МГА: Эгоистичный (не) герой

Автобус выплюнул меня на окраине Мусутафу, едва притормозив на повороте. Вечерний воздух был тяжелым и липким, предвещая скорую грозу. Я шел медленно, волоча ноги, лямка сумки впивалась в плечо. Тело ныло: тренировка у Оружейника оставила после себя не только новые знания, но и глубокую, тупую усталость в мышцах.

​Решив срезать путь, я свернул в лабиринт между старыми кирпичными складами. Здесь было темно и тихо, если не считать бесконечного гула электропередач над головой. Раньше Шизо всегда ворчал, когда я выбирал подобные маршруты.

​Я шел, сосредоточившись на собственных шагах, когда реальность вокруг вдруг... изменилась. Воздух за спиной словно стал неправильным.

​Инстинкт сработал раньше, чем я успел осознать угрозу. Я резко сместился вправо, и в тот же миг мимо плеча пролетело нечто черное. Оно с глухим стуком вонзилось в стену. Сразу после послышалось шипение: металлическая фурнитура здания начала вдруг плавится.

​В нос ударил запах, который я узнал бы из тысячи. Приторно-металлический, тяжелый, вызывающий тошноту. Запах крови.

​- Ты стал медленнее, - за спиной раздался голос, от которого по спине пробежались мурашки. - Раньше ты реагировал быстрее, Сакумо Джин.

Резко обернувшись, левой рукой активировал «Черный Обруч».

В конце переулка, на горе старых грузовых ящиков, сидел Шики. Его фигура в сумерках казалась гротескной, а взгляд, пригвождающий меня к месту, чуть-ли не светился от сдерживаемой ненависти.

Бывший ученик моего наставника. Человек, который считал место подле Оружейника целиком и полностью своим.

​- Шики, - выдохнул, чувствуя, как внутри всё напрягается.

​Эта встреча явно не предвещала ничего хорошего.

Злодей спрыгнул вниз. Он приземлился бесшумно, как кошка, не издав ни единого лишнего звука. В его ладони вертелся черный кинжал.

​- Шигараки сказал, что ты теперь "наш", - Шики сделал шаг, и я чуть-ли не физически ощутил его жажду крови. - Какая нелепость. Щенок, который когда-то уже бежал прочь, хочет вернуться.

- Зачем ты здесь? - процедил я, проигнорировав его слова. - Чтобы прикончить? - пальцы напряглись, зацепившись за магнитное поле, готовые тут же атаковать противника.

Шики не ответил. Вместо этого, он вдруг сократил дистанцию между нами, причем так стремительно, что мои глаза едва уследили за его движением.

Моя причуда сработала на чистых рефлексах. Металл пожарной лестницы - ржавая, грубая сталь - с режущим слух скрипом сорвался с креплений и устремился к злодею в тот же миг, как он сорвался с места.

​Но Шики все равно был быстрее. Черное лезвие уперлось в мою шею, заставляя меня запрокинуть голову. Я замер. Малейшее движение, и Шики перережет мне горло.

Злодей смотрел на меня в упор, стоя в кольце моих стальных копий, нацеленных ему в спину. В его пустых глазах виделось мое отражение - бледное, с затаенным в глубине зрачков страхом, который я так отчаянно пытался скрыть.

​- Мне запретили убивать тебя... пока что, - прошептал он. Холодное чужое дыхание коснулось моей кожи. - Но Шигараки не говорил о том, что я не могу напомнить тебе твое место.

​​Он слегка надавил на клинок. Тонкая, обжигающая струйка крови потекла по моей шее прямо под пластик Обруча. Кожу тут же начало щипать.

- Ну так давай, - чуть ли не прорычал в ответ.

Пальцы дрогнули. Стальные шпили за спиной Шики завибрировали, откликаясь на мой страх. Они были готовы сорваться вперед, проткнуть его насквозь, лишь бы избавится от угрозы.

Опасность повисла в воздухе. Сердце колотилось о ребра, и в этой безумной тишине я слышал его слишком четко.

​Шики медленно убрал лезвие, но вместо того, чтобы отступить, он вдруг схватил меня за волосы на затылке, рывком запрокидывая мою голову еще сильнее. Боль в шее стала острой, порез раскрылся.

- Ты всего лишь "отмычка", - произнёс он, смерив меня презрительным взглядом. Его пальцы еще сильнее сжали мои волосы. - И как только ты станешь бесполезен... - он склонился к моему уху. - ...я приду за тобой.

