глава 25
Прошло восемь месяцев. Весна уже полностью вступила в свои права, за окном зеленели первые листочки, и ласковое мартовское солнце согревало землю. Для Дженни и Тэхёна эти месяцы стали целой эпохой, перевернувшей их жизни с ног на голову. Тэхёну уже исполнилось двадцать лет, а Дженни всего семнадцать, но они уже стояли на пороге совершеннолетия, готовясь к главной роли в их жизни — роли родителей.
Дженни пришлось бросить обычную школу и перейти на домашнее обучение. Это было непростое решение, но единственно возможное. Учиться в привычном режиме, скрывая растущий живот, было нереально. Бабушка полностью поддерживала её, помогая с учебниками и создавая комфортные условия для занятий. Она была рядом, словно искупая свою былую суровость, и Дженни чувствовала её безусловную любовь и поддержку.
Тэхён, в свою очередь, превратился в настоящего мужчину. Он усердно учился в университете, понимая, что хорошее образование – залог стабильного будущего. А после занятий он работал, не покладая рук. Любая работа, которая приносила хоть какой-то доход, была для него ценна. Он хотел быть уверенным, что сможет полностью содержать Дженни и их будущего малыша, обеспечить им всё необходимое. Его решимость и забота поражали Дженни, заставляя её ещё больше любить и ценить его.
Роуз, лучшая подруга Дженни, была в полном шоке, когда узнала, что произошло тем летом. Для неё, проводившей каникулы беззаботно, новость о беременности Дженни стала громом среди ясного неба. В первое время ей было трудно это осознать, но она не оставила подругу. Роуз навещала Дженни каждую неделю, принося сладости и рассказывая школьные новости. Они болтали обо всем, смеялись и плакали вместе. Дружба, прошедшая такое испытание, стала только крепче.
Летом Дженни не могла дозвониться до Роуз, потому что у неё не хватало денег на счету телефона. А Роуз, в свою очередь, не могла позвонить Дженни, потому что её родители забрали у неё телефон на лето в качестве наказания за плохие оценки и отдали только в сентябре, поэтому Роуз даже и представить не могла какие у Дженни происходят страсти.
Самым большим потрясением, но и облегчением для Дженни стало то, как отреагировали её мама и папа. Она очень боялась их реакции, особенно отца, который всегда был в командировках и казался ей таким строгим. Но когда бабушка, собравшись с духом, позвонила им и всё рассказала, Дженни ждало удивительное понимание.
Вместо криков и упрёков, мама Дженни плакала от волнения, но её слёзы были не от гнева, а от сочувствия. Папа, вернувшись из командировки, сначала был немногословен, но потом крепко обнял Дженни, сказав, что они всегда будут рядом, несмотря ни на что. Они не ругались, а поняли свою дочь, пообещав всяческую поддержку. Это сняло с Дженни огромный груз, и она поняла, что у неё есть не только любовь бабушки и Тэхёна, но и крепкий тыл в лице родителей.
Жизнь продолжалась. Каждый день приближал их к моменту, когда их мир станет ещё больше, ещё сложнее, но и ещё счастливее. Дженни гладила свой округлившийся живот, чувствуя, как малыш толкается внутри, и с нетерпением ждала весеннего чуда.
Весенний вечер медленно опускался на город. В комнате Дженни было уютно и тепло. Она с Роуз сидела на диване, окружённые подушками, и в полголоса болтали о девичьих секретах и школьных новостях. Мама Дженни была на работе в вечернюю смену, а папа, как обычно, находился в очередной командировке, поэтому они могли спокойно наслаждаться общением. На столе стояла ваза с первыми тюльпанами, а из открытого окна доносился свежий запах весеннего воздуха.
— Ты представляешь, — взахлёб рассказывала Роуз, — этот парень опять пытался заговорить со мной после урока физики! А я просто сделала вид, что его не замечаю! Он такой наглый!
Дженни улыбнулась, поглаживая свой уже очень большой живот. Ей было приятно слушать эти беззаботные истории, которые ещё совсем недавно были и её жизнью.
