.Only the Lonely.

— Можешь помахать людям, дорогая?

Я слышала, как люди приветствуют короля и королеву и их молодого принца. Громкость толпы давила, и я внезапно почувствовала себя очень застенчивой от взглядов стольких людей, когда сидела на коленях у женщины.

Она мило улыбалась.

Она взяла мою руку и показала, как нужно махать. Обычно я так не махала; нужно было меньше двигать запястьем. Это казалось странным, но мне понравилось. И когда я стала махать, люди закричали громче.

— Видишь? — ободряюще прошептала она. — Они любят тебя. Теперь улыбайся.

Ей не нужно было показывать, как это делать.

Губы растянулись в улыбке от уха до уха, когда я махала толпе. Карета, в которой мы сидели, медленно двигалась, запряжённая белыми лошадьми. Я начала искать своих родителей, но это невозможно было сделать, учитывая, сколько было народу. Я никогда не видела, чтобы столько людей собралось в одном месте.

— Гарри, что ты делаешь? — её хватка на моей талии ослабла, и я прекратила махать, чтобы взглянуть на молодого принца, который больше не смотрел на толпу.

Он смотрел на меня.

— Что она здесь делает? — спросил он, смотря на меня без улыбки. Улыбка сошла с моего лица, когда его тёмные, серьёзные и мрачные глаза всматривались в меня. Обычно дети моего возраста были приятными и дружелюбными – все они хотели играть.

Но Гарри был другим.

— Я просто хочу, чтобы она повеселилась, — мягко ответила женщина, убирая тонкую длинную прядь тёмных волос с моих глазах, когда я смотрела на принца. Его взгляд пугал меня.

— Но она не является частью семьи, — горячо ответил принц. — Она обычная простолюдинка.

Простолюдинка.

Я слышала, как используют это слово. Мой папа всегда говорил, чтобы я игнорировала, когда люди нас так называли, так что меня никогда не беспокоило это. Но когда такое мне сказал молодой принц, то мои щёки покраснели от гнева и смущения, и я посмотрела ему прямо в глаза.

— Оставь меня в покое, — сказала я сквозь стиснутые зубы.

— Ты не можешь указывать мне, что делать, — резко ответил он, его глаза сузились. — Я – принц.

Мои щёки стали ещё краснее. Конечно, он был прав. Но на данный момент мне было всё равно.

— Прекратите оба, сейчас же, — вмешалась женщина прежде, чем я смогла возразить и она повернула меня так, чтобы я снова смотрела на толпу. — Не обращай внимания на моего сына.

Я слышала, как он раздражённо фыркнул, и снова стала смотреть на толпу. Уголком глаза я видела, как он скрестил руки на груди. Я видела его везде на фотографиях. И никогда не видела, чтобы он улыбался. Он всегда выглядел таким серьёзным.

Но видеть его рядом было совсем по-другому.

Потому что так он мог смотреть на тебя.

После этого дня королева пригласила нас во дворец. Она спокойно разговаривала с моей мамой; я понятия не имела, что они обсуждали.

Но думаю, королева хотела, чтобы я дружила с принцем.

Но я не хотела этого. Он заставлял меня ощущать себя так странно, словно я и, правда, простолюдинка. Как он и сказал.

Я ненавидела его.

— Люсиль, дорогая, мне нужно поговорить с тобой, — однажды вечером после ужина сказала моя мама, когда мы закончили читать книгу. Я читала ей вслух, а она слушала, и мы обе рассматривали картинки.

— О чём?

— О принце.

Я нахмурилась, когда она напомнила о нём. Я любила ходить во дворец, потому что он был красивым и большим, и там было весело, но принц мне не нравился. Он всегда называл меня простолюдинкой и всегда недовольно смотрел на меня, когда я делала что-то не так или что-то «неуместное».

— Почему я не могу просто приходить во дворец, но не видеть его? — тихо спросила я, закрывая книгу.

— Послушай, он – принц Великобритании. Однажды он станет одним из самых влиятельных людей в королевстве. Ты понимаешь это, да?

Я кивнула.

— Королева любит тебя. Мы разговаривали с ней на днях, и она хочет, чтобы ты подружилась с принцем.

— Подружилась? Почему мне нужно подружиться с ним? Я ему даже не нравлюсь. Он всё время меня обзывает!

— Знаю, милая. Но ты должна понять. Не так много детей играют с принцем Гарри, за исключением его кузена. Но мама Гарри сказала мне, что кузен редко приезжает к ним домой.

— Что значит редко?

— Это значит почти никогда. Во всяком случае, принц Гарри одинок, Люсиль. У него нет друзей, которые были бы близки ему по возрасту. Ты бы хотела не иметь друзей?

Я надулась, проведя рукой по длинной пряди моих волос.

