Когда то, очень давно

Все когда-нибудь подходит к концу. В том числе и жизнь. Никто не в состоянии избежать смерти. Даже Короли. Так и Клоут не смог избежать этой печальной участи.
В Мейлине при коронации все будущие Короли проходят магический ритуал, наделяющий их особыми знаками. Символами, или как мы обычные люди их бы назвали - тотемными животными, которые полностью соответствуют душе Короля, его стремлениям, характеру. Эти символы Короли не выбирают. Наоборот: символы выбирают их. Они рождаются в пламени изумрудного Огня. А этот огонь, следует отметить, священен для всех жителей Мейлина.
Символом Клоута был Филин. Он олицетворял мудрость, стойкость Короля Клоута. Даже в самых безвыходных ситуациях, Клоут умело находил решение.
Но пришел и его час. Час, когда он должен был отправиться к праотцам.
Клоут. Король. Друг. Отец.
Все Истинные Короли находили свое последнее пристанище в Королевской Усыпальнице, которая находилась под королевским дворцом и была внушительных размеров.
Затхлый воздух, сырость, темнота и тишина, которая не нарушалась никогда. Разве что сегодня. Сегодня здесь даже было шумно, по меркам здешних обитателей.
Шум шагов, треск горящих факелов, ритуальное песнопение: звуки, наполнявшие Усыпальницу. Мертвым было не впервой слышать их. Они уже слышали все это и не раз.
Место, подготовленное для Короля Клоута, находилось в глубине зала. Факелы, горевшие магическим огнем, хорошо освещали круг, созданный для погребального ритуала.
В круге стояли люди: всего семнадцать человек. Двенадцать, с накинутыми капюшонами, ритмично раскачивались из стороны в сторону в такт песнопению. Лишь один человек стоял рядом с гробом Короля.
Это был мальчик четырнадцати лет. Он был в траурном наряде: темно бардовый цвет с черной окантовкой по краям. Мальчик стоял, склонив голову: его темные, как смоль волосы падали на глаза. Он будто застыл; превратился в статую. Его казалось, ничто не волновало.
За спиной мальчика стоял юноша лет девятнадцати, также в траурном наряде, но в отличие от мальчика, его голову покрывал капюшон, который полностью скрывал в тени его лицо. Он стоял прямо, головы он не склонял, а просто смотрел прямо перед собой.
Как только песнопение закончилось, юноша подошел к мальчику.
- Ваше Величество - голос был хриплый. Такой обычно бывает, когда у тебя ком в горле.
- Еще нет. - ответил мальчик. - Я еще не Король.
- Все готово. - произнес уже третий голос, который принадлежал одному из тех людей, исполнявших песнопение. - Можем начинать.
Мальчик ничего не ответил, просто кивнул.
Могилы Королей представляли собой стеклянный гроб, но то было не обычное стекло, а магический сплав, который только напоминал стеклянную поверхность. Такой же прозрачный, такой же гладкий, но прочный, настолько, что его невозможно было повредить, даже поцарапать. Таким образом подобная магия сохраняла нетронутым внешний облик погребенного и препятствовала его разложению.
Двенадцать человек, в таких же траурных нарядах, как и у мальчика с юношей; отличались они только тем, что на левом рукаве, у всех были вышиты золотистые крылья, которые опоясывала красная, точно кровь, нить, словно оковы на крыльях; подошли к гробу вплотную и подняли над ним левую руку.
Из их рук вырвался небольшой вихрь, который вскоре окутал гроб с лежащим в нем Королем. На какой-то момент, гроб окутал туман, но как только люди в капюшонах опустили руки, туман постепенно рассеялся.
Гроб покрылся прозрачным и прочным покровом. Мальчик вновь подошел к гробу, дотронулся до него, а затем просто опустился на колени. Все остальные отступили, кроме юноши, который остался рядом с мальчиком.
- Здесь нечем дышать. - произнес мальчик.
- Тогда, нам лучше уйти. - ответил юноша.
Мальчик ничего не ответил; он просто поднялся и повернулся к юноше, а затем тихо пошел прочь.
- Заканчивайте здесь все. - сказал мальчик, когда поравнялся с людьми в капюшонах.
- Слушаемся.
После этого мальчик с юношей покинули круг, и по коридорам, оставляя позади последнее место упокоения Короля Клоута с ее тишиной и покоем.

Наверху дышалось намного легче. Свежий воздух бодрил, а солнечный свет приятно грел кожу. Оказавшись на верху, юноша снял капюшон и подставил лицо под солнечные лучи.
Солнце играло в его волосах, превращая темно русые волосы в золотистую копну.
