Часть 2. «Я никогда тебя не оставлю».
Как и обещал Янлин, он занялся обучением своего нового друга и был крайне удивлен узнав, что давно не посещавший школу мальчик оказался очень даже способным и умным, запоминая все фактически идеально.
Янлин дал ему пару книг, которые тот, быстро прочитав, обсуждал со своим новым другом. Так пролетело три месяца. Хоть Янлин и считал Юнксу другом, но всё ещё хранил их общение в секрете, потому ни родители, ни друзья не знали с кем водится их близкий человек в свободное время.
Янлину нравилось проводить время с Юнксу, хоть они и были разные по социальному статусу. Юноша воспринимал бедного паренька как младшего брата, хоть тот и был старше его на год. Ребята болтали, вместе делали домашнее задание Янлина и просто дурачились, как обычные дети. Все было бы замечательно, если бы не синяки на теле Юнксу, которые не успевали заживать до появления следующих, более ярких и заметных.
Когда Янлин решил задать вопрос о детском доме, Юнксу противился, говоря, что лучше уж так, чем там, ведь он уже успел пробыть в таком месте немало времени, и оно было даже хуже, чем тюрьма...
Больше парни не затрагивали эту тему, но видеть покалеченного и неопрятного друга, будто тот жил на улице среди таких же беспризорников, было трудно. Смотря на паренька, с аппетитом поедающего сладости, которыми его практически каждый раз угощали, Янлин долго думал, прежде чем все же предложить:
— Не хочешь пойти ко мне в гости?
Дом Янлина был большим и уютным. На первом этаже располагались кухня с фасадом из мрамора, большая гостиная с камином, туалет, ванная и спальня родителей. На втором этаже были кабинет отца, комната Янлина, туалет с ванной и гостевая комната. Вокруг частного дома семьи Сунь располагался большой забор, не дающий посторонним войти внутрь, а за ним находился небольшой сад, совсем маленький, но растущие там цветы сразу же привлекли внимания гостя, остановившегося на пороге подышать благоуханием неизвестных ему растений.
— Это кустарные розы. Моя мама высаживает их каждое лето, — пояснил парень, видя с каким искренним любопытством Юнксу смотрит на, казалось бы, обычные цветы.
Проходя в дом, Янлин попросил юношу разуться и сразу же забеспокоился тому, что его обувь выглядит слишком поношенной и рванной, не говоря уже о грязных ногах, которые точно оставят следы на белом паркете.
— Знаешь, обычно, когда я прихожу с улицы, то принимаю душ. Давай я проведу тебя в ванну? — подложил парень и, не дождавшись ответа, повёл друга в душ, объяснив что и где брать и дав чистое полотенце.
Пока Юнксу принимал ванну, хозяин дома принялся мыть черные следы на полу, не желая, чтобы родители их заметили. Мама предупредила сына, что задержится до девяти на работе, а отец уехал в командировку, потому точно не увидит того, кого его сын привёл домой.
Закончив с полом, Янлин снова бросил взгляд на рваные кеды друга и, не долго думая, выкинул их в мусор, достав из своей полки новые кеды, которые ещё ни разу не надевал. Это был его подарок на окончание шестого класса. «Ничего, у меня ещё есть несколько пар, а у него ни одних», — твердо решил мальчик, также взяв две футболки и пару шорт, пройдя в ванную.
— Юнксу, ты закончил? — постучался юноша в дверь, после чего приоткрыл её, увидев обнаженного друга, смотрящего в большое зеркало.
Янлин замер на месте, случайно выронив принесенные вещи от увиденного обнаженного тела, и дело было вовсе не в смущении. На теле Юнксу и впрямь не было живого места, а на правом боку виднелся очень большой и свежий кровоподтёк.
Увидев пришедшего, парень слегка замялся, прикрывая своё достоинство белым полотенцем, которое уже не было чистым. «На сколько же он был грязный...» — подумал Янлин, видя темные пятна на уже сером полотенце.
