60.
Огромная просьба читающим: воздержитесь, пожалуйста, от комментариев!
___________________________________________________________
Эли упрямо сжал губы, развернулся и бросился следом за мелькнувшей фигурой.
- Эйден! - окликнул он.
Мужчина замер и остановился.
- Зачем ты за нами следишь? - прямо спросил Эли, подходя вплотную и прищуриваясь, - Кто тебе приказал?
- Ты с ума сошел? - неловко отступил Эйден, - Я за покупками!
- Без корзинки очень удобно ходить за покупками, - иронично покивал Эли и повысил голос, - а еще ты забыл, что я детектор. Хватит за нами следить, Эйден. И ты, и вся твоя контора - вы просто влезли в нашу жизнь без спроса, внаг...
- Мышонок, не горячись, - раздалось тихое за его спиной, - вряд ли этот молодой человек следит за нами по велению собственной души.
На плечо Эли легла теплая рука. Парень все еще кипел от возмущения, но не решился продолжать свой импровизированный обвинительный спич.
- Это не наша контора, - разлепил, наконец, губы Эйден, - это действительно лично я.
- А? - в один голос переспросили и Эли, и архангел. Эйден глубоко вдохнул и резко выдохнул.
- В департаменте не знают, что я пошел следом за вами. Это моя собственная инициатива.
- Но зачем? - наморщил лоб Эли.
- Дело в том, что... Дерек держит под контролем счета и кредитки Нэда и Аманды. И вот, понимаешь... буквально вчера Нэд отправил на фальшивый счет Рики Карено сначала двести тысяч, а затем на новый, неизвестный - еще пятьсот, с пометкой "Да". А сегодня умерла Аманда. Если предположить, что за ее жалкую душонку кто-то запросил двести тысяч, то... для кого оставшиеся пятьсот?...
Эли и Габриэль переглянулись. Эйден заторопился.
- Гленн, тебе этого нельзя знать, а Вам, господин Мори, тем более. Но... Дерек сказал, что разговор про охранника у вас не получился, и я решил... немножко... присмотреть. Сам. К сожалению, я всего лишь техническая крыса, и не умею оставаться незамеченным... - Эйден виновато развел руками.
Мори нахмурился и бросил задумчивый взгляд на Эли. Тот понял, что хотел спросить мужчина и кивнул:
- Да, похоже, что это правда...
- Спасибо, - коротко кивнул Эйдену Мори, - но я и правда не нуждаюсь в защите. Достаточно того, что мы всегда "на связи".
Эйден вздохнул и неохотно отступил.
- Что ж... я, по крайней мере, предупредил. Будьте начеку.
- Спасибо, - повторил архангел и дернул молчащего Эли за рукав, - пойдем к кассам. Или ты все еще хочешь подумать о пиве?
- Ты ему не поверил? - осторожно спросил Эли, когда расстояние между Эйденом и их тележкой стало безопасным.
- Поверил, - пожал плечами архангел, - но там есть что-то еще. Осталось немножко серого...
"Как здорово - говорить с человеком, который тебя понимает, и которого понимаешь ты, - невпопад подумалось Эли, - если бы я попробовал кому-то объяснить, как вижу людей, меня сочли бы сумасшедшим. Да и архангел потихоньку привыкает говорить без лишних пояснений... Эйден, значит, серый. Но он не врал, когда рассказывал. Значит, просто сказал не все..."
- Я ничего не понимаю во всех этих хитросплетениях, - удрученно помотал Эли головой, - кому что выгодно, почему все вокруг всех обманывают, какие у кого резоны...
- Да и не надо, - отмахнулся Мори, - смысла нет. Я раньше тоже, как ты, пытался все себе объяснить, все понять... а потом вдруг подумалось: ну и зачем мне это? Что изменится от того, что я буду знать резон какого-нибудь Эйдена? Или Нэда? Ничего. Они по-прежнему будут делать то, что считают нужным, а я буду делать то, что считаю нужным я. Без учета их мнения.
