Мальчик, который не читал сказок [L.S.]

  После просто ужасного обеда иду на последний урок - биологию. Учитель у нас очень своеобразный: опоздаешь - весь урок на тебе. И в самом-то деле никто не хотел его вести, так как мистер Джонс (учитель) вечно вставлял свои колкие фразочки, стоит перепутать лейкоцитов с лимфоцитами (я так до сих и не вижу между ними разницы). В общем, полный кошмар, если ты ещё и домашку не сделал. Кстати говоря, это второй урок, который является совместным у меня и Стайлса. Я вспомнил об этом только тогда, когда увидел его мрачную рожицу, сидящую перед моей партой. Кажется, урок будет очень веселым и насыщенным.

– Приветствую вас, ребята. Сегодня мы будем проходить такую сложную тему как «Обмен веществ». Кто может сказать, что это такое? – начал Джонс, оглядывая класс. Он явно смотрел, есть ли опоздавшие, прищуривая свои мерзкие глазёнки.

– Обмен веществ или метаболизм – это саморегулируемая система всех химических реакций в живом организме, необходимая для поддержания жизни, – позади слышится хриплый голос. И почему Лиам сказал мне, что у него хорошее настроение сегодня, если это не так? По его лицу это не заметно. Может что-то произошло?

– Верно, мистер Стайлс. А кто может сказать, на какие составляющие делится метаболизм? – он заткнется или нет? Эта тема интересна только Гарри и Джонсу. Всем остальным просто плевать.

– Катаболизм и анаболизм, – слышу свой голос и отрываю взгляд от учебника. Правильно?

– Хорошо, мистер Томлинсон! Может вы знаете, что это обозначает? – мне кажется, он сейчас в штаны навалит от счастья. Читаю ему определения из учебника и замолкаю на весь урок, так как нахожу более важные занятия (например, наблюдение за биологическими особями женского пола, находящимися в этом классе).

    Слышу звон, оповещающий о том, что урок закончился, и срываюсь с места, направляясь к выходу. Мы с Найлом договорились пойти вместе, так как, оказывается, он живёт почти напротив меня – парой домов дальше. Это единственное действительно удачное стечение обстоятельств в моей жизни. Уже иду по коридору, забрав все необходимые вещи, как слышу сзади шаги, а затем громкий возглас:

– Почему ты не пришёл? – голос звучал отчаянно и побито. Я разворачиваюсь, чтобы понять, кому он это сказал. Теперь  я вижу его более отчетливо. И выглядит он хуже меня, если честно: щетина по всему лицу, уставшие глаза и ссутуленные плечи. Что происходит? Ещё раз оглядываюсь, потому что действительно не верю в происходящее, но в коридоре нет ни души. Он точно обращался ко мне.

– Что ты имеешь в виду? Куда не пришёл? – подхожу ближе к нему, так как между нами достаточно большое расстояние. Он не двигается с места.

– Я написал тебе сегодня утром. Я ждал тебя весь ланч, но ты так и не появился. Нам нужно поговорить, Лу. Правда нужно, – что стало не так с этим парнем? Я будто вижу ту самую обратную часть его. Ведь он всегда был позитивным и уверенным в себе, а сейчас все с точностью наоборот. Как будто он даже побаивается меня, что ли.

– Не называй меня так. Ты потерял это право, когда ушёл тогда из кафе. Что происходит с тобой, черт возьми?! – я хотел сказать совершенно другое, хотел спросить о том, как он себя чувствует, что не так, но, как всегда, мой язык играет сам за себя.

– Я...Прости, Лу...Луи. Мне очень жаль, что я сказал так. Это было ужасно некультурно, – он опустил голову и всячески избегал моего взгляда.

– Как ты? В порядке? Ты выглядишь так, будто тебя переехал поезд, и ты забыл после этого переодеться. Что случилось? – кладу руку на его плечо, так как мне очень не нравится его состояние.

– Это уже не важно, – лишь на секунду поднимает глаза и снова их опускает. – Мы можем поговорить? Мне есть, что сказать тебе.

– Да, конечно. Когда?

– А сейчас нельзя?

– Извини, я очень тороплюсь, приятель. Ты свободен вечером?

– Да, вполне, – кажется, я немного поднял ему настроение, лишь чуть-чуть, почти незаметно.

– Отлично. Приходи ко мне. Мама как раз записалась на приём к врачу, а сестры...Ну, они нам не помешают, – выпрямляюсь, убирая руку.

– К семи?

