Озвучивание не поддерживается в этом браузере
17
Женя влетела, стоило хлопнуть двери, закрываясь за шефом.
— Малена! Ты…
— Спасибо скажешь?
С растрепанной девицей разбиралась уже Матильда. Мария-Элена опять уступила место подруге.
— Что?
— Жень, а ты как хотела? Выходит из кабинета Антон, а вы тут сцепились, как две кошки?
Девушка зависла.
— Эммм…
— Вылетела б ты вперед своего визга. Эта-то «госпожа Юлия» оправдается, сама понимаешь, каким способом, а ты потеряешь работу, которая тебе нужна.
Женя глотнула воздуха. Раз, другой…
— Спасибо.
— Кофе будешь?
— К-кофе?
— А что? Не пропадать же добру?
Женя вздохнула. Пару минут подумала, плюхнулась на диван и махнула рукой.
— А, давай…
Матильда улыбнулась и разлила по чашкам свежесваренный ристретто. Не пропадать же добру?
Мария-Элена Домбрийская
Рассвет.
И привычное…
Молитвы, зарядка, омовение горячей водой…
Чем это утро отличалось от остальных?
Тем, что Мария-Элена вышла из своих покоев, но далеко уйти не успела. Словно призрак, из ниоткуда возник Лоран, втолкнул девушку в комнату, но сказать ничего не успел.
— УРРРРААААА!!! Насилуют!!! — во всю мощь своих легких завопила Матильда, отпихивая подругу в сторону.
Лоран затормозил, словно на стену налетел, Матильда аж фыркнула. Такие ошарашенные глаза она видела только у соседского спаниеля, когда бедняга погнался за котом, промахнулся, и в кустах наткнулся на дога.
— УРРРРРААААА!!! ПОЖАР!!!!!
Матильда орала так, что оглушило бы кого угодно.
Кто сказал про отличную звукоизоляцию в замках?
Она хорошая, да, но не идеальная. А на такой концерт народ собирался в мгновение ока.
Кто-то протирал рядом пыль, кто-то шел мимо, кто-то и знал о намечающемся представлении…
Это на вопли «Спасите-помогите» не дозовешься, а вот «пожар!», к примеру, очень полезен.
Ровена круглыми глазами наблюдала это действие. Правда, дверь открыла пошире, чтобы всем видно было…
— Какой пожар? — опомнился Лоран.
— А что у вас горит с утра пораньше, а дядюшка? — атаковала в ответ Матильда.
Она отлично видела, что в коридоре собирается народ, так что все нехорошее отменяется, но кто там чего знает….
Лоран тоже оглянулся, понял, что свидетелей у них — ползамка, и зло рявкнул:
— Брысь отсюда! ВСЕ!!!
Естественно, никто не послушался. С чего бы? Такое развлечение, в век отсутствия телевизора! Матильда тоже не собиралась оставаться с дядей наедине. Перебьется!
— Дядюшка, вы меня насиловать будете?
Лоран едва не выпустил добычу из рук.
Ну… планировал он нечто подобное. Только с быстрым соблазнением. Умелый и опытный мужчина — страшная сила. И вряд ли ему могла бы противостоять юная неопытная девушка… что там пишут в романах?
Ноги подгибались от поцелуев, голова кружилась, а опытные пальцы матерого соблазнителя…
Ага-ага. У Матильды, которая самым сексуальным в мужчине считала ум! А уж обниматься… а то она мужчин ни разу на ощупь не пробовала! Между прочим, ее бабушка куда только не таскала!
На фигурное катание! На танцы! Даже на карате… и что? Там мужчин, что ли, не было? Да еще как были, это не монастырь…
— А…
Может, он и попробовал бы, но куда там! Матильда уже перехватила инициативу и принялась рассуждать.
— А вы уверены, что быстро управитесь? А то ведь я орать сейчас начну, народ сбежится, да, Ровена, ты тоже ори громче…
— Что орать? — обалдела служанка.
— Как — что? Что тебя не насилуют! И это — обидно! Дядюшка вам что — моя служанка не нравится?
— Н-нет…
— А почему?
После такого, Лорану оставалось только плюнуть. И осторожно выпустить «жертву» из рук. Какое уж тут насилие, когда то ли взвыть хочется, то ли спрятаться?
Матильда независимо отряхнулась.
— Так что — соблазнение и утренняя любовь отменяются? Э-эх, что за мужчины пошли…
Вот это было уже зря. Потому что Лоран развернулся, как никогда напоминая леопарда. И тихо, вкрадчиво, сексуальным тоном, прошелестел угрожающее:
— Поговорим об этом наедине?