Сразу после злодей грубо оттолкнул меня. Не удержавшись на ногах, упал на асфальт, обдирая ладони.

Вот так, сидя на земле, в грязи, и смотря на него снизу вверх, я чувствовал себя униженным, беспомощным... жалким. Это меня и разозлило. В груди вспыхнула, подобно спичке, всепоглашающая ярость. Она пересилила страх, побуждая меня к действию.

Не контролируя себя, вскинул руку, и в тот же миг стальные копья сорвались с места и вонзились в спину Шики.

​Брызнула черная кровь, пачкая стены, асфальт, мое лицо и одежду.

Металл, что прошел сквозь чужую грудную клетку, тут же зашипел, оплавляясь и превращаясь в бесформенный шлак под действием черной крови. Пробитая плоть начала медленно срастаться.

Шики даже не шелохнулся. Он лишь хмыкнул, проходя мимо застывших в воздухе остатков моих стальных копий и вскоре скрылся из виду.

​Я остался сидеть на земле, глядя на свои дрожащие руки. Давление исчезло, но внутри всё продолжало вибрировать от ощущения тревоги.

***

Ввалившись в вестибюль общежития, старался дышать как можно тише. Порез под ошейником пульсировал, и я чувствовал, как запекшаяся кровь неприятно стягивает кожу. Ладони, ободранные об асфальт, саднило.

​Я надеялся проскочить к лифту, но в общей зоне у диванов горел свет. Там сидели Мидория и Тодороки. Перед ними лежали конспекты, но, судя по их лицам, разговор шел явно не об учёбе.

​Мидория поднял глаза первым. Стоило ему заметить меня и моё состояние, его лицо мгновенно вытянулось.

​- Сакумо-кун? - он вскочил, едва не опрокинув кружку. - Боже, что с тобой случилось?

Тодороки поднялся следом, его взгляд тут же зацепился за черные пятна на моей куртке. Густая, черная жидкость застыла на ткани уродливыми кляксами, похожими на пролитые чернила, но в спертом воздухе холла мгновенно распространился приторный, тяжелый запах железа.

​- Кровь, - негромко, но уверенно произнес Шото, делая шаг в мою сторону. - Сакумо, на тебя напали?

​- Не ваше дело, - огрызнулся, стараясь пройти мимо них к лифту.

Нельзя было, чтобы они заметили еще больше. Это вызовет ненужные вопросы. Возможно дойдет до руководства. И тогда пиши пропало.

Но планам моим, конечно же, не суждено было сбыться. Глазазстый Деку всегда отличался от других своей внимательностью к деталям. И эта ситуации не стала исключением.

​- Сакумо-кун, постой! - Мидория сделал шаг наперерез, его руки замерли в воздухе, словно он порывался меня остановить, но боялся сделать хуже. - У тебя шея ранена! Тебе срочно нужно к Исцеляющей Девочке!

​Я тут же попытался натянуть воротник повыше, пытаясь скрыть порез, но резкое движение отозвалось острой болью в шее. Я слегка поморщился, и этот жест не укрылся от них.

- Мы должны сообщить Айзаве-сенсею, - добавил Тодороки.

​- Я сказал: не ваше дело, - повторил, чувствуя, острое раздражение.

Эта их правильность, эта готовность немедленно «спасать» вызывала у меня почти физическую тошноту.

​- Сакумо, - Тодороки прищурился, в его голосе поскользнуло гребанное всепонимание, от которого стало еще хуже. - Я знаю, что ты не любишь просить о помощи, но на тебя напали. Это серьёзно. Мы обязаны сообщить.

Я замер, чувствуя, как глухая, черная ярость снова заклокотала внутри меня. После встречи с Шики и моей явной беспомощности перед ним, я чувствовал себя максимально отвратно. И сейчас все становилось только хуже.

​- Я как-то не так выразился?- мрачно произнес, глядя Тодороки прямо в глаза. Тот слегка прищурился, инстинктивно почувствовав скрытую угрозу.

​- Мы просто беспокоимся! - встрял Мидория. Его голос дрожал от волнения. - Ты ведь наш товарищ. Если ты в беде...

Внутри словно что-то оборвалось. Вероятнее всего, нить моего терпения.

​- Мы не товарищи! - я сорвался на крик. В тот же миг электромагнитное поле вокруг нас сдетонировало, заставив металл вокруг жалобно скрипнуть; свет ламп слегка задрожал. - Перестаньте лезть ко мне со своей гребаной заботой! Я не проект по спасению и не нуждаюсь в вашем сочувствии!