– К семи. Будет отлично, – улыбаюсь ему, чтобы как-то подбодрить. И почему я чувствую себя виноватым в том, что ему плохо? Я ведь не сделал ничего плохого. Я же не знал, что он Н. Хотя было не сложно догадаться. Это ведь первая буква в имени  Гарри.

   Я прощаюсь с ним, мысленно убеждая себя, что с ним все будет в порядке, и иду к выходу, готовясь к разговору с Найлом. Этот паренёк хочет, чтобы я научил его игре в футбол. Он никогда не играл в него, представляете? Вот умора!

– А вот и ты! Парни давно ушли и сказали мне, что у тебя прокладки закончились, и ты пошёл искать их у девочек. Я подумал, что это надолго и собирался уже идти за кофе, как вижу тебя, – он лыбится, опираясь о перила крыльца и крутя в руках телефон.

– Это шутка дня, что ли? Она давно исчерпала себя. Они не придумали ничего нового? Странно. В любом случае, пойдём, я буду надирать тебе зад в такой замечательной игре, как футбол, – зазываю его рукой и веду по направлению к школьному полю. Найл уже достал из рюкзака какой-то сандвич и начал его поедать, снова разрывая мои уши своим чавканьем.

– Ты когда-нибудь не ешь? Мне кажется, твой метаболизм слишком уж быстрый, – непроизвольно вспоминаю сегодняшний урок биологии.

– Луи, какая тебе разница? Или ты хочешь перекусить? У меня еще есть в запасе парочка. Будешь? – он хлопает по рюкзаку, смотря на меня со смешинкой в глазах.

– Нет, спасибо, – ещё чего.

– А если честно, где ты столько пропадал?

– Я...Разговаривал кое с кем. 

– О, как много информации ты выдал, Томлинсон, – снова откусывает от своего сандвича.

– Ладно. Этот человек был моим другом и довольно-таки хорошим, но недавно мы...поругались, потому что я, как последний мудак, кинул его и очень сильно оскорбил, а когда решил все исправить, было уже поздно, – быстро тараторю я и также резко замолкаю, не смотря на ирландца

– И что теперь? Вы же разговаривали. И ты не выглядел раздражённым или злым, когда вышел, – было видно, что я его озадачил.

– Ну, в последнюю нашу встречу он послал меня нах*й и сейчас извинялся за это. Сегодня вечером он хочет поговорить со мной насчёт...всего этого дерьма.

– Звучит разумно, – хмыкает.

– Да, я знаю, но...

– Что? Неужели больше не хочешь дружить?

– Хочу. Мне просто как-то неудобно с ним разговаривать, понимаешь? После всего, что мы наговорили друг другу. Не может же это просто стереться из памяти?

– Ты слишком много думаешь, Томмо. Все будет отлично, если вы оба хотите этого. Ваши отношения наладятся, и скоро ты бросишь меня, чтобы проводить все время с ним, поэтому давай, научи меня уже своему футболу, мистер Всезнайка!

   Он заливается хохотом, отбивая мяч в сторону ворот и бежит к нему, подавая мне после. Так мы играем ещё какое-то время, пока окончательно не лишаемся сил. Признаюсь, этот маленький засранец с ирландским акцентом очень сильно расшевелил мои мозги и направил на тот путь, по которому мне и следовало идти. Я не должен слишком зацикливаться на Гарри и наших с ним отношениях. Пусть все плывет по течению. Почему-то мне кажется, что именно сегодняшний вечер все решит.

Дома на меня напали близняшки, подбежав со спины. Они прыгнули на меня и повалили на пол, так как к своим шести годам достаточно подросли. Следом за ними выбежала Шарлотта, держа в руках различные игрушки девочек.

– Дейзи, Фиби! Вы так поломаете ему что-нибудь, – она тоже была ещё такой маленькой, но вечно пыталась управлять своими младшими сёстрами, когда меня не было.

– Все хорошо, Лотти. Я справлюсь, – улыбаюсь ей, ероша волосы на голове. Она морщится и звонко смеётся, заставляя меня улыбнуться.

– А где Фелисити?

– Она на нас обиделась и пошла в твою комнату, чтобы поиграть там. Она взяла мою любимую куклу, Лу! – жаловалась Лотти, зло топая ногой в конце.

– Хорошо. Я с ней поговорю, ладно? Фиб, Дей, давайте-ка слезайте и идите играть. У меня есть дела, – пытаюсь казаться серьезным, хотя вся ситуация действительно смешная. И такое каждый день. Хорошо, что девочки так разбавляют мою жизнь – всегда есть время, чтобы отвлечься от проблем повзрослее.

