Никогда не уступай

Услышав телефонную трель в субботу утром, Джин сначала не хотел поднимать трубку. Но за последнюю неделю он сумел понять, что обмануть или скрыться от Намджуна было невозможно. И если это звонит он, то спустя десять-пятнадцать минут Джун появится у двери собственной персоной. Омега нисколько не сомневался в том, что альфа придёт в любом случае, хотя ещё вчера он твёрдо сказал, что уезжает из города.
- Алло! - несколько резковато ответил Джин. Если Джун звонит, чтобы проверить...
- Привет, сынок, - услышал он голос папы.
- Что случилось? Что-то с Чимином? Он заболел? Что с ним?
- Да не волнуйся ты. - Зная мнительность сына, папа немного растерялся. - С Чимином все в порядке. Я звоню, потому что нас пригласила твоя кузина Нэни, и мы берём с собой Чимина. - Джин облегчённо улыбнулся.
- Я, конечно, буду скучать по нему, но рад, что он пойдёт с вами. Чимину давно пора узнать всех своих родственников.
- Дедушка тоже там будет.
«Мой любимый дедушка», - подумал Джин. Это дедушка дала ему свое кольцо, чтобы омега носил его во время беременности.
- Передай от меня привет и скажи, что на днях я его навещу.
Они поговорили ещё немного - в основном посмеялись над проделками Чимина, - и тепло распрощались.
Джин в задумчиво ти отошёл от телефона. Чем же заняться сегодня? Ему необходимо чем-то увлечься, чтобы не слишком скучать по своему малышу. Он оглядел комнату и покачал головой. В его маленькой квартирке на уборку уходило совсем немного времени.
Снова раздался телефонный звонок. Может, папа забыл ему что-то сказать? Или это звонит Тэ?
«Кого я обманываю? - укоризненно подумал Джин, снимая трубку. - Это мой крест», - мысленно произнёс он, когда услышал слова Джуна:
- Мне так одиноко.
- Бедное дитя, - усмехнулся он, настроение его тут же поднялось. - Мне кажется, я говорил тебе, что меня сегодня не будет дома, - напомнил "жестокий" Ким Сокджин.
- Да, но, проезжая мимо дома, я увидел твою машину. И решил позвонить на случай, если твои планы изменились.
Снаружи бара была установлена телефонная будка, и Джин был почти уверен в том, что Намджун звонит оттуда.
- Извини, одну секундочку, - сказал он и положил трубку на стол.
Потом подошёл к двери, приоткрыл её и глянул вниз. Он увидел, что в будке спиной к нему, стоит Джун. Улыбнувшись, Джин вышел на площадку, облокотившись о поручни, по наблюдал за ним немного, а после крикнул ему:
- С таким же успехом ты мог бы и подняться!
Джун быстро обернулся, приветственно поднял руку и пошёл к нему.
- Ну разве я могу отказаться от столь любезного приглашения? - иронизировал Джун, но вполне благодушно.
- А я собирался навестить родителей, но они позвонили и сказали, что едут в гости к моей кузине. - он улыбнулся, довольный своей удачной отговоркой.
- Их потеря - моё приобретение, - заявил Джун, взбегая вверх по ступенькам. - Доброе утро, Джини. - он обнял его за плечи и целомудренно поцеловал в лоб. - Надеюсь тебе хорошо спалось?

Джину казалось, что он совсем не спал. И только сейчас понял почему. Всю неделю Нам намеренно держался на расстоянии, приветствуя омегу поцелуями, которыми обычно одаривал любимых племянниц, и чисто платонически, как бы случайно касался его. Черт возьми, это совсем не нравилось Сокджину.
- Мы с ребятами собирались поехать на гонки, - сказал альфа, - но в последнюю минуту они передумали и решили пойти к омегам, так что я весь в твоём распоряжении.
- Ой, как мне повезло, - усмехнулся Джин, и когда альфа ответил:"Ну ещё бы!" - оба они рассмеялась.

