~17 глава~
Югем и Чимин стали друзьями ещё на первом году пребывания в детдоме. Ким Югем всегда был выше Пака на пол головы, но худощавее, и обожал тискать его за щеки. Весёлый, жизнерадостный, несмотря на довольно неудавшееся детство, омега с глазами навыкат, с волосами цвета молочного шоколада и запахом сладкого цикория с мятой. Югем такой же добрый, как Чимин, весёлый и по жизни везунчик. Ну, как сказать, ему часто везло со счастливыми билетиками на автобус, в игре «камень-ножницы-бумага», на желание и в борьбе большими пальчиками, в основном потому что у Чимина пальцы меньше и пухлее, а у Кима длинные и гибкие. И как блондин не пытался победить своего друга, Югем побеждал его за считанные секунды.
Они росли вместе, лежали в соседних друг от друга кроватках, а иногда, пока никто не видит, Чимин залезал к нему под одеяло и прижимался к его груди, сжимая пальцами чужую футболку. Югем был старше на год, и соответственно Пак цеплялся за него, как за спасательный круг, как за старшего брата, который обязательно поможет и защитит. И сейчас Чимин берет омегу за руку и тянет к себе домой, чтобы рассказать все, с того момента, как они разошлись по своим дорогам. Югем послушно следует за ним, таща пакет с яблоками. Они смеются над собой весь путь, а потом Югем с интересом и восхищением смотрит на дом и небольшой сад с красивыми цветами. — Это гладиолусы, гибискусы и мугунхва, — указывает на маленькие клумбы Пак, едва касаясь подушечками пальцев мягких лепестков, с улыбкой. — Ты сам их вырастил? — с удивлением воскликнул Югем и в ответ получил смущенный кивок. — Я тут вспомнил. Тогда, в детдоме, у омег были уроки по искусству икебаны. Один раз нам сказали сделать икебану и подарить кому-нибудь из альф. А ты, вместо того, чтобы отдать её в руки альфы, взял и подарил мне. — У меня не было никого, дороже тебя, — бубнит Чимин. — А сейчас? У тебя есть кто-то, кто заменил меня? — Это на самом деле долгая история, но да. У меня появился такой человек. Слушай, давай зайдём в дом. Я чай сделаю, заодно расскажу обо всем. — Хорошо, — Ким сгорает от любопытства, поэтому послушно следует за младшим омегой. Им много чего предстоит услышать, рассказать и осмыслить.
***
— Всё не то, — Чонгук вздыхает на очередное недовольное гудение Юнги и просто ждёт, пока альфа выберет что-нибудь. — Хен, может, стоит ещё поискать? — предлагает он, ища среди кучи красивых и ужасно дорогих колец что-нибудь простое, но красивое, что обязательно бы понравилось Чимину. Омега пусть и не очень любит рассказывать о своих предпочтениях, но у Чонгука своя сноровка и свои методы, которыми поделиться он никак не хочет и не собирается. Чимину нравятся сапфиры и серебро. Это удивительно для нежного маленького омеги, которого привлекают отнюдь не мягкие цвета, типа персикового, нежно-розового, бежевого, а стального и немного холодного оттенков. Но что это сейчас происходит? Юнги резко срывается с места, пробегая между сверкающими витринами с кольцами, колье, различными серьгами и браслетами. Чонгук удивлённо вскидывает брови, шокированный тем, что Мин ни с того ни с сего рванул ещё в большую глубь ювелирного магазина, и последовал за ним. Юнги несётся с лицом, выражающим абсолютное безразличие, но в мыслях все совсем наоборот — извержение вулкана и разрушительная лавина с заснеженной вершины горы. На расстоянии пятидесяти метров от него, альфа увидел мелко поблескивающее кольцо на дальней витрине. Его пронзительный и резкий взгляд заприметил аккуратное маленькое колечко с маленькими сапфирами, как два глаза ловкой и гибкой пантеры, переливающимися и притягивающими к себе внимание. Кольцо было серебряным, аккуратным и маленьким — как будто специально сделанный под пальчик Чимина. А на внутренней стороне английскими буквами выгравировано: «Я люблю тебя». Камушки идеально сочетались с серебром, создавая узор в виде красивой волны. — Вот оно, — выдохнул Юнги, тыкая пальцем в витрину. — Хен, ты выбрал кольцо? — подбежал запыхавшийся Чонгук и получил в ответ утвердительный кивок. — Как думаешь, ему понравится? — Обязательно.
