.
— Не понимаю, почему маяк не работает. В такой шторм он ведь должен... должен помогать кораблям. Иначе они разобьются.
— Он работает, — спокойно сказал Дэнни, открывая перед бабушкой дверь. — Ты просто перепутала и смотришь в сторону старого маяка, но тот новый отсюда не очень хорошо видно.
— Как жаль, что он не работает, что же будет с кораблями? — продолжала женщина на свой лад.
В последнее время она всё чаще стала путать времена, забывалась. Слабо сказать, что Дэнни был этим обескопоен. Иногда он пребывал просто в ужасе, потому что диагностированная у бабушки пару лет назад болезнь Альцгеймера недавно начала прогрессировать. Бабушка любила пешие прогулки и за продуктами обычно ходила сама, но несколько месяцев назад заблудилась в родном городе. Домой её привели старые подруги, когда Дэнни был на работе. С тех пор все покупки совершал Дэнни и боялся отпускать бабушку куда-то надолго одну. Врач тогда предупреждал, что с годами ситуация будет ухудшаться. Вот и... С сезоном штормов в их жизнь пришла тёмная полоса.
— Современные корабли сейчас могут справляться и без маяков, — Дэнни понимал, что бабушка будет стоять на своём, но всё равно почему-то считал важным объяснять ей одно и то же. В который раз. — Там новое оборудование, так что если маяк не работает, ничего страшного не произойдёт.
«Страшное всё равно может произойти и с работающими маяками, и даже с новой навигационной системой, установленной на судне», — мысленно добавил Дэнни, оставив эти слова неозвученными.
Перед тем как тоже вернуться в дом, он обернулся. Очертания заброшенного маяка виднелись на фоне всполохов грозового неба. Просто интересно, добрался ли тот парень до своего дома? Или всё ещё сидит на набережной...
— Так ты ужинала? — кивнув на накрытый стол, спросил Дэнни, когда они проходили через кухню.
— Конечно, — невозмутимо ответила бабушка. — Я накрыла для тебя.
Дэнни скользнул взглядом по пустой тарелке и столовым приборам на столе. Он засомневался в словах бабушки. Беспокоиться о внуке в её стиле, но всё же он охотнее поверил бы в то, что она просто забыла поесть, отправившись вместо этого на крыльцо внутреннего дворика, сидеть в кресле и задумчиво смотреть на бушующее море.
— Спасибо, — тем не менее ответил он.
— Хотя ты, наверное, поужинал в своём кафе... — сказала бабушка и остановилась перед плитой.
Возможно, про маяк она запамятовала, но ещё помнила, что внук работает в том месте, где может спокойно поесть.
— Лишь перекусил, но ты знаешь, что я никогда не откажусь от твоей домашней еды.
Бабушка повернулась к Дэнни, взяла его за запястье и улыбнулась. Улыбка правда вышла извиняющийся, что заставило Дэнни насторожиться.
— Откуда у тебя царапины, Дэн-Дэнни? Ты с кем-то подрался?
Дэнни усмехнулся и коснулся щеки тыльной стороной ладони. Он снова почему-то вспомнил о том парне. Когда о ранках напомнили, они вдруг немного защипали.
— Да так, с кустарником.
— Надеюсь, ты выиграл, — улыбнулась бабушка и погладила его руку. Дэнни засмеялся. — Я что-то устала за сегодня. Прости, что не смогу составить тебе компанию за ужином.
— Ничего страшного, тебе надо отдохнуть. Наверное, шторм влияет, — сказал Дэнни и провёл прихрамывающую бабушку до её крохотной комнатки.
Их дом был небольшим, но места хватало, чтобы каждый, когда то необходимо, мог спокойно заниматься своими делами. Иными словами бабушка Дина с пониманием относилась к личным границам своего взрослого внука.
— Ба, — сказал Дэнни, когда они оказались около комнаты бабушки, и добавил уже тише: — Завтра у родителей годовщина...
Бабушка опустила ручку двери, но так и застыла на пару секунд в таком положении. Потом подняла глаза на Дэнни. Взгляд её выражал растерянность, словно она не расслышала.
Дэнни боялся, что однажды она о них не вспомнит.
Дэнни боялся, что однажды не вспомнит о них и он сам.
