Часть 3. Новенький.
К девяти вечера парень медленно брёл домой, будучи до ужаса уставшим, но невероятно довольный своей командой и результатами сегодняшних соревнований. Они буквально разорвали соперников в щепки! Это не могло не радовать.
Проходя мимо детской площадки, юноша немного приостановился, посмотрев на всё так же одиноко стоящие качели, вспоминая события четырехлетней давности.
Придя в себя в больнице, Янлин увидел плачущую мать и обеспокоенного отца рядом. Юнксу он больше не видел. Как сказали родители, на шум сбежались соседи, когда одна ненормальная пыталась задушить своего сына. Они отняли у орущей женщины ребёнка и вызвали скорую с полицией.
Янлин умолчал о том, кто убил мужчину, поскольку следователи решили, что это дело рук его невменяемой жены, страдающей биполярным аффективным расстройством и алкоголизмом, которые она сильно запустила и никогда особо-то и не лечила.
Что случилось с Юнксу, было не ясно, ведь родители не сказали об этом сыну и строго настрого приказали забыть всë, что было связанно с той неблагополучной семьёй.
Шучан и Чуанли были первыми, кто пришёл навестить пострадавшего друга, не забыв упомянуть, что они его предупреждали. В приюте Юнксу не было, полиция отказалась давать какие-либо сведения какому-то малолетнему подростку, потому Янлину не оставалось ничего, кроме как опустить руки, надеясь, что с его другом все хорошо.
— Я дома, — крикнул юноша, чувствуя вкусный запах, доносящийся из кухни.
— С возвращением, я запекла овощи с мясом, поешь, — улыбнулась мама, уже будучи ниже своего высокого сына.
Янлин очень сильно вытянулся за четыре года, став одним из самых высоких в их баскетбольной команде.
— Как прошла игра? — спустился из своего кабинета отец, потирая глаза и держа в руке очки.
— Мы выиграли, — улыбнулся парень, получив в ответ кивок родителя, как бы говорящий: «Другого я от тебя и не ожидал».
Семья разместилась за столом, начиная ужинать. Взрослые пили традиционное китайское рисовое вино, которое для подростка было под запретом, ведь он спортсмен, а им нельзя употреблять алкоголь, да и к тому же, какой праведный родитель разрешит ребенку пить такое. Надеясь тихо поесть и уйти в свою комнату, парень молча ел пищу, как вдруг мать решила развеять тишину.
— Дорогой, ты видел, что в соседнем доме поселились новые жильцы? — спросила женщина у мужа.
— Слышал, но ещё не видел их лично. Они прислали нам приглашения на субботний вечер, — без интереса проговорил мужчина, попивая вино.
— Как чудно, что у нас появились новые соседи. Кажется, я видела там мальчишку примерно твоего возраста, сынок, — улыбнулась женщина, обращаясь к Янлину. — Может, вы с ним подружитесь и...
— У него и так достаточно друзей, а в этом году поступление в университет. Не захламляй ребёнку голову глупостями, — строго бросил мужчина, после чего за столом воцарилась неуютная аура.
Из-за случая с Юнксу, отец запретил своему сыну заводить новые знакомства, боясь, что те тоже окажутся опасными для Янлина. Мужчина правда переживал за своего ребёнка, но так же желал ему прекрасное будущее, зная, что только на баскетболе и общении Янлин далеко не уедет, вот только он сильно перебарщивал с этим...
У парня каждый день был расписан и запланирован вплоть до отхода ко сну. Восемь репетиторов в неделю: по одному в понедельник, среду, пятницу и воскресенье; по два во вторник и четверг. Плюс ко всему три вечерние тренировки каждую неделю по три часа. Помимо этого, парень ещё ходил в школу, которая давила на него профильными дисциплинами.
Янлин общался с друзьями только на переменах, зная, что большего времени у него попросту нет. Отец завысил планку сыну, решив, что тот обязан поступить в лучший университет, не спросив своего ребёнка, а хочет ли он этого сам. Янлин не хотел, но и расстраивать своих родителей тоже, потому решил смириться и поступить туда, куда желает семья. Всё равно у юноши не было особых увлечений и навыков, но постоянная учёба нещадно душила, а страх завалить экзамены и не стать в глазах родителей тем, кого они хотят видеть, ещё сильнее тревожил парня, сильно давя на его бедную и всё ещё детскую нервную систему.