- А что, если Нэд и правда... кому-то заплатил, чтобы...
Парень замолчал: озвучивать свое подозрение было страшно. Ему казалось, что как только он произнесет слово "убить тебя", дьявольский план (если он, конечно, был!) материализуется и станет реальностью. Нет, Эли этого не скажет. Никогда.
- Я... я все-таки не верю, что это Нэд, - качнул головой архангел и подтолкнул тележку к кассе, - иди, нагружай пакеты. Должны же мы как-то оправдаться перед нашими контролерами за такой долгий шоппинг?...
Ночью Эли никак не мог уснуть: новая кровать была, конечно, удобной и достаточно широкой, чтобы не просыпаться от неприятного соседства с ледяной шершавой стенкой, но теперь здоровому сну мешали назойливые тревожные мысли.
Почему-то парень, в отличие от Габриэля Мори, вполне допускал, что обиженный Нэд Милсон захочет архангелу отомстить. Видимо, в его жизни встречалось не так уж много мужчин и женщин, способных отвергнуть столь щедрое предложение - на допросах Нэд прямо-таки желчью исходил, стоило только упомянуть несостоявшегося мэра города и партнера холдинга. Неважно, что сам Хеймдалль собирался Мори только временно воспользоваться, чтобы безбедно прожигать полученные деньги в компании своей медузы Горгоны... его отвергли - и это пятно позора казалось Милсону-младшему несмываемым. Он мог, он точно мог нанять кого-то для мести! И пусть архангел считает все произошедшее делом рук исключительно Годо: сам Эли и верил, и не верил одновременно. Да, все получалось очень логично, стоило только вписать в схему Годо, но... Годо, надежный и спокойный, как скала, за которой можно укрыться в непогоду, не казался преступником. Он мог наломать дров пять лет назад, Эли это допускал, но сейчас... что, если Годо - не при чем?
"Ага, и поэтому даже не поленился в полицейскую сеть влезть, чтобы подчистить что-то среди улик, - скептически хмыкнул внутренний голос, - не думаешь же ты, что Годо взламывал систему исключительно ради того, чтобы прочесть про допросы и банковские карты? Дерек сказал, что в информации кто-то копался - значит, у Годо были гораздо менее благопристойные намерения, чем казалось на первый взгляд. Но убивать... нет, в это не верится совсем. Архангел напрасно его подозревает".
Парень ворочался до тех пор, пока Габриэль Мори не прижал его к себе, надежно зафиксировав в одной позе.
- Мне снится пропеллер, - сонно пробормотал он и придавил Эли своей крепкой рукой, - хватит вертеться.
Эли затих, сопя мужчине в плечо. Проваливаясь в душный, темный сон, он успел заметить тихо замерцавший в темноте экран одного из мобильников, лежащих на столе.
"Это же не может быть будильник?" - вяло подумал парень и окончательно уснул.
***
- Мышонок, у меня сложности в клинике, я должен задержаться, - голос Мори был подавленным и виноватым, и Эли не выдержал.
- Архангел, тебя подменили, да? Габриэль Мори не имеет права говорить таким тоном! Ни с кем!
- Даже со своим любимым мышонком? - мужчина, кажется, улыбнулся, и Эли довольно закивал, хотя видеть его собеседник не мог, - Ты за мной заедешь?
- Заеду, - обрадовался Эли и приосанился, - наконец-то все правильно! Не пристало Габриэлю Мори кого-то ждать! Правильнее будет наоборот!
- Какие глупости у тебя в голове, - хмыкнула трубка, - а так со стороны и не скажешь...
- Я старательно храню своих тараканов подальше от людей, - прыснул Эли, - не выпускаю на свободу.
- Тогда жду. И тебя, и тараканов. Особо не торопись, у меня тут долгая песня...
