11. машина
Агапова сидела в прокуренном салоне машины, окутанная густым дымом сигарет и тяжелым, давящим ароматом дешевого алкоголя. Низкие басы, проникающие в самое нутро, казались издевательской насмешкой над ее внутренним хаосом, который разрывал душу на части, не давая покоя. Одна нога небрежно свисала из открытой двери, в руках она сжимала недопитую бутылку пива, но даже алкоголь, обычно притупляющий боль, не мог приглушить ту боль вины, которая напоминала ей о совершенной измене, о том предательстве, которое она совершила.
Лбом, упираясь в переднее сиденье, она чувствовала, как крик безысходности, полный отчаяния и раскаяния, рвется изнутри, но застревает в горле, не находя выхода, захлебываясь в этом потоке эмоций. Она была раздавлена собственными противоречиями, не в силах разобраться в этом водовороте чувств, захлестнувшем ее с головой, заставившем усомниться во всем, что она знала о себе, о своей жизни.
Даня, человек, которого она любила, в котором видела свое будущее, с которым мечтала о семье, представлялся сейчас лишь смутным образом, затменным ярким, опасным пламенем, которое разжгла Соня. Это было что-то новое, совершенно неизведанное, что-то, чего она никогда не испытывала ни к одному парню, и тем более – к девушке.
Она всегда была уверена в своей гетеросексуальности, в том, что ее привлекают только мужчины. Девушки были для нее просто подругами, до тех пор, пока в жизни не появилась Соня, которая ворвалась в ее мир, перевернув его до основания. Она, в один миг, сломала все ее представления о себе, заставила усомниться в том, кем она себя считала, в том, что она знала о себе, о своих желаниях, о своих чувствах.
Темноволосая не заметила, как музыка в машине резко стала тише, как будто кто-то выключил ее. Открыв глаза, с удивлением и легким испугом, она увидела, что на переднем сиденье сидит Кирилл, который внимательно за ней наблюдал.
— Ты че, малая? — хрипловатым голосом спросил он. Алина молча покачала головой, не в силах подобрать слова, чтобы объяснить тот ураган эмоций, который бушевал в ней. — Закрой дверь, поговорим, — подчиняясь этому негласному приказу, захлопнула дверь, отрезая себя от внешнего мира. — Ну, давай, рассказывай.
— Мы с Соней... поцеловались, – выпалила она на одном дыхании.
Челюсть его отвисла, рот приоткрылся в немом потрясении, а глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Он молча уставился на Алину, не веря своим ушам, пытаясь переварить услышанное.
— Так... Подробнее, – выдавил он, все еще пребывая в состоянии шока, после чего перебрался на заднее сиденье, устраиваясь поудобнее.
Он буквально впился взглядом в девушку, жадно ловя каждое слово. Она сбивчиво, то краснея от смущения, то запинаясь, рассказала ему все, что произошло между ней и Соней, не утаивая ни одной детали, ни одной подробности, желая выговориться.
— Да ну нахуй, — пробормотал парень, когда та закончила свой рассказ
— Что мне теперь делать? — растерянно спросила она, не зная, как быть, как жить дальше, как разобраться в своих чувствах.
С одной стороны, ее терзала вина за измену, с другой стороны, она не чувствовала сильной вины, ее внимание было полностью поглощено Соней.
— Пусть будет твоей любовницей, — с совершенно невозмутимым лицом заявил Кирилл, словно это было самое обычное дело.
— Ты идиот или да? — возмутилась Алина.
— Нет, — парировал он. — Если вот этот, – он махнул рукой в неопределенном направлении, подразумевая Даню, – забил на тебя, то Соня точно нет.
Девушка застонала от безысходности и закрыла лицо руками. Кирилл ласково похлопал ее по плечу, а потом обнял, прижимая к себе, понимая, как ее терзает внутренний конфликт.
— Да нахуй я сюда приехала? — прошептала Алина, прижавшись к его груди, ковыряя этикетку на бутылке пива, не понимая, то ли жалеет она о своем приезде, то ли радуется тому, что все произошло именно так.
— Заводить летний роман, — тихонько засмеявшись, потрепал девушку по волосам. — Просто попробуй.