И опять просчитался. Потому что вопль, вырвавшийся из груди Матильды, мог бы разбудить полстраны.
— УРРРРААААААА!!!
Бедный Лоран опять застыл на месте.
А в коридоре уже собралось человек десять, появился Шадоль…
— Что тут происходит?
О! Силанта выползла! С утра пораньше!
Ну как тут не обрадовать сестренку?
— А меня тут дядюшка насиловать собрался! Вот, радуюсь!
Лоран определился со своими чувствами, взвыл и вылетел за дверь. Кажется, по дороге он чуть не сшиб Шадоля, будут на пару хромать по замку…
Силанта открыла рот.
— Д-дядюшка?
— Силли, ты иди. Подумай об этом на досуге. Шадоль!
— Да, ваша светлость!
— Наймите в замок парочку симпатичных служанок. Видите — дядюшка до ручки дошел, на людей кидается…
— Слушаюсь, ваша светлость.
— И сообщите управляющему, я буду у него сразу после завтрака. Пусть готовит бумаги.
Шадоль поклонился. С почтением… определенно, герцогиня нарабатывала авторитет.
* * *
— Как ты только не растерялась!
— Малечка, милая, а что такого произошло?
— Ну… а если бы он…
— Не-а. Только не сейчас, когда у нас гостят Ардонские. Это Лоран по злости, не продумав натиск, вот все и рассыпалось, стоило мне себя повести нестандартно… я бы на его месте атаковала в дороге где-нибудь на постоялом дворе…
— Может, не ехать?
— Ехать. Но дядюшке твоему я точно что-нибудь отшибу.
— Например?
— Да уж найду — и что, и кем…
Рядом кашлянула Ровена.
— Ваша светлость, в следующий раз это может так хорошо не кончиться.
— И что ты предлагаешь?
Ровена провела пальцем по горлу.
— А труп куда деть?
— Выманю его за пределы замка…
Матильда несколько минут обдумывала этот вариант, а потом покачала головой.
— Нет… Хотелось бы, но рисковать не стоит. Я не могу пока просчитать все последствия… придется подождать.
Ровена кивнула.
— Мы по дороге будем заезжать куда-нибудь? В города?
Матильда поняла намек.
Ну да. Порт — опасное место, пошел человек погулять, да и не вернулся. Так, к примеру…
— Я подумаю над этим вопросом. А ты подумай вот над чем. Ты — беременна.
Ровена коснулась рукой живота.
— Да. Но…
— Я не хочу подвергать опасности твоего ребенка. Будь осторожнее, это приказ.
— Да, ваша светлость…
* * *
Кто бы сомневался, что Матильда подняла эту тему за завтраком. Состав присутствующих не изменился, все заинтересованные лица были в сборе…
— Дядюшка, а вы так ко мне каждое утро вламываться будете?
Граф Ардонский медленно отложил кусок хлеба.
— Малена?
Вчера граф, на правах очень старого друга семьи выторговал себе право называть герцогессу по имени (Динон пока удостоен не был), и теперь собирался отстаивать свои привилегии.
— Да, дядюшка Астон, — злорадно улыбнулась Матильда. — представляете, дядюшка Лоран меня, видимо, с вечера под дверью караулил.
— И зачем же? — голос графа не предвещал ничего хорошего наглому Рисойскому.
— Я так и не поняла… дядюшка, вам так моя служанка понравилась? Так вы бы цветочки девушке подарили, побрякушку какую… что ж сразу в дверь-то ломиться?
Лоран заскрипел зубами.
— Это было недоразумение…
— Правда?
— Да неужели? — Динон тоже подал голос, разглядывая соперника.
— Конечно, недоразумение, — щедро согласилась Матильда. — Разве я могу подумать что-то дурное о почтенном пожилом господине.
Лоран вылетел из-за стола, белый от гнева.
— Мотя, а мы палку не перегнули?
— Хм-м…
Граф кашлянул.
— Малена… а когда вы собираетесь уезжать в столицу?
— Чем скорее. Тем лучше, — пропела Матильда. — дня через два-три…
— Просто мы тоже собирались уезжать… может быть, мы поедем вместе?
Нет, не перегнула. В самый раз.
Лорена вздохнула.
— Граф… мне жаль…
— Мамуся, вы не едете? Граф, тогда я с радостью принимаю ваше предложение, — не растерялась Матильда. — верю, что вы, как дворянин и аристократ никогда не поставите меня в неловкое положение.
Астон расцвел.
