Солнце

Соизволил проснутся только к часу дня с легкой эйфорией в голове. Быстро нахожу в кресле Рому, пьющего что-то из кружки.
Он услышал шорох в кровати и обернулся, не сдержав улыбку до ушей.
— Ну, чего лыбишься?
— Тс, сам лыбишься, а мне нельзя? — делает ещё глоток из кружки.
Смотрю на него, до одного места счастливого и не могу определиться: мы теперь встречаемся или все же останемся друзьями? Не хотелось бы испортить неудачными отношениями дружбу.
— Женя, о чем задумался?
— Мы теперь встречаемся?
— Нет, мы просто два лучших друга, которые переспали по пьяне, — Рома делает серьезное лицо, но не выдерживает и снова усмехается. — Я бы хотел, чтобы мы встречались. А ты?
— Наверное, да, — неуверенно тереблю одеяло.
— Наверное? Здесь либо уверенное да, либо уверенное нет, Женя, — Рома пересел из кресла на кровать.
— Тогда уверенное да, — глупо улыбаюсь, не показывая зубы.
— Люблю тебя, — чмокнул в нос.
— Как теперь изменятся наши отношениями?
— Никак не изменятся. Просто теперь я буду тебя иногда целовать… — он опустил взгляд вниз. — Ты не собираешься уезжать, верно?
— До моего дня рождения осталось меньше шести месяцев, тогда я могу официально уехать куда-нибудь.
— А до дня рождения будешь отсиживаться?
— Да.
— Менты прибегут сюда сразу, как только волонтеры обыщут всю Москву и не найдут тебя.
— Не обвиняй меня во всех смертных грехах, — я сложил руки на груди.
— Я не обвиняю, просто нам нужно что-нибудь придумать, чтобы тебя не увезли обратно.
— Секретное слово, которое будет означать «прячься быстрее, полиция пришла»?
— Куда ты спрячешься в однушке?
— На балконе или под кроватью.
— Нет, тебя все равно здесь найдут, — он поправил складку одеяла и поджал губы. — Ты должен уехать домой.
— Я не хочу туда возвращаться! Мне давит на мозг постоянный ор, — в глазах ощутилось жжение и немного проступили слезы.
— Ты можешь вернуться потом ещё раз, после дня рождения, останется потерпеть всего-то несколько месяцев. Хочешь, я приеду к тебе летом?
— Ты же поступаешь этим летом.
— Я могу отдать все документы раньше и потом просто следить за рейтингом… И не работать.
— Ты мое солнце, — бросился Роме на шею.
— Ты всё ещё пишешь какие-то заметки про солнце?
— Да. И про тебя напишу.
— Что напишешь?
— Своими лучами он разогнал темноту в моей жизни. Наверное, так, — шептал в горячую шею.
— Мне нравится.
— Я уеду завтра, или когда там будет автобус. Но ты пообещай, что приедешь летом и, что никому не скажешь, что я здесь был.
— Обещаю.

Сидели, обедали, теми же безвкусными слипшимися макаронами и сосисками. Мне почему-то очень хотелось рассказать Роме все те события из моей жизни, которые остались от него в секрете, чтобы он не думал, что я приехал сюда без видимой на то причины, но в голову не лезли какие-то интересные истории.
— Ощущение какое-то нехорошее.
— В смысле? — только и успевает спросить, как в домофон раздается звонок.
Оба замираем и оглядываемся друг на друга.
— Открывать?
— Нет, — быстро захожу в Интернет и ищу расписание автобусов. — Завтра уже автобус, я уеду.
— Мне страшно, — хватается за голову и тихо шепчет.
— И мне.
На несколько минут домофон затихает, и с каждой новой секундой эта тишина все больше напрягает.
Мы тупо смотрим друг на друга и пытаемся даже не дышать.
Резкий звон, разрушивший идеальную тишину, раздался из коридора, оба синхронно вздрогнули.
— Он знает, что мы здесь, — Рома сглатывает слюну.
— С другой стороны, может лучше открыть?
— Хочешь на автобусе сэкономить?
— Нет, просто так, наверное, безопаснее. Сказать, что меня никто не похищал, а сбежал потому что родители бьют.
— Откроешь сам тогда.
— Ладно, — встаю со стула и тихо шагаю к двери.
Но только пальцы касаются щеколды, тело бросает в дрожь. Стараюсь успокоится, даю себе время подумать.
Нет, лучше я уеду сам, чем буду втягивать в это Рому, не известно ещё, что будет с ним, если этого человека сюда впустить.
Руки трясутся, нужно успокоится. Так, Женя, выдохни и иди приляг.
Ложусь на кровать, а звонки в дверь все никак не прекращаются.
В комнату на цыпочках входит Рома и оседает рядышком. Темные глаза смотрят испуганно.
— Не стал открывать?
Я помотал головой.
— Побоялся, — закрыл глаза и сам не заметил, как заснул.

— Женя, просыпайся, скоро автобус.
— Через сколько?
— Через два часа.
— Блин.
— Вставай.
Лениво оторвал тело от кровати и потер глаза — бодрости не прибавилось. Зато Рома бодрячком, кофе даже принес.
Забираю свою кружку и вдыхаю ароматный горячий пар.
— Я думал, что мои чувства так навсегда и останутся в секрете, — садится рядом.
Я улыбаюсь и кладу голову ему на плечо, всё ещё не в силах полностью разлепить веки.
— Но тут приехал я, — морщусь, хихикая, и заставляю озябшее тело двинуться к ванной.
— Да, но тут приехал ты.
В ванной я, наконец, проснулся. Оделся, собрал вещи, вызвал такси и встал в коридоре.
Рома встал рядом, держа кружку не допитого мною кофе.
— Ну…
Обнимаю его крепко-крепко за шею.
— Я буду скучать, — даже маленькая слезинка проступила на ресницы.
— Я тоже буду скучать, малыш, — Рома нахмурился, обхватил меня за талию и осторожно чмокнул в лоб. А я потом дотянулся до его губ.
Стояли так ещё минуты две или три, не разговорчивая, не смотря друг на друга, а только лишь обнимаясь с закрытыми глазами и наслаждаясь этими последними минутами.

Я выскочил из подъезда, переполненный какой-то дикой бушующей энергией, сел в такси и просто уехал из огромного мегаполиса, как можно скорее, чтобы не передумать.