Эли, все еще улыбаясь, отложил телефон и поднял голову: сквозь стеклянную дверь кабинета, где его временно разместили, на него пристально смотрел Лео Яничек. Эли вздрогнул и опустил глаза: ему показалось, что это страшный сон, и стоит перевернуться на другой бок, все исправится. Досчитав про себя до десяти, Эли с опаской посмотрел на дверь: и в самом деле, там уже никого не было. Парень выдохнул и взялся за очередной документ: сегодня приводили в порядок все протоколы допроса, пользуясь тем, что Нэд Милсон все так же оцепенело молчал, Аманда, навсегда теперь спокойная, лежала на прозекторском столе, а адресата перевода в пятьсот тысяч так пока и не нашли. Но Эли старательно делал вид, что про деньги ничего не знает: при нем детективы об этом не упоминали, и Эли понял, что это называется "тайна следствия".
"Странное это следствие, которое имеет тайны от своих, - немножко обиженно думал Эли, - могли бы предупредить по-человечески, чтобы я защитил Мори..."
Как Эли может защитить Мори, он не думал. Просто точно знал, что обязан находиться рядом.
В кабинет заглянул Росс.
- Гленн, на сегодня все. Можешь идти.
Эли покивал и, вспомнив, окликнул:
- Росс, можно кое-что спросить?
Детектив вернулся и вопросительно приподнял брови. С ним было легко найти общий язык: он не любил много говорить, но если говорил, то не врал. Возможно, архангел бы и его увидел серым - то есть, не откровенным до конца - но это было не существенно. Человек, говорящий правду, в наше время встречается редко. Если он при этом оставляет что-то при себе - что ж, имеет право. Сам Эли, постоянно уворачивающийся и скрывающий половину из того, что знает, понял бы его, как никто другой.
- Я только что видел Яничека. Ему что, разрешили вернуться на службу? - осторожно спросил Эли, косясь на коридор за спиной Росса.
Мужчина помотал головой отрицательно, вошел в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь, прислонившись к ней спиной.
- Нет. Его вызывали к шефу. Он... с сегодняшнего дня он в отставке.
- Ооо, - выдохнул Эли, - так быстро?
- Да, вскрылись какие-то махинации... взятки... да еще и линия расследования, которую он продавливал, оказалась пустышкой... в общем... ему крышка.
- Он сам виноват, - не сдержался Эли и, спохватившись, испуганно примолк. Росс улыбнулся.
- Да, наверное. Не мне судить. Я уважал его... как профессионала.
- Но не как человека? - догадался Эли.
Росс молчал, с улыбкой глядя на парня.
- Тогда я пойду, - вскочил Эли, - в клинику. За ар... Габриэлем. Он сегодня сильно занят, поэтому...
- Я не твоя мамочка, не надо передо мной отчитываться, - хохотнул Росс и отлепился от двери, - давай, Джульетта, дуй к своему Ромео.
- Эта парочка плохо кончила, - проворчал Эли, - не надо меня сравнивать с сумасшедшей девицей и ее еще более сумасшедшим кавалером.
- Почему это Джульетта сумасшедшая? - Росс снова задержался на пороге и весело смотрел, как Эли обиженно наматывает на шею длинный шарф.
- Потому что, - пропыхтел из-под своего шарфа Эли, - сначала предупредить надо было, что не яд пьет, а снотворное!
Росс расхохотался и вышел из кабинета. Эли насупился и побрел следом, продолжая бубнить себе под нос.
- Это все потому, что у них телефонов не было. Но были же слуги! Могла же свою эту... кормилицу... отправить! Мол, не переживай, дорогой, я посплю и приду потом! Или кто там у нее был... череп? Не, череп - это у другого героя...
До клиники Мори ехать было минут двадцать, и Эли, памятуя о предупреждении "не спешить", медленно побрел к остановке автобуса. Рядом с полицейским департаментом никаких интересных магазинов не было, и Эли, продрогнув за семь минут ходьбы так, словно шел напрямую через Северный полюс, угнездился на заднем сидении автобуса, пытаясь вспомнить, куда можно зайти по пути за кофе - или просто погреться. Клиника Мори находилась рядом с офисом Милсона, но в старое кафе, куда он забегал каждый день перед работой, Эли идти не хотел. Несмотря ни на что, он все же немного скучал по тем временам... как бы ни закрутилась потом жизнь, работать с боссом Милсоном было приятно. Зачем лишний раз воспоминаниями себя растравливать? Да еще, к тому же, там можно встретить бывших коллег... или уже нет? Интересно, что сейчас происходит с холдингом? Наверное, заместители еще пытаются поддерживать видимость жизни, пока компания-банкрот официально не объявит о своем закрытии...
