глава 16
Облегчение, нахлынувшее на Дженни, было почти физически ощутимым. Оно смыло панику, оставив лишь лёгкое покалывание в конечностях и глубокую благодарность. Тэхён помог ей подняться, и она почувствовала, как тепло его руки проникает сквозь тонкую ткань её кофты.
– Ну что, пойдём домой? – мягко спросил Тэхён, его голос был успокаивающим бальзамом.
Дженни кивнула, но тут же вспомнила, что совсем не знает, где находится.
– Я… я не знаю, где мы, – прошептала она, её голос всё ещё дрожал от пережитого.
Тэхён улыбнулся, и эта улыбка была настолько искренней и доброй, что Дженни почувствовала, как остатки страха окончательно отступают.
– Не переживай, я знаю. Мы совсем недалеко от моего дома. Но ты, кажется, повредила колено? – Он наклонился, чтобы рассмотреть её ногу. – Давай я тебя донесу.
Дженни хотела было возразить, сказать, что она в порядке, но боль в колене дала о себе знать резким уколом. К тому же, она была так истощена, что сил на препирательства просто не осталось. Она просто кивнула, позволяя ему подхватить её. Тэхён легко поднял её на спину, и Дженни почувствовала, как её тело обмякло от неожиданной мягкости и тепла. Она обхватила его за шею, прижимаясь щекой к его плечу. Запах его футболки – смесь свежести, лёгкого запаха пыли и чего-то неуловимо своего, родного – окутал её, принося ощущение полной безопасности.
– У тебя… у тебя очень красиво и мило на спине, – пробормотала Дженни, чувствуя себя глупо от такого комплимента, но это было первое, что пришло ей в голову. Ей действительно было удивительно комфортно, словно она нашла своё идеальное место. Она почувствовала, как Тэхён тихонько рассмеялся, и лёгкая вибрация прошла по его спине, передаваясь ей.
Они шли так некоторое время. Шаги Тэхёна были уверенными и размеренными, и Дженни почти задремала, убаюканная его движениями и чувством защищённости. Вокруг всё ещё было темно, но теперь она не чувствовала страха. Присутствие Тэхёна было щитом от всех пугающих теней и звуков.
– Твоя бабушка не будет ругаться, что ты ещё не дома? – вдруг спросил Тэхён, и его голос был немного напряжённым, словно он опасался её ответа.
Дженни вздохнула, вспоминая недавние события.
– Нет, – тихо ответила она. – Бабушка уехала. Прабабушка… мама моего дедушки умерла, и бабушке пришлось поехать к дедушке, чтобы его поддержать и помочь с похоронами. Она сказала, что вернётся не раньше, чем через неделю, а может, и дольше.
Тэхён на мгновение замер, а затем его шаг стал легче, почти пружинистым. Дженни почувствовала, как его плечи расслабились.
– Ого! Вот это да! – воскликнул он, и в его голосе прозвучала такая искренняя радость, что Дженни не могла не улыбнуться. – Значит, мы можем гулять хоть до ночи? А то ты всё время говорила, что тебе можно только до полвосьмого.
– Ага, – подтвердила Дженни, и на этот раз её улыбка была широкой и беззаботной.
Мысль о том, что теперь они могут проводить больше времени вместе, без постоянного контроля и ограничений, наполняла её сердце приятным предвкушением. Свобода, которую она так боялась несколько минут назад, теперь обретала совершенно новый смысл.
Наконец они остановились. Тэхён аккуратно опустил её на крыльцо старенького, но уютного домика. Дженни огляделась. Это был небольшой, ухоженный дом с палисадником, полным ещё невысохших от вечерней росы цветов.
– Мы пришли, – сказал Тэхён, открывая дверь.
Внутри дом встретил их прохладой и тишиной. Было чисто и опрятно, но чувствовалось отсутствие живого присутствия.
– А где… где твоя мама? – спросила Дженни, оглядываясь.
– Мама уехала в город, – объяснил Тэхён. – Отпуск закончился, и ей нужно работать. А папы у меня нет, – добавил он тихо, и на мгновение его лицо стало серьёзным. – Я решил остаться в деревне подольше. Тут мне спокойнее, да и друзья есть.
Дженни почувствовала лёгкий укол сочувствия, но тут же отогнала его, не желая омрачать их общую радость. Она понимала, что Тэхён привык к этому, и его слова не несли в себе горечи, скорее, принятие.
Тэхён повёл её на кухню. Это была простая, но функциональная комната, с деревянным столом посередине и аккуратно расставленной посудой на полках.