Опять раздался телефонный звонок и, собираясь снять трубку, омега спросил:
- Что же мне делать с тобой теперь, когда ты весь в моем расположении?
- Я знаю, чтобы я хотел делать, - многозначительно сказал Намджун.
- Я тоже знаю, - быстро ответил омега, - ты хочешь покатать меня на пароме. Знаешь, я ведь не катался на нем уже целую вечность!
- Может, согласишься слетать на самолёте?
Джин колебался - от страха он покрылся гусиной кожей.
- На чем?!
- У одного из моих племянников есть своя школа - она находится в нескольких милях отсюда. И он позволяет мне пользоваться его личным самолётом, когда мне вздумается.
- Так ты умеешь управлять этой адской машиной?!
Намджун с гордостью улыбнулся.
- Я получил удостоверение лётчика давным-давно. - он погладил омегу по щеке. - Соглашайся, Джини, ты получишь несказанное удовольствие.
Он обнял Джина за шею. А потом медленно привлёк его к себе и стал покрывать любимое лицо лёгкими быстрыми поцелуями.
Джин сомлел от его ласк. Незаметно для себя самого он обнял альфу, закрывая ему рот своими губами. Почувствовав скольжение его рук по своему телу, омега с наслаждением перевёл дыхание. Руки альфы задержались на бёдрах Джина, а потом медленно спустились вниз.
- Джини, я не могу больше держаться от тебя на расстоянии.
- Это не так-то легко, да? - поддразнил он его.

Руки омеги заскользили по спине альфы, плечам, шее, пока окончательно не затерялись в копне его волос.
- Вы играете с огнём, мистер, - предостерёг он, когда омега начал нежно поглаживать его голову.
Альфа застонал от истомы и крепко прижал омегу к себе.
- Давай займёмся любовью, Джини. - в голосе альфы слышалась мольба.
В крови Джина вспыхнул ответный огонь желания. И он прильнул к Намджуну, убедившись, что он возбужден до предела. Омега так жаждал возродить волшебство той незабываемой ночи, зная, что теперь ему это подвластно.
Джин раскрыл свои объятия. В состоянии несказанного блаженства Джун взял омегу на руки. Он отнёс его в спальню, где осторожно положил на кровать. Альфа не заставил его долго ждать и тут же лёг рядом. Под его неистовыми ласками омега весь содрогался - возбуждение его было столь велико, что Джин подумал: ещё немного и он лишится чувств. Вдруг альфа перестал его ласкать. Джин, который до этого лежал с закрытыми глазами, чтобы ощущения, которые возникли в нем, казались ещё более острыми, удивлённо распахнул их. Но успокоился, когда увидел, что он оставил его только за тем, чтобы раздеться.
Джин снова раскрыл руки и обнял его, улыбающегося и дрожащего от возбуждения. Намджун медленно развязал пояс на талии омеги и снял снял с него одежду. В первый момент Джину стало холодно, его знобило, но уже в следующее мгновение он мог думать только о ласкающих руках...
- Ты так прекрасен, - повторил альфа сказанное однажды и провел рукой по шелковистой коже омеги.
- Это ты заставляешь меня чувствовать себя прекрасным, Намджун, - признался Джин.
- Я говорю чистую правду, - признался Джун.
Руки и губы его играли с грудью омеги. Язык пробовал эту мягкую нежную плоть на вкус, а руки - шалили с сосками. Ещё немного и Джин соскользнул бы в бездонную пропасть. Никогда, никогда раньше с ним не происходило такого. Джин рассыпался на мелкие частички, потом снова собирался и снова рассыпался.
- Намджун, прошу тебя, - молил омега, в то время как его руки лихорадочно скользили по разгорячённой коже альфы, сжимая плечи, обнимая шею, теребя волосы на затылке.
- Потерпи, малыш, - едва слышно выговорил он, покрывая его грудь поцелуями, опаляя кожу своей неиссякающей страстью, отчего волны возбуждения поглотили Джина.
