Глава 9. «Когда сердце решает выйти»
— Она вообще собирается к нам выйти? — спросил Ламин, не отрывая взгляда от экрана.
— Не лезь, — отозвался Гави. — Она просто... уставшая.
Жюль бросил короткий взгляд на Гави, как будто хотел что-то сказать, но передумал.
А в это время наверху Элис сидела с гитарой на полу. Её пальцы перебирали струны, но внимание было рассеянным. То ли в мелодии, то ли в воспоминаниях.
Тень прошлого, вспышка боли, сцена на парижской улице... всё снова всплыло.
Она глубоко вздохнула, подняла взгляд. Её глаза — чуть покрасневшие, но твёрдые. Она не хотела оставаться там, в тени. Внутри этой комнаты было слишком много памяти.
Элис встала.
Открыла шкаф. Натянула худи поверх майки и вышла в коридор, босиком, тихо. Спускаясь по лестнице, она слышала, как смеются мальчишки. Слышала, как кто-то (по голосу — Бальде) отчаянно возмущался:
— Эй! Это нечестно! У тебя чит-коды, Педри!
— Просто ты плохо играешь, — смеялся Педри.
Когда Элис вошла в гостиную, её появление сначала никто не заметил — кроме Педри. Он, будто почувствовав, поднял голову первым. Улыбнулся. Тепло. Остальные тоже повернулись.
— О, принцесса проснулась, — фыркнул Ламин. — Добро пожаловать в ад, где Педри всех выносит.
— А я думал, ты сбежала от нас, — сказал Пау, — мы уже пиццу почти доели!
— Тогда мне срочно нужна компенсация, — с лёгкой полуулыбкой сказала Элис и села на мягкий пуф рядом с Педри.
Гави смотрел на сестру чуть внимательнее, чем остальные. Он знал. Почти чувствовал — по тому, как она держит плечи, как чуть медленнее отвечает, как глаза светятся, но внутри есть тень.
Он просто сказал:
— Рад, что ты с нами.
Элис посмотрела на него, кивнула, молча. И этого было достаточно.
Потом всё стало легко. Рядом кто-то снова смеялся, кто-то спорил, Пау наливал колу в пластиковые стаканчики, Жюль рассказал какую-то историю, из-за которой Ламин почти поперхнулся, а Элис вдруг заметила, как гитара лежит на лестнице, и кто-то её аккуратно туда переложил.
— Знаешь, ты выглядишь иначе, когда играешь. Как будто... будто сердце говорит вместо тебя. - неожиданно для Элис, сказал Педри
Элис чуть смутилась. Но улыбнулась. Искренне.
— А ты всегда так легко подбираешь слова?
— Нет, — честно сказал он. — Только когда рядом человек, которого я слушаю всем собой.
Она замолчала. И Педри не стал торопить её. Просто сидел рядом. И этого было достаточно.
Позже, когда матч закончился, а комната погрузилась в полудрему, под звуки музыки из динамика, Элис вытянулась на ковре, опираясь на локоть. Пау дремал, положив голову на спинку дивана, Ламин возился с телефоном, а Педри сидел рядом, ногами касаясь её ног.
— Хочешь, я когда-нибудь сыграю тебе то, что играю ночью? — вдруг спросила она.
— Хочу. Но только если вживую.
— А не через голосовые? — засмеялась она.
— Нет. Ты не понимаешь... — Педри посмотрел на неё. — Это как с голосом — он может быть красивым в записи. Но вживую он касается кожи.
Элис почувствовала, как сердце будто стало мягче.
И впервые за долгое время она позволила себе поверить, что где-то между гитарой, смехом друзей и голосом Педри она снова может быть собой. Не притворной, не сильной — просто настоящей.
И может быть, этой ночью, между кофе и джойстиками, родилось нечто очень важное.
Нечто, что останется с ней надолго.