— Я принёс тебе чистые вещи. Они совсем новые, так что прими, — подняв с пола уроненные шорты и футболки, протянул их своему другу парень. Юнксу слегка помешкал, но все же взял одежду, сделав небольшой поклон.
— А вдруг я их испачкаю? — тонким голоском спросил парень, держа в руках вещи, но не решаясь их надеть.
— Вещи часто пачкаются, что тут такого? И тем более я их тебе подарил, так что они твои. Можешь делать с ними всё, что захочешь, — проговорил Янлин, положив также мазь с новыми пластырями на раковину, и вышел из ванны. — Переодевайся, помажь синяки и иди на кухню.
Дверь в ванную комнату закрылась, как и глаза Янлина, пытающегося сдержать дрожь в теле. Юнксу стал юноше дорогим другом и, зная, как каждый день страдает твой друг, ты волей неволей будешь переживать, поэтому Янлин сильно волновался, решив рискнуть и набрать номер мамы.
— Новый друг? — удивилась женщина на другом конце провода.
— Да, я пригласил его к себе и нам так весело, что мы решили устроить ночёвку. Можно? — спросил юноша, слыша не совсем довольный голос матери.
— Не знаю, милый... Вы с ним давно дружите? Что-то я его не помню. Как говоришь его зовут?
— Уже три месяца. Ну пожалуйста, мам, можно Юнксу останется? Обещаю, мы не будем шуметь, — жалобно просил парень свою мать разрешить Юнксу переночевать сегодня у них, и после нескольких минут разговора женщина всё же сдалась.
— Только отцу своему не говори. Знаешь же, что он не любит посторонних людей в нашем доме.
— Конечно, спасибо, мам, люблю тебя.
— И я тебя. Закажите что-нибудь вкусненькое и угости своего друга.
— Хорошо, — непонятно кому кивнул юноша, положив сотовый, радуясь тому, что хоть один день Юнксу проживёт в комфорте, без избиения, как вдруг услышал шорох. Резко обернувшись, паренёк увидел своего друга стоящего в дверях, но не входящего внутрь. — Как тебе одежда? Подошла? — спросил парень, в ответ получив лишь кивок. — У меня хорошие новости, ты сегодня ночуешь здесь.
— З... здесь? — вылупил глаза Юнксу, помотав головой. — Я... я не могу. Мне нельзя и...
— И что будет, если ты останешься? — выдал Янлин, подойдя к юноше. — У тебя очень сильные раны на теле. Если ты пойдёшь домой, тебя снова побьют. Так, не лучше хотя бы сегодня побыть вне дома? — проговорил юноша, и впрямь не понимая, почему Юнксу так забеспокоился.
— Хо... хорошо, — неуверенно выдал парень, перебирая пальцы на руке, явно находясь в напряжении из-за непривычной, но уютной обстановки.
— Мама разрешила заказать что-нибудь на вечер, а пока можем поесть то, что она вчера приготовила. Идём. — Взяв юношу за руку, повёл его за собой Янлин, не видя, как тот перестал дрожать, стоило пареньку прикоснуться до него своей мягкой ладонью.
Каждый уголок дома Сунь Юнксу осматривал как нечто удивительное и невообразимое. Друзья поели запечённое мясо с овощами, и, видя, с каким аппетитом гость буквально поглощает еду, Янлин предложил ему добавку, сказав, что вечером их будет ждать десерт, который он уже заказал.
Показав другу дом, юноша отвёл его в свою большую комнату, при виде которой было понятно, почему Янлин не знает горя. Комната парня была в двое больше, чем весь дом Юнксу. Там было много всего: книжный шкаф, огромный ящик игрушек и комиксов, личная гардеробная, компьютерный стол и всё то, что должно быть у ребёнка, родители которого не чают души в своём чаде. У Юнксу такого никогда не было.