– Хочешь есть? – спросил он, открывая холодильник. – Я могу что-нибудь приготовить.
Дженни почувствовала, как живот урчит, напоминая о себе. Она была так поглощена страхом, что совсем забыла о голоде.
– Да, очень, – честно призналась она.
Тэхён достал несколько яиц, кусок колбасы и сыр. Он ловко поставил сковороду на плиту, зажёг газ. Дженни наблюдала за ним, удивляясь его непринуждённости. Он казался таким взрослым и самостоятельным.
– Я сделаю омлет, – объявил он, разбивая яйца в миску. – Это самое простое.
Пока он готовил, по кухне распространился приятный запах жарящейся колбасы и яиц. Они болтали о пустяках, о том, как прошёл день, о школьных друзьях. Дженни чувствовала себя абсолютно спокойно и расслабленно. Рядом с Тэхёном все её страхи исчезали, а мир казался простым и понятным.
– А ты часто готовишь? – спросила Дженни, наблюдая, как он ловко переворачивает омлет.
– Когда мама на работе, да. Привык уже, – ответил он, не отвлекаясь от процесса. – Иногда даже получается вкусно, – добавил он с усмешкой.
Они сели за стол. Омлет был простым, но на вкус казался самым лучшим ужином в мире. Тэхён нарезал хлеб и достал домашний компот. Каждое движение Тэхёна, его сосредоточенное лицо, когда он готовил, его внимательный взгляд, когда он слушал её, наполняли Дженни чувством необыкновенного тепла. Она заметила, как свет от единственной лампочки над столом мягко ложится на его волосы, как тонкие пальцы крепко держат вилку.
За окном окончательно стемнело, но внутри дома Тэхёна было светло и уютно. Тишина, которая так пугала её в своём доме, здесь казалась естественной и приятной, наполненной незримым присутствием заботы. Они ели, время от времени обмениваясь фразами, и каждое слово, каждый взгляд был наполнен невысказанным пониманием и нежностью. Дженни почувствовала, как внутри неё расцветает что-то новое, тёплое и хрупкое, как первые весенние цветы. Это было не просто облегчение от страха, это было предвкушение чего-то большего, чего-то очень важного, что только начинало распускаться между ними.
Дженни доела омлет, чувствуя себя гораздо лучше, но теперь её беспокоило другое. Она посмотрела на свои руки, потом на колени – всё было в пыли и грязи после падения и беготни. Тело ныло от усталости, и она ощущала липкий пот на коже. Ей ужасно хотелось принять душ.
— Тэхён, — нерешительно начала она, — а у тебя… ну, то есть… есть возможность помыться? Я немного… грязная. И потная.
Тэхён посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло понимание.
— Конечно! У нас летний душ на улице, — он махнул рукой в сторону заднего двора. — Вода там, правда, холодная, но ничего, освежит. Подожди, я сейчас принесу полотенце и что-нибудь из одежды.
Он быстро встал из-за стола и исчез в другой комнате, а Дженни почувствовала прилив благодарности. Через мгновение Тэхён вернулся с чистым, пушистым полотенцем и аккуратно сложенной стопкой одежды — большой футболкой и какими-то спортивными шортами.
— Держи, — сказал он, протягивая ей вещи. — Это моё, но тебе должно подойти. Футболка свободная, а шорты можешь затянуть.
Дженни взяла одежду, ощущая её мягкость.
— Спасибо, — прошептала она, тронутая его заботой.
Она направилась к задней двери, которая вела во двор. Тэхён указал ей рукой:
— Душ прямо за тем сараем. Там фонарь горит.
Дженни вышла на улицу. Воздух был прохладным и свежим, но уже ощущалась влажная прохлада ночи. Она сделала несколько шагов, огибая угол дома. Фонарь действительно горел, но его свет был тусклым и жёлтым, лишь едва рассеивая мрак вокруг. Тени от деревьев и кустов казались огромными и двигались от малейшего дуновения ветра, напоминая причудливых чудовищ. Каждый шорох в кустах, каждый скрип ветки казался зловещим.
Она подошла ближе к душу – это была простая деревянная кабинка без крыши, с примитивной лейкой наверху. Свет фонаря едва достигал её, оставляя саму кабинку в полумраке. Сердце Дженни забилось быстрее. Ей снова стало страшно. Это было не так, как тот панический ужас в незнакомом районе, но это был липкий, пробирающий до костей страх темноты и одиночества. Она представила, как будет стоять там одна, под струями холодной воды, в окружении этих пугающих теней. Дрожь пробежала по телу.