Парень вздохнул и отогнал ностальгию, ныряя в маленькую булочную под названием "Парижские багеты": даже если здесь не продают кофе, он может постоять, подышать запахом свежей выпечки... может быть, даже купить что-нибудь. Габриэль Мори, конечно, следит за фигурой и булочек не ест, а вот Эли с удовольствием умнет парочку.
Парень порылся в карманах и пересчитал мелочь: на парочку не хватит, но вот одну он себе точно позволит. Не каждый же день он ходит в клинику к своему архангелу мимо восхитительно хрустящих корочкой багетов!
Денег оставалось катастрофически мало: после вселения в полицейское общежитие и месячной арендной платы на счету болталось всего долларов сто. Про свою "стажерскую" зарплату Эли пока спрашивать стеснялся и старался растянуть сотню как можно дольше. Повезло еще, что Габриэль Мори отпихивал его руку с кошельком в магазинах! Немножко нечестно было, конечно, жить за счет архангела, но... сказать по правде, Эли решил про себя пока не угрызаться совестью на этот счет. Все равно у него нет другого выхода, так какой смысл включать гордость и настаивать на участии в бытовых тратах? Первый же поход в магазин с архангелом, который не привык экономить, прикончит все оставшиеся финансы Эли. Тогда и гордость тоже закончится...
Вгрызаясь в еще теплую, умопомрачительно пахнущую булочку, Эли медленно шел по тротуару, тоскливо глядя на возвышающийся над кварталом небоскреб Милсона, еще недавно казавшийся нерушимым исполином. Как хорошо, что не придется проходить мимо...
Клиника занимала современное здание в девятнадцать этажей: тут же размещались и фармацевтические лаборатории, и медицинский фонд, основанный архангелом, и сама клиника, охватывающая практически все направления хирургии кроме, пожалуй, пересадки органов. Сам архангел давно уже ушел от работы с пациентами к административным и супервайзерским функциям, только иногда, как он выразился, "наведывался в лабораторию, чтобы не забыть, как пахнет настоящая работа". Немножко робея и не зная, что сказать бдительным медсестрам за стойкой, Эли бочком пробрался к лифтам и выдохнул: обошлось. Тут же пришла и новая мысль: точно так же, как Эли, мог бы проскользнуть и опасный преступник! Парень запереживал и принялся оглядываться: есть ли здесь еще контроль и охрана, кроме строгих, но все же слабых девушек? Где же тот самый охранник, который так успешно "уснул" на своем рабочем месте, позволив Аманде Милсон с ее амбалом подбросить архангелу телефон?
- Вы что-то ищете? - раздался сбоку вежливый, но достаточно настойчивый голос. Эли обернулся: мужчина в элегантном костюме, которого Эли сначала принял за важного пациента, ждущего лифт, шагнул к нему и повторил, - Вам помочь?
- Нет, я знаю, куда идти, - облегченно разулыбался Эли, - просто пытался сориентироваться.
Лифт мелодично звенькнул, и мужчина снова отступил в тень.
"Вот это правильно, - одобрил Эли, нажимая кнопку нужного этажа, - это хорошо"...
Успокоившись, Эли неспешно дошел до кабинета архангела - и остановился, услышав из-за двери раздраженные голоса.
- Кто теперь нам доверит свои жизни, если наш руководитель подозревается в убийстве? - возмущался кто-то пожилой.
- Да еще замешан в таких скандалах, - подпевал женский голос.
- Не нравится - я вас не держу, - спокойный, чуть прохладный голос архангела.