Немного осмотревшись и поиграв, парни услышали, как входная дверь дома открылась, от чего Юнксу сжался, будто данный звук вызывал в нём чувства страха. Янлин сразу заметил, как его друг побледнел, и потому поспешил успокоить его:
— Не переживай, это всего лишь моя мама. Пойдём, я представлю вас, — позвал парень своего друга за собой, выходя из комнаты.
— Сынок, я дома, — прозвучал нежный и добрый голос.
— С возвращением, мама! — весело прокричал юноша, утонув в родных объятиях, каждый день чувствуя данные прикосновения родного человека.
Стоя на лестнице между первым и вторым этажом, Юнксу смотрел, как мать с сыном нежно прижимаются друг к другу, не испытывая боли, страдания и страха.
Светлая картина вспышкой сменилась темной, в которой пьяная женщина поднимает кулак на своего сын, дабы выпустить накопившийся пар на том, кто не сможет дать отпор.
— Юнксу, познакомься, это моя мама, мама, а это...
Юноша вновь моргнул, видя, как нетрезвые родители ругаются, разбрасывая мусор и разбивая пустые бутылки по дому.
— Очень приятно познакомиться с тобой, ты...
Женщина кричит на Юнксу, мужчина бьёт его по лицу, затем сильно ударяет куда-то в бок. Парню больно, но он молчит. Он знает, что если закричит, будет больнее.
— Юнксу?
Ему больно. Страшно. Одиноко. Юноша смотрит в грязное окно, видя, как его одногодки весело бегут по улице, смеясь и болтая между собой, пока он сидит в луже собственной мочи, не в силах дойти до туалета.
— Юнксу! — Парень раскрыл свои зелёные глаза, увидев напуганного друга, смотрящего на него с переживанием. — С тобой всё нормально?
— Я... я просто... — Парень открывал рот, но оттуда с трудом выходили односложные слова, и вдруг Янлин вздрогнул, увидев, как из грустных глаз друга начали течь слёзы.
— О ужас, что с тобой? — удивилась женщина, не понимая неожиданной реакции ребенка и почему его лицо, руки и тело все в пластырях.
— Мы просто только что посмотрели грустный мультик, вот Юнксу и не может от него отойти. Он очень ранимый, мам, — прикрыл друга парень, понимая, как мать может неправильно всё понять.
А точнее, понять всё правильно.
— Что же это за мультик такой? — вновь удивилась женщина, но до того как сын смог ей ответить, в дверь дома постучались. Мать пошла открывать, как оказалось, курьеру, в то время как Янлин схватил друга за руку, поведя его в ванную, чтобы тот умылся и смог привести себя в порядок.
— Что случилось? Почему ты так внезапно начал плакать? — стоя возле друга, спросил мальчик, ведь за все три месяца Юнксу ни разу не плакал, а тут так неожиданно...
— Янлин...
— Да?
— Янлин...
— Что такое? — ещё сильнее напрягся парень от своего повторяющего имени.
Вдруг Юнксу резко прижался к другу, крепко сжимая его в своих объятиях. Казалось, что он хочет его задушить. Янлин удивился, не зная, что нашло на русоволосого и что с ним в принципе произошло в тот момент, но после принял объятия, мягко поглаживая парня по спине.
— Янлин...
— Всё будет хорошо, не плачь, — проговорил парень, не понимая, в чём дело, но переживая за друга.
— Не... не бросай меня... пожалуйста, не бросай... — попросил Юнксу, тело которого начало слегка трястись.
— Не собираюсь я тебя бросать. Ты же мой друг, а друзей не бросают! — твердо заверил брюнет, осторожно отстраняясь от друга, чтобы посмотреть ему в глаза. — Юнксу, тебе не нужно переживать о таком. Я никогда тебя не брошу, — выдал парень, салфеткой вытирая слёзы друга с его лица. — Ты из-за этого заплакал? Если ты будешь плакать, то я тоже заплачу.
— Не надо... — покачал головой юноша, прекратив плакать.
— Тогда больше не плачь по пустякам, — улыбнулся Янлин, открыв двери в ванную. — Идём есть пирожные.
