Don't Be Afraid

Майкл никогда не думал, что попадет в подобную ситуацию.

Все начиналось вполне нормально, он вернулся домой после школы, хорошенько поел, повалялся в кровати, послушал музыку. А затем в перерыве между песнями Клиффорд услышал какой-то шум снизу. Бросив быстрый взгляд на часы, парень заметил, что предки должны были вернуться лишь через час, не меньше. Майкл старался не обращать внимания на тревожное чувство, но, когда на припеве End of Me до него вновь донесся грохот, игнорировать тревогу было уже невозможно.

Возможно, было бы лучше позвонить родителям или в полицию, но парень все еще надеялся на лучшее. Майкл как можно бесшумней спустился по лестнице и огляделся. Никого не было, лишь дверь в кабинет отца чуть приоткрыта. Но это же не важно, он часто забывал закрывать ее. И Клиффорд уже собирался подняться в свою комнату, как дверь полностью отворилась. Там стоял человек с рюкзаком, который тот носил на одной лямке. У него было хмурое выражение лица, он явно был чем-то раздражен. О волнении, наполнявшем незваного гостя, Майкл мог судить по пальцам, нервно теребящим футболку того человека.

Майкл не мог четко видеть его лица, но оно, почему-то, казалось ему до боли знакомым.

Наверное, Клиффорду следовало бы не дышать и не двигаться и дальше, но тот сделал шаг назад и ступенька под ним скрипнула. В этот же момент парень был замечен вором. Да, Майкл был на сто процентов уверен, что это был вор, который решил проверить отцовский сейф.

Сначала на лице парня с рюкзаком появилось недоумение. Ведь, если вспомнить его план, в доме никого не должно было быть. К тому же, Майкл мог вызвать или сейчас полицию, или потом. Поэтому тому ничего не оставалось сделать, кроме как погнаться за Клиффордом, который даже спустя два часа после сытного обеда чувствовал себя слишком расслабленным. Даже если за ним гнался вор, который не осознавал своих действий.

Последнее, что запомнил Клиффорд, это сильную боль в затылке.

Майкл никогда не думал, что, открыв глаза, не сможет ничего увидеть.

Хотя, если вспомнить события нескольких последних часов, то это не должно было его особенно удивлять. Помимо глаз, которые были завязаны каким-то полотенцем, у парня были связаны руки и ноги, вероятно, чтобы тот не пытался сбежать. Кроме того, у Майкла болела спина, точно от лежания на чем-то не особо мягком и уютном. И правда, Клиффорд находился на заднем сидении автомобиля. Он попробовал принять сидячее положение, но вместо этого лишь стал еще больше похож на перевернувшуюся черепашку. Парню было до боли обидно, в конце концов, он сам виноват в том, что сглупил.

Снаружи послышались шаги, и кто-то открыл дверцу машины. Майкла бесцеремонно усадили, а затем дали ему бутылку с водой. Полагаю, жажда еще никогда так сильно не мучила парня.

Не успел он и допить, как произошло еще кое-что. И это было самым большим кошмаров Джека Хеммингса. До этого он считал своим самым страшным сном то, что он проник в дом своего бывшего босса, чтобы выкрасть у того свое письмо, которое по-глупости написал уволившему его начальнику под воздействием алкоголя и обиды. Не поймите неправильно, Джек пил лишь дважды в год: на день рождения и новый год, но бывают такие ситуации, когда кажется, что легче забыться в нескольких бутылках. Правда, без последствий, в таком случае, никак не обойтись.

Джеку не составило особого труда попасть в дом бывшего работодателя. В конце концов, раньше он был правой рукой его правой руки. Это открывало ему доступ к ключам и расписанию мистера Клиффорда. Он даже узнал, когда миссис Клиффорд будет отсутствовать. Он лишь забыл про существование сына, такого приятного мальчика, чьи фотографии стояли на рабочем столе отца. Кто-то скажет, что ничего особого в этом парне нет, но, тем не менее, он весьма опасный свидетель.

К этому Джек готов не был, но, к счастью, голова у него еще работала, поэтому парень поспешил за Клиффордом-младшим, когда тот побежал звонить в полицию или куда еще. И, раз уж положение Джека итак было не из лучших,он решил убрать свидетеля. Разумеется, убивать кого-то он был не готов (да и никогда не был бы готов), но ведь похищение никто не отменял, да?

