Без названия 15
Тина
Было уже поздно, когда я вернулась "домой". Так граф сказал... то есть что теперь это мой дом.
Утром и в обед я виделась со Скарлет... она заподозрила неладное, и попыталась заговорить об этом, но я молчала. Я была в шоковом состояние, граф утром вел себя со мной очень распутно. Будто бы я не принцесса, а...
Пришедшая вечером служанка помогла мне раздеться и приготовила мне ванну.
Я вытащила красивую заколку из волос и положила на туалетный столик. Взяв расчестку, и сев на стул возле столика, я стала аккуратно расчесывать волосы.
В дверь постучались. Наверное снова служанка.
"Войдите." О Боже нет! Граф!
Я попыталась сохранять спокойствие, но мне это не удалось. Сердце застучало быстрее, дыхание участилось. Я встала. Шеки запылали от стыда. Я снова была только в ночной рубашке...
Он оглядел меня с головы до ног. Я опустила ресницы.
"Прошу Вас, уйдите. Я не одета!", тихо залепетала я. Мой голос не поддавался. Предатель.
Мои слова не произвели на графа ни молейшего впечатления. Его взгляд покоился на моей груди. Он облизнул губы.
"Вы прекрасны, Фотиния!", он говорил тихо, с лёгким стоном. Я еще больше покраснела.
"Умоляю! Покиньте мою комнату!", начала я, но граф уже стоял передо мною. Мои глаза распахнулись, я застыла.
Он наклонился к моему уху.
"Будь моей!"
И принялся покрывать мою шею и место за ухом поцелуями. Вскочив как ужаленная, я попыталась убежать к двери, но граф схватил меня за волосы.
Боль пронзила мою головную кожу. Я закричала.
"Прошу! Не надо!", кричала я, в то время как тот, схватив меня за талию и руку, стал толкать меня в сторону кровати.
"Нет! Нет, не надо! Отпустите!"
Граф поднял меня, и уложил на кровать. Я забилась под ним, пытаясь освободиться. Он сел на бедра и держа одной своей рукой обе мои, провел свободной от моего подбородка до груди.
Я напрягла все мышцы, пытаясь высвободиться. Граф снова наклонился к уху. Я снова застыла. В нутри меня все перевернулось, все било сигнал тревоги.
"Не волнуйся, детка. Я буду нежен и осторожен."
Нет!
Я закричала, вертя головой из стороны в сторону, когда граф попытался меня поцеловать. Он зажал локтями мое лицо. От отвращения я закрыла глаза и плотно сомкнула губы. Теплые губы Ральфа пытались расжать их, но я, как и утром, укусила его. Он закричал от боли, на секунду отпустил мои руки, и размахнувшись, дал мне пощечину. Щека мгновенно загорелась. Слезы, лившиеся из моих глаз, осушились и я в испуге взглянула на графа.
Тот быстро оправившись от укуса снова зажал мои руки.
"Сегодня ты будешь моей, хочешь ты этого или нет. И так как ты сделала мне больно, наша первая ночь будет болезненая для тебя."
Его руки скользнули с шеи к груди.
Я снова забилась под ним. Но что толку, если он в два раза тяжелее?!
Тогда я попыталась толкнуть его коленкой по спине, но он не шевельнулся. Его глаза жадно смотрели на мою грудь. Он снова облизнул губы.
"Нет! Прошу! Умоляю!", это было рычание, не крик. Слезы текли по моему лицу, голова вертелась из стороны в сторону. Я без помощно сжимала кулаки.
Граф наклонился к моей шее и стал покрывать ее маленькими, слюнявыми поцелуями. Я снова закричала. Чувство отчаяния изнутри наполняло меня. Мне было страшно, отвратительно и стыдно.
Губы принялись слюнявить и грудь. Его глаза горели похотью, в то время как мне хотелось стошнить.
Он коленями раздвинул мои колени, и свободной рукой стал поднимать мою ночную рубашку.
Нет!!
"Умоляю!", рыдала я. "Не надо!"
Он на секунду остановился, его ладонь застыла на моем бедре. На секунду я подумала, что он образумлся, но вся моя надежда пропала, когда он заговорил.
"Ты добровольно снимишь рубашку?", он серьезно посмотрел мне в глаза. Они были темно-зелеными, слегка изумрудными, грозно сверкали из-под черных, длинных ресниц.
Видя Ральфа сейчас, он казался мне тридцати-летним, хоть и с сединой, молодым мужчиной, полный силами и энергией.
Я прикусила губу.
"Я лучше умру чем сделаю это!", закричала я. Граф, поведя скулами, нахмурился. До боли сжав мои запястья, он приблизился к моим слегка приоткрытым губам. Дыхнув на меня теплым дыханием, он языком смочил мои уста. Неожидав такого движения, я сомкнула свои губы с губами Ральфа, инстинктивно зажмурила глаза.
Тысяча бабочек запорхали в животе, закружилась голова. Ральф отпринул от меня. Открыв глаза, я посмотрела на его удивленное лицо: под высоко-поднятыми, темными бровями были те удивительно красивые глаза, в которых я читала удивление, непонимание и что-то еще. Радость? Или снова похоть?
"Без укусов?", его губы довольно усмехнулись. В щеке появилась двойная ямочка. От куда?..
Я открыла было рот, что бы что нибудь ответить, как граф, наклонившись, сомкнул наши губы, не дав мне шанса сказать. Это прикосновение его губ было легкое, совсем нежное. И снова бабочки затанцевали какой то мне новый, красивый танец в моем животе. Я с удивлением заметила, что наслаждаюсь тем, как Ральф целует меня. После моего ответного поцелуя, он по-шире открыл рот и сунул мне свой, как будто что то ищущий, язык. Он медленно двигался к моему. Найдя его он как будто "обнял" его, ласкал и мял. Я открыла глаза, и натолкнулась на серьезный взгляд изумрудных глаз.
"Что ты задумала?", сказал он, прекратив поцелуй. Я громко задышала, потому что не заметила, как задерживала воздух во время поцелуя.
Что простите? Задумала?!
"Да... да как Вы смеете?!", возмущенно заявила я. На секунда я подумала, что смогу полюбить этого человека...
Теперь, когда кислород снова поступил в мою голову, я захотела что бы граф мне еще раз дал пощечину.
Он отпустил мои руки. Встав с меня он покраснел, и, проведя ладонью по моей щеке(где наверника остался слею его руки... она жутко горела), сказал:
"Простите меня... этого большо не повторится."
Он развернулся и ушел.
Я встала с постели.
Что...это... было...?
Странное чувство охватило мое сознание. Разочарование с гневом в перемешку с облягчением и... нет, не может быть!...влюбленностью?!
Зеленые, изумрудные глаза серьезно смотрели на меня. Как будто проверяя, реальность эта открытость поцелую или илюзия.
Я закрыла глаза.
Теплые, мягкие губы... нежное дыхание у самого уха... нежное прикосновение к шее и ключице...
Бабочки как бешеные запорхали в животе. Голова снова закружилась. Я поднесла указательный палец к губам и провела им по тем местам, где губы Ральфа сливались с моими.
<<Что ты делаешь?! Он чуть не изнасиловал тебя!>>, резко остановил мою мечтательность внутренний голос. Я одернулась и бросила ызгляд в зеркало. Волосы, запутавшись в некоторых местах, были в састояние "я упала с самосвала, тормозила чем попала". Но это было ничего по сравнению с лицом...
Глаза были заплаканые, губы упрямо поджаты. Щеки пылали адским огнем, и на правой щеке виднелся след мужской руки.