— Да... — Ощущая учащённое биение в груди и новое чувство в сердце, искренне улыбнулся парень, впервые за долгие годы своей жизни. — Идём.
***
Съев вкусные десерты и пожелав маме спокойной ночи, Янлин повёл друга в комнату, но, будучи уже в дверях, услышал, как мать позвала его на разговор вниз.
— Я сейчас приду. Можешь пока делать тут что хочешь, — неуверенно улыбнулся голубоглазый, прикрыв двери.
Оставшись в одиночестве, Юнксу ощутил тяжесть на сердце. Он всегда её ощущал, но когда находился с Янлином, это чувство проходило так же быстро, как и появлялась, стоило тому уйти. Медленно проходясь по комнате, парень остановился, увидев полку с фотографиями, на которых был изображен его Янлин с родителями и друзьями в разных городах и странах. Люди на фотографиях выглядели такими счастливыми, и, долго смотря на них, юноша вдруг подумал:
— «А что было бы с Янлином, если бы их всех не стало?».
Испугавшись собственных мыслей, парень покрутил головой, пройдя к мягкой постели, чувствуя на ней легкий запах своего друга.
Немного подумав, юноша лёг на кровать, впервые лёжа на чём-то столь мягком и приятном. Юнксу чувствовал запах друга, ощущал его на себе, знал, что он спал тут вчера ночью.
— Янлин... — прошептал парень, прикрывая глаза.
Поднимаясь на второй этаж, парень чувствовал себя паршиво после разговора с матерью. Женщина была крайне удивлена и зла, обнаружив в мусорном ведре грязную, порванную одежду и старую, изношенную обувью. Мать не была глупой и сразу догадалась чьё это имущество. Кроме грязных тряпок, женщину так же смутил вид нового друга сына, и, видя его раны, она была в ужасе от того, кого же её ребёнок привел в их дом.
— Уже поздно, так что пусть остаётся, но что бы больше его здесь не было, — строго проговорила женщина, так же узнав одежду своего сына на чужом ребенке.
— Мам, он правда хороший, но...
— И общаться с ним прекращай. — Женщина говорила очень строгим голосом, что означала её серьёзность. — Сынок, я делаю это для твоего же блага. Представь, что сказал бы отец, увидев, кого ты притащил. — Сморщила лицо красивая женщина, но её сын не понимал, что в Юнксу такого плохого, что от него все нос воротят.
— Ты сама говорила, что надо помогать людям в беде, — проговорил юноша, смотря в пол и не зная, что ему делать. Янлин не хотел прекращать общаться с Юнксу, тем более сегодня он пообещал ему, что не бросит, но и пререкаться с родителям он не мог.
— Да, говорила, но это относится к другому типу людей.
— А к какому относится Юнксу? — сжал кулаки парень, впервые злясь на мать за её пренебрежительные слова.
— К неблагополучному, — выдала мать, бросив тяжелый взгляд на сына. — Разговор окончен. Ты меня услышал? — спросила женщина, видя, что сын молчит, потому подошла ближе, строго бросив: — Янлин?
— Услышал, — сдался мальчик, не в силах противостоять матери.
— Вот и хорошо, — выдохнула женщина, не привыкшая повышать голос на сына. — Милый, прошу, не сердись на меня. Это все ради тебя. Я правда беспокоюсь, поэтому прошу, прислушайся к моим словам, ладно?
Паренёк кивнул, после чего ушёл в комнату по приказу матери, чтобы взять постельное и спать в зале, а не с другом. С потерянным видом открывая дверь, не зная, что и как сказать Юнксу, Янлин увидел, что тот мирно спит в его кровати, скрутившись в комочек, прям как котёнок.
«Так быстро уснул. Интересно, это из-за усталости или потому, что здесь удобней, чем у него дома?» — задумался парень, выключая свет в комнате и тихо беря из шкафа постельное.
