1 часть.
«Мне с детства говорили, что они плохие.»
- Чимин, держись от них подальше. Ты можешь играть где угодно, только не заходи на их участок. Чимин-а, ты не должен с ними общаться.
«Будучи маленьким, мне было жутко интересно, почему мне нельзя с ними поиграть. Причину, казалось, не помнили они и сами. Но, когда я стал старше, в моей жизни появилось много других увлечений, эта семья мне стала безразлична.»
***
Началось всё это где-то два года назад. Чонгука тогда только отправили на остров к бабушке из-за плохих оценок и невежливости к родственникам. Взрослые сошлись во мнении, что так на подростка повлияли гаджеты, которые окружали его везде, и от которых сам Чон почти не отрывался круглыми сутками.
Максимум, что из техники хранилось у бабули, это старый компьютер. Им пользовались очень редко, только на праздники, чтобы прочесть письма от знакомых и близких и в ответ отправить им глупые открытки «с днём рождения» или «с 8 марта».
Естественно, Чонгука эта новость не обрадовала от слова совсем. У бабушки он ни разу не был, но сама женщина приезжала к ним дважды. От неё отвратительно пахло травами, и Чонгук был почти уверен, что в её доме так пахнет всё. Её седые волосы были ломкими, кожа - сухой и шершавой, что свидетельствовало о её жизни близ солёного водоема. Да и сама она, как человек, была очень надоедающая, ведь лезла во все дыры. Но и судить её Чонгук так просто не мог, эта женщина в одиночку смогла заработать денег на дом, вырастить троих детей, и за это внук её уважал. А ещё она привозила вкусные домашние конфеты. Обещала и Чонгука научить их делать, но он от этой новости был не в восторге.
Последнее, самое яркое о ней воспоминание, сложилось тогда, когда женщина уезжала. Она обняла его, Чонгук успел носом втянуть её старушечий запах и какого-то увлажняющего крема, который ей подарила его мама, но старушка неожиданно поцеловала его своими густо накрашенными губами в шею - его очень чувствительное место. Такой наглости Чонгук ещё не встречал, никто из родственников так не делал. Конечно, при ней он ничего говорить не стал, всё-таки она - его родная бабушка, и соскучилась по всем своим родственникам, он просто не мог испортить ей настроение.
- Мама, меня к ней? Она меня пугает, ты видела родинку у неё под глазом?! Как будто мухи насрали! - Чонгук бегал по всей комнате по разбросанным вещам, которые он нашёл в таком состоянии после прихода из школы - мать освободила его шкаф, чтобы провести там уборку, да и помочь собрать вещи сыну. Сам Чонгук возмущался, хмурился и кричал громко так, что наверняка их одинокая соседка сидела на своём старом и провонявшем мочой диване и щёлкала семечки, слушая их разборки.
- Чонгук, ты преувеличиваешь! Твоя бабушка - замечательная женщина, ты просто должен привыкнуть к ней! - Харан, так звали его мать, пыталась успокоить сына и остановить его скачки по комнате, но всё было тщетно, поэтому она, как и всегда в такие моменты, сложила руки на груди и смотрела на сына тяжёлым осуждающим взглядом, который действовал почти всегда безотказно. Его мать - женщина строгая, Чонгук до сих пор помнит, как она его отлупила за испорченную шубу.
Парень сразу поумерил свой пыл, остановился на более менее чистом месте, где не валялась одежда, и посмотрел на маму. Чонгук был очень на неё похож. Всё те же черные и жёсткие волосы, которые она обычно собирала в небрежный пучок, разрез глаз, пышная нижняя губа, наверное даже брови были бы похожи, если бы женщина всё время их не выщипывала до состояния тонких ниточек, отчего ей потом приходилось долго ругаться в ванной и рисовать себе брови.
В целом она была очень красивая, но её красота хорошо скрывалась под маской усталости, что иногда очень Чонгука огорчало. Но обычно он быстро выбрасывал это из головы, ссылаясь, что это всё проблемы взрослых, и в них ему ещё рано погружаться - он предпочитал играть с друзьями.
Но сейчас, понимая, что им придется скоро расстаться, он задумался об этом всерьёз, неожиданно даже для себя выводя в мировые вопрос «А не из-за меня ли?». Ответа он не получил, ведь так и не задал его женщине. Хотелось бы просто сказать, что он будет скучать, но и на это смелости не хватило - не привык он так с мамой общаться. Они редко говорят, что любят друг друга, редко обнимаются, и сейчас так просто перешагнуть это - было очень тяжело.
