Учитель Чон. °[Юнсоки]°

Следующая часть вечера проходит быстро. Юнги не решился поговорить с Хосоком и его проживании у него. Хотел, но ему показалось, что это будет уже слишком, если сам Юнги будет об этом говорить, будто навязывается. Поэтому ещё немного поболтав с Хосоком на незначащие темы, Мин уходит к себе в комнату и проваливается в глубокий сон, хоть и так фактически спал весь день.

                                 ***

С утра Юнги застали неприятности. Они показались кому-то бы незначительными, но для Юнги это была целая трагедия. Техен написал, что в школе сегодня и возможно завтра не появится. Юнги расстроила эта новость, он даже с Хосок попытался поспорить по поводу того, чтобы он тоже пропустил пару денечков, но сдался после первого хосоковского "нет, иди собирайся". Такие перемены в настроении старшего его не удивляли. Сначала был добрым, всегда пытался угодить, сильно не кричал, а после той ночи, его слово подменили, он стал более сдержанным и строже относился к Юнги. Но Мин понимал его. У него и самого настроение, как кузнечик скачет. Сегодня он добрый и пушистый, а завтра он готов убивать. Но что ему, блять, делать сегодня весь день один на один с Кимами и Чоном. Они же от него не отстану, а Техена и рядом не будет.

Порой кажется, что Техен заменил Юнги всех, кого только можно было. Он младше, но гораздо сообразительней и рассудительней Юнги, скорее это он старше. Всегда поддерживал друга, когда у того было все в край плохо с родителями. Подставлял свое плечо, чтобы друг смог в него поплакать и все рассказал. При этом никогда ничего не требую в замен. Техен почти никогда не просил Юнги о помощи, почти никогда не плакал при нем, даже если были какие-то проблемы, он улыбался, говорил, что все хорошо и спрашивал самого Юнги, как он. Для него моральное состояние Юнги было всегда главным, он знал ситуацию с родителями, знал, как ему тяжело. Ему было очень больно видеть его слезы, его истерики и нервные срывы. Он боялся, что из-за этого всего друг когда-нибудь сломается. И это произошло. Когда он был у него под носом, совсем рядом, но Техен ничего сделать не смог. Не смог удержать прежнего Юнги. Пусть, со стороны покажется, что Мин ни капли не поменялся. Остался все таким же дерзким, сильным подростком. Но только Техен догадывается, что на самом деле творится у того на душе. Только он один реально видит масштабные изменения в друге. И из-за этого хочется плакать. Юнги со стыдом, но признает, это Техен его старший брат, а не наоборот. Он сломался, а Техен пытается собрать его обратно. Да все пытаются. Хосок, Джин, даже едва знакомый Чонгук. Вот только самому Юнги этого не нужно. Он уже столько раз собирал себя заново, столько раз начинал жить с начала. Ему это надоело. Да, ему жаль, что Техен, так грустит, смотря на него, такого подавленного, жаль, что Хосок и Чонгук тратят свое время и нервы, но если хотят, то это их дело. Переубеждать он их не будет, знает ведь, что те все равно останутся при своём мнении. Юнги и так из кожи вон лезет, чтобы казаться нормальным при них, подкалэывает старших, подбивает Кима на безбашные поступки, чтобы развлечь его. Вообще делает все, чтобы за него не переживали. Хотя сам, часто по ночам плачет в подушку, чтобы этого, не дай Бог, не услышал Хосок и не пришёл пожалеть. Хотя мало кто верит в его напускную жизнерадостность. Не Хосок точно.

                                  ***

- Ну Хосок-а, - Юнги зашёл в кабинет старшего на перемене между первым и вторым уроком, чтобы тот написал от своего имени записку, что Мина не будет на втором уроке, а именно музыке и вот уже минуты три не даёт Чону покинуть кабинет. Хосок немного офигевает от наглости младшего. - Музыка! Нафига мне музыка?

- Я понимаю, что музыка, возможно не самый интересный предмет, но это не повод её прогуливать.

- Ты совсем меня не жалеешь, - Недовольно бурчит Мин, все-таки выпускает старшего из класса и идёт за ним. - Я тебе на уступки пошёл, к Чонгуку согласился ходить, хотя последнее, что мне хотелось бы сделать - пойти на приём к мозгоправу. А ты даже какой-то жалкой записочки написать не можешь?