​Я шагнул вперед, нависая над Мидорией и процедил:

​- Я просто неудачно упал на тренировке. Лопнул трос, задело шею. А эта черная дрянь - техническая смазка из мастерской. Всё. Ясно?

​- Ты врешь, - тихо сказал Тодороки, но в его глазах не было злости.

​Я не стал отвечать. Я просто толкнул плечом замершего Мидорию и зашел в лифт. Двери начали медленно сходиться, отрезая меня от их обеспокоенных взглядов.

​Когда кабина поползла вверх, я прислонился затылком к холодной зеркальной стене. На этот раз из отражения на меня смотрел чужак с окровавленной шеей и мертвыми глазами.

​«Товарищ», - подумал я с болезненным смешком. - «Если бы вы знали, с кем я с недавних пор состою в сговоре, вы бы сами меня прикончили».

***

В комнате было темно и холодно. Единственным источником слабого свечения был экран телефона, лежащий на прикроватной тумбочке. Рядом с ним, в рамке, стояла старая, слегка помятая, фотография. Мать. Она улыбалась так искренне, как, возможно, умела только она.
​
Я сидел на полу, прислонившись спиной к изножью кровати. В одной руке сжимал смоченную антисептиком вату, в другой - маленькое дорожное зеркальце, пытаясь поймать в нем отражение своей шеи.

​- Черт... - прошипел сквозь зубы, когда спирт коснулся пореза.

​Рана, оставленная Шики, была неглубокой, но едкая черная кровь злодея оставила химический ожог. Кожа вокруг покраснела и горела, словно к ней приложили раскаленную монету. Я пытался действовать аккуратно, но руки после изматывающего дня мелко дрожали, и вата то и дело промахивалась.

Я чувствовал себя зверем, забившимся в самую дальнюю нору. С одной стороны - Шики, безумный пес Шигараки, который ждет момента, чтобы вскрыть мне горло. С другой - Мидория и Тодороки, чье сочувствие было подобно удавке.

​Я только потянулся за пластырем, как в дверь коротко и сухо постучали.

​Сердце пропустило удар. Магнитное поле в комнате на секунду дрогнуло от всплеска моего адреналина: краем уха услышал, как что-то со звоном рассыпалось по столешнице. Вроде бы я оставлял там раскрытую банку со скрепками.

​- Сакумо. Это Айзава. Открой.

Голос учителя был лишен эмоций, но в этой ровной интонации сквозила сталь. Значит, "товарищи" всё-таки не выдержали. Сдали. Наверняка думали, что спасают меня.

​- Сенсей, я уже лег... - я лихорадочно начал запихивать бинты и бутылочку с антисептиком обратно в аптечку, которую после пихнул под кровать, одновременно натягивая футболку с высоким воротом. - Давайте завтра?

​- Я видел свет под дверью, Сакумо. У тебя три секунды, или я использую мастер-ключ и войду сам.

​Я выругался шепотом, понимая, что сопротивление только усугубит ситуацию. Сделав глубокий вдох и нацепив маску заспанного раздражения, подошел и провернул дверной замок.

​Айзава вошел не дожидаясь приглашения. В тусклом свете коридора его высокая, худощавая фигура казалась зловещей тенью. Он не зажег верхний свет - лишь прикрыл дверь, оставляя нас в душном полумраке комнаты. Его глаза, скрытые спутанными волосами, мгновенно впились в мое лицо, а затем опустились к шее.

​- Тодороки и Мидория сказали, что ты вернулся из города в плачевном состоянии, - Айзава сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. - Сказали, на тебе была черная кровь и следы борьбы.

​- Они преувеличивают, - я постарался придать голосу твердость, хотя чувствовал, как под воротом футболка пропитывается свежей кровью. - Просто пара царапин. Я уже сказал им - это из-за тренировки...

​- Не лги мне, - голос Айзавы хлестнул, как кнут. Под его пристальным взглядом я почувствовал, как невидимая нить, связывающая меня с электромагнитными полями комнаты, оборвалась. - Я связался с Оружейником. Он подтвердил, что ты ушел от него в семь вечера, измотанный, но абсолютно целый.

Внезапно комнату залил резкий, болезненный свет ламп, заставив меня зажмуриться.

​Не теряя ни секунды, учитель подошел вплотную, и прежде чем я успел отшатнуться, его рука дернула мой ворот вниз.

​Обнажился воспаленный, пульсирующий порез. На фоне бледной кожи он выглядел особенно ярко.