— Малена, милая, мне пора вывозить в свет Астелу… она ваша ровесница, кстати. И вы можете поехать вместе.
Матильда захлопала в ладоши.
— Граф, когда же?
— Думаю, через два дня…
— Вам, наверное, надо будет уехать, чтобы лично отдать распоряжения? — гадюкой прошипела Лорена, понимая, что ее обходят на всех фронтах.
Граф покосился на Марию-Элену и улыбнулся. Заговорщически.
— Что вы, ваша светлость! У нас уже все давно готово к поездке… я сегодня отправлю гонца и сообщу, что мы едем вместе.
Матильда захлопала в ладоши.
Лорена скрипела зубами. Силанта молчала, понимая, что за каждое неосторожное слово ей может достаться с обеих сторон.
— Граф, как замечательно! Я сейчас же отдам приказания слугам. И управляющему…
* * *
— Мотя?
— Малечка, нам срочно надо в свою комнату.
— Зачем?
— За ПВО.
— Чем-чем?
— Противовражеской обороной.
— Думаешь, пригодится?
— Уверена…
Матильда как в воду смотрела.
* * *
— Что, братик, дособлазнялся?
Лорена шипела гадюкой. И были, были у нее основания. Теперь Лоран тоже метался по комнате.
— Астон все понял.
— И подойти к девчонке он тебе не даст! Что делать будешь?
— Придумаю что-нибудь.
— Постарайся управиться до столицы. Там эта гадючка будет недоступна. Да и в пути… думаешь, Ардонский даст нам развернуться?
Лоран усмехнулся.
— Есть у меня одна идея…
— Какая?
— Вот, смотри…
Лорена покосилась на пузырек с коричневым порошком.
— Что это?
— Ясеневая мушка.[19]
— Хм-м…
— На ночь Мария-Элена пьет травяной настой. Пусть слуги подсыплют ей это средство, и через полчаса она будет готова на все. И с любым, кто пожелает…
— А если это окажется Динон?
— Поговори с Силли. Пусть она займет мальчишку, хотя бы ненадолго…
Лорена сомневалась в успехе предприятия, но попробовать стоило.
— Давай сюда свою мушку. Пойду, схожу на кухню… мое слово еще кое-что значит в Донэре…
— Вот и отлично. Иди, разговаривай с поварихой. И готовься ночью не спать.
Лорена кивнула.
А то ж!
Соовратить девушку мало, надо еще сделать так, чтобы она не отвертелась от венца. То есть — застать на месте преступления. В полной красе и доступности, тогда Марии-Элене точно придется выйти замуж. От такого позора-то….
Придется ночь не спать, а это так вредно для кожи. В восемнадцать можно себе позволить гулять всю ночь напролет, все равно ты будешь свежа, как роза. В сорок же… даже неполных сорок…
Ах… На что только не приходится идти ради своего благополучия?
* * *
Не подозревая об опасности, подруги слушали господина Сельвиля. Вместе, серьезно, внимательно, Матильда взяла лист бумаги и принялась делать на нем заметки.
Управляющий нервничал.
Управляющий потел, вытирал лоб большим красным платком и оглядывался по сторонам..
— Чего он так дергается?
— Тильда, скорее всего, не все ладно. Но и отказать Лорене он не мог…
— Будем ловить?
— А сможем?
— Запросто. Вот, смотри, выделены деньги на строительство моста. Сто сорок золотых.
— Сколько?
— Ага, я тоже думаю, что мост из чугуния отливали. А вот еще, на карету — двести двадцать золотых. Тебя привезти — дешевле вышло, кстати, всего сто пятьдесят монет золотом.
— И что с ним делать?
— Только не прощать, — решительно заявила Матильда. — Вор прощеный, что жид крещеный.
— Что?
— Про евреев я тебе потом расскажу.[20]
— Ладно. А делать-то с ним что?
— Сказать, что мы все знаем? Что у него не было другого выбора, но если еще раз…
— Это сработает, если мы докажем свою силу, — засомневалась Малена.
— Или выйдем замуж. Не за Лорана.
— Тоже верно. Тогда… говорим?
— Действуй…
— А почему я? Давай ты…
— Потому что это твой замок. И твой управляющий. Ну! А я буду рядом…
Малена вздохнула.
— Господин Сельвиль, у меня возникло несколько вопросов. Несколько десятков вопросов…
— Ваша светлость?
— Объясните мне вот эти расходы…
Нельзя сказать, что управляющий сдался сразу. Он честно потрепыхался. Попытался объяснить, что карета сделана из саларинской ивы, что золота на нее пошло немеряно, что мост делался из лучшего камня, что…
Врал безбожно. Так, что даже Малена морщилась.