- И всё же я не хочу ехать. Там даже интернета нет.
- В этом и суть, мой дорогой.
Чонгук уехал из дома вместе с отцом через неделю. Конечно, без новых скандалов не обошлось, но на самом деле Чонгук был готов ехать уже за дня четыре, но для приличия необходимо было отстаивать свою позицию до конца, чтобы никто не подумал, что он не тряпка или не имеет своего мнения. Да, пусть это и глупо, но для Чонгука сейчас это очень важно, важно, что подумают другие, что подумает его мать с отцом, да и в общем наверное сам себя нагружает.
Дорога вышла долгой. Чонгук бы и не против пролететь весь путь на самолёте, но пришлось пересаживаться на автобус, там трястись пару часов, а после и плыть на корабле, который выглядел не очень надёжно. Даже Титаник, по рассказам самый крепкий корабль в мире, потерпел крушение, что же будет с этой посудиной?
Как бы то ни было, впечатления у Чонгука остались и положительные. Ветер, что нещадно бил в лицо, волны, укачивающие всех на корабле, да и само море были просто потрясающими. Открытый простор, бесконечные воды, не знающие границ и уходящие далеко за горизонт, всё это заставляло Чонгука немного волноваться и любоваться. Он определённо восхищён.
Но корабль всё равно старый и некрасивый.
Когда их двоих пересадили уже в маленькую лодку, Чонгук понял - час встречи со всей своей родней, чьих имён Чонгук и не слышал, близок. Отец его пытался всячески успокоить, сам волновался, отчего приходилось постоянно закуривать, но в целом не жаловался. Как подумал парень, боялся, что он всё расскажет бабушке, и та его выгонит без разборок и сожалений. И придется ему потом торчать на улице до приезда мамы.
Водитель высадил их у крохотной и разбитой пристани. Берега как такого здесь не было, поэтому всё же пришлось вставать на краешек целых досок и передавать друг другу сумки, вслух читая молитвы, чтобы не замочить в морской воде всё их добро. Как только они по лестнице поднялись на землю, водитель уплыл обратно, крича им что-то неразборчивое на прощание, а отец с сыном направились по протоптанной тропинке к деревне, где по-видимому и проживала старушка.
Чонгук осматривался вокруг с недовольным видом. Всё было очень старое, сломанное, никакой инфраструктуры, ни намёка на цивилизацию. Пока отец спрашивал у прохожих дорогу к поместью бабули, он отлучился ненадолго, чтобы взглянуть на море ещё раз.
Чонгук, прочитавший много книг и посмотревший ещё больше фильмов, на самый край обрыва становиться не стал. Он не мог не отрицать, что да, прелесть в этом месте определённо была, но его больше привлекал асфальт, нежели грязь под ногами да комары с жуками.
Как было нарисовано на картах, остров имел форму кривого треугольника с двумя сильно вытянутым углами. Чонгук решил пойти вдоль, чтобы найти какой-нибудь из полуостров, да посмотреть, что же и как там. Он думал, что остов настолько крохотный, что дойдет до нужного места меньше,чем за десять минут, обследует всё и вернётся, отец и хватиться его не успеет, но Чонгук идёт уже минут двадцать точно, а выступом в море как и не пахло. Вдруг за очередным поворотом наконец стал виднеться тот самый полуостров, о котором грезил Гук. Парень выпрямился, зашевелил ногами быстрее и стал голову вытягивать, прямо как страус.
На обрыве одиноко стоял какой-то мальчишка. Он был как маяк в голубых оттенках неба и моря, в красной футболке и чёрных шортах. Мальчик, по-видимому, тоже не ожидавший его увидеть, сделал пару шагов к нему навстречу, не скрывая своего удивлённого лица.
- Чонгук, ты чего убежал?! Иди сюда, паршивец!
***
Да, я скорее всего поступаю немного опрометчиво, выкладывая сразу первую часть, при этом не имея в запасе ещё несколько написанных, но мне захотелось узнать ваше мнение именно о первой части, всё ли нормально, возможно, слишком много ненужной воды.
В общем, я жду ваших мнений,отзывов, мне правда будет очень интересно (а главное полезно), почитать их))