Эли решил не входить и, попятившись к зоне ожидания в конце коридора, наступил кому-то на ногу.
- Извините, - испуганно вскинулся он. На него смотрела та самая красивая женщина-врач средних лет, которая так заботливо ухаживала за ним еще совсем недавно. Госпожа Юми Мори собственной персоной.
- Что ты здесь делаешь? - осведомилась она холодно.
- Я заехал к ар... к Габриэлю, - поспешно ответил парень, - он попросил...
- Из-за тебя у него проблемы, - бросила госпожа Мори, и Эли возмутился.
- Вовсе не из-за меня! Из-за того, кто убил Милсона! И это был не я!
Юми поджала губы.
- Из-за вашей с ним связи, ставшей достоянием общественности, крупные клиенты отказываются с нами работать. Далеко не все способны принять и понять... небратскую любовь между братьями, - голос женщины опасно повысился, словно она собиралась перейти на крик, - В данный момент два крупных партнера планируют отказаться от сотрудничества. Ты счастлив?
Эли молчал, опустив голову.
Дверь за его спиной внезапно распахнулась, и низкий спокойный голос архангела окутал его уютным мягким одеялом.
- Мышонок, ты пришел?... Заходи.
Парень виновато потоптался и отступил еще на шажок.
- Я... подожду тут. Не буду мешать.
- Ты не мешаешь, - отрезал архангел и обернулся к матери, - напрасно стараешься. Ему нечего стыдиться.
Приобняв Эли за плечи, Габриэль Мори насильно втащил его в кабинет и закрыл дверь.
Перед столом сидели двое: немножко ошарашенный седой мужчина с усиками и женщина лет сорока, до ужаса напоминавшая Аманду Милсон: такие же стандартно-красивые черты лица, та же манера вскидывать голову, тот же презрительный взгляд. Различало женщин только одно: цвет волос.
- Господа, прошу любить и жаловать, - архангел усмехнулся, - причина скандалов, о которых вы говорили. Если мне придется выбирать между вами и им, я выберу, безусловно, его. И никаких опровержений не последует. Так что решать вам, продолжать работать со мной или нет... Вы рассказали мне, что я теряю от разрыва наших контрактов? Я вас услышал. А теперь подумайте, что теряете вы... На мой взгляд, вы теряете намного больше. Я прав?
Женщина порывисто вскочила.
- Мори, однажды ты доиграешься!...
Каблучки возмущенно застучали по полу, и мимо замершего Эли, все еще придерживаемого за плечо рукой архангела, взвихрилось и пролетело облачко терпких духов и красно-черного негодования.
Седой мужчина не торопился отправиться следом. Он внимательно посмотрел на напуганную мышь-Эли и недоуменно приподнял брови, словно удивляясь: вот это? Вот ЭТО предпочли многомиллионному бизнесу?
Габриэль Мори бережно погладил парня по плечу.
- Повесь пальто в шкаф, - сказал он так, словно они были в кабинете одни, - и дай мне еще пару минут. Потом поедем домой.
Эли, стараясь слиться со стенкой, тихонько разделся и забился в уголок, в черное круглое кресло под книжными полками. Архангел невозмутимо вернулся на свое место и только тогда "заметил" оставшегося.
- Вы не последовали за Беатрис, Линтон?
- Пожалуй, нет, - раздумчиво ответил седой, поглаживая усы, - пожалуй, я еще посмотрю на развитие ситуации... да и Беатрис, я думаю, поразмыслит - и вернется. В этом Вы правы, Мори: мы действительно многое потеряем, если разорвем контракты.
Габриэль Мори молча ждал продолжения, опустив ресницы и приподняв уголки губ.
Красивый, снова подумал Эли из своего угла. Какой же он красивый... как глупо смотреть на внешность, но я не могу на нее не смотреть! Как же могут с ним работать все эти Беатрис и прочие? Как не умирают от любви, как не падают ему под ноги мягким ковриком? А может, и падают, сам себе ответил он. Просто Габриэль Мори, как и ты, тоже видит цвета. И красно-черных - типа Аманды и этой Беатрис - обходит стороной... или не обходит? Может, и Беатрис эта тоже в свое время ненадолго прочувствовала прелесть положения фаворитки этого повелителя?