***
— Ну, как-то так, — Чимин улыбнулся, наконец получив возможность расслабиться после долгих рукоплесканий и рассказов о жизни после детдома. Если Югем был удивлён и заинтригован в начале, то сейчас не мог найти подходящих слов. — Мда уж, не знал, что у тебя жизнь такая насыщенная, — Ким издал смешок и растянул губы в улыбке. Чимин смущённо улыбнулся, пряча ладони в длинных рукавах белого джемпера с высоким горлом. Он рассказал все, даже про свое похищение Намджуном, о котором кстати больше не слышал с того момента, как Юнги вернулся живым и здоровым. Извинений от главы мафии он и не ждал, просто надеясь, что тот больше их не побеспокоит. Омега его боится до дрожи в коленях, потому что все ещё помнит, как длинные пальцы сжимали его челюсть и волосы, как заставляли задыхаться и давиться слезами. Вспоминая это, невольно учащается дыхание и поджимаются губы. Чимин пережил многое: предательство, одиночество, издевки сверстников и побои. И наконец в его жизни появилась белая полоска, а вместе с ней и Юнги. — А как у тебя дела? — поинтересовался Пак, решив, что хватит рассказывать о себе. — У меня? Ну, не так интересно все, как у тебя, но тоже неплохо, — Югем внезапно помрачнел, и Чимин поежился и обеспокоенно взглянул на него. — Что-то случилось? — Если честно, у меня не все очень хорошо в жизни. Я снимаю квартиру с одним альфой. Он…не очень хороший человек, но позволяет жить с ним, если я…ну… — Он избивает тебя? — глаза омеги в страхе расширяются. — Нет, ну, немного. Когда злым возвращается, — нерешительно покачал головой Ким, отводя взгляд. Чимин нахмурился и положил на лежащую на столе ладонь Югема свою ладошку. — Югем, когда-то ты сказал, что между нами не должно быть никаких секретов, и, — Чимин мягко провел по руке омеги пальцами и, когда тот поднял голову и посмотрел на него, мягко улыбнулся. — Если есть проблемы, то надо постараться решить их вместе, а не одному. — Ты все ещё помнишь мои слова? — печально улыбнулся омега и вздохнул. — Ладно. Я расскажу, — говорить об этом совсем не хотелось, но Югем обещал. — Я являюсь для него чем-то вроде подстилки. Даю свободно пользоваться собой за проживание, потому что сейчас очень трудно найти квартиру. Правда я недавно нашёл небольшую двухкомнатную, за которую и берут не так уж и много. — Почему ты не уехал туда? — Он не позволяет. — Но ты же свободный человек! — возмутился Чимин, стукнув кулаком по столу. — Ты можешь уйти. Он не имеет права держать тебя рядом с собой. — Я бы ушёл, но боюсь, что меня найдут. Мне страшно, что моя жизнь изменится, и я буду жить в страхе, — ответил Ким, поджав розовые тонкие губы. — Мне нужна помощь. — Я помогу. Юнги вернётся, и мы что-нибудь придумаем, — Чимин улыбается, обнимая омегу крепко-крепко. Но что-то снова пошло не так. К горлу подкатывает тошнота. Пак прижимает ладошку ко рту и снова бежит в туалет. Югем испуганно хлопает глазами и бежит за ним, придерживая того и помогая склониться над унитазом. — Боже, может, ты съел что-то не то? — обеспокоенным голосом говорит Югем, поглаживая Пака по спине, пока тот опустошает желудок и откашливается. — Я не знаю, это уже не в первый раз, — слабо отвечает Чимин, с благодарностью принимая из рук друга салфетки. — Ещё с утра такое. Живот тянет, голова немного кружится.