- Ты наглеешь, - Еле заметно усмехается Хосок. - Приходишь ко мне и просишь, чтобы я позволил прогулять тебе урок. На что ты вообще рассчитывал?

- Вот именно. Я рассчитывал на тебя, а ты меня подводишь.

Юнги только сейчас подумал, о том, как нелепо выглядит вся эта ситуация. Юнги в школьной форме, которую кстати заставляет таскать Хосок, выглядит ещё младше и смазливее. А этот рюкзачок за спиной и учебник, который Мин прижимает к груди, создают образ мальчика-паеньки, лет так четырнадцати. А рядом, следуя чуть впереди, идёт Хосок, что почти на две головы выше. В сером, идеально отглаженном костюме, белая рубашка, слепящая глаза своим идеальным цветом, дорогие часы на левом запястье и аккуратно зачесанные на бок волосы. Они, словно из разных миров. Две полные противоположности. Совсем ребёнок и уже состоявшийся мужчина идут рядом и первый уговаривает второго прогулять уроки, совсем по-детски, а второй совсем по-взрослому отказывает, следую моральным нормам.

- Почему смеёшься? - Не понимающие, спрашивает Чон.

- Ничего. Просто шея устала. - Прыскает Юнги, демонстративно задирая голову вверх, как обычно это делает, когда общается с Хосоком.

- Понимаю. У меня тоже. - Чон повторяет действия младшего, только смотрит вниз. - Ты маленький до невозможности.

- Попрошу заметить, не маленький, а компактный. А ты лось.

- Тебе стоило бы быть со мной повежливее. Как никак ты у меня сейчас просишь прогулять урок.

- Пф, да ты будто отпустишь. - Снова надулся Юнги.

- Куда ты идёшь? Я думал кабинет музыки в другом крыле.

- Мне нужно к Намджуну. Это существо поставило мне двойку на прошлом уроке.

- Заслужил значит. - Старший пожал плечами. - Я тоже к нему иду.

- Тоже двойку получил? - Для шуток Юнги есть отдельное место в аду.

Чон глупую шутку Мина проигнорировал, продолжая дальше идти.

Юнги ушёл вперёд, пока Хосока остановили учащиеся школы, видимо тоже оценки хотят исправить. У себя в голове Мин сотни раз прокручивал, что скажет Киму, чтобы тот убрал неудовлетварительную оценку. Сильно это что-то не поменяет, ибо у Юнги по истории сейчас стоят шесть двоек, пару троек и одна единственная четвёрка и то за домашнее задание, которое он списал в самом начале года.

- Единый Бог, учитель Чон, пошивеливайтесь! - Кричит назад Мин, не сбавляя темпа. Нужно - сам догонит, ждать его он уж точно не будет. Ещё и от этого формального обращения скулы сводит, он настолько привык называть его по имени, что по другому уже сложно. Он рад, что Намджун и Хосок не принуждают называть их хенами. Юнги это делать неудобно. Техен тоже говорит с ними неформальной, хоть и с Юнги общается наоборот, называет его исключительно хеном.

Юнги подходит к кабинету истории, и как обычно, в своей манере, не стучась, дёргает дверь на себя и застывает так и не перешагнув порог. Сокджин, сидя на парте, достаточно страстно целует стоящего меж его ног Намджуна. Те, только дверь открылась, подскочили и разбежались по разным углам класса, но Юнги успел заметить. Успел проклясть себя в голове сотни раз и поклялся, что введёт новую привычку стучаться перед входом.

- Закрываться не пробовали? - Через чур зло рычит Юнги, с силой хлопает дверью и спешит уйти, как можно дальше от этого места, игнорируя просьбы старших вернуться.

Юнги зол, он в бешенстве. Ему противно. Он до побеления костяшек сжимает кулаки и с силой бьёт ими об стену, благо в коридоре пусто. Да-да-да, черт подери, он осуждает их.  "Как они могут?!" - Единственная мысль, что крутится на повторе в его голове. От нелепости всей ситуации хочется смеяться, но почему тогда Юнги чуть-ли не плачет? Парень и сам, буквально вчера целовался с Хосоком, но это было по пьяне. Он сам его любит, но он же терпит и не сдаётся, потому что это неправильно. Что за бред тогда выходит? Это все ненормально, как минимум на физиологическом уровне. Он эгоист, если поступил именно так: сбежал, хлопнув дверью, словно маленькая девочка на что-то обиделась. Но он не обидился. Старшим не за что извиняться, они вообще не имеют никакого отношению к загонам Юнги по поводу однополых пар, но перебороть себя, принять и выслушать их, для него очень неприятно.