Вырубить мальчишку, уместить того в машину и отвести подальше отсюда не было проблемой. Джек принял решение держать того в гараже, все в той же машине. Недочетом было лишь то, что этот гараж, как и машина и дом, принадлежал семье Хеммингсов. Он знал, что кто-нибудь, да найдет здесь Клиффорда, но не даже не предполагал, что так скоро.

- Джек, ты здесь?- послышался голос младшего Хеммингса. Он все еще находился снаружи, не зная, дождаться ли ему брата здесь или войти внутрь.- Джек?

Джек же в это время метался между двух зол: выйти и отогнать Люка подальше, но при этом оставив Майкла одного, или же остаться здесь и держать рот Клиффорда закрытым и позволить брату увидеть похищенного. Впрочем, принять решение ему так и не удалось. Люк никогда не славился особым терпением.

- Черт возьми, что ты наделал?- воскликнул Люк, когда, подойдя к машине, увидел своего брата и еще одного дрожащего парня.

Майкл дрожал. Он не знал, что с ним, чем все это кончится. В конце концов, его не смогут держать вечно, настанет время, когда от него придется избавиться. Срок за проникновение в дом не так велик, в отличии от наказания за похищение или убийство. Его похитителю больше нечего терять, и это пугало. Где-то в глубине души Майкла зародилась надежда на то, что тот второй парень, который кричал на, как понял Майкл, Джека, вразумит того. Но затем он услышал, как Джек уговаривал Люка помочь ему, после чего тот сдался.

И это разбило последнюю веру Майкла в лучшее.

- И что ты собираешься делать, Джек?- спросил брата Люк. С их стороны было не очень правильно выдавать собственные имена, но, как уже было сказано, им больше нечего терять.- Совсем скоро они начнут его искать, если уже не начались поиски.

Джек схватился за голову. Он не знал, он был напуган. Напуган не меньше младшего, не меньше Майкла. Он проклинал свою жизнь, себя, алкоголь. В общем, весь мир.

- По ночам здесь холодно,- проговорил Люк, не дождавшись ответа Джека.- Я принесу ему плед.

Не глядя в след уходящему брату, Джек кивнул. Сегодня он сломал свою жизнь, жизнь близкого ему человека. Это абсолютно не поднимало настроения.

Майкл чувствовал на себе взгляд. Как бы ему не хотелось провалиться под землю, он был лишь жалким маглом.

Юноша старался игнорировать голод, жжение на запястьях, боль в затылке, да и одежда была на нем не самая теплая: шорты и футболка. Конечно, в Австралии никогда не бывает снега, одиннадцать из двенадцати месяцев в году солнечные, но парень постоянно мерз. Плед, любезно предоставленный ему, немного согревал, но он не мог унять ни голод, ни боль. Видимо, на воде и пледе все его привилегии заканчивались. Но это уже то, о чем Клиффорд и мечтать не мог.

Его похитители, кажется, сейчас были дома на семейном ужине.

Майкл заплакал. До этого от рыданий его удерживал лишь страх. Конечно, сейчас он никуда не ушел, но усилилось чувство досады, обиды, несправедливости. Что он сделал в этой, прошлой, позапрошлой чертовой жизни, чтобы вот так расплачиваться сейчас? За что ему эти муки? Почему ему, именно ему единственному на все семь миллиардов досталась участь быть похищенным? Майкл никогда не любил понедельники, но теперь он действительно считал их дьявольским отродьем.

За собственными всхлипами Майкл не услышал приближающихся шагов младшего из Хеммингсов.

За ужином Люк никак не мог выкинуть из головы бедного парня и вообще всю эту ситуацию. Господи, во что же он вляпался? Сегодня мама превзошла саму себя, приготовив курочку с идеальной корочкой, да и картошка была идеальной прожарки. В любой бы другой день, он бы только ел и ел, но сейчас его только больше начинала мучить совесть, и он все думал, пока не надумал хоть как-то облегчить муки совести. Похвалив мать за еду, он попросил еще одну порцию и добавил, что будет есть у себя. Конечно, это было ложью, но раскусил его один лишь Джек, бросивший тому сердитый взгляд. Но Люк проигнорировал его.