Мальчик смотрел на юношу и в его глазах застыли слезы. Не смотря на солнечное тепло, мальчик дрожал. Его сковывал холод, будто сырость Усыпальницы поселилась в нем, застряв в сердце. Но когда он смотрел на юношу, холод постепенно отступал. Он знал: его друг рядом, и от этого становилось чуточку теплее.
Юноша посмотрел на мальчика.
- Ваше Высочество, - произнес юноша.
- Нолт, - произнес Деонар. - Я... Не могу...
- Ваше Высочество, я знаю, как Вам сейчас тяжело. Но Вы должны мужаться.
Деонар покачал головой.
- Ваше... - произнес Нолт, но осекся под взглядом Деонара. - Деонар...
Удивлению Деонара не было предела. Никогда еще Нолт не называл его по имени, как бы Деонар его ни просил.
- Деонар, - повторил Нолт уже увереннее. - Мне невообразимо жаль. Я буквально ощущаю твою боль каждой клеточкой. Да, увы, я не знаю, как тебе помочь. Просто знай, что я рядом. Всегда рядом с тобой.
Больше сдерживаться Деонар не мог: он разрыдался и кинулся к Нолту. Нолт же в свою очередь, просто обнял его и гладил по спине, пока Деонар не успокоился.
Успокоившись, Деонар отступил от Нолта и, утерев лицо рукавом, произнес:
- Все. Пора. Сейчас не время плакать.
Затем он просто повернулся и пошел в сторону дворца. Глядя на уходившего принца, Нолт понял, что того маленького мальчика, который подшучивал над ним, который срывался на поиски приключений и отказывался подчиняться приказам и наставлениям отца, больше нет. Он повзрослел. Сильно повзрослел.
Теперь это был уже не маленький Принц. Нолт видел Короля. Будущего истинного Короля Мейлина.
***
- Я не понимаю! - рыдая и метаясь из стороны в сторону, кричала Сибилла. - Как же так?! Мой сын! Мой милый, маленький мальчик!
Олан, Старший Страж бывшего Короля Клоута, стоял низко склонив голову. Он был готов разделить страшную участь Южной заставы сотни раз, только бы не слышать рыданий бедной матери. Семья Рандара была одной из последних, кому Олан лично приносил страшные вести о кончине их сыновей. Это решение было принято им лично, так как магическое сообщение или обычное письмо, он считал неоправданно бесчувственным по отношению к близким погибших.
- Мне очень жаль... - вновь произнес Страж.
- Как это произошло? - услышал он холодный, словно сталь голос девушки. Повернувшись, он увидел девушку лет пятнадцати, единственную дочь Сибиллы и Годрина - Лину. Она повзрослела. Стала настоящей красавицей. Ее глаза... Что же случилось с ее глазами? Олан отлично помнил, что цвет глаз у нее был светло карий, с некой особенной золотинкой, потому что не раз ее видел, когда она навещала брата Рандара в городе. Но сейчас ее глаза были темные, и ледяные. Он опешил от того жгучего холода, который веял от такой жизнерадостной девушки.
- Я задала вам вопрос. - вновь металлический холод.
- Лина... - хотел было остановить ее отец, но Олан поднял руку в знак того, что в порядке.
- Мы не знаем.
- Новы там были? С Королем, да? Что вы видели? Видели руины? Вы видели моего брата? Видели эту черную дрянь вокруг?
Глаза Стража округлились от удивления, и он заметил, как всхлипывания Сибиллы прекратились, и она так же, как и все остальное семейство, обратила свой взгляд на него.
- Откуда ты... - начал было Олан.
- Неважно! - вдруг крикнула Лина. - Я хочу знать! Что. Случилось. С. Моим. Братом? - расставляя паузы повторила девушка.
- Мы правда не знаем. - повторил Страж и вновь поднял руку прерывая очередной возглас Лины. - Правда. Мы не нашли никого.
- Но вы нашли что-то. Кое-что. Кристалл.
- Да, это так.
- Отдайте его мне. - потребовала девушка.
- Мы не можем.
- Но все вещи погибших, по обычаю, должны быть возвращены их родственникам, ведь так?
- Да, но для этого нам необходимо определить кому именно принадлежал этот кристалл. Удивительным образом уцелел только этот. Остальные мы так и не нашли.
- Это кристалл моего брата.
- Понимаю, тебе бы хотелось, чтобы он принадлежал именно ему, но...

- Нет, вы не понимаете. - как отрезала произнесла Лина. - Я это знаю. Знаю, потому что видела. Видела все.