Монастырь же… Если кто не догадывается, вранье в монастыре — способ выживания. Только называется это красивым словом «благонравие», а по правде-то, таких лицемеров еще поищи. И Малена жила среди них десять лет…
Управляющий не смог бы ее обмануть. И дело кончилось закономерно.
— Сельвиль, вы понимаете, что я сейчас кликну графа, попрошу его проехаться со мной, все осмотреть, и вы окажетесь сначала под плетями, а потом и на каторге за воровство?
— Да, ваша светлость…
— Но вы также понимаете, что я этого не сделаю.
Это управляющий тоже понимал.
— Что вам угодно, ваша светлость?
Это была идея Малены, но Матильде она тоже понравилась.
— Я еду в столицу, чтобы выйти замуж.
Вранье, конечно, но управляющий закивал. Понятное дело, у девушки ж другой цели в мире нет, только замуж…
— Представьте, что я приеду сюда с мужем, и он займется счетами?
Представил. Резко побледнел…
— У вас есть способ оправдаться.
— Да, ваша светлость?
И сколько сразу энтузиазма! Глаза горят, хвост трубой, сам дугой…
— Вы можете подготовить мне до завтра скромную такую записку. Сколько потратили Рисойские — и на что.
Управляющий побледнел.
— Ваша светлость, но ее светлость…
— Эту записку не увидит. Ни моя мачеха, ни ее брат.
— Но зачем тогда?
— А вот я знать буду. И мой будущий муж будет знать, с кого и сколько шкур драть. А вы станете не сообщником, а сообщившим о злоупотреблениях. Жертвой, которая не могла противостоять мошенникам.
Сельвиль подумал и согласно кивнул.
Малена улыбнулась.
— Ну что я получу, если начну тыкать мачеху носом в ее воровство? Она от всего отопрется, скажет, отец разрешил. Нет, это — на будущее, очень отдаленное будущее, которое может никогда и не наступить.
— Да, ваша светлость.
— Только поторопитесь. Я не уеду в столицу без этих данных, а задерживаться мне тоже неохота. Мало ли что…
— Ээээ… ваша светлость, я в курсе утреннего происшествия.
— Весь замок в курсе.
Малена и спорить не стала. Но лучше уж скандал, чем дать Лорану добраться до девичьего тела. Или — того хуже, репутации!
— Может быть, я могу быть вам полезен?
— Может… — доверять Малена не собиралась никому. Здоровая паранойя — залог здоровья параноика. — Возможно, в Донэре есть покои, которые никем не используются? А я смогу отдохнуть в них от навязчивого внимания?
Покои действительно были. И Малену снабдили ключами и инструкциями.
— Мы же не пойдем туда, правда?
Матильда зловеще фыркнула.
— Почему же? Еще как пойдем…
— Ты ему доверяешь?
— Никогда!
— А зачем тогда?
— Надо тебе сегодня поставить замечательный американский фильм. Называется «Один дома».
Малена не знала, что это такое, но звучало обнадеживающе.
* * *
— М-да…
Матильда с Маленой на пару разглядывали девчонку. Та дрожала и поминутно оглядывалась, но, кажется, не врала.
— Расслабились Рисойские, разленились. Думать — и то не желают…
— А уж действовать…
Служанка дрожала, как осиновый лист. И было отчего…
Не с ней разговаривала Лорена, поручая ответственное задание, но…
Думать надо, кого ты того-с… И не драть все, что шевелится в пределах замка! Девушка сюда пришла, чтобы на приданое себе заработать, а вместо этого лишилась девичества с помощью Рисойского, и искренне возненавидела Лорана. Но что она могла сделать? Да ничего, только скрипеть зубами. Уволиться — и то не могла, потому что язык за зубами никто не держал. И жених уже от свадьбы отказался…
А после выходок Марии-Элены девчонка увидела шанс на месть.
— Тебя как зовут?
— Ларта, ваша светлость…
— Вечерний чай, говоришь… Что ж, Ларта, твои услуги не будут забыты, — Мария-Элена смотрела серьезно. — Я подумаю, как наградить тебя так, чтобы это не привлекло внимания Рисойских.
— Спа… спасибо, ваша светлость.
— Иди, пока тебя не хватились…
Девушка улетучилась. Малена вздохнула.
— Эх, тетушка Мит…
— Ваша повариха?
— Да…А я ей доверяла. И отец… она еще маму помнит.
— Как видишь — это не гарантия.
