8
Марина не обманула. Сначала она отправила меня в клинику. Там я пролежала почти полгода. Вышколенный медперсонал, отдельная палата, удобная кровать, даже телевизор. Но поначалу это все раздражало. У меня отобрали две моих вредных привычки, я не могла понять, как люди расслабляются, если не пьют и не принимают наркотики. Сигареты тоже отбирали. Но иногда удавалось договориться с кем-нибудь из медперсонала, и они проносили пачку. Помню, что первый месяц я была не похожа не себя. Меня ломало. Мне было плохо. Я крыла матом всех, медсестер, врачей, Марину, которая регулярно меня навещала. Потом постепенно становилось и легче, и проще. Добавились различные психологи, группы, игры. В клинике было много наркозависимых, алкоголиков было меньше. Я, та, кто страдал обеими пристрастиями, вообще была одна. Я спокойно общалась с врачами, была вежлива с Мариной, извинилась за выходки, которые были в первые месяца отказа. Мы с ней часто просто гуляли по территории и разговаривали. Она рассказала, что, когда я отправила ее домой, попросила уехать, она звонила мне много раз. И приезжала. Но так как я поменяла номер и не открывала двери, она не могла никак меня найти. Мне было приятно.
Примерно через полгода я была иным человеком. Я не курила, не пила и не употребляла наркотиков. И я знала, что мне придется воздерживаться от этого всю жизнь, так как нельзя даже раза сорваться. Я это понимала. Я думала, что теперь приступлю к работе, но у Марины были другие планы. Она сказала, что я великолепно рисую, но мне нужно научиться работать с компьютерными программами для рисования. Я согласилась. Это было интересно. И она отправила меня учиться. И не куда-то, а в Англию. Правда, перед этим она заставила меня усиленно экстерном изучать английский. Перед отъездом в Англию я могла уже вполне сносно изъясняться. У меня получалось. Все это время я жила в квартире, которую мне снимала Марина. Точнее, мы сдали мою квартиру и платили за эту. Конечно, суммы были неравные, но я компенсировала разницу, подрабатывая художником в театре. Марина предлагала жить у нее, но я отказалась. Она и так сделала достаточно. Если я буду жить у нее, она будет покупать для меня еду, готовить, а я не хотела этого. Я видела, как она выматывается на работе, и усугублять это мне не хотелось.
Я вернулась из Англии почти через год. За это время мы с Мариной виделись лишь единожды. Она прилетала в Лондон по работе, мы пообедали в ресторане, поговорили и она уехала домой. Но созванивались и переписывались по почте мы почти каждый день. Я невероятно привязалась к этой женщине. Помимо огромного уважения я испытывала какой-то трепет по отношению к ней. Мы со стороны вполне могли сойти за любовниц, так как она легко могла погладить меня по щеке, а я взять е за руку. Но за все это время, в общем счете, за почти два года, мы даже не целовались. Она не настаивала, а я не хотела начинать, так как не знала, что она испытывает ко мне. Чувства Марины всегда были для меня загадкой. Она обладала непревзойденной выдержкой. Даже в самых и критических, и неприятных ситуациях, она сохраняла лицо и казалась спокойной. За время нашего с ней общения вспомнила только два раза, когда Марина проявила неподдельные эмоции. Когда на нас пытались напасть те два урода, и когда она орала на меня, сидя у меня на кухне. В остальных ситуациях я не могла разобрать, что она чувствует. Она улыбалась, смеялась, была задумчивой, весь спектр основных и главных эмоций присутствовал, но что касается симпатии, тут для меня был темный лес.
Я позвонила Марине из аэропорта, оповестив, что я приехала и что у меня садится телефон. Она сказала, чтобы я обратилась на стойку информации, там для меня сюрприз. Я улыбнулась и, заранее поблагодарив, сказала, что приеду к ней вечером. Я прошла к стойке и, обратившись к девушке, замолчала. Тут я поняла, что не спросила, что за сюрприз и как мне его получить. Сказать «где сюрприз»? Или как? Собравшись с мыслями, я сказала:
- Девушка, понимаете, моя...подруга, она сказала мне обратиться к вам, якобы у вас есть что-то для меня, - девушка вопросительно посмотрела на меня. Черт, звучит так, будто я контрабанду у нее спрашиваю. «У вас есть что-то для меня». Вот дура. Еще бы спросила «где товар»?
- Я имею в виду, она говорила мне о каком-то сюрпризе.
- Вы Олеся? – Наконец, ответила девушка.
- Да! – радостно воскликнула я.
- Тогда это вам, - барышня протянула мне коробочку и конверт. Я развернула и увидела маленькую записку:
«С приездом. Я же говорила, что у тебя все получится. Пройди на парковку. Марина.»
Я нахмурилась, так как не поняла, что мне делать на парковке. У меня было два тяжелых чемодана, мне надо было искать такси, а не бегать по парковкам. Я открыла коробочку и обомлела. Внутри были ключи от машины. А на брелке я увидела красивую надпись Porsche.
Не может быть! Я кинулась к парковке, расталкивая медлительных людей. Через 15 минут поиска я увидела черную, новую шикарную машину. Я нажала на кнопочку и замки приветливо щелкнули. Я открыла дверь и в нос ударил аромат дорогого салона автомобиля. Затолкав чемоданы во вместительный багажник, я села за руль и завела машину. Я сдала на права еще будучи в России. Мне даже нанимали инструктора по экстремальному вождению. Точнее, я сама это выпросила на день рождения. Марина долго отказывалась, но в итоге она сдалась. Поэтому водила я прекрасно. И вот, заведи мотор, я наслаждалась звуком работающего двигателя, словно музыкой. Но я уже знала, что не возьму эту машину. Что отдам ее Марине. Но прокатиться-то можно.
Доехав до дома, я разобрала вещи, стянула с себя одежду и подошла к зеркалу. Я посмотрела на себя и улыбнулась. Стильная прическа, красивое лицо, без мешков, синяков под глазами, красивая фигура. Пусть я не особо поправилась, но походы в спортзал сделали тело подтянутым, был виден пресс и мышцы, я действительно была красоткой. И все это мне помогла приобрести Марина. Помогала, поддерживала, наставляла. Никогда не укоряла, ничего не требовала взамен, не потакала. Я гадала, она это делает из-за того, что она просто альтруистка, или из-за того, что я ей нравлюсь? Она никогда не спрашивала у меня о личной жизни. Ни здесь, ни в Англии. Я тоже не знала, что у нее происходит. У меня было несколько девушек, пока я училась в Лондоне, но ничего серьезного. Я ни в одну не влюблялась. Но что я чувствую к Марине? Благодарность? Это безусловно, но только ли? Я хочу ее? Она прекрасна. Всегда хотела. Она очень привлекательна. Влюблена в нее? Не знаю. Я вообще не знаю, как это. Пока я лежала в ванной и размышляла, то поняла одно. Сегодня наши с Мариной отношения перейдут на иной уровень. Если она мне не откажет. Черт, я надеюсь, что не откажет.