***
- Дата коронации назначена на следующую неделю. - Нолт с Деонаром шли по коридору к покоям принца. - До того времени, поживете в своих покоях.
- Нет. - возразил Деонар. - Я не хочу селиться в покоях отца. Это его комната, его вещи. Я останусь в своих покоях или пусть подберут другие, но к отцу в покои я не перееду.
Он сказал это тоном, не терпящим возражений.
- Хорошо. Как скажите. - согласился Нолт. - Что теперь? Что мы будем делать дальше? Какие будут распоряжения?
Деонар остановился.
- После обеда собери Магический совет. И пусть твой отец присутствует тоже. Разберем нападение по крупицам. Нужно выяснить, что там случилось.
- Как прикажите. Я сейчас же отправлюсь и отдам распоряжение.
Нолт повернулся, чтобы уходить, но Деонар остановил его.
- Нолт, подожди. Твой отец... Перед собранием, пусть зайдет ко мне.
Нолт кивнул и удалился.
Нолт знал, о чем Деонар хотел поговорить с его отцом. О том, что случилось на Южной заставе. Олан уже рассказал Нолту, правда, коротко, о том, что случилось. Даже по его рассказу, Нолта дрожь пробирала от ужаса. Будь он там, он бы не выжил. Он точно это знал.
Нолт нашел отца в оружейной, тот просто стоял у стены с оружием и что-то разглядывал.
- Отец.
Олан обернулся и посмотрел на сына так, будто видел его впервые.
- Отец, Его Высочество хочет тебя видеть прямо сейчас. Он распорядился собрать Магический совет после обеда, но перед этим, он хочет кое-что обсудить с тобой.
Олан кивнул.
- Как прошло погребение?
- Как обычно. В смысле... Я ни разу не был на королевском погребении, но думаю, все прошло как надо. Маги знают, что делать.
- Ты прав. Маги знают.
На этом, Олан покинул комнату.
Как только шаги отца стихли, Нолт решил, что самое время оповестить Магов о приказе Деонара. Нолт уже собирался уходить, как его внимание привлек меч на стене с оружием. Нолт, будучи Стражем, питал особые чувства к холодному оружию. Ведь оружие помогало ему защищать жизнь принца. Правда, на практике ему ни разу не доводилось использовать свой меч.
Мечу, который привлек внимание Нолта, было не место в оружейной. По крайней мере, в обычной оружейной. Это было поистине произведение искусства. Двуручный меч: рукоять со странной резьбой. На ней были вырезаны странные фигуры, но нужно было признать, что эти фигуры завораживали, будто сплетались в каком-то загадочном танце.
Нолт подошел к мечу, завороженный им, он протянул к нему руку.
«Дотронься»
Голос будто раздался у него в голове. Жуткий, холодный, хриплый, проскребающий себе дорогу к мозгу. Собрав все силы, Нолт все же смог одернуть руку.
У Стража перехватило дыхание, голова закружилась, живот скрутило и его тут же стошнило. Нолт упал на колени, задев рукой стол, и тот сразу же перевернулся. Раздался грохот, который привлек внимание стражи в коридоре. Когда они вбежали в оружейную, Нолт лежал на спине, смотря в потолок, он тяжело дышал.
- Страж Нолт! - стражники подбежали к Нолту и попытались его поднять. - Что случилось? Что с вами?
Нолт слышал все, что ему говорили стражники, видел их движения, но все было так, как будто их движения замедлили, а их голоса доносились, словно из-под толщи воды. Нолт попытался встать, но тут же рухнул снова уже на руки стражей.
- Давай перенесем его в лазарет. Наверное, отравился чем-то. - сказал один из стражников.
Он с легкостью поднял Нолта на руки, и понес к выходу.
В голове у Нолта раздавалось только одно, снова и снова: «Вернись! Дотронься. Узри истину!»
Деонар сидел за своим столом. Как часто он делал за ним домашнее задание, которое ему задавали его учителя, его отец. Он изучал здесь научные трактаты, все, что относилось к политике, к управлению государством. Теперь же ему предстояло здесь подписывать королевские приказы.
Его голова готова была взорваться от различных мыслей, которые сменяли друг друга. Но сейчас для него важно было только одно: выяснить, кто напал на его отца. Кто его убил. Кто посмел напасть на их страну.
Вошла служанка и сказала, что пришел Страж Олан.
- Пусть войдет. - ответил Деонар.

- Ваше Высочество, Вы хотели меня видеть?
- Да. Я хотел поговорить с Вами, перед тем как мы будем разбирать нападение на Совете.
- Да, Нолт сказал мне.