— Я боюсь ошибиться с чувствами, — призналась Алина. — Вдруг, это обычная, мимолетная симпатия, которая ни к чему не приведет?
— Пока не попробуешь, не узнаешь, — пожал плечами Кирилл. — Жизнь слишком коротка, чтобы упускать возможность и загоняться по пустякам. Кайфуй пока можешь.
— У меня уже мозг кипит, — чувствуя, как в горле застревает ком, готовый вырваться наружу слезами, сжала кулаки. — Я не знаю, что делать.
— Просто делай, что хочешь, — предложил Кирилл единственный действенный вариант, стараясь успокоить подругу. — А там будет, что будет, — чуть помолчав добавил, — Разобьешь ей сердце - я разобью тебе ебальник, — в шутку сказал он, но было ясно, что он переживал за Соню.
В этот момент дверь машины приоткрылась, и в проеме возникло лицо Сони. Ее взгляд скользнул по сидящим в салоне, оценивая ситуацию. Кирилл, мгновенно уловив неловкость момента, почувствовав, что его присутствие здесь уже неуместно, похлопал Алину по плечу и торопливо выбрался из машины, оставляя их наедине.
Кульгавая, ощутив облегчение от исчезновения друга, с облегченным вздохом забралась на заднее сиденье и откинулась на спинку, закрыв глаза. Ее накрыла волна усталости, не только от бессонной ночи, но и глубокой эмоциональной усталости. Ей хотелось домой, в тишину своей комнаты, но ноги сами привели ее сюда, к этой машине, к Алине. Последние дни они избегали друг друга, играя в молчанку, что заставляло двоих погружаться в мысли и надумывать лишнего.
Она медленно повернула голову к Агаповой, и их взгляды встретились. Сердце Алины пропустило удар, дыхание стало неровным, а в животе все сжалось от волнения, словно она снова переживала тот поцелуй.
— О чем вы разговаривали? — спросила Соня, не замечая ее нервные движение пальцем, которые ковыряли этикетку.
— Ни о чем таком, — сделав большой глоток пива из бутылки, темноволосая попыталась за этим жестом скрыть волнение. — Просто пообещал мне снести ебальник, если ты снова в запой уйдешь.
— О как, — хмыкнув, подняла брови. Ее явно забавляла реакция друга. — Прям так и сказал?
— Да, — Агапова тяжело вздохнула, съехав вниз по сидению, упираясь коленями в сидение.
— Да не ссы, — она хлопнула ее по плечу. — Я тебе сама ебало разобью.
— Спасибо, — протянув с сарказмом, убрала бутылку в сетчатый органайзер на спинке сидения. — Я так мечтала об этом.
— Мечты сбываются.
Соня прижалась головой к спинке сиденья, с нескрываемым интересом рассматривая ее.
— Повторим? — Алина подняла на нее растерянный взгляд, не в силах скрыть замешательство. — Одноразовая акция, действует пять секунд, — шутливо предложила Кульгавая, но в глубине глаз читалось нечто гораздо большее, чем просто шутка.
Не раздумывая ни секунды, Алина подалась вперед, заключая девушку в поцелуй. Едва слышно ахнув от неожиданности, Соня тут же ответила на поцелуй, запустив одну руку в ее волосы, крепко сжимая их.
Чувствуя, как тело темноволосой охватывает обжигающий жар, придвинулась к еще ближе к ней, почти навалившись на нее, повалив ее на сидение, и перебравшись на ее колени. Соня еле слышно усмехнулась в поцелуй, ощущая, как ее руки начинают исследовать изгибы тела.
Каждая клетка их тел кричала о желании, о непреодолимой потребности быть вместе, здесь и сейчас, раствориться друг в друге без остатка. В этом объятии они забыли о времени, о правилах, обо всем, что находилось за пределами автомобиля, существовал только этот момент, только они две.
Языки сплелись в танце, оставляя после себя терпкий привкус желания, смешанный с пьянящей горечью вины. Этот поцелуй был не просто физическим актом, это было отчаянное, безудержное выражение всех тех чувств, что накопились за долгие дни молчания. Поцелуй становился все глубже и требовательнее, в нем девушки отчаянно пытались передать весь спектр своих эмоций.