«Не бросай меня, пожалуйста!» — вспыхнули слова друга в голове, и, вновь бросив на него взгляд, он тихо прошептал:
— Не брошу.
***
Утром юноши позавтракали и вышли из дома под пристальным взглядом женщины, уже будучи не так вежлива с Юнксу, как вчера. Янлин видел напряженность матери, а вот его друг, казалось, не замечал в настроении женщины ничего плохого.
Идя по тропинке в тишине, Янлин продумывал, как им теперь общаться с Юнксу, чтобы родители не догадались. С одной стороны, мама может в любой момент позвонить сыну и попросить дать телефон другу, но если юноша будет говорить, что находится в одиночестве, то мать может что-то заподозрить и тогда...
— Спасибо, что пригласил меня в гости. Мне очень понравилось у тебя, — прервав размышления Янлина, улыбнулся паренёк, и только юноша хотел ответить, как вдруг позади услышал знакомый голос.
— Янлин?
Двое парней обернулись, увидев Шучана и Чуанла оценивающих того, кто стоит возле их друга. Хоть Юнксу был переодет в чистую одежду и вчера помыт, но ссадины на его лице, ногах и руках сдавали то, что с этим парнем что-то не так.
— Это он? — спросил Чуанли у рядом стоящего друга, на что тот кивнул, а вот Янлин не понял, о чем они.
— Янлин, идём в школу, — сказал Шучан, попытавшись взять друга за руку и отстранить от неопрятного парнишки, но юноша резко дернулся, не дав себя поймать.
— Я сначала провожу друга, а потом приду. Идите вперёд и...
— Нельзя! — неожиданно вскрикнул Чуанли, удивив этим друга. — Этот мальчик плохой, мне отец так сказал!
— Моя мама тоже показала фото, в котором он роется в мусоре, — скривил лицо Шучан, смотря на Юнксу, опустившего свою голову.
Янлин быв в шоке от услышанных слов друзей. Как они могу так оскорблять человека, которого даже не знают? Почему они говорят о нём плохие слова, даже ни разу не говорив с ним? Парень злился на друзей и родителей, не понимая, как те могут быть такими бездушными по отношению к живому человеку.
— Юнксу, идём, — взяв паренька за руку, выдал юноша, игнорируя друзей, как вдруг почувствовал, что в его рубашку вцепилась рука Шучана.
— Не иди с ним, иначе я позвоню тётюшке! — бросил угрозу парень, уже раз сдавая друга ради его же блага. Так он говорил.
Шучан был ещё тем правильным мальчиком, идя по струнке родителей. Как-то раз они с Янлином гуляли, и юноша захотел чего-то попить и, не глядя купив что-то в магазине, понял, что это был энергетик. Такое пить им запрещали, но юноша решил, что от одного раза ничего не будет. Тем же вечером Шучан сразу же сказал родителям друга о том, что он пил, и Янлину провели долгую и изнурительную беседу о вреде энергетиков на организм. Шучан оправдывал свои действия тем, что парень мог подсесть на плохие напитки, и он желал лишь помочь, но для Янлина стало ясно, что доверять другу секреты не самая лучшая затея.
— Ну и говори. Не друзья мы тогда с тобой больше! — бросил парень, слегка толкнув друга. Этим он разозлил его, от чего тот так же упёрся руками в грудь Янлина, толкнув его ещё сильнее, после чего Янлин упал.
— Янлин! — забеспокоился Юнксу, до этого будучи совершенно спокойным, но, увидев как бьют друга, побледнел.
— Ребят, вы чего... — не знал какую выбрать сторону Чуанли, впервые видя друзей в ссоре.
— Дурак ты, Янлин! — фыркнул Шучан, обидевшись на друга, после чего пошёл прочь, а за ним и Чуанли.
Встреча с друзьями оставила после себя горькое послевкусие разочарования у парня, думающего, что эти двое — его друзья, но сейчас усомнившегося в этом.