Дженни попятилась назад, затем развернулась и поспешила обратно в дом. Она вошла на кухню, где Тэхён уже убирал со стола.
— Тэхён, — произнесла она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более спокойно, но дрожь всё равно проскочила. — Там… там как-то очень темно. И… ну… страшно немного.
Тэхён поднял на неё взгляд, и его брови чуть приподнялись в понимании. Он ничего не сказал, просто кивнул.
— Не переживай, — наконец произнёс он, вытирая руки полотенцем. — Я пойду с тобой. Буду стоять рядом.
Дженни почувствовала огромное облегчение.
— Правда? – с надеждой спросила она.
— Конечно, — улыбнулся он. – Кто же оставит такую красавицу одну в темноте? А вдруг там привидения? – В его глазах заплясали озорные искорки.
Они снова вышли на улицу. Тэхён прошёл с ней до самой кабинки душа. Он остановился в нескольких шагах от неё, уперевшись плечом в деревянный столб. Даже в полумраке Дженни чувствовала его присутствие, его спокойствие, и это мгновенно успокаивало.
— Ну что, давай. Я буду здесь, — сказал он, и его голос был тёплым и ободряющим.
Дженни зашла в кабинку. Холодный воздух обвил её кожу. Она взялась за верёвку, чтобы потянуть за лейку.
— А знаешь, Дженни, — вдруг прозвучал голос Тэхёна, совсем рядом, и Дженни чуть не выронила полотенце от неожиданности, — может, мне тоже зайти? Вода-то холодная, согреться будет веселее. Вместе ведь не так страшно, правда?
Дженни замерла, её щёки мгновенно вспыхнули. Она почувствовала, как тепло разливается по её лицу, несмотря на прохладный воздух. Она не могла понять – он шутит? Или… Он действительно это предложил? И что ей на это ответить? Слова застряли в горле. Она лишь услышала, как Тэхён тихонько посмеивается за стенкой кабинки, и это было настолько искренне и беззлобно, что Дженни невольно улыбнулась. Может, он и правда просто шутил. Или нет. Кто его знает.
Холодная вода обрушилась на неё, заставляя вздрогнуть. Она быстро, насколько это было возможно, смыла с себя грязь и пот, ощущая, как прохлада оживляет её кожу. Присутствие Тэхёна за кабинкой было незримой опорой. Она слышала его тихое покашливание, иногда шелест листвы под его ногами, и это заглушало все пугающие ночные звуки. Выскочив из душа, она быстро вытерлась и натянула его одежду. Футболка оказалась ей велика, свисая почти до колен, а шорты пришлось сильно затягивать, но это было невероятно комфортно и тепло. Запах Тэхёна, впитавшийся в ткань, окутал её, даря ощущение уюта и безопасности.
— Готово! — позвала она, выходя из кабинки.
Тэхён обернулся, его глаза скользнули по её фигуре в его просторной одежде, и на его губах появилась лёгкая улыбка.
— Ну вот, совсем другое дело, — сказал он, и в его голосе проскользнула нотка тепла. — Пойдём в дом, а то замёрзнешь.
Они вернулись в дом. Воздух внутри казался особенно тёплым после уличной прохлады. Тэхён повёл её в свою комнату. Это была небольшая комната, обставленная просто, но со вкусом. На стенах висели постеры музыкальных групп, на полках стояли книги и какие-то безделушки. В центре стояла односпальная кровать, аккуратно заправленная.
— Вот, это моя комната, — сказал Тэхён, указывая на кровать. — Можешь ложиться здесь.
Дженни подошла к кровати, касаясь мягкого покрывала. Внезапно её осенила мысль.
— А… а ты где будешь спать? — спросила она, обернувшись к нему.
Тэхён стоял рядом, чуть ближе, чем прежде. Он посмотрел на неё, и в его глазах появилось что-то, от чего у Дженни ёкнуло сердце. Это было что-то нежное, внимательное, и немного… чего-то ещё, что она не могла определить.
— Ну, я могу лечь у мамы в комнате, — ответил он, его голос был тихим, почти шёпотом. Затем он сделал ещё один крошечный шаг, сокращая расстояние между ними. Дженни почувствовала лёгкое головокружение от его близости, от еле уловимого запаха его кожи. — Но… если ты хочешь, — продолжил он, и его взгляд задержался на её губах, а затем поднялся к глазам, — я могу лечь и рядом. Чтобы тебе не было так страшно одной.