— Я бы не хотела этого, — проворчала я.

— Вот именно. А поскольку с ним никто не играет, то принц Гарри просто не знает, как подружиться. Вот почему его мама беспокоится. Он очень одинок, Люсиль. Поэтому мы с ней хотим, чтобы вы стали друзьями.

— А что, если он не захочет дружить со мной? — спросила я.

Мама усмехнулась:
— Дорогая, он хочет с тобой дружить.

— Так почему же он всегда обзывает меня?

— Как правило, мальчики всегда так делают, если не уверенны, как действовать. Но ты подружишься с ним? Ради меня?

Я вздохнула. Мне не нравилась идея проводить больше времени с молодым принцем, в основном потому, что она всегда обращал внимание на всякие мелочи и называл меня заурядной.

Но мне было жалко его. Не иметь друзей очень страшно. У меня было несколько друзей в школе и было очень весело играть с ними.

— Хорошо, — неохотно пробормотала я. — Я подружусь с ним.

Моя мама улыбнулась и притянула меня к себе, целуя в лоб перед тем, как сказать, что пора спать.

***

— Ты не должна так сидеть, — сказал мне принц Гарри, когда мы сидели на траве позади их дома. Его мама сказала, что будет здорово, если мы выйдем, и понаблюдаем закат, и теперь я с удивлением разглядывала оранжевые и тускло-жёлтые оттенки на небе.

Они были такими красивыми.

— Почему нет? — спросила я, с «чавканьем» вынув леденец на палочке изо рта, и непонимающе посмотрела на него.

— На тебе платье, — заявил принц Гарри, пристально разглядывая меня. Он сидел так, что его колени были притянуты к груди. Я сидела со скрещенными ногами. Но я всегда так сидела.

— Как я должна сидеть? — спросила я.

— Обе ноги должны быть на одной стороне.

— Как это сделать?

Принц Гарри закатил глаза:
— Не бери в голову. Полагаю, ты не знаешь, как должна сидеть девочка. Ты – простолюдинка.

Я сузила глаза от того, что он обозвался, и прекратила сосать леденец, больше я не наслаждалась видом.

— Почему ты такой злой? — спросила я. — Ты со всеми злой. Вот почему у тебя нет друзей, — мой голос был резким, и в нём сквозила горечь, я не смотрела на принца, когда говорила это.

В конец концов, это была правда.

— Мне не нужны друзья, — сказал он, защищаясь.

— Конечно, нет. Тебе просто грустно из-за того, что никто не хочет с тобой дружить, но это всё твоя вина. Ты думаешь, что ты лучше всех, — я не контролировала слова, и мне следовало бы вынуть леденец изо рта, иначе бы я случайно укусила его.

И было бы больно.

Однако я была потрясена, когда в течение нескольких минут он молчал. Выражение моего лица было серьёзным, но всё же я наблюдала за принцем уголком глаз. Он подбирал тонкие травинки, молча, играл с ними прежде, чем спокойно ответил.

— У меня не может быть друзей.

— Почему? — спросила я, уже более спокойно, когда услышала, что его голос довольно мягок.

Он пожал плечами.
— Все остальные гораздо старше меня. За исключением Мэтти, но иногда он действительно раздражает.

Я видела Мэтти только один раз. Он был хорошим, но очень гиперактивным.

— Плюс, у меня не так много времени, чтобы… играть, — закончил принц Гарри.

— Почему?

Его зелёные глаза смотрели на меня с удивлением, он поднял бровь.
— У меня много частных уроков, Люсиль.

— Ты не ходишь в школу?

— Нет, мне преподают здесь, во дворце, — спокойно ответил он.

Это было печально. В школе было забавно, хотя учителя были достаточно строгими. Но в этом месте я обрела стольких друзей…

— Прости меня.

Я смутилась и положила леденец обратно в рот, пока не услышала, как Гарри что-то шепчет. Когда я взглянула на него, он несчастно упёр взгляд в землю.

Его щёки стали светло-розовыми.

Он покраснел.

По какой-то причине, внутри стало как-то тепло и в груди слегка покалывало, когда я раздумывала, что сказать.

— Всё в порядке, — пробормотала я.

— Я больше не буду называть тебя простолюдинкой, — добавил он, подумав, и нерешительно поглядывая на меня. — Обещаю.

Я подняла руку.
— Обещание на мизинцах?

Он на мгновение замер прежде, чем протянул руку, сцепив наши мизинцы. Он посмотрел мне в глаза, его щёки стали ещё краснее, когда он прошептал:

— Обещание на мизинцах.

***

— Гарри, кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — спросила я, прыгая на его кровати. У него была огромная кровать и на ней было очень весело прыгать, уж точно не так, как на моей. Я перестала подпрыгивать и села рядом с ним.

