𝔇𝔦𝔰 𝔧𝔲𝔰𝔱𝔢 𝔲𝔫 𝔪𝔬𝔱

Сон перестал быть границей. Гарри не понимал, где ночь, а где день. Всё смешалось. Его тело стало чужим, мысли расползались, как трещины по стеклу. Иногда он говорил слова, которых не помнил. Иногда слышал смех, который не принадлежал ему.

В зеркале он всё чаще видел два лица. Сначала — своё. Но стоило моргнуть, и взгляд становился другим: более тяжёлым, зрелым, наполненным болью и странной тоской. Гарри пытался отвести глаза, но отражение продолжало смотреть.

— Том ждёт тебя, — произносил голос, рождённый в пустоте.

Он не понимал, чей это голос. Гарольда? Или самого Волдеморта?

***

Том сидел в темноте, пальцы снова впивались в подлокотники кресла. Кажется, с их первой встречи прошло так много времени...так много, что на дорогой коже остались следы от ногтей. Он чувствовал, как внутри него шевелится магия. Чужеродная, она не принадлежала ему, но была знакомой. Каждый вдох отдавался чужим биением сердца.

Люциус осмелился войти без приглашения.

— Милорд... у вас нездоровый вид.

Волдеморт медленно поднял голову. Его глаза блеснули.

— Ты говоришь мне это каждый раз, Люциус-с, разве я не говорил вам, что ненавижу повторять одно и тоже? - уже невозможно было понять, то ли раздражение виднелось на лице Темного Лорда, то ли полное уныние под руку с усталостью.

— Прошу прощения, Мой Лорд. — Люциус напрягся, ноги по привычке согнулись в коленно-преклонном положении, а рука схватилась за край мантии господина.

— Я чувствую его, — шёпот Лорда был похож на рык зверя. — Каждый миг, каждую ночь. Его смех, его страх. И то, как он цепляется за жизнь. Я больше не в силах сражаться не то что за власть...за свой собственный рассудок.

Люциус побледнел. Он видел, как дрожат пальцы Лорда, хотя тот никогда не позволял себе слабости.

— Но ведь Гарольд мёртв, — произнёс он тихо.

— Мёртв? — Волдеморт усмехнулся, и эта усмешка была страшнее крика. — Смерть не значит конец. Не для меня. И не для него. Разве я уже не дал тебе это понять? Ис-счезни.

***

Гарри потерял друзей. Гермиона пыталась говорить с ним, но каждый раз натыкалась на стену. Рон избегал его, хотя не признавался почему.

Он всё чаще сидел один, в пустом классе, в тёмных коридорах, где даже портреты сторонились его взгляда.

«Ты другой», — шептал голос внутри.

«Кто я?» — спрашивал Гарри.

И отражение в окне отвечало: «Ты — мы».

***

Ночью он снова увидел зал. Но теперь он был не пустым: стены были исписаны словами на неизвестном языке, колонны трескались, а воздух вибрировал, словно от чужой магии.

Гарольд стоял рядом. Его глаза были слишком яркими, почти нереальными.

— Время приближается, — сказал он. — Том ждёт.

— Я не хочу! — Гарри закричал. — Я не хочу быть вашим связующим! Я хочу жить спокойной жизнью, отпустите меня!

— У тебя нет выбора.

В тот миг всё рухнуло. Гарольд протянул руку, и Гарри почувствовал, как кожа вспыхнула, словно от ожога. На запястье проступил знак — неясный, тёмный, похожий на шрам.

Гарри проснулся с криком, хватая воздух. На коже и правда был след — багровый, пульсирующий, будто живой.

«Сосуд»

***

Волдеморт вскочил с кресла. Его рука тоже горела, как будто метка появилась на обоих.

Он сжал пальцы, и сквозь зубы вырвался смех.

— Он открыл проход, — прошипел Лорд. — Он наконец-то открыл его.

Люциус, стоявший у двери гостиной, отступил. Он впервые в жизни почувствовал страх не перед самим Лордом, а за свою жизнь. Создавалось ощущение, что его исход так же близок, как и рассудок Милорда.

— Что же воообще происходит в нашем мире?

***

С каждым днём Гарри терял себя всё сильнее. На уроках он не слышал профессоров. В библиотеке он находил книги, которых никто больше не видел. Их страницы шептали, что «смерть — это иллюзия, а душа — вечна».

Однажды ночью он снова пошёл по коридорам. Его вела сила, не его собственная. Он остановился у зеркала Еиналеж.

В отражении он не увидел своих родителей. Он увидел мужчину с красными глазами и бледным лицом.

И рядом с ним — Гарольда, улыбающегося.

Гарри протянул руку к стеклу, и оно дрогнуло, как вода.

Сумасшедшая улыбка появилась на лице осунувшегося от стресса и недоедания парня.

***

В тот же час Волдеморт ощутил толчок. Сила наполнила его грудь, кровь закипела. Он закрыл глаза и увидел, как мальчик тянется к нему через зеркало.

— Еще немного, — прошипел он. — Гарри, молю, потерпи совсем немного.

***

Люциус наблюдал за Лордом и чувствовал холод в костях.

— Милорд... если он действительно несёт в себе Гарольда, то что вы сделаете?

Волдеморт замер. В его глазах мелькнуло нечто, похожее на боль.

— Я не знаю, — признался он. — Я хочу убить его. И хочу...

— « Обнять »

Он отвернулся, пряча лицо в тени.

— А это страшнее всего.

***

Гарри больше не мог сопротивляться. Он сидел в комнате и чувствовал, как внутри кто-то другой открывает глаза. Голос шептал ему:

— Том ждёт.

И где-то в глубине сердца он знал: встреча неизбежна.

Но он не понимал — станет ли она его концом, или началом чего-то худшего.