Деонар указал на диван.
- Присядем.
- Вы так... - Олан запнулся. - Повзрослели. Я знаю, как это глупо звучит, но...
- Все нормально. Я понимаю. Если честно, то чувствую я себя странно. Я же еще почти ребенок, и в то же время, я понимаю, что нужно взрослеть, что теперь я будущий Король.
Олан тяжело вздохнул.
- Мне очень жаль, Ваше Высочество. Правда, жаль. Я так виноват перед Вами, перед Королем. Я не смог его защитить.
- Олан, - произнес Деонар. - Я не виню вас. Я уверен, что вы сделали все, что было в ваших силах.
- Нет, не все.
Олан посмотрел на Деонара.
- Что там произошло? - наконец, спросил, Деонар. - У южной заставы. Расскажите мне все.
Олан тяжело вздохнул и прикрыл глаза.
Все было... Ужасно. Простые слова не опишут, то, что там происходило. Мы прибыли на место, спешились; начали все осматривать. От форта ничего не осталось. Одни руины. Кроме странного, черного вещества, которое было повсюду, как будто кто-то что-то разлил. А затем, мы нашли ее...
- Ее?
- Руку. Одного из Стражей. Она была оторвана, и все еще сжимала кристалл. Вокруг нее этого черного вещества было больше. Ваш отец, Король... Подошел к ней, дотронулся, и тут все началось. На нас опустилась тьма. Солнце померкло. Будто ночь наступила раньше положенного. Ветер, пронизывающий до костей, сбивающий с ног, начал кидать нас из стороны в сторону. Мы никак не могли вырваться из объятий ветра и тьмы. Тьма все сгущалась, и скоро стала такой густой и непроглядной, что мы не могли и руки своей разглядеть, казалось, мы перестали существовать. Тьма была повсюду. И этот ветер. А еще... Зловоние. Ужасное зловоние. Вонь, от разлагающихся трупов: тысячи, нет, сотни тысяч трупов. Невозможно было дышать. Мы задыхались и ничего не могли с этим поделать. Многие из нас уже простились со своими жизнями. Ваш покорный слуга тоже. Впервые за то долгое время, пока я служил Вашему отцу, я испытал подобный ужас. Я испугался. Страх полностью овладел мной. Парализовал. Кровь застыла в жилах. Это был кошмар наяву. Никогда еще я не сталкивался ни с чем подобным. Знаете, у нас ведь нет войн. Мы ни с кем не воюем. Конечно, мы проходим подготовку, нас учат сражаться, но сражаться с таким... Невозможно.
Олан замолчал. Он переводил дыхание. Дышал глубоко и тяжело. Деонар понимал, что его отец и все остальные прошли через ад. Он хотел, чтобы Олан рассказал, что случилось дальше, но не мог просить его пройти вновь через это.
Его отец.
Его отец тоже побывал в этом аду. Сердце Деонара сжалось от боли и страха. От боли за отца, и от страха за себя и всех, кто был ему дорог.
Олан смотрел в одну точку. Голос его стал таким холодным:
- А потом, спустя, казалось, целую вечность, мы услышали ужасный, леденящий кровь, голос, словно скрип по стеклу. «Наконец», проскрежетал он. «Время пришло. Все повторится вновь, и вашему веку настал конец...», вот что он нам сказал. Затем я услышал крики. Крики моих товарищей. Я слышал свой крик, но как бы со стороны. Будто это кричал не я, а кто-то другой. Я не различал, где, чей голос, потому что ужас, боль, страдание исказили до неузнаваемости их голоса. Я знал лишь одно, где-то среди них, был и голос Вашего отца. Сколько это продолжалось я не знаю, но наконец, крики затихли, голос замолчал, тьма начала отступать. Я не знаю, как я остался жив, или почему эта тварь оставила меня в живых. Ваше Высочество, я думал, что умер. Такое сложно пережить. Но как только тьма отступила, и ветер стих, я рухнул лицом вниз и потерял сознание.
Деонар нервно сглотнул.

- Когда я очнулся, меня кто-то звал. Я не сразу узнал в этом изменившимся, слабом голосе, голос Вашего отца. Он звал меня. - лицо Олана исказилось от боли. - А я не мог пошевелиться. Я лишь прошептал, что я здесь, я рядом. Но он продолжал меня звать, видимо он не слышал меня. Когда я собрался с силами, поднялся и нашел его, я понял, почему он не слышал меня. Он был в ужасном состоянии. Эта рана у него в груди... Его глаза. Я... Ваше Высочество, я не знал, что мне делать... - голос Олана сорвался.