Он облокотился на одну из своих малиновых подушек и в замешательстве посмотрел на меня.

— Разве это не очевидно? Я стану принцем Великобритании.

— Ты хочешь быть принцем? — спросила я.

— Да, — ответил он.

— Ну, если бы ты не был принцем, то кем хотел бы быть? — я начала заплетать концы волос. Вчера мама показала мне, как плести, так что теперь я практиковалась и смотрела, могу ли заплетать их так же хорошо, как она.

Гарри пожал плечами:
— Я всегда хотел быть астронавтом.

— Астронавтом? Почему?

Его щёки снова стали розовыми, но только слегка и он пробормотал:
— Они могут выходить в космос. Я думаю, это круто.

— Думаю, это страшно.

— А кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — спросил он, меняя тему.

Я ответила без колебаний:
— Я хочу быть принцессой.

Он моргнул.
— Принцессой?

Я застенчиво улыбнулась, взволнованно кивая головой.
— Я хочу быть принцессой. Хочу жить в огромном замке, как Золушка. И ещё хочу иметь собственную корону.

Я хотела начать перечислять вещи, которые сделала бы, если бы стала принцессой, но потом кое-что поняла. Я слегка нахмурилась и перевернулась, ложась на живот на кровати, и закусила губу.

— Но я никогда не смогу стать принцессой, — прошептала я.

— Почему?

— Я – простолюдинка.

— Эй, не называй себя простолюдинкой, — тихо сказал Гарри, ложась рядом со мной. Его взгляд был задумчивым, и он слегка жевал губу. — Ты можешь стать принцессой.

— Как?

— Ну, как ещё другие девушки становятся принцессами, если они не родились в королевской семье? Выходят замуж за принца.

Ох. Я забыла об этом. Разве не так Золушка стала принцессой?

— Постой, — во взгляде Гарри что-то вспыхнуло. — Ты можешь выйти за меня замуж! Мы можем пожениться, когда станем старше, и ты будешь принцессой! — он широко улыбнулся – я никогда не видела у него такой улыбки. Даже когда он выиграл борьбу на мечах у Мэтти.

— Ты сделал бы такое для меня? — спросила я, теперь красным вспыхнули мои щёки.

— Да, мы можем пожениться, и тогда бы ты могла жить здесь, во дворце. Тебе здесь нравится, да? — спросил Гарри, его голос дрожал от волнения. Обычно его голос был таким монотонным и бесчувственным.

— И я смогу получить розовое платье, как у Спящей красавицы! — воскликнула я, садясь и глядя широко открытыми глазами на Гарри.

Однажды я действительно могла бы стать принцессой.

— Завтра я могу поговорить со своей мамой, — сказал Гарри, всё ещё улыбаясь. — Она любит тебя. Она согласится со мной.

Я знала, что моя мама будет счастлива, поскольку она тоже всегда хотела, чтобы я стала принцессой. Когда я рассказывала ей о своей мечте, он улыбалась шире, чем я.

Я не могла дождаться, когда моя мечта сбудется…

***

Я очнулась в кромешной тьме.

И вдруг свет озарил всё. Я сразу же закрыла глаза, моя рука мучительно горела от того, что я лежала без движения и теперь к конечностям приливала кровь. В животе всё скрутило, когда я села, глядя на стену земли перед собой прежде, чем быстро обернулась и увидела гроб, в котором лежала.

Уф. Отвратительно.

— Всё в нормально? — послышался голос Кэролайн сверху, она слегка задыхалась.

— Я в порядке, — ответила я хрипло. Боже, моё горло горело. И спина очень сильно болела.

Постойте, всё изменилось?

Я схватила её руку, и она помогла мне выбраться из глубокой ямы. Было странно видеть надгробие с моим именем. Я смотрела на него несколько секунд, пока не закрыла глаза. Я чувствовала, что меня сейчас стошнит.

Но нет.

— Теперь вы свободны, — сказала Кэролайн с улыбкой.

— Я чувствую такую слабость, — проворчала я, потирая лоб.

— Ты действительно мне нравишься, но мне очень жаль.

Я взглянула на Кэролайн, когда она говорила это и всё, что я видела – её глаза, а потом что-то ударило меня по голове. Я громко застонала от резкой боли, а поскольку моё тело было очень слабым, я покачнулась и на коленях свалилась на землю.

— Но мне нужно избавиться от тебя, — её голос стал зловещим и мрачным, и всё во мне перевернулось, когда она связала мне руки сзади.

— Какого чёрта ты делаешь? — прорычала я, оборачиваясь и пытаясь ударить её. Однако она схватила меня за лицо и положила тёмную ткань на глаза, завязывая её сзади.

Дерьмо.