Вдруг альфа остановился между бёдер омеги: Джин ощутил его язык, зубы и губы. Он затрепетал от его неистовых ласк. Ему казалось, что он превратился в беспомощный комок обнажённой и жаждующей плоти. Джин хотел сказать Джуну, что никогда не чувствовал себя столь чудесно, что так его любили в первый раз в жизни, но мог только вновь и вновь повторять его имя.
Намджун медленно целовал Джина, смакуя сладость омежьих уст,а руки нежно гладили его лицо и волосы.
Но тут омега изогнулся, альфа утратил контроль над собой, поцелуи его стали ненасытными и жестокими.
- Детка, детка, - причитал альфа и скользнул в лощинку, образованную между ягодицами омеги.
Руки омеги нашли его и повели за со собой, а после переместились, удобно устроившись на его мускулистых бёдрах.
- Иди ко мне, Джини. - прошептал Джун, - отдай я мне без остатка.
Омега не сопротивлялся. Поцелуй за поцелуй, ласка за ласку, он сравнился с ним в проявлении страсти, нисколько не скрывая, как сильно хочет альфу. Нам не скупился на похвалы и восхищение омегой как идеальным партнёром. Руки и губы вели их по пути страсти: вперёд... вперёд... и вперёд, пока оба они не сорвались в зияющую пустоту и не начали медленно спускаться все ниже и ниже; счастливые, они очнулись в объятиях друг друга. Наступило утомительное спокойствие.
- Ты поверишь мне, если я скажу, что никогда раньше у меня ни с кем так не было? - признался Намджун, отрываясь от Джина.
- Да, - просто ответил он.
По тому, как сияли его глаза, блестела гладкая кожа, по довольной улыбке на его губах альфа понял, что у Джина так это было в первый раз, и он возликовал.
- Выходи за меня, Джини. - пальцы его продолжали нежно поглаживать обнаженную спину омеги.
Джин задержал дыхание. Его предложение не было для омеги полной неожиданностью. В душе оно его обрадовало. И все же готового ответа у омеги не было. А Нам ждал от него именно этого.
- Дыши же, малыш! - Джун осторожно толкнул его по ребра. - Так-то лучше, - обрадовался он, когда грудь омеги стала плавно подниматься и опускаться. - Так на чем мы остановились?
- Мы обсуждали погоду,-не моргнув глазом сказал Джин, - и я согласен с тобой. День слишком хорош, чтобы сидеть взаперти. - он попытался отодвинуться от Нама, но это тот предвидел и скорее обнял омежку за талию.
- Не убегай от ответа,-попросил он, - Меня успокоит и «может быть», если ты не в состоянии дать мне определённый ответ сейчас.
«Да уж, согласится он на «может быть!» Точно так же, как соглашался на его постоянное «нет».
От себя Джин не скрывал, что больше всего на свете хотел выйти за этого альфу.
- А можно мне сказать «да», но несколько позже? - робко заикнулся он.
- Если же ты хочешь отпраздновать наше обручение как-то по-особенному, то я, конечно же соглашусь. Не каждый день человек, подобный мне, празднует такое событие.
Джин смутился - опять Нам поймал его на какой-то промашке!
- Что-то я не помню, по-моему, я не сказал определённое «да»...
- Не сказал? - изумился Джун. - Бог с тобой, а я отчётливо слышал как ты сказал: «Конечно, я выйду за тебя, Намджуни».
- Ты возмутителен, Ким Намджун, - притворился рассерженным Джин. Глаза его, однако, светились любовью и счастьем.
- Я очень, очень тебя люблю, - шептал Джун, целуя СВОЮ омегу. - А теперь вставай и одевайся. Я хочу отвезти тебя в одно местечко, напоить там шампанским, а потоп - снова привезти тебя сюда и всю ночь напролёт любить тебя безумной и страстной любовью.
- И так будет всегда? - спросил Джин, сжав локоть парня.
