Кровь.

Нелан

Стыд, словно ледяная удавка, сжимает моё горло, лишая воздуха. Стыд за собственную слепоту, за то, что не сумел предвидеть, предотвратить это кошмарное событие. Я, Нелан, обладающий властью и влиянием, не смог защитить её, свою Меган. Я предал её доверие.

Я помню её взгляд, когда я впервые открыл перед ней свою душу, обнажив своё тёмное прошлое. В нём не было ни осуждения, ни отвращения – лишь грусть и глубокое понимание. Она приняла меня таким, какой я есть, с моими демонами и шрамами. И ради неё, ради её чистого сердца, я хотел стать лучше, стать тем, кто сможет оградить её от всего зла этого мира.

Но сегодня я потерпел сокрушительное поражение.

Гнев, обжигающий, всепоглощающий, требует выхода. Я жажду найти этих мерзавцев, разорвать их на куски, заставить их испытать ту же боль и страх, что сейчас терзают Меган. Но я сдерживаюсь, обуздываю свою ярость. Насилие – это не выход, это то, от чего я отчаянно пытаюсь её уберечь.

Я должен быть сильным, ради неё.

Глупые слова, пустые обещания, – сейчас это всё, что я могу ей предложить. Я заключаю её в объятия, крепко прижимаю к себе, чувствуя, как её тело содрогается от рыданий. Вдыхаю аромат её волос, пытаясь хоть немного унять бушующий во мне шторм.

Я клянусь себе, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы подобное никогда больше не повторилось. Переверну мир, если потребуется, но я защищу её. Я буду её щитом, её крепостью, её ангелом-хранителем.

И вот, после её объятий, после минутной слабости, я вновь становлюсь хладнокровным, расчётливым. Я стою напротив того ублюдка, который посмел ворваться в мой офис и направить оружие на Меган. Он связан по рукам и ногам, кровь струится из его разбитого носа, на губе запеклась засохшая корка. Его голова опущена, он тяжело дышит, словно загнанный зверь.

—Совесть тебя не мучает, мразь? Ты, ничтожество, прислал целую свору головорезов к беззащитной девушке, ворвался ко мне в офис, надеясь, что останешься жив? – произношу я, затягиваясь сигаретой.

—Тебе ли говорить о совести, Мартин? – хрипло выдыхает он, с трудом переводя дыхание.

Я обрушиваю удар на его нос, кажется, сломанный ещё раньше, ведь кровь хлыщет ещё сильнее. Он не шевелится, не издаёт ни звука, словно уже смирился со своей участью.

—У меня дома дети, жена. Я зарабатываю для них, хочу, чтобы они жили в достатке, – бормочет он, и мои руки невольно застывают.

Это было моей слабостью и моим проклятием. Такие, как он, всегда пытаются прикрыться своей семьёй, найти оправдание своим грязным поступкам. Но я никогда не слушал их жалкие оправдания, потому что уверен: его семья даже не подозревает, чем он занимается на самом деле. Они не знают, что каждый день он проливает чью-то кровь. Они лишь улыбаются ему, спрашивают, как дела на "работе", и сидят с ним за одним столом.

—Не смей произносить эти слова. Не думай, что твоя семья тебя спасёт. Они знают, что ты проливаешь чужую кровь, так?! – рычу я, и вонзаю нож в его шею.

Его глаза закатываются, руки начинают судорожно дёргаться, всё тело охватывает конвульсия. Я наблюдаю, как кровь пропитывает его одежду, впитывается в ткань. Это больше не доставляет мне удовольствия, как раньше. Только ярость, вызванная его упоминанием о семье.

Чёрт возьми, Меган, ты перевернула мой мир с ног на голову! Я, Нелан, вырос в тени греха и насилия, где семья – это клан, сплочённый кровью и верностью, но лишённый тепла и любви. Я всегда считал, что это моя судьба, моя клетка, из которой нет выхода. До тех пор, пока не встретил её.

Она – свет во тьме, Меган. Воплощение справедливости и честности, всего того, чем я никогда не был и, возможно, никогда не смогу стать. Когда я смотрю в её глаза, я вижу не страх или отвращение, а надежду. Надежду на что-то большее, чем та жизнь, которой я живу.

