~ 23 ~
Шли годы...
Чонгук возвращается домой после трёхдневного тура по Японии и уже ждёт, когда его омега выйдет из их комнаты в домашней растянутой одежде и кинется в его объятия.
Но, вопреки его ожиданиям, он не слышит ни звука от его маленького чуда.
– Вероятно, куда-то вышел,– думает Чонгук, снимая обувь. Но как только он заворачивает на кухню, видит то самое чудо, которое уснуло над сковородкой с чем-то ещё достаточно теплым. Видимо, уснул, пока что-то готовил.
Альфа вообще не говорил Чимину, что вернётся сегодня. Он хотел сделать сюрприз и увидеть счастливое лицо своего омежки и его слезы радости. Но старший просто приехал совсем поздно, и эти эмоции он увидит только с утра.
А сейчас Чонгук аккуратно поднимает младшего на руки и несёт в сторону спальни, не издавая ни звука, чтобы, не дай бог, не разбудить.
Он ни в коем не хочет тревожить сон Чимина.
Уложив омежку на кровать, альфа стягивает с него лишнюю одежду и одевает его лишь в лёгкую длинную футболку, в которой Чимин в последнее время обожает спать.
Чонгук укрывает его летним одеялом, чмокает в промежность между нахмуренными бровками и направляется в ванную, чтобы принять прохладный душ и наконец-то лечь спать.
За время тура он вымотался и соскучился по его маленькой семье.
А ведь они и правда семья. Год назад Чонгук сделал омеге предложение. Да так сделал, что бедный малыш не ожидал и долго плакал и возмущался. В тот день Чонгук сказал, что ему нужно ехать в Инчхон для решения некоторых дел по поводу будущих туров. Омега тогда очень расстроился, ведь в этот день они должны были вместе сходить в кино. А в итоге Чимин полетел вместе с ним. А потом, на самой обычной прогулке по вечернему побережью младший увидел на песке огромное сердце со стоящим в центре небольшим столиком со вкусной едой и напитками. А потом услышал самые неожиданные и и в то же время желанные слова, сказанные дрожащим от волнения голосом Чонгука. Омежка, долго не думая, согласился. И весь вечер просидел на коленях альфы, счастливо рыдая в его плечо. Колечко так прекрасно сочеталось с их парнями браслетами.
Они вместе уже около пяти лет, но носят эти украшения, не снимая.
Чонгук невольно вспоминает все их совместные моменты и улыбается, так искренне и так ярко, что его сердце трепетать начинает. Всё же иметь любимого человека здорово. Его подростковые желания постепенно исполняются, и он начинает понимать смысл жизни, его назначение в этом мире.
Он выходит из ванной комнаты и тихонько топает к спящему омеге, укладывается на другую сторону кровати и обнимает своего малыша. Да, вот оно – счастье.
Утром, как и задумывалось, Чонгук просыпается первым. Он понимает, что Чимин вовсе не двигался во сне, ведь остался лежать в той же позе, что и засыпал.
Альфа с неким благоговением изучал лицо омеги, уделяя внимание каждой родинке, каждому движению мышц, когда Чимин морщит во сне то нос, то бровки.
Он аккуратно убирает спавшую на лоб прядку волос и видит подрагивающие реснички: младший просыпается.
Чимин сначала доверчиво жмётся к тёплому телу рядом, а потом вскакивает, ведь Чонгука по всем графикам и планам быть дома сейчас не должно.
Но омега тут же успокаивает себя, потому что пахнет его альфой, его Чонгуком.
– Почему ты не сказал, что приедешь пораньше?– невнятным сонным голосом тянет младший, ныряя носом к шее Чонгука.
– Хотел сделать тебе сюрприз,– отвечает Чонгук, любовно оглаживая плечи,– Думал, удивлю тебя, а ты уснул за кухонным столом и даже не слышал моего прихода,– улыбается он.
– Я просто вымотался за день, вот и уснул..
– Что же мой зайчик такого делал вчера, что устал?
– Да ничего сложного на самом деле. Не знаю, из-за чего утомился..
Чонгук же переходит свободной рукой к омежьей талии, мягко поглаживая её через ткань футболки. А потом пробирается под неё, даже спустя пять лет все ещё чувствуя трепет от прикосновения к голой коже.
– Мне кажется, или ты набрал немножко за время моего отсутствия?– шутливо тянет Чонгук, касаясь ещё более мягкой, чем обычно, кожи животика.
Чимин же встаёт резко и задумчиво смотрит в стену.
– Солнце, ты чего?– пугается такой смене настроения альфа,– Я не хотел задеть тебя, родной. Ты же знаешь, что мне не важно, в какой ты форме, я все равно люблю тебя...
Чимин кивает и смотрит на старшего переживающим взглядом, будто хочет сказать что-то, но не может или не хочет..
– Тебя что-то тревожит, верно?– Чонгук уже давно выучил этот взгляд. Младший вновь кивает и садится на колени в чонгуковы объятия. В них не так страшно делиться своими переживаниями, потому что Чонгук всегда поддержит.
– Я в последнее время чувствую себя не так, как обычно,– начинает омега,– я постоянно хочу отдохнуть, хоть толком не делаю ничего сложного. А ещё я резко начал набирать вес. Мне стало страшно, и я решил посмотреть, с чем это может быть связано. И меня это немножко пугает, потому что единственное, что более подходит к моим симптомам это.. Ну, беременность. А мы в последний раз не..– тяжело тянет омега на выдохе, прячась в плечо альфы, потому что страшно волнуется сейчас.
Чонгук вздыхает и чмокает Чимина в макушку. Он понимает все волнения младшего, его страхи. Но ему нужно успокоить омежку, заверить, что все будет хорошо.
