Пока не вернулся ветер [𝐉𝐚𝐤𝐞 𝐄𝐧𝐡𝐲𝐩𝐞𝐧]

Байрон-Бей, 2011 год

Солейн: > Иногда самые важные дни выглядят как обыденность.
Просто кафе. Просто жара. Просто он.

Солнце в Байрон-Бей пекло так, что асфальт казался жидким. Воздух стоял в лёгких, как вода. В такие дни даже местные прятались — в кафе, под широкими тентами, на крыльцах домов, где веяли старые вентиляторы.

Мы с Джейком выбились из сил ещё на пляже. Пытались кататься на досках, но даже океан был тёплым, как парное молоко. В итоге мы просто сдались: лежали на песке и лениво обсуждали, кто кого перетянет к ближайшему кафе первым.

Он проиграл. Улыбаясь, поднялся и протянул мне руку.

— Пошли, пока ты не растаяла.

Я вложила ладонь в его — и впервые заметила, какая она тёплая. Тёплая и уверенная. Джейк всегда был таким: светлым. Присутствие рядом с ним успокаивало, как лёгкий прибой.

Кафе нашлось за углом. Маленькое, облупленное, с деревянными стульями и столами, пахло лимоном и морем. Внутри гремела музыка — старые рок-баллады на полную громкость.

— Идеально, — протянула я, когда кондиционер ударил в лицо холодом.

Мы сели у окна. За стеклом клубился горячий воздух. У меня в руках был липкий от мороженого стаканчик, у Джейка — банановый смузи, который он пил так жадно, словно спасался от жажды жизни.

— Готова к квизу? — вдруг спросил он, хитро прищурившись.

— К какому ещё квизу?

Он откинулся на спинку стула и закинул руки за голову.

— Я задам тебе три вопроса. Если ответишь правильно — я плачу за обед. Если нет — твоя очередь.

— Обед? Мы же только мороженое едим!

— Всё равно. Судьба. Испытай её.

Я фыркнула, но кивнула.

— Ладно. Готова.

Он склонился вперёд, словно собирался доверить мне великую тайну.

— Первый вопрос: какое моё любимое мороженое?

Я закатила глаза.

— Это легко. Шоколадное.

Он с улыбкой кивнул.

— Второй вопрос: в каком году я впервые попытался поймать волну?

— Ты говорил… — Я задумалась. — Лет в десять?

Он развёл руками.

— Четырнадцать. Почти.

— Эй! Это нечестно!

— "Почти" — не считается, — дразняще сказал он. — Последний вопрос: если бы я был фруктом, каким бы я был?

Я рассмеялась.

— Что за бред?

— Серьёзный вопрос. Ставка — твой обед!

Я прикрыла глаза на секунду, изображая великое сосредоточение.

— Манго.

Он замер. Потом, медленно, как в кино, поднял большой палец вверх.

— Уважуха.

Я прыснула от смеха. Люди за соседним столиком бросили на нас недовольные взгляды, но нам было всё равно.

> В тот день мир был только нашим.
Солнечный, липкий, полный ленивого счастья.

---

После кафе мы долго бродили по прибрежным улицам, без цели. Он шутил, что спасёт меня от солнечного удара, если я потеряю сознание. Я подкалывала его за кривые шлёпанцы.

Потом мы нашли крошечный парк, где тень падала от гигантских деревьев, и просто свалились на траву.

Я смотрела на небо сквозь кроны. Пальмы, тонкие, высокие, раскачивались в такт ветру. Слышались только шум листвы и редкий лай собак с пляжа.

— Сол, — вдруг сказал Джейк.

Я повернулась к нему.

Он лежал на спине, закрыв глаза, но уголки его губ подрагивали — так он всегда делал, когда говорил что-то важное.

— Что?

— Знаешь, ты напоминаешь мне… — Он замолчал, подбирая слова. — Волны перед штормом.

Я моргнула.

— Это плохо?

Он усмехнулся.

— Это значит, что с тобой никогда не бывает скучно. Даже когда всё кажется спокойным.

Моё сердце трепыхнулось в груди.
Я уткнулась носом в колени, чтобы скрыть улыбку.

— А ты напоминаешь мне...

Он приподнялся на локте, заинтересованно глядя.

— Ну?

— Зонтик на пляже.

Он рассмеялся.

— То есть?

— Надёжный. Но иногда от тебя всё равно нет спасения.

Мы хохотали долго, до слёз. Смеялись так, что прохожие заглядывали в парк с любопытством. Но было всё равно.

Потому что в тот день…
В тот день я впервые почувствовала, как между нами что-то тихо растёт. Как океан перед приливом.

Только мы ещё не знали, насколько сильно это нас накроет.

---

> И если бы я тогда знала…
Может, я бы берегла всё это сильнее.