— Король Гарри хотел избавиться от тебя, — прорычала Кэролайн, когда я заёрзала, пытаясь вырваться. Я ощутила что-то холодное на своих лодыжках, а затем по звуку поняла, что это цепи. — Знаешь, Люсиль, он влюблён в меня.

— Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду? — выплюнула я.

— Не знаю, насколько ещё очевидной я могу быть. Гарри влюблён в меня, а не в тебя, — сердито отрезала Кэролайн. — Он хотел избавиться от тебя, но его план с отравлением провалился. Поэтому всё сделала я. А теперь всё королевство думает, что ты мертва и мы с Гарри можем быть вместе.

Всё происходило так быстро. Я пыталась обдумывать слова в моём ещё туманном разуме, когда она начала толкать меня. Я споткнулась и упала, чувствуя тяжесть груза на моих лодыжках.

— В любом случае, я люблю его больше, чем ты, — с ненавистью сказала Кэролайн. — Я бы убила для него. А всё, что делала ты – только боролась с ним постоянно.

Поэтому Гарри хотел убить меня?

Ради неё?

Я была такой глупой, доверяясь ей. Но даже если бы я этого не сделала, Гарри в любом случае избавился бы от меня…

Но Кэролайн? Он хотел её, а не меня?

— Вы оба отвратительны, — прорычала я, слёзы скатились по моим щекам.

Я по горло была сыта королевскими людьми.

Меня передёргивало от одной мысли.

Я всегда думала, что изумительно быть принцессой, но теперь я знала, что быть принцессой совсем не изумительно.

Потому что когда дело касалось трона, люди со злобой намеренно убивали друг друга. Отец убивал своих сыновей; супруги убивали своих вторых половинок – всё ради собственной выгоды.

Это было мерзко.

И я тоже была замешена во всём.

— Если бы ты просто развязала моё запястье, — прорычала я, — я бы…

Однако мой голос быстро сошёл на нет, когда Кэролайн захихикала и толкнула меня.
Но когда я споткнулась снова, то не приземлилась на землю.

Вместо этого я ощутила воздух под ногами.

И я стала падать. У меня даже не было времени закричать или подумать, когда я лицом упала в ледяную воду и полностью ушла под неё. Я брыкалась, пытаясь двигаться, но моё тело стремительно шло под воду из-за груза на моих лодыжках.

И мои слёзы смешивались с водой.

Я устала от предательства.

Я устала от этой лжи, эгоизма.

Я просто хочу быть свободной.

Я яростно боролась, мои глаза были широко раскрыты под водой, но я не видела ничего, кроме мутной темноты. В подводном мире было так тихо, но тишина приводила меня в ужас.

Я не хочу умирать.

Но даже я понимала, что смерть означает покой. Я больше не буду иметь дело с людьми, которые мне лгут или с людьми, которые нарушают обещания… Я могла бы, наконец, стать счастливой.

Поэтому я сдалась.

Моё тело под водой стало совершенно безвольным, глаза закрылись. Всё тело расслабилось и, хотя мои лёгкие горели, я затаила дыхание, погружаясь всё ниже и ниже.

В ничто.

Пошла ты, Кэролайн… Пошёл ты, Гарри… Надеюсь, вы чертовски рады друг за друга.

Но я вспомнила, как встретила Гарри, когда была ребёнком. Не знаю, что это было, но я внезапно вспомнила, как мы сидели на траве и наблюдали за закатом. Я вспомнила, как грустно он смотрел на меня и сказал, что не может иметь друзей.

Только одиночество… способно заставить совершать такие вещи.

Я заставила себя ни о чём не думать, а сосредоточиться на смерти. И только когда всё стало невероятно тихим, я что-то услышала.

Я широко открыла глаза, мой рот тоже открылся, поскольку я не могла больше задерживать дыхание, и вода хлынула внутрь меня. Я задыхалась громко и яростно, горло сжималось. Меня дёрнуло вверх, должно быть кто-то был сильнее, чем груз на моих ногах.

А потом я смогла дышать. Я кашляла, вода лилась изо рта. Я чувствовала такую слабость, и мне казалось, что сейчас меня стошнит.

В тёмной ночи меня кинули на мокрую, холодную грязь и я попыталась прекратить кашлять, когда открыла глаза, чтобы посмотреть, кто меня спас. Но не могла понять, потому что стала терять сознание.

И когда я открыла глаза, то увидела пару изумрудных глаз, которые с беспокойством смотрели на меня.

— Гарри? — прохрипела я. — Это ты? Гарри?

И на мгновение, хоть он и хотел меня убить, я почувствовала облегчение от того, что он был тем, кто спас меня. Но, быть может, я ошибалась – я выдумала его, потому что сейчас не ощущала даже собственного тела.

Мне потребовалось пару секунд, чтобы окончательно потерять сознание, но эти зелёные глаза всё же остались в моих мыслях.