— Янлин, ты в порядке? — всё ещё сидя возле юноши, волновался Юнксу, и, видя его беспокойство, парню стало немного легче за то, что хоть один настоящий друг у него всё же есть.
— Да, не беспокойся об этом. — Встал на ноги Янлин, как вдруг Юнксу поднял его руку, широко раскрыв глаза. — Чт...
— Кровь, — бросил парень, глаза которого будто горели огнём. Янлин впервые видел друга таким... Устрашающим? Да, именно таким сейчас был безобидный парень с горящими злобой глазами.
— А, пустяки, — увидев на своём локте кровь от падения, улыбнулся юноша. — Пойдём, я провожу тебя до дома и пойду в школу.
Юнксу некоторое время постоял будто в трансе, всё так же смотря на локоть друга, но после кивнул с опущенной головой идя туда, куда желал бы никогда больше не возвращаться.
***
Школьный день прошёл тихо и напряжённо. Фань Шучан и Хань Чуанли кидали на друга злые взгляды, но и тот не собирался мириться с ними, будучи уверенным в своей правоте. На третьей перемене к парню подошёл Чуанли, вновь попытавшись сказать, что с тем парнем не стоит иметь никаких дел, но в итоге он получил лишь полное игнорирование.
С одной стороны, друзья и впрямь не желали Янлину ничего плохого, но с другой, были копией своих предков, размышляя о том, что есть правильные люди, а есть неправильные. У Янлина не было таких разделений, и он всех считал правильными, просто у кого-то сложная судьба, а у кого-то лёгкая.
После дополнительных занятий идя домой, парень вспоминал о том, как напряженно выглядел Юнксу, стоя у двери своей квартиры. Дом, в котором жил бедняга, был старым многоэтажным зданием. «Настоящий муравейник», — подумал Янлин, даже не желая входить к другу, но ещё больше не желая его туда отпускать.
Янлину некуда было забирать своего друга, потому пришлось лишь попросить быть осторожным и пойти на занятия, видя, что юноша напряжён и обеспокоен входить внутрь.
«Может, не стоило его оставлять? Сегодня он наверняка снова будет сильно побит», — думал про себя паренёк, но, не увидев друга на его обычном месте, вздрогнул, а его беспокойство стало ещё сильней.
Мешкая и думая, что же могло случиться, Янлин всё же решил пойти к другу домой и посмотреть в глаза тому, кто смеет так сильно издеваться над бедным ребёнком.
Вечером старый многоквартирный дом выглядел ещё более мрачным, нежели утром. Грязь и мусор на лестничной площадке так и кричали юноше «Беги», но он не мог этого сделать, чувствуя ответственность за друга.
Подойдя к двери, у которой сегодня оставил Юнксу, Янлин замер, ведь в квартире слышался громкий крик, заставляющий тело парня замереть.
— Грёбанный кусок дерьма, да как ты смеешь?!
Удар.
— Гадёныш мелкий.
Крик.
— Ублюдок!
Удар.
Юнксу уже привык к боли, потому принимал её без криков, но сегодня отец был не просто зол на сына, а находился в настоящем гневе, ведь тот посмел прийти домой в чистой одежде, вместо того, чтоб продать её и купить им выпивки.
— Чёртова скотина, да как же ты меня бесишь! — кричал небритый мужчина очень большого телосложения, с пивным животом и русыми волосами, в некоторых местах уже выпавшие из-за образа жизни. — Лучше бы ты вообще не рождался!
Юнксу тоже так думал. Лучше бы он никогда не рождался, тогда ему не пришлось бы так страдать. Не пришлось бы жить в этом сарае, который больше напоминал свалку, чем квартиру. Не пришлось бы питаться объедками в мусоре, чтобы выжить. Не пришлось бы каждый день получать новые раны из-за проблем своих родителей.
Юнксу всегда мечтал не рождаться. Мечтал до того момента, пока в его жизни не появился Янлин, дарующий парню надежду, что его жизнь имеет хоть какую-то ценность. Без Янлина мальчишка уже и не представлял своей жизни. Янлин за столь короткий срок стал для Юнксу всем миром. Единственным миром, где бедному парню было хорошо и тепло. Где он мог хоть на чуть-чуть забыть о том, что происходит дома каждый день.