- ...я, пожалуй, пока воздержусь от решительных действий, - продолжал седой все с той же интонацией, - моя компания окажется в невыгодном положении, если...
- Я понял, - перебил его Мори, - спасибо.
Седой поднялся и протянул руку.
- Приятного вечера.
Не глядя в угол, где затаился Эли, седой дохромал до двери и, пробормотав еще какое-то прощание, вышел.
Габриэль Мори выдохнул.
- Не слушай мою мать, - заговорил он, поворачиваясь к Эли, - это неправда. Проблема вовсе не в тебе. Она просто не может простить меня за то, что из всех людей на свете я выбрал именно тебя...
Парень понуро кивнул.
- Она тоже когда-то выбрала моего - нашего! - отца. Видимо, простить не может себя - а виноваты у нее мы. Не обращай внимания. Так часто бывает, что за собственные разбитые мечты и сокрушенные надежды у родителей отдуваются дети. Поехали лучше домой.
- Поехали, - Эли вздохнул, - так не хочется опять в машину... а потом под этот жучок... я даже разучился говорить все, что в голову приходит!
- Срочно учись обратно, - испугался архангел, - ты же знаешь, как я люблю твою болтовню слушать!
- Ну вот когда уберут все эти жучки - тогда...
- Хочешь - поедем ко мне? - архангел обнял натягивающего пальто Эли и покачал из стороны в сторону, - Там нет ничего. Отдохнешь в норке.
- Нельзя, - испугался Эли, - пусть лучше полиция знает, где мы и что с нами!
- Да чем это поможет, - отмахнулся Мори и тоже накинул на себя пальто, - разве что от подозрений избавит...
- Ну хотя бы так, - печально протянул Эли, - ведь иначе бы нас замучили допросами... когда Аманду убивали, например. Или когда тебе подсунули этот телефон...
Мори кивнул, но по его губам пробежала скептическая усмешка.
Они вышли из кабинета и двинулись к лифтам.
Этаж, на котором располагался кабинет Мори, был полностью административным, сюда не забредали пациенты и не мелькал младший медперсонал, однако Эли все равно ощущал себя под перекрестным взглядом десятка глаз: на них смотрели так заинтересованно, что даже архангел это ощутил.
- Пусть смотрят, - насмешливо сказал он ежившемуся Эли, - быстрее увидят - быстрее привыкнут. Все равно ведь им придется привыкать...
- А твою Барби они сильно любили? - Эли покосился на очередного "случайно проходящего мимо" врача.
Мори задумался.
- Знаешь, нет. Она же была моим заместителем... нет, они ее не любили. Считали пустой бездарной куклой.
- Почему "была"? - не понял Эли, - Разве она не работает больше?
- Нет. Я отправил ее насовсем в тот самый филиал, куда сначала посылал "для вида".
- И она согласилась уехать? - не поверил Эли.
- У нее был выбор, - дернул плечом архангел, - работать там или не работать совсем. Она выбрала первое.
Они спустились в подземный гараж клиники и дошли до припаркованной в заднем ряду машины архангела.
- Не поверишь, - пожаловался Габриэль Мори, - всегда было все равно, на чем ездить, но теперь просто до спазмов хочется поменять машину... сегодня все утро думал, не совершить ли диверсию? Но решил дать нашим бравым ребятам еще один день. Так что придется нам...
Архангел странно замолчал, и Эли, скосив глаза, сглотнул: к шее Мори прижимался узкий длинный нож. Не раздумывая ни секунды, парень истошно завопил и дернул руку того, кто сидел позади, на себя.
Перед глазами что-то блеснуло, и Эли ощутил увесистый удар в челюсть. Голова дернулась, как висевший на ниточке мячик, и Эли обняла ватная темнота.