Спустя некоторое время он продолжил:
- Я соорудил носилки из подручных средств, уложил Короля на них, и потащил их в сторону дворца. По дороге я несколько раз терял сознание. Когда мы добрались до мельницы, я решил, что лучше укрыться здесь, и отправить сообщение. Попросить помощи. Я так и сделал. Отправил магическое сообщение. Дальше Вы знаете.
Олан тяжело вздохнул и закрыл глаза. Деонар смотрел на него и удивлялся, как же он остался в живых после такого ада.
- Спасибо, Олан. Я очень благодарен за то, что Вы мне все рассказали. Я даже представить не могу насколько Вам тяжело. Спасибо.
- Это мой долг. Мой долг был защищать Вашего отца. Я не справился с этим. Теперь мой долг защищать Вас.
- Я очень благодарен Вам, Олан. Правда. - Деонар поднялся с кресла.
Внезапно в комнату вошла служанка, на ее лице был испуг, голос дрожал:
- Ваше Высочество, простите. Но...
- Что случилось Адель? - взволновано спросил Деонар.
- Страж Нолт...
Деонар рванулся навстречу к служанке.
- Что с ним? Что случилось?!
- Ему совсем худо. Он потерял сознание в оружейной. Стража перенесла его в лазарет. Королевский врач никак не может понять, что с ним.
Деонар резко развернулся к Олану, и был очень удивлен, потому что не увидел на лице Олана ровным счетом ничего. Ни испуга, ни страха, ни даже волнения за жизнь сына.
- Олан, отправляйтесь к Магам, скажите им, чтобы явились в лазарет. Это мой им приказ.
Сказав это, Деонар не стал дожидаться ответа Олана, а просто выбежал из комнаты.
Деонар не мог поверить, что ему приходится проходить через подобное второй раз, через такой короткий промежуток времени. Неужели, теперь все так и будет? Постоянный страх за друга, за семью, за страну.
Когда Деонар влетел в лазарет, он увидел, как у одной кровати столпилось несколько человек. Среди них был королевский врач. Еле передвигая ногами, Деонар подошел к ним. Он боялся худшего, боялся увидеть своего Стража, своего друга мертвым.
Королевский врач - Иса, повернулся к Деонару:
- Ваше Высочество, - произнес он. - Простите Вашего слугу, но я не могу понять, что случилось со Стражем Нолтом.
Иса, был старым врачом. Он стал самым молодым королевским лекарем, за всю историю Мейлина. Его выбрал еще дед Деонара. Юный Принц любил Ису: он был добрым, мягким человеком, но это не мешало ему быть лучшим в своем деле. Деонар мог перечислить множество своих детских воспоминаний, в которых участвовал Иса. Когда Деонар болел, Иса усаживал его себе на колени, поил его лекарством, согревал своим теплом, рассказывал что-нибудь интересное, отвлекая тем самым мальчишку от боли. Но после смерти матери Деонара, Иса очень сильно постарел, словно день смерти Королевы забрал у, и без того старого доктора, еще десяток лет. А все дело было в том, что Королева, мать Деонара была племянницей Исы, единственным родным человеком, кто у него остался. Всю семью Исы, кроме него самого и юной племянницы, унесла ужасная хворь. И вот, когда Деонару исполнилось пять лет, та же самая хворь забрала и Королеву Радну - мать Принца. Деонар плохо помнил мать, в памяти остались лишь самые светлые воспоминания: то, как она ему напевала колыбельную, как рассказывала сказки перед сном, как укачивала его, когда ему снились страшные сны. Исе, как родственнику Королевы было выделено поместье, земля и несколько акров земли, но он отказался от них, не захотев расставаться с племянницей, а потом уже и с юным Принцем, оставшись Королевским лекарем и имея возможность каждый день видеть своих родных.
- Сейчас здесь будут Маги. Возможно, они поймут, что с ним. - ответил Деонар.

Принц подошел к Нолту и, вначале не сразу узнал, в этом осунувшемся измученном юноше, своего сильного Стража.
Нолт был без сознания. Глаза его были закрыты, лоб покрывала испарина, смешанная с чем-то еще... Что-то темное. Темно-красное, поправил себя Деонар.
- Что это? - спросил Деонар у Исы.
- Кровь, Ваше Высочество.
- Он ранен?! - воскликнул Деонар.
- Насколько мне известно, нет. Но видимо кровь, выделяется вместе с потом.
Деонар смотрел на Нолта, и его сердце разрывалось от боли и страха за друга.