— Вижу….
Именно поварихе было доверено важное дело — всыпать афродизиак в вечерний чай Малены. Она бы и исполнила…
Не стоит только забывать, что на кухне находятся и другие люди. В том числе те, кто искренне ненавидят и Лорана, и его сестру… Ларта была из таких. Она подслушала разговор и решила донести о нем Марии-Элене.
Поверят?
Замечательно…
Нет?
Это риск, и большой. Но герцогесса не выглядит влюбленной в подлеца Лорана, и хотя бы выслушает. А уж проверить несложно.
— Как ты думаешь, что там за добавка?
— Вкусовая?
— Тильда, не смешно…
— Это смотря кому. А если серьезно, это либо медленный яд, либо… что можно подлить такого?
— Что-то помрачающее сознание. Или возбуждающее… Девушки в монастыре рассказывали.
— Да уж, школа жизни…
— И не самая плохая. Только очень однобокая.
— Ладно. Что делать будем?
— А что мы можем?
— Не знаю. Зависит от того, что хотят сделать с нами. Если отравить — надо разыгрывать слабость и тошноту. А если это что-то другое, надо ждать ночного визита.
— Посмотрим?
Матильда фыркнула.
— Малечка, понимаешь, у нас с этим проблемы. Я не знаю, способна ли ты будешь проснуться, как на это отреагирую я…
Мария-Элена схватилась за голову.
— Тильда, я не подумала!
— Вывод — смотреть будет Ровена.
— А мы?
— А мы будем прятаться. И серьезно…
— Тогда мы идем разговаривать с Ровеной?
— Да. И искать укромное место.
— У меня есть такое. Если его до сих пор не нашли…
— Может, и на пару ночей нам хватит… вперед!
* * *
— Мотя, тебе не кажется, что это — смешно?
— Смотря для кого, Малечка.
— Ну… по-детски, как-то…
— Рогатка — детское оружие, но человека из него можно убить. Спокойно. Работай, давай…
Малена хмыкнула, но продолжила свое черное дело. Подготовку ловушек на слонопотамов.
А что?
Не просто ж так ей подливают всякую гадость, точно, ночью явятся. А тут и привет им… из космоса?
Да, от потусторонних сил. К которым Матильда закономерно причисляла и себя.
Детство?
Ах, это прекрасное время лагерей и вожатых, которым нельзя дать дожить до конца смены… Дети иногда там такие партизанские навыки получают, что Че Гевара позавидует.
Малена закончила подготовку, разогнулась, неосторожно шагнула… и едва успела за стену схватиться. Ноги поехали.
— М-да…
— Ты осторожнее. А то и поить не надо будет, будешь лежать со сломанной ногой…
— Спасибо на добром слове.
— Да не за что. Все?
— Все.
— Пошли прятаться.
И девушки пошли. Решив по дороге заглянуть в кладовку. Прятаться и маскиироваться надо не на голодный желудок.
* * *
— Уууууу… ненавижу!!! Твари, суки, сволочи!!!
— Согласна, — девушки согласованно и злобно шипели, устраиваясь на ночь.
Где точно не будут искать герцогессу?
Там, где есть риск перебудить всю прислугу и получить кучу проблем на свою голову. Дворовые постройки, такие, как конюшня, коровник и прочее, отвергаем сразу. Неудобны, потому как слишком востребованы.
Людская — не вариант. Разве что для Ровены, которая и будет там ночевать сегодня. Малена еще час назад при всех наорала на служанку и отослала от себя. Мало ли…
Свободные покои?
Не настолько мы доверяем управляющему…
Но есть в замке и еще одно место…
Гостевые покои.
Звучит бредово? Да, наверное. Но стоит вспомнить, что это не одна комната, а целая анфилада со шкафами, гардеробной, кабинетом…
И еще одной крохотной незаметной комнаткой, попасть в которую сможет только тот, кто о ней знает. Ее выход выведен в кладовку и мало кто о ней знает.
Лорена?
Малена не знала, да или нет. Но вряд ли ее будут искать именно здесь. Просто потому, что велик риск поднять шум.
Для чего нужна эта комната?
А из нее можно подслушать, что творится в гостевых покоях. А можно и пройти туда… если что-то, или кто-то, Малена может вывалиться прямо под ноги графу Ардонскому. Надо только заблокировать изнутри вход, лучше — банальным стулом подпереть, чтобы шума было побольше, и спокойно ложиться спать.
Спасибо вам, предки.
Кстати, а о чем там граф беседует с сыном? Почему бы не послушать?
Комментарии