— Долбанная сука, — бросила мать пустую бутылку в стенку возле своего избитого сына.
Юнксу чувствовал, как пару осколков попало в его тело. Ему не было больно, а может, и было, но он уже настолько привык к этому, что вовсе перестал замечать.
— Иди принеси нам пива, иначе... — мужчина замолчал, а, почувствовав сквозняк, Юнксу вздрогнул, увидев в дверях их маленькой квартирке своего спасителя от бед мирских.
— Ты ещё кто такой? Чего надо? Что забыл тут? — бросила пьяная женщина, думая закрыть двери перед Янлином, но парень резко отскочил, желая поскорее забрать друга из этого гадюшника и отвести в приют.
И пусть Юнксу не хочет туда идти из-за печального опыта, но Янлин уговорит его. Он поможет ему и будет навещать так часто, насколько сможет. Он сделает всё, лишь бы дорогой друг ушёл от этих мерзких людей.
— Ян... лин... — с подбитым глазом и разбитой губой пробубнил парень, не веря, что его дорогой человек сейчас здесь, в этом проклятом доме. Янлин был слишком чист, чтобы вступать в столь грязное место, но он вступал и делал это ради...
— Юнксу, мы уходим, — подошёл к другу юноша, пытаясь помочь ему встать, как вдруг парень ощутил, как его резко взяли за руку и бросили в стену.
— Янлин! — крикнул Юнксу, увидев, как с головы его друга пошла кровь.
— Мелкая зараза, чего он о себе возомнил?! — закричал мужчина, ударив юношу ногой по животу, а затем ещё и ещё...
Слышать то, как самый дорогой на свете человек воет от боли, было невыносимо больно. Ещё никогда в жизни Юнксу не было так больно.
— Не трогай его! — закричал парень, бросившись на отца, но тот легко отпихнул от себя слабого ребёнка.
— Ты будешь следующий, — бросил мужчина, желая продолжить избиение незнакомого парня, ненавидя его уже за то, что он выглядит опрятней, пахнет лучше и в свои двенадцать, наверное, намного образованней и умнее его. Мужчина ненавидел таких людей, завидуя им и зная, что никогда не был и не станет таким же.
Янлин впервые был избит. Его телу впервые так сильно навредили. В голове все плыло, а по телу шла дрожь из-за страха, что пьяный мужчина сейчас убьет его. Юноша с ужасом смотрел на насильника, так долго избивавшего своего сына, а сейчас желающего убить его в пьяном угаре. Янлин уже почти прикрыл глаза, чувствуя, что мужчина вновь собирается продолжить свои действия, как вдруг на лицо парня хлынула кровь, фонтаном плеснувшая из горла насильника.
Понимая, что силы не равны, а дорогой человек в опасности, Юнксу сам не понял, как нащупал в своей руке осколок разбитой бутылки и крепко сжал его в своей руке, игнорируя то, как он вонзается в кожу. Всё происходило словно во сне. Раз, рука юноши поднялась. Два, и осколок оказался прямо в горле ненавистного мужчины. Три, и его отец упал, начиная харкать кровью.
Юнксу не испытывал никакой жалости или сострадания к мужчине, к которому тут же подбежала женщина, пытаясь остановить кровотечение. Попал прямо в артерию. Медленно сделав пару шагов, парень оказался возле дорогого человека, смотревшего на него ужасно испуганными глазами.
— Янлин... — услышав своё имя и, ощущая, как окровавленная рука осторожно легла на его щеку, юноша сжался. — Ты... — Юнксу был белым, как мел, беспокоясь за самого ценного человека на свете, и Янлин это чувствовал, потому что уже боялся не за себя, а за него. — Ты в порядке? — последнее, что услышал парень, потеряв из-за сильных ударов сознание.