Боялся, что со временем их образ всё равно помутнеет в воспоминаниях, размякнет, как оставленное объявление под сильным дождём. Ведь такое обычно и происходит, да? С близкими людьми, которые дороги сердцу, но уже слишком много времени отсутствуют в наших жизнях. Их образы стирает время. Смывает волнами. Уносит штормом.
Всегда перед и непосредственно в день годовщины на Дэнни накатывали грусть и тревога. Старая рана на сердце напоминала о себе и кровоточила. Столько лет прошло, а Дэнни всё ещё сложно было полностью принять, что родителей нет. Он уже и сам взрослый, скоро двадцать три года, но в день годовщины становился вновь десятилетним мальчиком. Мальчиком, чьих родителей однажды живыми забрало море, а вернуло мёртвыми.
Цвет глаз у бабушки был таким же, как у Дэнни. Сине-зелёный. Цвет морской волны в солнечный день. Возможно, немного банально для жителя прибрежного городка, но красиво всё же. Однако сейчас море в глазах бабушки казалось взволнованным, мутным и потерявшим свои яркие жизнерадостные краски. Ей точно необходимо отдохнуть. Она уставала сильнее, чем когда-либо, хотя всегда отличалась трудолюбием.
— Конечно, Дэнни, я помню, — чуть понизив голос, сказала она.
— Я завтра работаю в утреннюю смену, так что после обеда можем сходить на кладбище, — взволнованно протараторил Дэнни.
— Так и сделаем, — успокаивающе улыбнулась бабушка.
Дэнни кивнул, и они разошлись. На полном автоматизме он направился на кухню. Однако оказавшись там и посмотрев на плиту, понял, что не очень голоден. Поэтому поел совсем немного и поднялся к себе в комнату-мансарду.
К тому моменту за окном стихия разбушевалась не на шутку. Деревья клонились так, будто в любой миг могли переломиться или улететь в море с корнями. Порывистый ветер бросал потоки дождя в оконное стекло, от рычания грома содрогались стены и пол. Когда такое происходило снаружи, было особенно приятно оказаться внутри, защищённым крышей и стенами. К утру скорее всего шторм стихнет, и станет ясно, какие разрушения он принёс с собой.
Дэнни устало уселся в скрипнувшее кресло и включил настольную лампу. Кинул на стол свой скетчбук. Весь день он чувствовал себя нормально, даже как обычно позитивно, но после короткого разговора с бабушкой по поводу завтра силы почему-то покинули его. Хотя очевидно почему. Разговор про родителей удручал. Но так было каждый год, так что стоило набраться моральных сил и просто пережить сегодняшний вечер и завтрашний день. Потом должно отпустить.
Дэнни раскрыл крышку ноутбука, и через мгновение дисплей загорелся, последовал короткий звуковой сигнал включения. Он нажал на сине-фиолетовую иконку на главной панели, и почти на весь экран открылось окошко с картинкой прибрежного кафе в пиксельном стиле. Из встроенных колонок заиграла лоу-фай музыка, перемешанная со звуками дождя и грозы. Лампа на рабочем столе мигнула несколько раз с тихим треском, и за окном вспыхнула молния. Конечно, у них имелись громоотводы, однако Дэнни обычно не рисковал включать электроприборы в такие сильные бури, но прежде чем отправиться спать, он хотел кое-что проверить.
На двери виртуального кафе висела табличка «открыто», а за ним, на невысоком холме, пиксельные деревья клонились от ветра. Что ж, почти как сейчас, только это заведение иногда работало по вечерам и ночам тоже.
Всплыло полупрозрачное окошко с надписью: «Пока вас не было, в ваше кафе зашло четыре человека, они оставили чаевые. Хотите посмотреть, что они заказывали и какие послания оставили?»
— Четыре? — спросил вслух Дэнни, нажав однако на кнопку «позже». — Уже неплохо.
Он совсем ничего не понимал в программировании. Когда-то пытался пробовать себя в этой сфере, но не получилось. С рисованием выходило лучше, однако в художественную школу Дэнни так и не поступил. Не было возможности, к тому же в более зрелом возрасте он понял, что оно и к лучшему. Ему не очень хотелось тратить часы и нервы на академические рисунки, натюрморты и вырисовывание теней и градиентов. Ни в какой художественной профессии он себя в будущем не видел. Но его всегда привлекало более стилистически упрощённое искусство.