                                 ***

Хосок застает только громкий хлопок дверью, после убегающего прочь Юнги, а следом из кабинета выходят Кимы, пытаясь заставить парня вернуться. Чон мгновенно понимает, что произошло. Он знал, что тот когда-нибудь все равно узнает. Хосок знал отношение Юнги к геям, поэтому ни он, ни Кимы не торопилась говорить ему об отношениях Намджуна и Сокджина. Чон знал, как для Мина важен Джин и понимал, что парню, с и так расшатавшейся психикой, пока лучше не говорить, хотя бы до того момента, как Юнги не пришёл бы в норму после попытки суицида. Теперь Хосок ещё больше за него переживает. Он выслушивает рассказ двух парней, на пару с Намджуном успокаивает Джина, который то и дело винит себя. Объясняет ему, что Юнги просто испугался, хоть это и было ложью чистой воды, Намджун это знает. Не первый день знаком с Мином.

                                ***

Тем временем, пока звонок на урок прозвенел пятнадцать минут назад, Юнги сидит на заднем дворе школы, он все-таки прогуляет музыку. Ему нужно остыть. Нужно подумать и переосмыслить все. Как ему теперь себя вести? Делать вид, что ничего не было?

Возможно Юнги банально завидует. Завидует счастью других, завидует тому, что кому-то все равно на пол своего возлюбленного и жалеет, что ему на это не все равно. Он вырос с такой мыслью, у него в семье с этим очень строго. В его голову вбили никому ненужные нормы. Порой, Мин думает, что уже никогда не сможет мыслить иначе.

Юнги уже не скрывает слез, скрывать по сути и не от кого. Все на уроках, на улице торчит он один. Он не боится, что его кто-то увидит или услышит его всхлипы полные отчаяния. Хуже просто не куда. Боятся нечего. В последнии дни он и так ходит еле живой. Он заставляет себя каждый день вставать с кровати, заставляет есть, хоть совсем и не хочется, заставляет себя играть человека, но таковым он уже давно не является.

- Всё-таки не пошёл на урок, - Юнги невольно вздрогнул и обернулся на источник звука.

Хосок, наплевав на дорогой костюм, опускается на бардюр рядом с младшим.

- Ты знал? - Не прекращая плакать, спрашивает парень.

- Юнги, они взрослые люди, - Хосок тяжело вздохнул, поворачивая голову к Юнги. - Я не думаю, что мы вправе их осуждать.

- Они сосались в кабинете. - Скалится Мин, снова одевая на себя броню с шипами.

- Согласен. Это было рискованно. - Чон, словно не замечает этих самых шипов. Не боится пораньться о них. Старается подобраться к младшему как можно ближе, не физически, а морально. Хочет, чтобы тот понял, что если Юнги что-то беспокоит, он может этим поделиться.

- Согласен? Да они почти трахались!

- Ты поступил некрасиво, тем самым расстраивая в первую очередь Джина. Они вправе выбирать с кем им быть. Мы не имеем право лезть в их личную жизнь. - Хосок осторожно, опасаясь негативной реакции, опускает ладонь на голову младшего. - Пойми ты наконец это, Юнги.

Юнги, кажется настолько погружен в свои мысли, что не замечает появившуюся на своей голове чужую руку.

- Не плач. Всё нормально. - Хосок, передвинув младшего ближе к себе, обеими руками обхватывает его тело и зарывается носом в чёрные, как смоль волосы. Тихо шепчет успокаивающие слова, слышит громкие всхлипы и чувствует, как намокает, казалось бы идеальная рубашка. Чон уверен - Юнги это сейчас нужно. Это был очень рискованный шаг, после которого Мин мог отвергнуть и  стать ещё дальше от старшего, но он безвольной куклой упал в объятия старшего, утыкаясь носом в грудь. А это уже дорогого стоит.