Я знаю, это безумие. Я – мафиози, она – адвокат. Мы из разных миров, из разных вселенных. Но когда Меган рядом, все эти границы стираются. Её смех – музыка для моих ушей, её ум – вызов для моего. Меган заставляет меня чувствовать себя живым, настоящим, таким, каким я никогда не был.

Мысль о семье с ней – как свет в конце тоннеля, как глоток свежего воздуха после долгого заточения. Смешно, ведь я, Нелан, выросший в клетке из грехов и насилия, вдруг захотел вырваться на свободу, построить свой собственный маленький мир. Мир, в котором есть она.

Это безумие, я знаю. Мафиози и адвокат – две противоположности, два разных полюса. Она – воплощение закона, я – его нарушение. Но когда она рядом, все эти различия меркнут. Её смех – словно солнечный луч, пробивающийся сквозь тучи. Её ум – как вызов, заставляющий меня мыслить, чувствовать, жить.

Мысль о доме с ней – это не особняк, набитый охраной и секретами. Это о доме, где пахнет свежей выпечкой, где в вазах стоят цветы, сорванные из собственного сада. Где мы готовим вместе ужин, смеясь над моей неуклюжестью на кухне.

А дети… Боже, мысль о детях с Меган заставляет моё сердце биться чаще. Маленькие копии её, с её упрямым взглядом и её добрым сердцем. Я хочу читать им сказки на ночь, учить их всему, что знаю, защищать их от той тьмы, в которой вырос сам.

—Если ты думаешь, что мог прикрыться семьёй, то ты глубоко ошибаешься, – отрезаю я и ухожу.

Как я, Нелан, человек, чьи руки по локоть в крови, могу быть отцом? Это нелепо. Но я чувствую, что могу. Ради неё, ради них, я готов измениться. Готов отрезать куски своей прошлой жизни, отбросить их, как змея сбрасывает старую кожу.

Я готов рискнуть всем, чтобы защитить их. Мои враги будут преследовать меня, охотиться за мной. Но я не позволю им коснуться её, не позволю им причинить вред нашим детям. Я стану их щитом, их крепостью.

Она – моя надежда. Моя любовь. Моя семья. Меган – все, чего я когда-либо хотел, и все, чего я никогда не думал, что смогу получить.

Внутри меня бушует ураган чувств. Страх, надежда, любовь, решимость – все они борются друг с другом, разрывая меня на части. Но одно я знаю точно: я готов на все ради неё. Ради нашей возможной семьи. Ради счастья, которое я так отчаянно хочу обрести. Я готов измениться, я готов бороться, я готов любить. Ради Меган.

Ради той, что сейчас стоит в тапочках, с небрежным пучком на голове и лучезарно улыбается, увидев мою машину. Она ждёт. Ждёт меня, как любимого мужчину. Я выхожу из машины, она подбегает ко мне и прыгает в объятия. Я вдыхаю запах её волос, крепко обнимаю и целую в губы.

Я люблю её. И хочу семью с ней больше всего на свете. Я верю, что вместе мы сможем создать что-то настоящее, что-то светлое, даже в этом тёмном мире. Я верю, что она сможет вытащить меня из этой тьмы, осветить мой путь.

—Собрала вещи? – спрашиваю я, и она кивает.

Я захожу в дом, мы проходим в мою комнату, и я вижу несколько чемоданов. Я усмехаюсь, поражаясь количеству её вещей.

—Что? Ты думал, у меня всё поместится в один чемоданчик? Я удивлена, что у тебя вышло всего два чемодана, а у меня целых пять! Словно я здесь жила всю жизнь, а не ты, – радостно говорит она, и я невольно смеюсь.

Мы провели остаток дня вместе, лёжа в кровати. Я гладил её по спине, её огненные волосы рассыпались по подушке.

—Когда я впервые увидела тебя, сразу поняла, что с тобой что-то не так. За все годы работы абсолютно все пытались как-то оправдаться, а ты – нет. Я была удивлена и заинтересована, даже хотела посадить тебя, ведь я против насилия и всей этой хрени. Но сейчас я понимаю, что, возможно, ты и был холоден тогда, но со мной ты другой, – тихо произносит Меган, и я тепло улыбаюсь.

