20. Цена игры - Баккара.
В огромном зале казино где неон сочился по стенам, как яд, а запах дорогих сигар и острого адреналина висел в воздухе, за круглым VIP-столом царила тишина. Девушки из «Ночной Сакуры» заняли свои места, напротив — четвёрка из «Кровавого Эхо». Между ними — напряжение, как струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения.
С потолка медленно опустился мягкий золотистый свет. Из боковой двери, почти неслышно ступая по ковру, вышел крупье — мужчина лет сорока, в безупречно выглаженном костюме, с каменным лицом и глазами, в которых не отражались эмоции.
— Добрый вечер, — его голос был глубоким и ровным. — Господа, дамы. Сегодня перед вами три игры. Ваша задача — побеждать. Каждая партия приближает одну из сторон к финальному исходу сделки.
Он сделал паузу, взглянув на обе команды.
— Первый раунд — баккара. В ней главное — предугадать, чья рука окажется ближе к девяти очкам. Вы делаете ставку: на игрока, на банкирскую руку или на ничью. Каждому выдаётся по две карты. Иногда добавляется третья, по строгим правилам.
Он чётким движением разложил карты на столе — не спеша, с хрустом гладкой бумаги и трением бархатного стола.
— Второй раунд — крэпс, — продолжил он. — Игра на кости. Один бросает два кубика, остальные делают ставки: выпадет ли определённая сумма, продержится ли «поинт» или наступит «крап». Здесь не только удача, но и холодный расчёт.
Он провёл пальцем по серебристому полю с разметкой.
— Третий — рулетка, — его губы чуть дрогнули. — Здесь правит хаос. Вы выбираете: чёт/нечёт, красное/чёрное, конкретные числа или группы. Колесо запускается — и судьба говорит последнее слово.
Он шагнул чуть ближе.
— После этих трёх игр мы подведём счёт. Если ничья — будет дополнительный раунд. Но... если одна сторона выиграет две из трёх — договор вступает в силу.
Он обвёл всех взглядом, остановившись на Рэне и Томе.
— Напоминаю. Если выигрывают девушки — они назначают правила. Если побеждают парни — Рэна и Том едут в смертельно опасную гонку. А уж её исход — финальный приговор. Всё ясно?
Рэна медленно кивнула. Её взгляд — холодный, сосредоточенный, сдержанный, будто она давно привыкла к тому, что на кону жизнь.
Том усмехнулся, склонив голову набок.
— Начинайте.
Крупье хлопнул в ладони, и две ассистентки в красных платьях вынесли серебряный кейс с картами и кубиками. Всё происходило настолько гладко, будто это был заранее поставленный спектакль. Только ставки — настоящие.
Первая игра — баккара. Крупье ловко раздал карты — две на сторону игроков, две банкирским. Секунда, две — карты открываются. У девушек — 6, у парней — 7. Крупье тянет ещё одну на сторону «игроков»...
Сердце Сакуры ухнуло вниз. На губах Рэны — никакого выражения. Только на секунду дрогнул палец. Кубики, карты, рулетка — всё это было как клинок. Не угадаешь — срежет глотку.
Том лениво облокотился на стол, глядя на неё.
— Ты уверена, что готова ставить не только свою жизнь, но и жизни всей своей команды?
Рэна смотрела в карты, будто они были древним пророчеством. Ответила хрипло:
— Я уже поставила.
Крупье улыбнулся едва заметно.
— Баккара. Игра началась.
Он протянул девушкам и парням фишки. Рэна, не отводя взгляда от стола, положила их на поле «банкир». За ней — Сакура, Аой и Кёко, каждая молча подкладывая свои фишки туда же, делая общий ход, как единый механизм.
С другой стороны Том и Билл поставили на «игрока», а Георг — на ничью. Густав не стал делать ставку вообще, просто смотрел с лёгкой усмешкой, будто ждал, когда кто-то оступится.
Крупье поднял колоду, зажатую в прозрачном башмаке, и начал раздачу: по две карты на каждую сторону. Сначала — игроку, затем — банкиру. Всё в молчании. Только шелест карт, будто рвущаяся ткань.
— У игрока: 6 и 1. Семь.
— У банкира: 4 и 3. Тоже семь.
— Ничья, — спокойно сказал крупье, но никто не расслабился. Это была первая ничья. Ставки не сыграли, карты ушли в сброс. Но по лицам — уже пошёл пот.
Следующий раунд.
Теперь девушки поставили на «игрока», а парни — вновь разошлись: Том и Георг на «банкира», Билл снова на ничью.
Карты снова легли на сукно:
— У игрока: 2 и 7. Девять.
— У банкира: 3 и 5. Восемь.
Рука Сакуры чуть дрогнула, когда крупье сказал:
— Победа за игроком.
— 1:0 в пользу девушек, — пробормотал Том, криво усмехнувшись. — Пойдём дальше.
Рэна сжала руки на коленях. Под столом, под всей этой маской хладнокровия, пальцы подрагивали. Не от страха — от злости. Это была не игра — это был бой. Каждый раунд как выстрел. Каждая ставка как шаг по канату без страховки.
Следующий круг. Раунд третий.
— Последняя ставка в первом блоке, — напомнил крупье. — Возможность сломать равновесие.
Девушки снова поставили вместе, синхронно, как будто репетировали. На «банкира». Все фишки пошли туда. Уверенность? Или отчаяние?
Парни... Том наклонился к Биллу, что-то коротко сказал, и тот просто кивнул. Все четверо в этот раз поставили на «игрока».
— Смело, — пробормотала Кёко, глядя на их ходы.
— Или глупо, — отозвалась Аой, не отрывая взгляда от карт.
Крупье начал раздачу. Он двигался медленно, нарочно давая всем прочувствовать каждую карту, каждый поворот.
— Игрок: 4 и 2. Шесть.
— Банкир: 5 и 2. Семь.
Но...
— Дополнительная карта игроку, — сказал крупье и протянул третью.
Рука Тома замерла на подлокотнике. Рэна задержала дыхание.
Карта легла на стол.
— Тройка. Общий счёт — 9.
— Девять. Максимум, — проговорил крупье, и его голос прозвучал, как молот по стеклу.
Сакура прикусила губу. Рэна закрыла глаза ровно на одну секунду, чтобы не выдать эмоций.
— Раунд за игроком, — завершил дилер, и убрал карты в сторону.
Никто не произнёс ни слова. Только Том поднял взгляд и встретился глазами с Рэной. В его глазах — удовлетворение. В её — стальная решимость, сквозь которую просвечивалась ярость.
Это была всего первая игра. Но её вкус уже был горьким, как кровь.