Нолт будто спал, и видел кошмар. Его волосы, пропитавшиеся потом, потемнели и в беспорядке разметались по подушке; тяжелое, прерывистое дыхание нарушало тишину, образовавшуюся в лазарете. Но слух Деонара, ловил и что-то еще.
Принц наклонился ближе к Нолту, и только теперь услышал:
- Нет... Ни за что... - голос был слабый, но Деонар это расслышал четко.
- Нолт, - прошептал Деонар. - Нолт, ты слышишь меня? Нолт?
Никакой реакции. Нолт не слышал его.
- Он бредит. - объяснил Иса.
Звук шагов позади, заставил Деонара обернуться. Это были Маги. Они прошагали сразу к кровати Нолта. На всех лицах невозмутимое выражение. Казалось, их ничто не может тронуть.
- Ваше Высочество, мы явились, как только получили Ваш приказ.
- Осмотрите Стража Нолта. Я хочу знать, что с ним.
Главный Маг - Уций, подошел ближе и только сейчас взглянул на Нолта. Прикоснувшись ко лбу Стража двумя пальцами, Маг начал что-то нашептывать. Нолт стал дышать ровнее, перестал вздрагивать и бредить.
Неожиданно глаза Нолта широко раскрылись, он посмотрел на Уция:
- Двенадцать! Запомни двенадцать!
- Нолт! - Деонар встал рядом с Уцием.
Нолт смотрел на Деонара непонимающим взглядом.
- Ваше Высочество...- слабым голосом прошептал Нолт. - Что произошло?
- Ты потерял сознание. Что случилось?
Деонар повернулся к главному Магу.
- Что с ним? Уций, что это такое?
- Проклятие. На Стража Нолта наложили сильное заклятие. Не настолько сильное, что я не смог бы его снять, но это займет какое-то время.
- Проклятие? Но как? Кто? - не понимал Деонар.
- Пока не знаю, но скорее всего это проклятая вещь. Возможно, на мельнице Страж Нолт дотронулся до нее.
- Меч... - сказал вдруг Нолт. - Я увидел меч в оружейной. Но я... не трогал его.
Вид у Мага стал задумчивый. Он повернулся к остальным Магам, которые до этого момента стояли, не проронив ни слова; можно было даже подумать, что они покинули лазарет. Главный Маг обменялся со своими братьями странным взглядом, а затем снова повернулся к Нолту.
- Ваше Высочество, я бы хотел попросить Вас покинуть лазарет. Мы проведем ритуал очищения, а также попытаемся выяснить, кто наложил проклятие.
- Нет. - жестко сказал Деонар. - Я останусь. «Все остальные могут идти», -сказал он, посмотрев на Ису и остальных врачей.
- Но... - начал было Уций.
- Никаких «но». Я остаюсь и все. Но... Проклятие могут ведь, наложить лишь маги, а все Маги, которые остались на земле, сейчас стоят в этой комнате. Тогда кто?
- Не имею ни малейшего понятия, Ваше Высочество, - ответил Уций. - Повторяю, мы попытаемся все узнать во время ритуала.
- Это опасно? - испугано произнес Деонар.
- Не опаснее чем само проклятие. Если его не снять, Ваш Страж умрет. Сейчас он в сознании, но все еще во власти проклятия. Если...
Маг не успел договорить, лазарет разорвал крик Нолта. Это был крик боли. Невыносимой боли, словно его рвали на части. Несколько медсестер, зажав уши руками, выбежали из лазарета.
- Как я и думал. - пробормотал Уций. - У нас мало времени. Нужно начинать.

Он кивком головы подал сигнал остальным Магам, и они тут же сорвались с места. Некоторые из них, встали в центре комнаты, воздух вокруг них казалось начал мерцать и рябить, и от этого на полу, вскоре стали вспыхивать какие-то знаки; другие выдвинули кровать, с кричащим от боли, Нолтом в центр комнаты, установив ее прямо на этих знаках. В тот же миг свечение от знаков перекинулось на кровать, ножки кровати, словно светящимся голубым хлыстом, привязало к полу. Маги выстроились вокруг кровати и все разом начали произносить, незнакомые Деонару, слова. На полу, то вспыхивали, то потухали разные символы: как только загорался какой-то символ, свет от него поднимался в воздух и повисал над Нолтом, после чего, сам символ на полу гас. Так повторялось двенадцать раз.
«Двенадцать Магов, - подумал Деонар. Двенадцать символов. По символу на каждого Мага».