— Спасибо за ужин. Я пойду спать. Спокойной ночи, — встал из-за своего места юноша, желая уйти в комнату, но, находясь в дверях, услышал.
— Янлин, мы тебя любим и потому желаем лучшего. Ты же это понимаешь? — строгим голосом спросил отец, видя, что его ребёнок поник после заговора.
«Мы желаем тебе лучшего».«Делай так и всё будет хорошо».«Мы всё делаем для тебя».«Так будет лучше».
Сколько раз Янлин слышал что-то подобное от своих предков, очень желая хоть раз ответить: «Нет! Вы делаете лучшее лишь себе, а не мне!», но в итоге всегда проглатывал горечь своей обиды, говоря лишь:
— Да, понимаю. Я тоже вас люблю.
Юноша ушёл в свою комнату, сразу же плюхнувшись в одежде на кровать, сильно устав. Он знал, что завтра вторник, а значит у него будет два репетитора после школы. «Устал», — тяжело вздохнул Янлин, на самом деле желая быть обычным парнем, а не сыном богатых родителей. Быть обычным человеком, который никому ничего не должен. Быть свободным... Быть.
Тыщь.
Парень вздрогнул, резко подскочив на кровати от звука за окном. «Ветер?» — удивился он подойдя к окну. В темноте вдалеке он увидел расплывчатый силуэт, стоящий у дома напротив. «Это новые соседи?» — подумал парень, почему-то ощущая, что человек вдалеке смотрит именно в его окно, но расстояние было достаточно большим, и Янлин был уверен, что это невозможно.
— Не важно, — сам себе бросил парень, задернув штору, даже не догадываясь, что завтра в его жизни появится тот, кто навсегда её изменит.
***
— По-здра-вля-ем!
Заходя в класс Янлин чуть было не подпрыгнул на месте от столь неожиданного приёма своих одноклассников.
— Хах, спасибо вам большое, — слегка покраснел юноша, чувствуя приятное жжение в груди.
Янлин хорошо общался почти со всеми в классе, кроме парочки ребят, которые не желали вообще с кем либо говорить, а у парня уже не было ни сил, ни терпения к кому-то навязываться. Как это было с ним...
— Ты слышал вчера, как я кричала на трибунах? — спросила девушка с шикарными длинными волосами, которую звали Эхуан.
— Да как бы он тебя услышал? — буркнула вторая леди, являющаяся первой красавицей школы. — Янлин, ты молодчинка, — привстала на носочки Юйхуа, чмокнув друга в щёку в качестве поздравления.
— Эй! Не лезь к нему! — возмутилась третья дама, будучи метр пятьдесят с хвостиком, но самой милой из троицы подруг, по мнению Янлина.
— А ты на расхват, приятель, — обхватил шею друга Чуанли, тихо отводя его в сторону. — Не жадничай, давай каждый по одной, хорошо?
— Отстань, — усмехнулся парень, убирая чужую руку от себя.
— Ну и жадина, — показал язык юноши шутник и обратился ко второму другу: — Шучан, ты слышал его? Он не хочет делиться.
— А Шучан-то тут при чём? У него, вообще-то, уже невеста есть, — припомнил Янлин, но тут же прикрыл свой рот, вспомнив, что друг не любит об этом говорить.
Друг нахмурил брови, опустив взгляд в парту. Вчера парень с улыбкой поздравлял друга с победой, а сегодня даже не поднимает на него взгляд, что было не слишком уж странно для Шучана, характер которого был непредсказуем. Хоть Шучан и являлся близким другом Янлина, но отношения их были как у братьев. Они вроде друзья, но вроде и нет, но из-за родителей продолжают общение. Наедине Шучан был неплохим парнем, но в группе словно терялся, становясь молчаливой, чёрной вороной.
В отличии от Янлина, родители Шучана были очень верующими, живущие древними традициями и семейными правилами. Два года назад родственники объявили юноше, что он помолвлен с некой девушкой из семьи Юн. Шучан даже в глаза не видел свою избранницу, но ему и не надо было, ведь выбора все равно нет. На самом деле девушка была красива, но сам факт принуждённой свадьбы давил на парня, заставляя его ненавидеть родителей, невесту и даже самого себя.