Идею виртуального кафе он вынашивал давно. Ещё до того момента, как нанялся в настоящее. С подросткового возраста он работал над концепцией. Сначала это были просто наброски, полёт фантазии, убийство свободного времени, когда скучно, а особенно, когда за окнами, как сейчас, буянил шторм, но со временем обычная идея обрастала подробностями и путями к реализации.
Всего пару месяцев назад Дэнни случайно в сети наткнулся на программиста, который взялся за его идею, посчитав её интересной и несложной. Это было добровольным делом, и чаевые, то есть донаты, они делили поровну. Дэнни работал над наполнением и визуальной составляющей, программист только кодил. Они общались только по работе. Дэнни знал, что того зовут Леннарт и он какой-то добряк, потому что имея хороший навык, часто брал и другие занятные, но не очень популярные проекты.
Дэнни навёл курсор на дверь, «вошёл в кафе» и картинка сменилась на пиксельный зал. Пустующий. Сейчас в кафе никого из посетителей не было. Слева виднелся прилавок, за которым стоял парень со стянутыми в хвостик волосами. Ну, конечно, Дэнни не мог не поместить себя в своё виртуальное кафе. У него имелась и пара других персонажей на смену, однако проект всё-таки пока только тестировался и здесь было мало функций. Можно было заказать какой-нибудь напиток из небольшого разнообразия и поговорить с официантом, рассказать что-нибудь, спросить совета. Ничего сложного или затейливого, пока всё простое, но Дэнни хотелось, чтобы этот проект вылился во что-то гораздо большее в будущем.
Обычно вечерами он проверял, что делали посетители, какие оставляли отзывы, однако сегодня ограничился малым. За окном слишком жутко полыхали молнии, и уже несколько некрупных веток прилетали в оконное стекло, так что Дэнни опасался, что можно спалить ноутбук в такую погоду.
Он по-быстрому сбегал принять душ, потом выключил всё электричество в доме и улёгся в постель. Но сон не шёл. Дэнни просто лежал и смотрел в потолок.
Снаружи завывал ветер, гремел погремушками из ракушек. Иногда дом словно бы потрескивал и содрогался. Порой Дэнни задавался вопросом: сколько ещё продержится их дом? Его построили, ещё когда бабушка Дина была в возрасте Дэнни. Простоит ли он ещё столько же лет? Будет ли Дэнни все эти годы жить здесь? Или жизнь его круто изменится? Или не изменится вовсе, и он будет до конца своих дней работать в кафе?
Дэнни перевернулся на бок, надеясь, что смена позы поможет уснуть. Перед мысленным взором возникли разноцветные глаза того парня. Парня с акульим зубом, который прятал этот зуб где-то на шее под одеждой. А потом строчки стихотворения, аккуратно написанные на салфетке...
— Морской дьявол, — сонно пробубнил Дэнни.
Он так и не сделал тому парню скидку на пунш. Хоть и сказал спасибо, когда тот вытянул его из колючего кустарника, но хотелось бы поблагодарить его по-нормальному. С другой стороны, стоило ли? Ведь тот парень даже не захотел его слушать, просто ушёл. Какой адекватный человек так поступает? Может, он и правда не человек?
Дэнни заёрзал и перевернулся на другой бок.
И всё же он хотел сказать спасибо так, чтобы парень с акульим зубом его услышал. Чтобы он отреагировал. Вот. Почему была так важна его ответная реакция, Дэнни не знал и даже не задумывался. А ещё он хотел бы спросить, что означают эти записки, стихи ли это или строчки из песен, или какое-то тайное послание, и если последнее, то для кого... Если какая-то похабщина для близняшек, Дэнни самолично засунет парня с акульим зубом в тот колючий кустарник у супермаркета.
Он снова заворочался и перевернулся. На этот раз на живот. Уткнулся лицом в подушку.
Почему Дэнни вообще так много думает о нём? Было гораздо проще, когда тот был просто парнем с акульим зубом, а теперь это парень с разноцветными глазами, любящий ягодный пунш и вытащивший Дэнни из кустарника.
А ещё...
Может потому, что Дэнни больше десяти лет ненавидел это чёртово море за то, что оно забрало его родителей и не вернуло их живыми, зато вдруг выплюнуло этого парня...
Несправедливость.
И всё же завтра он попробует с ним заговорить. В конце концов, парень с акульим зубом — Т — кажется одиноким. Таким же чувствует себя Дэнни.