​Айзава замер, всматриваясь в рану. Его лицо окаменело.

​- Тонкое ножевое ранение. Со следами причуды Шики, - констатировал он, и в его голосе прорезалась пугающая серьезность. - Значит, он выследил тебя.

​Я молчал, глядя на дверь за его спиной. Холодный пот катился по спине. Айзава отпустил мой воротник. После он молча прошел к моей кровати, достал из-под неё раскрытую аптечку, которую я так неумело спрятал.

​- Сядь, - сказал он, указывая на кровать. Это был приказ, не терпящий возражений.

​Я подчинился.

Айзава опустился на колено рядом. Его длинные пальцы, привыкшие к грубым захватным лентам, теперь действовали удивительно осторожно. Он смочил новый кусок ваты и начал очищать края ожога.

​Не издав ни звука, лишь сильнее нахмурился, когда спирт снова впился в мясо. Айзава работал методично, ни на что не отвлекаясь.

Его лицо было достаточно близко, чтобы я невольно разглядел морщинки в уголках его глаз и ощутил запах крепкого кофе, который всегда сопровождал его бессонные ночи. Эта близость пугала больше, чем нож Шики.

Он лечил меня - предателя.

​- Сакумо, посмотри на меня, - Айзава закончил закреплять повязку, задерживая руку на моем плече. - Если Лига начала на тебя охоту вне территории академии, ты в смертельной опасности. Ты понимаешь, что они не остановятся?

​«Они не охотятся на меня. Они уже поймали меня», - пронеслось у меня в голове.

​- Это была случайная встреча, - выдавил я. - Он просто решил припугнуть.

​- Случайностей с Лигой Злодеев не бывает, - процедил Айзава, нахмурившись. - Они выбрали тебя целью, потому что ты уязвим. Потому что твоя причуда идеально подходит для их масштабных планов.

​Он тяжело вздохнул и отпустил меня, поднимаясь на ноги, но его взгляд остался пригвождающим.

​- Твоя скрытность - это именно то, на что они рассчитывают. Они хотят, чтобы ты замкнулся, чтобы ты перестал доверять нам, - слегка наклонившись, Айзава заглянул в мои глаза. Его голос смягчился. - Пойми: чем больше ты молчишь, тем легче им будет тебя сломать.

Я сглотнул ком в горле, проигноривав болезненный укол в груди.

Слова Айзавы были логичны, обоснованы... и мимо цели. Он думал, что я - жертва охоты. Это хорошо. Это давало шанс. Так во мне не заподозрят шпиона.

По крайней мере, пока что.

Но, как оказалось, я рано обрадовался.

​- С этой минуты правила меняются, - продолжил Айзава, выпрямляясь. Он на секунду прикрыл глаза, возвращая самообладание. Сталь и хладнокровие вернулись в его голос. - Отныне твои выходы в город запрещены. Никаких поездок к Оружейнику в одиночку, - отойдя к окну, учитель задернул шторы. - Я или кто-то из про-героев будем сопровождать тебя на каждую тренировку. В общежитии ты под моим личным надзором, - тут он взглянул на меня, одаривая своим строгим взглядом. - Любое несанкционированное движение, и я инициирую процедуру полной изоляции в блоке безопасности UA.

Вся эта информация вывалилась на меня словно ушат ледяной воды. Я вскочил на ноги.

​- Вы... Вы собиратесь меня просто запереть?! - вырвалось у меня.

Ярость заклокотала в груди.

​- Это ради твоей же безопасности, - мои пальцы неконтролируемо сжались в кулаки. Уверен, не подави Айзава мою причуду, магнитное поле комнаты содрогнулось бы от моего гнева. - Мы усилим твой «Черный Обруч», добавим датчик местоположения и мониторинг состояния. Если они все-таки выследят тебя одного, мы узнаем об этом и вышлем подмогу.

Айзава направился к выходу, но у самой двери остановился.

​- Завтра утром зайди к Исцеляющей Девочке.

​Дверь за ним закрылась с тяжелым, окончательным щелчком.

​Я остался стоять посреди комнаты.

​Айзава искренне верил, что спасает меня от «охотников». Он окружил меня заботой, которая на самом деле была стеной тюрьмы.

Теперь я не мог выйти. А значит, я больше не мог контактировать с Лигой. Это ставило под угрозу мою деятельность шпиона, и рушило планы по спасению Шизо.

- Что же делать..? - шепот сорвался с губ, потонув в тишине комнаты.