Хоть Янлин часто был не согласен со своими родителями и обижался на них, всё же он был рад, что те хотя бы не венчают его с кем-то по связям, а дают самому выбрать. Но так ли это — юноша точно не знал, ведь когда ему ещё думать о девушках, когда в голове одна учеба, репетиторы и тренировки? Некогда...
— Одной больше, одной меньше, что тут такого? — продолжил смеяться Чуанли, родителям которого вообще было плевать как учится их любимый сынуля и с кем собирается жениться, потому у юноши был не очень хороший средний балл и много дам сердца, быстро появляющихся и исчезающих.
— Прошу всех сесть, — приказал зашедший в класс учитель, разрушивший идиллию класса, создав в кабинете полную тишину.
Сев на своё место и достав учебники, Янлин на мгновение замер, увидев записку в своей парте, явно подброшенную сегодня до уроков.
«От кого это?» — удивился парень, уже получавший любовные послания, не сильно заботясь о том, кто их оставляет, поскольку у него не было времени и сил на свидания и отношения. Не то чтобы юноша этого сильно не хотел и не мог, просто в его жизни ещё не появлялся тот человек, которому он желал бы отдать свои чувства.
— Итак с этого дня в вашем классе будет учиться новый ученик. Он приехал из...
Янлин смотрел на записку в руке, думая, стоит ли открывать её или нет, но интерес взял верх, и парень принялся разворачивать небольшой конвертик в руке.
— ...надеюсь вы подружитесь. Прошу любить и жаловать...
Юноша начал читать записку: «Вчера ты был на высоте, впрочем как и всегда. Твои глаза прекрасней неба, а улыбка светлее солнца. Ты мне давно нравишься, с тех самых пор как»...
— Ян Юнксу.
Услышав имя, Янлин оторвал глаза от записки, не сразу узнав того, с кем он дружил четыре года назад.
— Юнксу... — губами повторил имя парень, смотря на стоящего парня у доски.
Юнксу очень изменился, и от вечно побитого и грязного ребёнка не осталось и следа. Юноша выглядел опрятно и даже слишком симпатично. Русые волосы парня стали светлее, то ли от краски, то ли сами по себе. Немного кудрявясь, они аккуратно были заплетены в хвост, а зачёсанная чёлка лишь придавала большее очарование лицу красавца в чёрных очках, из которых виднелись ярко-зелёные глаза, прямо смотрящие на Янлина.
— Ян Юнксу, как я вижу, у тебя не очень хорошее зрение, так что можешь сесть сюда, — предложи учитель, указывая на первую парту.
— Я бы хотел сидеть возле друга. Можно? — спросил новенький, продолжая пристально смотреть на Янлина, будто в классе помимо него больше никого не было.
— Ох. Так у тебя тут есть друг? Конечно, так куда ты хочешь сесть? — поинтересовался мужчина, по традиции освобождая новенькому лучшее место. Такие уж были у них правила в классе, дабы скорее помочь человеку освоиться в новом коллективе.
— Сюда, — указал парень на место позади Янлина, медленно проходя вперёд, пока не оказался в шаге от голубоглазого юноши. — Ну здравствуй, Янлин, — сияя улыбкой, Юнксу протянул другу руку, будто вспоминая их первую встречу, только теперь рука Юнксу не была грязной.
В руках Янлина всё ещё лежала записка, про которую он совсем забыл при виде появившегося старого друга. Выронив небольшой листок, парень потянул свою ладонь к юноше, пожав его руку, с такой же радостной улыбкой бросив:
— Здравствуй, я очень рад тебя видеть.
— Я тоже, — не снимая улыбку с лица, выдал парень, пожимая желанную ладонь, и будто не желая отпускать, но кашель учителя намекнул парням, что разговоры нужно отложить на потом, а сейчас начинается урок. — И больше мы никогда не расстанемся, — прошептал юноша, наклонившись над другом, отпустив руку и сев позади Янлина, который был счастлив вновь увидеть друга, даже не зная, что совсем скоро это счастье обернётся против него.