Оторвавшись от губ Кульгавой, оставив после себя влажный след, перешла к шее. Она целовала каждый сантиметр кожи, чувствуя, как та вздрагивает от каждого прикосновения, как тело отвечает на этот поток нежности. Опьяненная желанием и смесью страсти и тревоги, Алина слегка вгрызалась в кожу, оставляя на ней засосы, которые вскоре станут ярче. Соня тихо застонала от удовольствия, запрокинув голову, предаваясь этому вихрю чувств, наслаждаясь каждым прикосновением.
Внезапно, сквозь приглушенный гул мотора, до них донеся приглушенный смех и знакомые голоса парней, среди них Агапова с ужасом узнала голос Дани. Внутренний голос, кричащий о надвигающейся опасности, молил остановиться, прекратить эти опасные игры, но ни панический страх перед разоблачением, ни надвигающаяся угроза не смогли остановить бушующие в ней чувства.
— Что делать? — испуганно спросила она, постоянно оглядываясь назад.
— Не паникуй, — показывая наигранное спокойствие, стараясь не нагнетать обстановку, Соня улыбнулась, но улыбка вышла кривой, выдав волнение.
Она, быстро обвела взглядом салон, перебравшись на переднее сиденье и взяла телефон, делая вид, что увлеченно переписывается с кем-то, набирая бессмысленный набор букв, на деле же она просто открыла какой-то чат, быстро стуча по клавиатуре. Растерянно смотря на нее, Алина откинулась на сиденье, приняв полулежащую позицию, прикрывая рукой глаза, делая вид, что пытается уснуть.
Дверь машины со скрипом распахнулась, резко нарушая напряженную тишину. Девушки напряглись до предела, стараясь не выдать себя ни единым движением, ни единым вздохом.
— Че делаете? — спросил Даня, наклонившись в салон, его взгляд, полный подозрения, зацепился за покрасневшие щеки Алины и растрепанные волосы Сони.
— Я сплю, — отозвалась Алина хриплым голосом, прокашлявшись, пыталась вернуть голос в норму.
— Дома спать нужно было, — раздраженно пробормотал он, ухватывая ее за ногу. — Пошли, мне скучно.
— Да отстань ты от меня, — огрызнулась темноволосая, резко отдергивая ногу, уставившись на него с раздражением. — Я, блять, что, клоун, чтобы тебя развлекать?
— Свой характер дома показывать будешь, — прорычал Селиванов, бросив быстрый взгляд на Соню, которая наблюдала за этой сценой.
— Может, ты тоже свой характер дома показывать будешь? — убрав телефон в карман, спокойно парировала Соня, еле сдерживая порыв ударить его. — Нормально общайся. Она девушка, а не твоя собственность.
— Это одно и то же, — отмахнулся парень, но уже немного смягчил тон.
— Дань, ну чего ты начинаешь? — попытался примирительно сказать Кирилл. — Они просто сидят, разговаривают, а Алина устала, вот и прилегла.
— О чем разговаривали? — подозрительно спросил Даня, не сводя глаз со своей девушки.
— Ни о чем таком, — пожав плечами, Агапова устроилась поудобнее, подложив под голову чью-то толстовку, которая валялась рядом. — Просто... Соня рассказывала о своем детстве.
Ее улыбка получилась натянутой и неестественной. Даня, казалось, не поверил ни единому слову, продолжая сверлить их взглядом.
— Пошли, — сказал Кирилл, сжимая его плечо. — Они просто общаются.
— Ладно, — сказал парень. — Но мы продолжим этот разговор позже.
Девушки одновременно кивнули, стараясь не смотреть друг на друга. Даня бросил на них еще один подозрительный взгляд и, наконец, закрыл дверь машины.
Когда они остались одни, в машине повисла напряженная тишина. Агапова медленно выдохнула, чувствуя, как напряжение постепенно отступает. Соня откинулась на сиденье, закрыв глаза.
— Это было близко, — прошептала она.
— Слишком близко, — согласилась Алина, чувствуя, как по спине пробегает холодок.