Особенные среди всех
***
После выстрела в потолок и крика, что никто не должен шевелиться, начался хаос. Люди пытались пригнуться, кто-то бросился за барную стойку, а кто-то — за колонны или мебель. Но действовали нападавшие быстро и организованно.
Тяжёлые двери автоматически заблокировали выход.
Окна закрыли стальные роллеты.
Это была не импровизация. Всё подготовлено.
— Телефоны на стол! — прогремело снова.
Все, кто медлил — получали резкий окрик и угрожающее движение оружием.
Соня выдохнула сквозь сжатые зубы, когда увидела, как ребята из Spirit подчинились, включая Даню, Мирослава, Борю...
На секунду взгляд скользнул по залу — и встретился с холодными глазами Ильи.
Он стоял чуть поодаль, возле Нико, тоже заметно напряжённый.
Лоб блестел от пота, но лицо каменное.
Почти никто не знал, что у него внутри сейчас разрывается всё — особенно когда взгляд на долю секунды снова зацепился за Соню.
Грабители, а скорее профессиональные похитители, перешли к следующему этапу.
— Вы здесь надолго. Никто не выйдет, пока мы не решим свои вопросы, — заявил один из них. — Ведите себя тихо — останетесь живы.
По углам расставили охрану.
Телефоны собрали.
Часть людей, менее известных, заставили сесть поодаль.
Игроков Spirit, G2 и ещё пару топов держали ближе к центру.
Паника постепенно перерастала в тяжёлую, вязкую тишину.
Соня сжала кулаки под столом, ногти впились в ладони. Ненавидела чувствовать себя беспомощной. Каждый нервный тик у парней из её команды ловила как сигнал — держаться.
Илья внешне спокойный, внутри — готов сорваться. Глаза всё время возвращаются к Соне. Если что-то пойдёт не так — он прорвётся через всех.
Но всё это — без слов. Только взгляды.
Молчаливое наблюдение даже здесь.
Их по одному уводят.
Тяжёлая, вязкая тишина давила на уши, словно весь зал оказался под куполом, где не циркулирует воздух. Время будто застыло — кто-то сжался на креслах, кто-то продолжал стоять, изо всех сил пытаясь сохранить хоть видимость спокойствия. Музыка давно отключена. Лишь за окнами слышен гул сирен вдалеке — но, кажется, сюда никто не спешит.
Первого вывели где-то через десять минут.
Молодой парень, случайный гость вечеринки.
Без лишних слов его подхватили под локти двое в чёрных балаклавах и увели через технический коридор, который они контролировали. Звук захлопнувшейся за ним двери будто щёлкнул по нервам каждого в зале.
— Что с ним будет? — шепнул кто-то.
— Не кипишуй, это показуха, — отозвался другой, не особо уверенно.
И никто не знал — вернётся он или нет.
Следующей забрали девушку из числа официантов.
Слёзы на глазах, дрожащие руки. За ней с презрительным выражением наблюдали похитители. Она что-то лепетала, пытаясь объяснить, что просто работает, что ничего не знает.
Её тоже увели.
В комнате стало на несколько градусов холоднее.
Когда двери снова захлопнулись, в глубине зала начали шевелиться.
Даня наклонился к Сонe:
— Чё вообще происходит... Это что, шантаж?
Соня не ответила, лишь пожала плечами. Внутри неё уже зрело раздражение. Она смотрела по сторонам. Сопоставляла детали. На автомате искала пути отхода.
— Это точно связано с турниром, — негромко сказал Боря, взглядом кивая на игроков других команд. — Слишком уж выборочные заложники.
В это время с другого конца зала, где столпились ребята из G2, Нико тоже шёпотом что-то объяснял Илье.
Илья молчал, но глаза его скользили по залу.
На секунду они встретились со взглядом Сони.
Опять это тупое молчание. И этот взгляд, прожигающий насквозь.
Соня отвернулась, сжав губы. Она всё ещё держалась, но внутри уже бурлило беспокойство.