Я никогда не мог подумать, что смогу почувствовать что-то, кроме холода и безразличия. И причина тому – Меган. Она стала причиной моей улыбки, моего желания поскорее вернуться домой, моего смеха. Она стала моей светлой стороной.

—Я полюбил тебя за то, что ты не отвернулась от меня, хотя знала, чем я занимаюсь, – тихо говорю я.

Встреча с Меган перевернула мой мир, мир, построенный на жесткости и контроле. Я, Нелан, привыкший к власти и подчинению, вдруг почувствовал, как земля уходит из-под ног. Она ворвалась в мою жизнь, как луч солнца, пробившийся сквозь серые тучи. Меган, адвокат с принципами и непоколебимой верой в справедливость, была моей полной противоположностью. И именно это меня манило.

Чем больше я её узнавал, тем сильнее меня захватывало чувство, которое я никогда раньше не испытывал. Это было не просто влечение, не просто желание обладать. Это было что-то глубже, что-то, что проникало в самую душу. Я начал замечать мелочи: как она хмурит брови, когда сосредоточена, как улыбается, когда выигрывает дело, как искренне сочувствует своим клиентам. Эти мелочи складывались в образ, который я не мог выкинуть из головы.

Я понимал, что она – ангел, а я – демон. Но я верил, что даже демон может измениться, если его полюбит ангел. И я сделаю всё, чтобы заслужить её любовь, чтобы стать тем, кто сможет защитить её от всех бед и невзгод. Я буду бороться за неё, даже если это будет самой сложной битвой в моей жизни. Потому что она – моя жизнь, моя любовь, моя Меган.

Я смотрел на неё и видел не просто красивую женщину, а человека с огромным сердцем и сильным характером. Я восхищался её принципиальностью, её честностью, её верой в справедливость. Я хотел быть рядом с ней, учиться у неё, становиться лучше благодаря ей.

К вечеру мы уже стояли у дверей. Меган прощалась с мамой, я – с отцом. Ко мне подходит Сантино, смотрит на меня и просто пожимает руку.

—Я всегда помогу, звони в любой момент, – твёрдо говорит он, и я киваю.

Потом ко мне подошёл Энзо, я обнял его, и он улыбнулся.

—Главное, защищайся, когда она начнёт кидаться сковородкой, – шутит он, и я смеюсь.

Мы уходим, я сажусь в машину, и мы уезжаем. Я беру свободной рукой Меган за руку, смотрю в её голубые глаза и улыбаюсь.

И у нас получилось. Всё наладилось, всё стало лучше.

Смотрю на Меган, и внутри разливается тепло, словно солнце пробилось сквозь бетонные стены, которыми я себя окружил. Раньше в моей жизни была только тьма, расчёт и власть. А теперь… Теперь есть она. Моя Меган, адвокат с сердцем, полным этой чертовой, но такой притягательной справедливости. И радость от того, что мы, наконец, вырвались из этой клоаки, переехали в эту чертову новую квартиру, сжимает мне горло.

Каждый её взгляд, каждая улыбка – это как рассвет после долгих лет ночи. Она кружит по этой квартире, как птица, обустраивает наше новое гнездо. Вижу, как она радуется каждой мелочи: как расставляет книги, выбирает цвет штор, сажает чертовы цветы на балконе. В этих движениях столько жизни, столько надежды… И мне просто хочется стоять и смотреть, не отрываясь.

Помню, как всё начиналось. Она – принципиальная, с этими своими моральными устоями, а я – по локоть в грязи. Но она увидела во мне что-то… Что-то, чего я сам в себе не видел. Она верила в меня, в то, что я могу быть лучше, чем тот монстр, которым меня сделала жизнь. С готовностью отбросив оковы прошлого, я чувствую, как свежий ветер перемен наполняет мои паруса. Словно феникс, восставший из пепла, я готов вырвать с корнем всё отжившее и без сожаления бросить в бездонную пропасть забвения.

И за это преображение, за эту новую жизнь, я буду вечно благодарен ей, осыпая её любовью и признательностью до последнего вздоха. Её свет озарил мой путь, и я навеки останусь в долгу перед ней.