Хеммингс даже представить себе не мог, что чувствовал Клиффорд, но вид плачущего парня разбивал ему сердце. Осторожно поставив тарелку на место водителя, Люк сел на заднее сидение к разрывающемуся в рыданиях Майклу. Он абсолютно не умел успокаивать людей, ему никогда и не приходилось делать это, собственно. Все когда-то бывает впервые.

Кажется, он видел подобное в каких-то фильмах, но вряд ли это сработало бы.

- Майкл?- позвал парня Люк, немного боязно касаясь того.

Нет, это был не тот Майкл, которого знал Люк. Ну, не совсем знал, видел в школе. Майкл не был самым мега крутым и популярным парнем в школе, отнюдь. Но он был милым и веселым, его знали практически все, его любили учителя. Кажется, в прошлом году, когда Люк только перешел в старшую школу, они немного общались, и все. У Майкла был Калум, его лучший друг, и больше парень ни с кем тесно не взаимодействовал.

Клиффорд вздрогнул, услышав чужой голос, но перестать плакать у него не получилось. Как бы сильно он не закусывал губу, унять всхлипы не удавалось.

- Тише, эй,- продолжал Люк, притянув Майкла к себе и поглаживая того по спине. Он явно не ожидал, что это подействует обратным способом - Майкл разревелся пуще прежнего. И осознание того, что это он является причиной слез парня. его убивало.- Тише, прошу, не плачь, все будет хорошо, обещаю.

Спустя несколько минут Майкл все же успокоился и поспешил выбраться из объятий Люка.

- Я принес еды,- сообщил Люк, улыбнувшись самому себе.- Это просто божественно на вкус, но, боюсь, развязать тебе руки Джек не позволит, так что сегодня кормлю тебя я.

И, прежде чем Хеммингс успел наколоть кусок сочной грудки на вилку, он услышал робкое "спасибо".

Разумеется, без потерь не обошлось. Сначала еда просто упала на сидение, потом Люк чуть было не выколол глаза Майклу, а ароматный соус оказался у Клиффорда на щеке. Но, возможно, именно это спасало сейчас Майкла от нервного срыва. Нужно лишь представить, что ты любимый гость в этом доме, и тебя просто не хотят отпускать. Смех помогал забыться, но вскоре еда кончилась, а запасы очень забавных шуток у Люка кончились, наступило неловкое молчание.

И оно напомнило Майклу о том, что с ним происходит в действительности. Каким бы Люк не был хорошим парнем, он не давал Клиффорду вернуться домой, где его ждут любящие родители, тепло и уют, его любимая комната, которую он совершенно недавно завершил обустраивать. В ней было все, начиная от кровати идеальной мягкости и упругости и заканчивая наисовременнейшим компьютером, на который он копил больше года. Но больше всего Майкл любил свой музыкальный центр. Конечно, музыку можно послушать и на телефоне в интернете, но это чувство восхищения и трепета не такое сильное, как когда устанавливаешь диск из альбома любимой группы. Как же он хотел сейчас послушать The Black Parade.

За столь грустными мыслями Клиффорд не заметил, как вновь заплакал. Люк тут же бросился успокаивать парня, шепча обнадеживающие слова. На этот раз Майкл успокоился быстрее, но нынешнее его состояние оставляло желать лучшего.

Хеммингс выдохнул, глядя в покрасневшие от слез зеленые глаза. Как бы он хотел, чтобы этого никогда не происходило с Майклом.

- Тебе стоит поспать,- пробормотал Люк, ища глазами плед.- Утром будет легче.

- Не думаю, что доживу до утра,- хмыкнул Майкл, прижимая свои колени к груди.

- Я могу остаться с тобой,- предложил блондин.- Вместе теплее.

Майкл слабо улыбается, когда Люк вплотную придвигается к нему и укрывает обоих пледом. На заднем сидении автомобиля вряд ли будет удобно спать даже одному человеку, но Майкл согласен на все неудобства, лишь бы не оставаться в одиночестве.

Устраиваясь поудобней, Люк опустил голову на плечо Майкла, а тот и не думал возражать. Главное тепло, ведь так, Майкл?

Такой несчастный и довольный одновременно Клиффорд уже засыпал, когда услышал тихий голос Люка. Парень улыбнулся, узнав песню, или, верней, песенку.

Five little pussy cats playing near the door;

One ran and hid inside. And then there were four.