Я скидываю с себя куртку, разуваюсь и поднимаюсь в свою комнату, заведомо готовясь к длинному и серьезному разговору. Серьезному с точки зрения детской психики. Открываю дверь и захожу. Она валяется на моей не заправленной кровати, болтая ногами в воздухе и крутя в руках куклу. По ее грустному личику видно, что что-то в жизни пошло не так и это порядком подбило ее крылышки.

– Хэй, как жизнь? Ты меня ждала? – лучше притвориться, что я ничего не знаю.

– Привет, Лу, – тянет она, садясь. – Лотти снова командует! Как будто она здесь самая главная. Скажи ей, что она не права.

– Что случилось, детка? Она тебя обидела? – сажусь рядом, притягивая к себе. Она подползает ближе и кладёт голову мне на грудь, прижимая свои маленькие ручки ко мне.

– Да! Она сказала мне заправить мою постель и убрать игрушки, но ведь Фиби и Дейзи тоже играли в комнате, почему они не могут убирать со мной? Я не хочу убирать все сама, – ей было обидно из-за такой несправедливости настолько, что из глаз едва-едва не катились горючие слезы, а речь превращалась в быструю скороговорку.

– Мы разберёмся с этим, хорошо? А сейчас ты должна помириться с сёстрами, потому что вы не должны ссориться. Нам нужно всегда держаться вместе. Мы же семья, верно?

– Да, Лу, – она пристыжено опускает голову, а следом легко выпархивает из комнаты, оставляя после себя слабый поток воздуха, похожий на ветер.

    Вплоть до самого вечера я провожу время с девочками, которые с каждой минутой становились все активнее и активнее. Мама забежала домой лишь на минуту, взяв какие-то документы, а после снова ушла, чмокнув девочек на прощание. Мне она сказала что-то вроде:

– Луи, ты за старшего, так что... Господи, ты и так знаешь, что делать, но все равно напомню тебе о ещё одном правиле: никаких девушек в доме. Ясно тебе?

– Мам, ну я же не совсем конченый идиот, чтобы приводить кого-то тогда, когда девочки не спят! — возмущаюсь.

– Мало ли что. От тебя и не такого ожидать можно, – она в последний раз строго смотрит на меня и скрывается за дверью. Закатываю глаза. Она всегда так.

Ну, а потом в дверь позвонили. Я понял, что это мой гость и пошёл открывать. Вот только на пороге дома стоял совершенно другой человек – Зейн.

– А ты чего здесь делаешь? – я, честно говоря, вообще не ожидал его здесь видеть.

– Как что? Мы хотели вместе посмотреть матч, помнишь?

– А, точно, – что-то смутно припоминаю, впуская его внутрь.

Пакистанец без стеснения проходит в гостиную и усаживается в кресло, переключая каналы ТВ. Я уже и не удивляюсь. Но...

Ладно. Сейчас должен прийти Гарри. Он же обещал, так? Точнее, мы договорились о встрече.

– Томмо, а у тебя поп корна не будет? – слышу приглушённый крик Малика, когда сам нахожусь на кухне.

– Подними свою ленивую задницу и иди сюда. Откуда я знаю? – кричу в ответ. Девочки визжат в комнате Лотти, играя с чем-то. Неужели они меня оставили? Я думал, такого не произойдёт никогда. Надо почаще оставаться дома по вечерам, но что же делать, когда устраивают такие классные вечеринки?

Я полностью переключился на Зи, пока он готовил себе поп корн. Мы успели зарубиться в FIFA. И никого не было. Никто не звонил в дверь. Никто не хотел попасть в этот дом. Все было тихо и мирно.

– Ну, давай же! Давай! Гооооол! – кричим мы в унисон, чувствуя, как напряжение из-за игры медленно спадает. Наша команда победила. Слава Манчестер Юнайтед!

Смотрю на часы. Без двадцати одиннадцать. Ну, по крайней мере, я понял, что не стоило его даже ждать. Только почему он не пришёл?

Что думаете? Почему Гарри себя так ведёт? Может есть причина? Хочу узнать ваше мнение по этому поводу. Как вам сестры Луи? Напомню, они ещё очень маленькие. Самой страшней - Лотти - около двенадцати лет. Судите сами) Для меня они действительно ещё малышки совсем. Надеюсь получить ответы на свои вопросы;)