— Ну, может, он тебе просто нравится, а ты стесняешься? — поддразнила она подругу.
Роуз хихикнула, отмахиваясь.
— Да ну тебя! Ой, кстати, а ты что-нибудь уже выбрала для малыша? Ну, там, коляску или кроватку?
Дженни вздохнула.
— Пока нет. Мы с Тэхёном всё обсуждаем, но пока только присматриваемся. Хочется, чтобы всё было идеально.
В этот момент раздался настойчивый, но негромкий стук в дверь. Дженни и Роуз переглянулись.
— Кто бы это мог быть? — пробормотала Дженни, вставая с дивана. Бабушка обычно не стучала, да и все, кого они ждали, уже были дома.
Дженни подошла к двери и осторожно открыла её. На пороге стоял Тэхён, его глаза сияли от волнения и какой-то необычайной радости. В руках он держал небольшой свёрток.
— Привет, — сказал он, улыбаясь во весь рот. — Можно?
— Тэхён! — воскликнула Дженни, пропуская его. — Конечно, заходи. Мы тут с Роуз болтаем.
Роуз помахала ему с дивана.
Тэхён прошёл в комнату, и его взгляд задержался на Дженни, а затем на её животе. Он наклонился и нежно поцеловал её.
— У меня для вас сюрприз, — сказал он, его голос был полон предвкушения. — Большой сюрприз.
Дженни удивлённо посмотрела на него.
— Какой сюрприз?
Тэхён взял её за руки, его глаза горели.
— Я... я купил нам квартиру, Дженни, — произнёс он, и каждое слово было наполнено гордостью и счастьем. — Все эти месяцы я усердно работал, каждый свободный час. Я учился, подрабатывал везде, где мог, откладывал каждую копейку. И вот... я накопил. Я купил нам наш собственный дом.
Дженни замерла. Её глаза расширились от шока. Квартира? Это казалось совершенно нереальным.
— И это ещё не всё, — продолжил Тэхён, видя её ошеломление. — Я уже всё там сделал. Ремонт, мебель... И самое главное! Я купил всю детскую мебель и все детские принадлежности, которые нужны были. Коляску, кроватку, пеленальный столик, ванночку, кучу одежды... Всё! Тебе больше не нужно ни о чём беспокоиться. Там есть всё, чтобы мы могли сразу переехать и встретить нашего малыша.
Дженни стояла, как вкопанная. У неё перехватило дыхание. Её глаза наполнились слезами, но это были слёзы не горя, а невероятного счастья и изумления. Она даже не могла вымолвить ни слова. В её голове не укладывалось, как он мог это сделать. В свои двадцать лет.
Роуз, сидевшая на диване, тоже была поражена. Она прикрыла рот рукой, её глаза были такими же круглыми, как у Дженни.
Тэхён обнял Дженни, прижимая её к себе.
— Теперь у нас будет свой дом, Дженни. Наш собственный. Для нас троих.
Дженни наконец обрела дар речи.
— Тэхён... я... я не могу поверить... — прошептала она, прижимаясь к нему. Это был самый невероятный и трогательный подарок, который она когда-либо получала. Он не просто купил им жильё, он создал для них будущее, воплотив в жизнь их мечту о собственном уютном уголке для их семьи.
***
Прошёл ещё один месяц, и весна вступала в свои права во всей красе. Для Дженни и Тэхёна каждый день был наполнен трепетным ожиданием. Дженни уже лежала в больнице, её большой живот свидетельствовал о том, что совсем скоро их жизнь изменится навсегда. Тэхён был рядом с ней практически постоянно, взяв отпуск на работе, чтобы ни на минуту не оставлять её одну. Он держал её за руку, читал ей книги, рассказывал смешные истории – делал всё, чтобы она чувствовала себя спокойно.