Теперь очередь дошла до камер, стоящих по периметру зала. Пара хелперов из съёмочной команды тоже оказались за пределами комнаты.
— По одному выводят, чисто для устрашения, — заключил Мирослав, едва слышно. — Чтоб сидели и не дёргались.
И он оказался прав.
Шёпот расползается всё шире. Игроки переглядываются. Кто-то из технического персонала делает попытку подсмотреть, что происходит в соседних помещениях через стеклянную вставку — тут же получает окрик.
— Сидеть!
Соня дрожащими пальцами перебирает край куртки. Она чувствует: взгляд Ильи снова на ней. Как будто он готов броситься, если её тоже попытаются увести.
А он готов.
Только она этого не знает.
— У них нет плана отхода, — пробормотал кто-то из команды. — Если бы хотели просто свалить с деньгами, давно бы ушли.
— Они что-то выжидают, — Нико смотрел исподлобья. — Или кого-то.
Илья не отрывал взгляда от Сони.
Даня тоже украдкой косился на неё и на Илью.
Он уже давно всё заметил.
Это — игра. Только не на сцене и не в серверной комнате. И ставки куда выше.
Пока за пределами зала всех уводят по одному, в помещении зреет тихое, вязкое напряжение. С каждой секундой шёпот перерастает в полугромкие обсуждения. Кто-то уже строит план побега. Кто-то откровенно паникует.
Кто-то смотрит только на неё.
Кто-то — только на него.
И все понимают: время тикает.
Тем, кто оставался в зале, казалось, что за этими тяжёлыми дверями людей буквально стирают из реальности. Они исчезали — и всё. Ни звука, ни возвращения. Но правда была куда сложнее и страшнее.
***
За пределами зала находился длинный коридор, тускло освещённый, пахнущий сыростью и дешёвым антисептиком. Чёрные мешки для мусора у стены, провода, кое-где оборванные.
И двое охранников в масках, безэмоционально провожающих взглядом каждого "приглашённого" на выход.
Дальше — небольшое помещение, бывшая техническая кладовая или подсобка. Там уже находились те, кого увели раньше.
Стены обиты поролоном. Ни окон. Ни камер. Только один торшер в углу.
И кучка испуганных людей, сидящих на полу.
Их никто не бьёт. Никто не угрожает оружием напрямую.
Но каждому озвучивают одно и то же:
— Сидите тихо.
— Это не про вас.
— Если не будете дёргаться, всё закончится быстро.
— Ваше участие — случайность.
— Проблемы будут только у тех, кто связан с турниром.
Слова тягучие, спокойные, как будто за кадром идёт хорошо отрепетированная постановка. И всё же, по дрожащим рукам и бледным лицам становится ясно — это не игра.
Интересным было то, что случайных гостей с вечеринки и обслуживающий персонал старались выводить первыми — чтобы минимизировать количество "посторонних", если ситуация выйдет из-под контроля.
Игроков и ключевых персон из команд трогать не спешили.
Кого-то из команды NaVi увели чуть позже. За ним следили особо пристально.
Был замечен напряжённый разговор за закрытой дверью.
Шёпоты, кто-то повысил голос. Потом снова тишина.
Тем, кого уже собрали за дверями, стало очевидно — это не просто банальное ограбление. Здесь кто-то решает личные счёты.
И всё крутится вокруг турнира.
Того самого финала, где страсти за сценой были куда сильнее, чем в игре.
Что становится известно из обрывков информации
• За некоторыми из профессиональных игроков наблюдали давно.
• Кто-то из похитителей был "подставным" фанатом.
• Вся эта операция — попытка выбить деньги, компромат или влиять на результаты.
• Возможно, кто-то из команд давно перешёл дорогу не тем людям.
И что ещё хуже — похитители внутри помещения.
На вечеринке остались "свои люди".
Они не выделяются. Но именно они корректируют, кого забирать, а кого — пока оставить.
—————————————