Омеге захотелось, чтобы он поклялся, что никогда-никогда не оставит его, не перестанет любить.
- Скажи мне, Намджун, что все это не сон и что наши отношения некогда больше не изменятся.
Альфе послышалось в его голосе отчаяние, и от этого ему стало невыразимо больно. Он почувствовал ненависть к тому ничтожному человеку, кто так ранил эту омегу. Но в то же время его осенило: если бы не то ничтожество, Джин никогда не лежал бы рядом с ним.
- Так не может быть всегда, - возразил он. - Ничего в мире не стоит на месте. Но мы с тобой счастливые люди - ты и я. И то, что у нас есть сейчас, станет ещё лучше по прошествии дней... и ночей.... Ты можешь быть уверен в этом, - добавил он, целуя омегу в лоб. - Ну, а теперь иди одевайся.
Только после ванны, решил Джин, вставая. Через секунду он уже стоял под тёплыми струями душа.
Спустя двадцать минут Джин и Джун уже мчались на юго-восток.
- По-моему, ещё чересчур рано для ужина с шампанским. Но куда же ты меня везешь?
Взглянув на него искоса, Нам ухмыльнулся. Омега выглядел таким правдоподобно счастливым.
- Я подумал, что, возможно, нам все-таки стоит предпринять эту прогулку на самолёте. - Он поднял бровь. - Если только у тебя нет идеи получше.
Джин покачал головой.
Между ними возникло непринужденное молчание. Джин с удовольствием смотрел на мелькающий за окном пейзаж, сравнивая его с калифорнийским. Он скучал по океану, по людным пляжами, по жаре, только не по смогу. Но подумал, что, принимая во внимание бурно развивающуюся промышленность. Северо-западе, эта часть страны очень скоро будет напоминать район Лос-Анджелеса. Вскоре они подъехали к летной школе. При одной мысли, что ему предстоит подняться в небо на маленьком самолёте, Джина замутило.
- Ты действительно хочешь полететь? - спросил омега.
- Но ты же не боишься, правда?
- Ужасно боюсь.
- Но тебе нечего бояться. Самолёты в прекрасном состоянии, а твой покорный слуга - опытный пилот. Я бы не стал замышлять воздушную прогулку, если бы не был уверен в полной его безопасности. Верь мне, Джини.
Разве у омеги был какой-нибудь выбор? Оставляя за собой право быть напуганным до смерти, Джин вышел из машины.
Он закрыл глаза в тот момент, когда заревел мотор, и не открывал их до тех пор, пока не почувствовал на своей щеке ставшие родными пальцы Намджуна.
- Открой глаза, малыш,- благодаря наушникам, которые Нам надел на омегу, голос был отчётливо слышен. - Тут есть на что посмотреть.
Джин открыл сначала один глаз, потом другой и понял, что Джун говорит правду. С высоты открывался сказочный вид. Деревья, которые на земле казались гигантскими, отсюда выглядели игрушечными - такими, какими их представляют для своих пейзажей любители миниатюрных ландшафтов. Озера у подножия горы выглядели маленькими лужицами цвета аквамарин.
Вместе с красотой в душу Джина проникли умиротворение и гармония. Он забыл о том, что находится в маленьком самолётике на высоте сотен метров над земной твердью.
Намджун обрадовался перемене в его настроении и не спешил вернуть Джина на землю, давая ему возможность спокойно любоваться открывшимися просторами.
Наконец настало время спускаться.
- Ну, Джини, - сказал Нам, обняв его за плечи, - что ты теперь думаешь?
Они шли по летному полю к зданию школы.
- Это было прелестно, Джун. Извини, что сначала я вёл себя подобно испуганному ребёнку. Мне следовало знать, что, пока я с тобой, мне нечего бояться. - он взял руку альфы и потеря о неё носом.
От этой ласки Джуну стало тепло и радостно. Он обнял Джина и нежно-нежно поцеловал.
- Намджун, механик! - смутился омега.