Как только все двенадцать символов погасли, свечение, повисшее над Нолтом, ударило его прямо в грудь. Нолт прекратил кричать, и вновь потерял сознание. Спустя мгновение, тело Нолта начало трястись, неестественно, жутко, словно оно лишилось костей и приобрело ужасающую гибкость и прозрачность. На груди Нолта, куда ударил свет символов, поочередно начали вспыхивать и гаснуть те же самые символы: все повторилось вновь, только теперь на груди Нолта. Почти то же самое. Когда настал момент погаснуть последнему символу, Нолт затих, тело перестало трястись, а сам символ вместо того, чтобы погаснуть остался на груди и продолжил светиться. Прямо там, где у человека располагается сердце.
Деонар непонимающе уставился на символ.
- Что это значит? - он переводил взгляд с одного мага на другого.
У всех, без исключения, было странное выражение лица.
- Уций! - прикрикнул Деонар. - Я спросил, что это значит!
Образовавшуюся тишину нарушало только тяжелое дыхание Нолта. Наконец, прокашлявшись, Уций произнес:
- Это... Предательство, Ваше Высочество.
Уций устремил свой взгляд на одного мага.
В следующее мгновение, произошло сразу несколько вещей: тот самый маг, на которого смотрел Уций, со странным криком бросился на него, выхватив из своего рукава рясы, кинжал.
Символы на полу, все, кроме одного, вновь засветились, только ярче чем в первый раз. Уций, сделав шаг назад, отступая от нападавшего, поднял руки над головой и хлопнул в ладоши.
Хлопок был настолько громким, что все стеклянные вещи, находившиеся в комнате, хотя может и во всем дворце, в этом Деонар готов был поклясться, завибрировали. Вибрация переросла в звон, настолько высокий, что Деонару казалось, что у него вот-вот лопнут барабанные перепонки.
Зажав уши руками, принц упал на колени, и пытался разглядеть, что же происходит. Уций по-прежнему стоял на том же самом месте, руки и голова опущены, на, напавшего на него мага, он смотрел исподлобья, казалось, его нисколько не тревожит этот звон.
Остальные Маги, встав четко на светящиеся символы, каждый на свой, как понял Деонар, и, сложив руки, смиренно склонили головы; возможно, они что-то читали, но с таким звоном, Деонар бы не расслышал ничего, даже если бы ему кричали прямо в ухо. Напавший Маг, выронил кинжал, он, как и Уций, пытался поднять руки вверх, возможно, для такого же хлопка, но что-то мешало ему, руки будто отказывались слушаться его. Затем, когда звон достиг своего пика, и Деонар почувствовал, что по его рукам потекла странная теплая, липкая жидкость, напавший маг зажал свои уши руками и рухнул на колени. Тут же из символов, на которых стояли маги, вырвался свет, который словно плетью связал их собрата, и этот ужасный звук моментально затих. Уций подошел к связанному магу.
- Ниваль, - произнес Уций. - Как ты мог?
Ниваль, в свою очередь гневно уставился на Верховного Мага.
- Ты... Пожалеешь! Придет время, и ты падешь! - его голос сорвался. - Ваше Высочество...
Он не смог договорить, из его горла хлынула черная кровь, и Ниваль, захлебываясь ею, завалился на спину, захрипел, несколько раз вздрогнул и затих.
В лазарете повисла жуткая тишина, которая нарушалась лишь мирным посапыванием Нолта.
***
- Что все это значит? - отдышавшись, спросил Деонар.
В ушах до сих пор звенело.

- Как я и сказал, Ваше Высочество. Это предательство. - удрученным голосом ответил Уций.
- Предательство? Но... Ниваль - предатель? - ошарашено спросил Деонар.
- Да.
- Но тогда зачем? Зачем вы убили его?
- Мы не убивали его, Ваше Высочество. Должно быть это был тот, кому служил Ниваль. Мы лишь связали его заклятием. - ответил Уций.
- Ничего не понимаю. Что значит этот символ на груди у Нолта?
- Этот символ принадлежал Нивалю. У каждого Мага есть свой отличительный знак. При посвящении, все Маги получают его.
- Как Короли. - произнес Деонар.
- Совершенно, верно, Ваше Высочество. Только у Королей этот символ олицетворяет его характер. У Магов же, символ - это часть его самого. Его подпись в магии, когда он творит ее, остается отпечаток, след - его личный символ. В данном случае это символ Ниваля. А значит, именно он наложил проклятие на Стража Нолта.
- Но, зачем ему это? - недоумевал Деонар.
- Не имею ни малейшего понятия, Ваше Высочество. Возможно, когда Страж Нолт проснется, он расскажет нам подробнее, что именно произошло. Не волнуйтесь за него. Сейчас он спит. Сон восстановит его силы.