– Это ведь здорово, зайчик,– альфа гладит напряжённую спинку и шепчет дальше,– представь, как по нашему дому будет бегать малыш, называть тебя папой и забавно дуть щёчки, когда мы запретим ему кушать много сладкого. Неужели тебе никогда не хотелось завести маленького карапузика?
– Хочется. Но мне страшно, это ведь..
– Я понимаю, что это огромная ответственность и страх перед неизвестным, но, мне кажется, мы вполне готовы. Тебе не нужно ничего бояться, пока ты рядом со мной. Я всегда помогу, поддержу. Не переживай, хорошо, Минни? Мы ведь ещё даже не знаем толком, что с тобой.
Чимин лишь угукает и ластится к родным рукам, ища успокоения и умиротворения. Чонгук никогда не даст в обиду, всегда поддержит и поймет. Чего же тогда бояться?
Они оба хотят, пугает лишь неизвестность. Но лучше ведь пройти через неё, узнать всё и не бояться после.
– Я схожу куплю тест, да?– предлагает старший.
Чимин немного тушуется и смущается, но уже ничего не поделаешь.
– Можешь купить два для большей уверенности?– неловко тянет омега, перебирая пальчиками ткань одеяла.
– Хорошо, родной, я скоро вернусь,– говорит Чонгук и спешит в аптеку, чувствуя нереально биение сердца в своей груди. Отчего-то так волнительно и одновременно тепло на душе.
Он скорее забегает в аптеку, просит нужную вещь и, прихватив любимую сладость омеги, быстрым шагом направляется домой.
Чимин все так же лежит на одном месте, смотря в потолок и явно о чем-то думая.
А когда видит на пороге комнаты Чонгука, сразу отвлекается на него, забывая обо всём.
Старший присаживается на кровать рядом и нежно оглаживает чуть подрагивающие коленки.
– Эти должны быть самые точные,– говорит он, протягивая омеге две упаковки с тестами,– Там, вроде, всё подробно написано, поэтому.. Я подожду здесь?
Чимин коротко кивает и трясущимися руками забирает коробочки, неуверенно направляясь в ванную.
Там он делает всё по инструкции и оставляет тест в комнате, выходя к Чонгуку.
– Уже всё?– удивлённым тоном тянет альфа.
– Там написано, что нужно подождать пару минут.. Давай посмотрим вместе?– предлагает омега, кусая от волнения нижнюю губу.
– Обязательно, малыш,– почти шепчет Чонгук и обнимает Чимина, мягко и тягуче целуя покусанные губки, словно исцеляя их.
Спустя какое-то время они отстраняются друг от друга и следуют в ванную, чтобы наконец лицезреть результат.
Чимин дрожащими пальчиками переворачивает тонкую вещицу и застывает. Оба застывают.
Оба теста показывают две полоски и срок в полторы недели.
По щекам обоих катятся слезы радости и одновременно тревоги.
Все происходит совсем неожиданно.
– О боже,– первое, что успевает сказать омега.
– Мы будем родителями,– с лёгким шоком повторяет Чонгук, поднимая на руки младшего и с любовью обнимая.
Да, в тот день они(и все их знакомые и родственники) получили бурю эмоций, а вечером обговаривали всё, что тревожит их, старались придти к какому-либо выходу из сложных и пугающих ситуаций.
Определённо, они очень рады, что у них будет маленькое чудо.
Не меньше эмоций вызвал день, когда они узнали, что у них растет мальчишка.
Альфа или омега это, можно будет узнать только при его рождении.
А пока остаётся лишь гадать и думать.
Спустя ещё парочку месяцев в доме появляется маленькая кроватка с мягкими подушками и милым одеялом. Весь небольшой шкафчик забит крохотными вещами и одеждой.
Чимин стал ещё более сентиментальным, да до такой степени, что однажды возмущался (слишком мило!)насчёт того, что Чонгук стал чаще общаться с его папой, чем с ним самим. Это и правда довольно странно, но старший омега лишь даёт наставления, будучи взрослым и опытным.
Ещё через месяц Чимин просыпается в холодном поту и замирает, ведь пижамные штаны совсем мокрые, а в низу живота неприятно сводит.
Он сразу же будит своего альфу, объясняя ситуацию, а потом бежит звонить в скорую, ведь до больницы ехать довольно долго, а родить дома или в машине не очень хочется. Он, конечно, не сомневается в возможностях Чонгука, но не очень хочется, чтобы он видел всё именно с того ракурса.
Ещё до дня «Икс» у Чимина был ровный, идеальный план того, что нужно сделать и когда. Но сейчас мозг полностью отключен, и он в панике бегает по дому, ища нормальную одежду.
Через полчаса они уже едут в машине скорой помощи.
Чимин то и дело морщится от болей каждые несколько минут, но держится молодцом. Все рожали, так почему он не сможет?
Так омега успокаивает себя всю дорогу.
По прибытию в больницу их обоих отправляют в отдельную палату ждать врача, чтобы распланировать, что да как будет происходить.
Чонгук же старается быть спокойным, поддерживает омегу и с особым нажимом массирует его поясницу, сводя к минимуму боль, причиняемую схватками.
Конечно, дальше будет ещё больнее и сложнее, но сейчас нужно хоть немножко расслабить своего мальчика и настроить на то, что вскоре произойдет.
По прохождению долгих часов альфа и омега наконец выдыхают. Самая сложная часть позади. Их малыш появился на свет совершенно здоровым и крепким.
Родился, кстати, альфочка, которому дали имя Сону.
Чон Сону теперь будет неотъемлемой частью их жизни, он будет их маленьким лучиком солнышка, который всегда будет греть и веселить их душу.
Или тревожить, когда тот станет старше.
Да, они нашли свое счастье.