Роуз, верная подруга, тоже была частым гостем. Она приходила каждый день после школы, принося Дженни любимые фрукты и свежие журналы. Их болтовня помогала отвлечься от тревожных мыслей. Мама Дженни постоянно была на работе, папа находился в командировке, а бабушка уехала в деревню по неотложным делам. Рядом с Дженни были только Роуз и Тэхён, но этого было достаточно. Их поддержка была бесценна.
Всё это время Дженни и Тэхён держали в секрете пол будущего ребёнка. Они решили, что это будет сюрприз для всех, включая их самих. Ни друзья, ни родные не знали, кого они ждут – мальчика или девочку. Это добавляло волнения и предвкушения.
Ранним утром, когда за окном только начинал брезжить рассвет, Дженни почувствовала первые схватки. Сначала они были слабыми, похожими на тянущие боли, но постепенно становились всё сильнее и регулярнее. Тэхён, который дремал на стуле рядом с её кроватью, тут же проснулся, услышав её негромкий стон. Он вскочил, полный тревоги.
— Дженни? Что такое? — его голос был полон беспокойства.
— Кажется... начинается, — прошептала она, сжимая простыню.
Медсестры и врачи забегали вокруг, проверяя показатели, готовя её к родам. Боль нарастала с каждой минутой, становясь всё более интенсивной. Дженни дышала глубоко, как её учили на курсах, но это помогало лишь отчасти. Её ладонь крепко сжала руку Тэхёна.
— Не уходи, — прохрипела она, глядя ему в глаза.
— Ни за что, — ответил он, его лицо было бледным, но решительным. — Я здесь. Всегда.
Время тянулось невыносимо медленно. Каждая схватка была как новая волна боли, накрывающая с головой. Дженни стискивала зубы, пытаясь не кричать, но порой стоны всё же вырывались из её груди. Тэхён не отпускал её руку ни на секунду, вытирал пот с её лба, шептал слова поддержки, которые казались ей единственной ниточкой, связывающей её с реальностью. Он видел, как она страдает, и чувствовал себя таким беспомощным, но знал, что должен быть сильным ради неё.
Роуз пришлось уйти из палаты, когда Дженни перевели в родильный зал. Ей было всего 16, и присутствие на родах для несовершеннолетней без особого разрешения было невозможно. Она лишь успела крепко обнять Дженни и пожелать удачи, прежде чем двери закрылись.
В родильном зале время остановилось. Голоса врачей сливались в неразборчивый гул, боль поглощала всё вокруг. Дженни чувствовала себя на пределе своих сил. Слёзы текли по её щекам, но она продолжала бороться. Тэхён, стоявший рядом, тоже был измотан, но его взгляд не отрывался от Дженни. Он видел её мужество, её стойкость, и это придавало ему сил.
— Ещё немного, Дженни! Ты сильная! — шептал он, стискивая её руку.
Последние схватки были самыми сильными, самыми мучительными. Казалось, что тело разрывается на части. Дженни закричала, отдаваясь боли, отдаваясь инстинкту. Она собрала последние силы, напряглась, как никогда раньше.
И вдруг...
Вместо боли, она почувствовала огромное облегчение. И затем... пронзительный, громкий крик. Крик новорождённой жизни.
— Это девочка! — радостно воскликнул врач.
Дженни, обессиленная, открыла глаза. Её взгляд тут же встретился с глазами Тэхёна. На его лице была смесь облегчения, радости и слёз. Он наклонился и поцеловал её в лоб, его губы дрожали.
Медсестра поднесла к ним свёрток. Маленький, сморщенный, но такой идеальный. Дженни протянула руки, и ей положили на грудь её дочку. Он был крошечным, но уже таким сильным, его маленький кулачок сжал её палец.
Слёзы хлынули из глаз Дженни, но это были слёзы чистого, безграничного счастья. Она прижала его к себе, вдыхая его запах. Рядом стоял Тэхён, его рука нежно гладила её волосы, другая лежала на их дочке. В этот момент, несмотря на все пережитые трудности, все страхи и боль, Дженни знала: это стоило всего. Их маленький секрет, их маленькая девочка, стала самым большим чудом в их жизни.