- А... Этот след? Он останется?
- К сожалению да. Такие отпечатки, после столь сильной магии, остаются на всю жизнь.
Деонар смотрел на спящего Нолта. Что же все-таки произошло?
- С Вашего позволения, Ваше Высочество, мы заберем тело Мага Ниваля, чтобы провести ритуал, который возможно поможет нам узнать, кому он служил.
Деонар лишь кивнул. Он был измотан. День еще не закончился, а уже произошло столько всего, что у Деонара голова шла кругом.
Смерть отца. Казалось, это было так давно, а еще не прошло и дня. Теперь Нолт. Неужели это все происходит с ним, с Деонаром?
Деонар сел на соседнюю, с Нолтом, кровать. Маги покинули лазарет, забрав с собой тело своего бывшего собрата. На полу остались лишь следы выжженных символов и кровь. Принц, не отрываясь, смотрел на них. Его мысли блуждали по воспоминаниям о детстве, об отце, о том, как он впервые познакомился с Нолтом. Целый хоровод воспоминаний. Как все было легко и просто, когда он был маленьким: ему не нужно было принимать никаких решений, все решали за него. Тогда ему хотелось поскорее освободиться от опеки, стать самостоятельным, и вот теперь, когда он им стал, он неутолимо желал вернуть все назад.
Из размышлений его вывел голос Исы:
- Ваше Высочество, - голос был мягкий, как обычно. Вам не мешало бы отдохнуть.
- Нет. Я останусь здесь, пока Нолт не проснется. Я не оставлю его.
Иса вздохнул и тихонько покинул комнату. Деонар слышал, как он за дверью отдавал распоряжение, прибрать в лазарете. Равномерное дыхание Нолта успокаивало, и вскоре Деонар сам того не заметив, погрузился в глубокий сон.
Он шел по дворцу: по коридору, ведущему в тронный зал. Все было как обычно, за исключением одного: стены коридора, казалось, танцевали, они то изгибались наружу, то делались впалыми, извивались; появились повороты там, где их раньше не было.
Деонар не мог понять, что же происходит со стенами, он хотел спросить хоть у кого-нибудь, что это, но вокруг не было ни души. Никого. Нигде.
Исчезли все комнаты. Остался только этот странный, извивающийся, играющий с его подсознанием, коридор. Он не выпускал его, словно вел куда-то.
Деонар попытался крикнуть.
Безрезультатно. Из его уст вылетел лишь шепот.
«Конечно», - ответил ему его кто-то. «Ты не можешь кричать».
«Почему?» - спросил тут же Деонар.
«Ты же сам знаешь. Ну же. Подумай хорошенько».
«Я... Во сне?.. Я сплю»
«Верно. Ты спишь».
Деонар продолжал блуждать по коридору, пока не увидел солнечный свет впереди, дойдя до него, он понял, куда привел его коридор. Куда привел его сон.
Тронный зал. Как всегда, он был залит солнечным светом. Особое расположение и магические заклятия делали свое дело. Деонар часто бывал здесь, когда был еще совсем маленьким, с ним у него было связано множество приятных воспоминаний: отец, совещающийся со своим Стражем или Магами, или же принимающий послов из других стран, и он, Деонар, играющий или просто дремлющий в сторонке.

Во сне тронный зал предстал перед ним практически не измененным, за исключением того, что на спинке трона восседал крупных размеров филин.
«Подойди», - раздалось ниоткуда.
Деонар повиновался. Как только он приблизился к трону, филин раскинул свои крылья и из них ударил яркий, ослепляющий свет, в то время как остальной свет в зале погас.
«Взгляни», - произнес голос.
Деонар обернулся и посмотрел в центр зала. Посреди тронного зала, будто приведения, мелькали картинки. Из прошлого. Они сменяли одна другую: там был и отец Деонара, и люди в капюшонах - маги, догадался Деонар, были и незнакомые люди, Король кричал на них, там был и сам Деонар. Затем картинки стали исчезать, их место теперь занимал темный туман, который постепенно заволакивал весь тронный зал. Так продолжалось, пока в зале не стало совсем черно.
«Ты должен... », - голос оборвался.
Деонар всматривался во мрак, в черную бездну, и постепенно, в воздухе стали проявляться горящие очертания.
Они разгорались все ярче и ярче, пока в центре зала, в человеческий рост, не возникли четкие огненные цифры. Они полыхали огнем, обжигая глаза, заставляя, зажмурится.
Деонар проснулся в липком поту, и резко сел в кровати.
Перед его глазами до сих пор полыхала цифра «12».