Воздух между ними, казалось, сгустился, наполнился невысказанными словами и хрупким ожиданием. Дженни ощущала тепло его тела, исходящее от него, и едва сдерживала дыхание. Её сердце колотилось в груди, отбивая какой-то сумасшедший ритм. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Её взгляд метался между его глазами и губами, не зная, куда смотреть. Она чувствовала, как его близость обволакивает её, как невидимые нити притягивают их друг к другу.
Она ничего не ответила. Просто стояла, заворожённая моментом, его близостью, этим новым, интимным ощущением, которое разливалось по всему её телу.
Тэхён задержал взгляд на ней ещё мгновение, словно пытаясь прочесть её мысли, а затем его глаза смягчились.
— Спокойной ночи, Дженни, — сказал он, его голос был бархатным шёпотом. Он развернулся и тихо вышел из комнаты, оставив её одну в тишине, наполненной лишь стуком её собственного сердца и послевкусием его слов.
Дженни ещё какое-то время стояла посреди комнаты, пытаясь осознать, что только что произошло. Затем она подошла к кровати, стянула с себя шорты и футболку, аккуратно сложила их и положила на стул. Она скользнула под одеяло, укутавшись в его мягкость. Запах Тэхёна, который всё ещё витал вокруг, казался успокаивающим и обволакивающим. Ей больше не было страшно. Напротив, её сердце было наполнено странной, новой нежностью и предвкушением. Закрыв глаза, она представила его лицо, его улыбку, его слова, и уснула с этими мыслями.
Дженни спала крепко, убаюканная чувством безопасности, которое подарило ей присутствие Тэхёна. Однако, глубокой ночью, сквозь сон начали просачиваться звуки. Сначала это были еле различимые шорохи, словно кто-то крадётся рядом. Затем послышалось тихое поскрипывание пола в соседней комнате. Дженни попыталась списать это на ветер или старый дом, но потом раздался протяжный, жуткий ухающий крик совы совсем близко от окна.
Её глаза распахнулись в темноте. Сердце тут же заколотилось в груди, отбивая тревожный ритм. Страх, который, как ей казалось, полностью отступил, вновь поднял свою уродливую голову. Каждый шорох теперь казался преувеличенно громким, каждый скрип – зловещим. Образы чудовищ, рождённые ночной тьмой, начали принимать причудливые формы в её воображении. Она попыталась прижаться поглубже к подушке, натянуть одеяло до самого подбородка, но это не помогало. Холодный пот выступил на лбу. Вспомнились пугающие тени во дворе, одиночество в её собственном доме.
Внезапно Дженни поняла, что не может оставаться здесь одна. Не сейчас, когда каждый звук шептал об опасности. Единственным спасением, единственным человеком, кто мог бы избавить её от этого липкого ужаса, был Тэхён.
Она осторожно, стараясь не издать ни звука, выбралась из кровати. Холодный пол коснулся босых ступней. На цыпочках, словно крадущаяся тень, она вышла из комнаты. В доме было абсолютно темно. Дженни вытянула руки перед собой, ориентируясь на ощупь, чтобы не наткнуться на мебель. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, заглушало все остальные звуки.
Она медленно продвигалась вперёд, прислушиваясь. Вот комната, из которой Тэхён принёс полотенце. Значит, это спальня его мамы. Дженни тихонько толкнула дверь. Кровать была заправлена, комната пуста.
Значит, он здесь.
Она двинулась дальше по коридору, ориентируясь на слабую полоску света, пробивающуюся из-под двери в конце. Это была ванная. Нет, не туда.
Наконец, она нашла её. Дверь в комнату Тэхёна. Дженни осторожно, почти бесшумно, приоткрыла её и заглянула внутрь. Из окна падал очень слабый лунный свет, позволяя различить очертания комнаты. На кровати, повернувшись к ней спиной, безмятежно спал Тэхён. Его дыхание было глубоким и ровным, свидетельством того, что он спал «без задних ног». Ему было так спокойно.
Дженни проскользнула внутрь. Её сердце немного успокоилось от одного только его присутствия. Она осторожно подошла к кровати. Тихонько подняла край одеяла и, стараясь быть максимально невесомой, аккуратно примостилась рядом с ним, спиной к его спине. Тепло его тела мгновенно окутало её, прогоняя холод и страх. Она услышала его тихое, ровное дыхание совсем рядом, почувствовала мягкое прикосновение его пижамы к своей.
Дрожь потихоньку отступила. Уют и безопасность наполнили её. Свернувшись калачиком, Дженни позволила себе расслабиться. Всего несколько минут назад она была напугана до дрожи, а теперь, рядом с ним, она чувствовала себя абсолютно защищённой. Её веки отяжелели, и вскоре она снова провалилась в глубокий, безмятежный сон.