— Иди, приляг пока, я сейчас. Чимин послушно ложится на диван, а через несколько секунд возвращается Югем с каким-то предметом в руках. — Что это? — Тест на беременность, — объясняет Ким, отдавая предмет в руки Чимина. — Откуда он у тебя? — удивляется Пак. — Ну, я не доверяю презервативам. Поэтому частенько проверяюсь, — уклончиво ответили ему. — Умеешь им пользоваться? — Да, но… Сомневаюсь, что я беременен. У нас ведь совсем недавно, буквально вчера был… — Лучше проверься, — настоял Югем, и Чимин не стал с ним спорить, плетясь в туалет. И в то время, как Чимин с широко раскрытыми глазами смотрел на тест, Юнги подъехал к дому и начал нервно бить пальцами руль. Рядом сидящий Чонгук подбадривающе гладит альфу по плечу и говорит, что все будет хорошо. — Он может быть не готов. — Хен, скажи мне. Чимин говорил тебе, что хочет от тебя ребёнка? — Да. — Тогда почему ты волнуешься? Поверь, Чимин не скажет «нет». Он любит тебя сильнее жизни, после всего того, что ты сделал для него, — хмыкает Чонгук, протяжно вздыхая. Юнги промолчал, прикрыв глаза, а потом поворачивается к Чонгуку и улыбается. — Ты прав, мелкий. Спасибо. — Я не мелкий. Хен, я выше тебя, — Чон дует губы, когда старший альфа потрепал его по волосам, и безуспешно пытается привести растрепанные волосы в порядок, но делает только хуже. — Я знаю. Альфы вышли из машины и направились в дом. Вот только открыл им далеко не Чимин, а какой-то омега. — О, женишок явился! — воскликнул омега под удивленные взгляды. — Ну, чего стоите, как барашки на дороге? Заходите, заходите. Чимин-и, чего ты там копаешься? Разве ты не хочешь обрадовать своего альфу? Юнги непонимающе переглянулся с Чонгуком, а тот в свою очередь посмотрел на странного омегу, которого ни разу не видел. — Кстати, я Югем. Мы с Чимином хорошо дружим, — обворожительно улыбнувшись, омега буквально источал свет, а Чонгуку пришлось тяжело сглотнуть, когда искрящиеся глаза Кима заглянули в его собственные, и взгляд, кажется, осел в его сознании надолго. Но тут появляется Чимин, застенчиво переминающийся с ноги на ногу. — Юнги, мне нужно кое-что тебе сказать, — тихо произнёс Пак, поджав пухлые губы. Чонгук хочет с Чимином поздороваться, вот только хихикающий Югем утаскивает его на кухню со словами: «Не будем им мешать». Юнги и Чимину есть что друг другу сказать, и оба жутко волнуются, боясь начинать первыми. — Малыш, — Мин нащупывает в кармане маленькую коробочку с кольцом, готовясь её достать. — Юнги, я беремен. У нас будет ребёнок, — слова заставляют сначала остолбенеть, а потом уже растаять. Альфа с широкой улыбкой подходит к Паку и крепко обнимает, да так, что у хрупкого омеги косточки задрожали. — Это… Это же чудесно! Я стану отцом, а ты папой, — восхищенно бормочет он, заглядывая в такие же счастливые глаза напротив. — Ах да, — Юнги внезапно садится на одно колено, и Чимин с непониманием смотрит на него. — Минни, ты выйдешь за меня? — в руке раскрытая коробочка, а в ней маленькое колечко. Чимин прикрывает рот ладошкой, изо всех сил пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы. А потом улыбается и отвечает нежно: — Да. Юнги сжимает его в объятиях, требовательно целует в губы, скользя языком между зубами и переплетаясь с языком Чимина. Омега обвивает руками его шею, прикрывая слезящиеся глаза и не желая прерывать столь трепетный поцелуй. Руки альфы оглаживают спину, скользят по телу омеги, пальцы зарываются в волосы, а поцелуй становится нежным, лёгким, но все таким же обожаемым и омегой, и альфой. А из-за угла в это время выглядывают Югем и Чонгук, не в силах оторваться. — Они такие милые, — улыбается Югем и вопросительно смотрит на альфу. — А ты… — Я Чон Чонгук, но для тебя просто Чонгук, детка, — почему-то внезапно захотелось впечатлить омегу, а потому в ход пошли все его навыки пикапа, а в самом альфе внезапно проснулся мачо. — Флирт засчитан, красавчик, — усмехнулся Югем. — И я совсем не против узнать тебя получше.