Глава 18. «Голоса, что соединяют»
В гостиной царил полумрак. За окном шёл тёплый весенний дождь, мягко постукивая по стеклу. Чимин лежал на диване, укутавшись пледом, обнимая округлившийся живот.
Он молчал. Рядом негромко играла музыка — спокойная, инструментальная, но внутри всё было не так спокойно.
— Он не шевелился весь день, — тихо сказал Чимин, когда Тэхён и Чонгук зашли в комнату с кружками тёплого молока. — Обычно он… активный. А сегодня — тишина.
Чонгук сразу опустился на колени рядом, взгляд встревоженный.
— Ты в порядке? Ничего не болит?
— Нет, просто… странно тихо, и мне как-то пусто.
Тэхён мягко провёл рукой по его волосам, сел рядом и накрыл ладонью живот.
— Может, он просто слушает.
— Слушает?
— Ну… тебя. Нас. Он ведь всё слышит уже, ты же знаешь.
— А что, если… — Чимин запнулся.
Чонгук наклонился ближе, прижал губы к животу.
— Привет, малыш. Это я, папа Чонгук. Мы тут все немного тревожимся, потому что ты молчишь. Но мы рядом. Мы любим тебя.
Тэхён сделал то же самое, чуть ниже:
— Эй, солнышко. Здесь твой Тэхён. Твоя семья. Мы с тобой. Мы ждём, когда ты нам подашь знак.
Молчание. И вдруг — толчок. Сильный, ясный, будто ответ.
— Он… услышал, — прошептал Чимин, глаза наполнились слезами. — Он узнал ваши голоса.
Тэхён и Чонгук обняли его с обеих сторон. Это был момент не физический — а душевный. Их трое — и один внутри, связанный чем-то большим, чем плоть и кровь.
А в школе Сиэль стоял в кабинете директора вместе с Себастьяном.
— Это выходит за рамки, — строго сказал директор. — Учитель и ученик в… отношениях?
— Я выпускник, мне восемнадцать, — твёрдо сказал Сиэль. — И я не ребёнок.
— Но ты — младший брат одного из нынешних учеников. Родители пишут жалобы. Под угрозой репутация школы.
Себастьян шагнул вперёд.
— Мы не нарушали границ. Никаких отношений до совершеннолетия. Я полностью готов к официальному разбирательству.
— Почему ты это делаешь? — прошептал Сиэль позже, в коридоре, когда двери кабинета закрылись.
Себастьян посмотрел ему прямо в глаза:
— Потому что ты стоишь того. И потому что я люблю тебя. Не как ученика. Как мужчину. Как выбор.
Сиэль ничего не ответил. Он просто прижался к его груди, дрожащий, но спокойный — внутри.
Позже, в доме, когда они уже сидели с Чимином, Чонгуком и Тэхёном за ужином, Сиэль вдруг сказал:
— Вы знаете, что он теперь реагирует на ваши голоса?
— Это был… самый красивый момент, — улыбнулся Чимин, накладывая ложку супа. — Он нас слышит.
Себастьян кивнул, смотря на них троих с тихим уважением:
— Семья начинается задолго до рождения.