- Ну и пусть смотрит! - Нам снова поцеловал его долгим поцелуем, от которого у обоих закружилась голова.
На пути с лётного поля Джин принял решение. Намджун любит его, хочет жениться на нем. И, безусловно, имеет право знать о нем все без утайки. Он должен познакомиться с Чимином.

При мысли о маленьком сыне Джин улыбнулся, но улыбка его тут же померкла. Его пугало, что Джун должен узнать правду о его рождении.
Что если Джуну покажется непосильной эта ноша? Так ли горячо он его любит, чтобы полюбить и его ребёнка? И как отнесется к тому, чтобы принять ребёнка от другого мужчины? Эти и другие тревожные вопросы, сменяя друг друга, приходили на ум Джина, отчего он становился все более унылым.
Что же делать? Существовал только один способ все прояснить - познакомить сына с Намджуном, претендующим на то, чтобы занять такое важное место в их жизни, став мужем и отцом.
Джин посмотрел на часы и улыбнулся Джуну.
- Мои, должно быть, уже приехали домой. Не хочешь познакомиться с ними?
- Это было бы неплохо для всех нас, - с готовностью ответил Джун.
- Да, неплохо. - теперь или никогда, решил омега.
Их автомобиль влился в поток машин. Джин сунул одну ногу под себя, облокотился о дверцу, набрал воздуха в лёгкие и ринулся головой в омут.
- Намджун, существует одна вещь, о которой тебе необходимо знать, пока мы не зашли дальше. - голос его задрожал, и он остановился, чтобы вернуть себе самообладание. - Эта узкая белая полоска на моём пальце оставлена обручальным кольцом моего дедушки. Я носил его, пока был беременным сыном. - Джин замолчал, но Джун никак не откликнулся на сказанное им. На минуту омегой овладел смятение, но он продолжил свой рассказ.
- Имя отца Чимина - Такеши Кико, я жил с ним пять лет. Я очень его любил и думал...нет,был просто уверен в том, что он любит меня не меньше. Когда сообщил ему, что беременнен, он был в шоке. И тут я понял, что он вовсе не хочет иметь детей. Узнав, что, несмотря на его возражение, я намерен родить ребёнка, он ушёл от меня.
Даже сейчас Джину было больно вспоминать, как настойчиво уговаривал его альфа избавиться от ребёнка. У него в горле подозрительно запершило, но он откашлялся и продолжил свою исповедь.
- Он был очень похож на тебя. Больше всего в жизни заботился о том, чтобы ему было хорошо. Но когда ему пришлось выбирать между беззаботной свободой и обязанностями, которые налагает отцовство, он дрогнул... Вскоре он бросил нас. Тогда я обещал себе, что никогда больше не позволю ни одному альфе войти в мою жизнь и сделать меня несчастным.
Намджун поначалу не обратил внимание на то, что Джин сравнил его с трусом, оставившим любимого в тот момент, когда он острее всего нуждался в нем, его заботе и внимании. Он понял, что главное сейчас для омеги - душевный покой и уверенность в будущем. Намджун сказал Джину:
- Я не могу изменить того, что случилось с тобой, Джини, до нашей встречи, но в моих силах сделать тебя счастливым. Я нисколько не похож на того мужчину, малыш. И никогда не оставлю тебя. Обещаю, что наша совместная жизнь будет настолько прекрасна, что ты забудешь о всех своих былых невзгодах. - Высказавшись, Джун сосредоточился на ехавшей впереди машине. - Чимин, - задумчиво повторил Джун имя ребёнка и от души улыбнулся, - так вот кто скрашивает тебе жизнь...
- В нем смысл моего существования, - сказал Джин потеплевшим голосом.
«Значит, войти в твою жизнь мне будет не так-то легко», - подумал Намджун. Но к трудностям ему было не привыкать, и он никогда не пасовал перед ними. Раньше пришло незамедлительно! Он любин Джина, а значит, полюбит и его сына. Со временем они станут настоящей семьёй.