2.
Когда Брайан проснулся, было ещё темно. Но скоро через окошко начали пробиваться первые лучи.
В животе неприятно заурчало.
Скоро дверь открылась, и зашёл тот самый брюнет, который принёс ему вчера, так называемые, 'ужин' и 'постель'.
С сухим "на" он протянул Брайану ещё одну такую же миску и кружку, как вчера. Парень встал и взял все из его рук. Мужчина уже собирался уходить, когда Брайан окликнул его:
-Постой!
-Чего тебе?- откликнулся Даймон, с высока посмотрев на него.
-Зачем вам заложники?
-Ты должен был сто раз подумать, перед тем, как спросить. Неужели до тебя не доходит, что мне неприятно разговаривать с таким, как ты, хуесос? Ты должен в ногах у меня валяться и благодарить за то, что я тебя на месте не прикончил!
-За что у вас такое отношение к геям? У нас просто немного другие предпочтения, почему вас волнует, с кем мы спим?!- вспылил Брайан. В его положении разговаривать на повышенных тонах было опасной игрой.
-Это аморально, это грех!- мужчина захлопнул дверь за собой.
-Ты хочешь сказать, что Бог против геев? Кто это сказал тебе? Твои друзья? Они где-то с Богом пообщались, или они сами - божества?
-Заткни свой чертов рот!- сказал Даймон. Аргументы кончились.
Он в бешенстве вышел из камеры, хлопнув дверью.
Мужчина поднялся наверх. Здесь его ждали друзья. Но друзья ли это? Слова заложника невольно заставили его задуматься. Разве он добровольно пошёл на эту авантюру? Нет, не на авантюру. На преступление. Сколько лет заключения светит ему за это? Его заставили его друзья. Гомофоб он? Нет, это не было так, его никогда не волновали эти гомосексуалисты.
Он вспомнил, как его всегда учили представлять себя на месте другого человека. Это действительно должно быть обидно.
Хоть Даймон и не должен был делать этого, он принёс юноше обед. В принципе он ничем не отличался ни от вчерашнего ужина, ни от сегодняшнего завтрака. Пусть это будет компенсацией за те оскорбления.
Он тихо открыл дверь и увидел Брайана, закрывающего лицо ладонями.
Он даже не заметил вошедшего мужчину. Парень сидел на мешке соломы и тихо всхлипывал. Это ввело Даймона в ступор.
-Ты плачешь?- спросил он, пройдя вглубь камеры.
Брайан вздрогнул от неожиданности, посмотрел на мужчину, но ничего не ответил и снова отвернулся.
Потом всё же сказал после долгого молчания:
-Зачем вам заложники?
-Требуем отмены нового закона. Тебя хоть как зовут-то?
-Брайан.
Даймон так и стоял с хлебом в руке, поэтому сунул его Брайану.
Тот взял, а потом кивнул в знак благодарности. Парень жадно вцепился зубами в черствый хлеб.
Из-за своих бессмысленных принципов, из-за чертовой гомофобии, около десяти ни в чем не повинных людей должны страдать в заточении.
Разозлившись непонятно на что, я вышел, закрыл дверь за собой и пошёл на верх.
-Хэй, Даймон,- сразу набросились на меня 'друзья' со счастливыми лицами,- знаешь, что? Мы срубили дохрена бабла! Один из заложников оказался сыном какого-то богатого мужичка, и он заплатил нам выкуп!
-Разве мы не планировали требовать отмены закона?
-Что-то мне подсказывает, что из-за десятка пидорасов никто не будет так заморачиваться,- сказал один из них.
Даймон посмотрел на Роби. Он мечтательно прикрыл веки. Ему было уже плевать на всё. Презрение и гомофобию затмила алчность.
Скоро наступило время ужина. Даймон разнес еду сначала всем остальным, а потом уже и Брайану. Когда он зашёл, парень дремал всё в том же углу на сене, навалившись на стену.
-Эй, Брайан. Я ужин принёс.
Он протянул ему хлеб с водой.
-Можно у тебя спросить?
Даймон пожал плечами:
-Спрашивай.
-Только ответь честно... Когда этот закон отменят, вы правда отпустите всех?
Даймон несколько обдумывал свой ответ, но он всё равно получился крайне не обнадеживающим.
-Никто не отменит закон, Брайан. Им насрать. Тебе остаётся только ждать, пока твои родственники заплатят выкуп.
Парень грустно опустил голову и посмотрел в пол. Потом он тихо ответил уже стоящему в дверях Даймону:
-Они не заплатят. У них нет денег.
-В таком случае, пусть твой брат попробует заработать. Пусть вон потанцует в том же клубе.
-Он мне не брат.
-А кто? Парень всё-таки?
-Нет. Друг.
-Зачем ты вместо него сюда полез? Сидел бы сейчас спокойно у себя дома, сытый и довольный.
-Ему всего 15. У него ещё так много впереди. Шону нравится мальчик. А он даже боится с ним познакомиться. Шон часто приходил в клуб и смотрел на него, не решаясь подойти. Мне иногда казалось, что и тот мальчик смотрел на Шона. А Шон даже не спал и не ел, ты представляешь? И, если клуб действительно закроют, вряд ли они ещё когда-то увидятся.
Даймон вышел и закрыл дверь.
Эта ночь выдалась холодной. Все дежурили по очереди, и сегодня здесь остался ночевать Даймон, вооружившись ножами и пистолетом. Он поставил раскладкшку, а из дома притащил несколько одеял. Не повезло же ночевать в заброшенном и неотапливаемом здании в такую мерзкую ночь. Хоть под таким слоем одеял было тепло, Даймон не мог уснуть, представляя Брайана в подвале, где ещё холоднее, с одним мешком сена.
Мужчина уже порывался отнести ему одно из своих одеял, но было несколько причин для того, чтобы он лег обратно в свою 'кровать'. Во-первых, Брайан был ничем не лучше остальных, которые также валялись на мешках с сеном. А во-вторых, Даймон не был ничем обязан ему, он не должен был устраивать своему заложнику какие-то удобства.
Он спустя пару часов всё же, с трудом, но уснул.