8
Когда Тэхён на следующий день мог самостоятельно подниматься и медленно передвигаться, врач позволил ему немного побыть с Хосоком, который, по словам лечащих докторов, уже очень скоро должен был придти в себя.
Ким открыл дверь в палату. Плотные шторы были задёрнуты, и мягкий холодный свет пробивался через просвет. Это был первый раз после операции, когда Тэ видел его.
Закрытые глаза, медленно вздымающаяся и опускающаяся грудная клетка, бледные щёки и сухие губы. Путь до кровати кажется бесконечным. Придвигает стул, садится ближе. Тэхён касается нежно руки любимого, проводит по ней пальчиками, представляя, как эта ладонь сжимает его.
Это напомнило Киму годы их юности, когда они ночевали вместе, но ещё не встречались. Они делили одну кровать, и Тэ, просыпавшийся раньше, всегда долго наблюдал за Хосоком, который мирно спал рядом, иногда прижимая его к себе. Тэхён позволял себе тогда мягко касаться плеча Чона, спускаться ладонью вниз по груди, и наблюдать, как морщилось лицо Хосока. Это казалось Киму таким смешным, что он не мог сдержать улыбки. А потом Чон открывал глаза, всё так же прижимая Кима, словно они ещё спят, и видел, как тот смеётся.
— Я смешной, когда сплю? — полусонно спрашивал Хосок.
— Спи, ещё рано вставать, — отвечал ему Тэ.
— А ты? Почему не спишь?
— Потому что ты очень смешной и мешаешь мне.
— Я тогда отвернусь.
Чон тогда выпускал Кима из своих объятий и поворачивался к нему спиной. Тэхёна хватало ровно на пять минут, и тогда Хосок вновь ощущал прижимающееся к нему тело, и засыпал с улыбкой на лице. Они любили друг друга уже тогда, но понадобились годы, чтобы парни смогли искренне признаться в чувствах.
Несмотря на больничную обстановку, Тэ чувствовал себя в безопасности рядом с Чоном. Сейчас, когда он увидел его, стало намного легче и спокойнее. «Всё будет хорошо», — Тэ верил в это.
***
Намджун пришёл вечером к Тэхёну.
— Мы всё придумали, — сказал Джун, меняя капельницу.
— Ты о чём? — заинтересованно спросил Ким.
— Когда Хосок придёт в себя, а это может произойти в любую минуту, вы с ним сразу же улетите из Кореи.
— Эмм. что?
— Ах, ты не знаешь о проблеме Чона?
— Какой проблеме?
И тогда Намджун рассказал всю историю, какую услышал от Джина, описав в подробностях то, каким извергом является папаша Микки.
— Ты понимаешь, что они не оставят его живым?
— И что же делать? — Ким с надеждой смотрел на друга.
— Я же говорю. Сразу после того, как он придёт в себя, вы улетите из страны. Хосока мы объявим мёртвым, чтобы этот бандюга потерял след. Вы обустроитесь на новом месте и будете жить там, присылая нам в групповой чат свои довольные рожи. План ясен?
— Как мы поедем в аэропорт? Там ведь нас смогут вычислить.
— Родители Чонгука — люди влиятельные. И, что самое главное, у них есть частный самолёт. Они вошли в ваше положение и согласились помочь.
— Намджун... Как я могу отблагодарить вас всех... Как я могу...- Тэхён улыбался со слезами на глазах. Не верилось, что все проблемы и волнения будут позади, что Чон сможет теперь дышать полной грудью без страха и сомнений.
— Родители Чонгука также позаботились о ваших обследованиях в одной из частных клиник, поэтому весь следующий месяц будете приводить здоровье в порядок там.
— А куда мы полетим? Япония? Таиланд?
— Италия.
— Италия?
— Да, синьор Ким, Италия, — Джун рассмеялся, — И да, мне нужна твоя подпись сегодня, чтобы продать твой магазин. На вырученные деньги и на сбережения сможете купить себе небольшой уютный домик у моря.
— Вы отправляете нас на медовый месяц?
— На медовую жизнь...
***
Ночью санитарки позаботились о Чоне, который пришёл в себя после нескольких дней бессознательного состояния. Первым, что он произнёс, было: «Где Тэхён?».
Тэ сидел рядом с ним в четыре часа утра, и они целовались, как дети, которые закрылись в кладовке, чтобы узнать, что значит «целовать кого-то».
— Когда мы вылетаем?
— Чонгук сказал, что подъедет к больнице через час. Нам нужно быть готовыми. Чимин уже привёз все наши вещи.
— А мой паспорт?
— Отец Гука поможет с этим на месте. Не переживай, душа моя, — Тэ чмокнул любимого в щёчку, — Хосок-а...
— Мм? — обнял Чон Тэхёна крепче.
— Ты сумасшедший, ты знаешь это? — они смеялись, словно влюблённые безумцы.
***
— Мы как агенты ФБР, — говорил Джин, поправляя очки и зачёсывая волосы назад, — Выполняем миссию.
Машина была уже на территории загородной виллы родителей семейства Чон. Тэ, Хосок и все их друзья-соседи направлялись на огромную площадку в ста метрах от виллы, откуда должен был взлететь самолёт.
— Мне не верится, что мы уезжаем, оставив позади родной Сеул...- поспевал Тэхён за Хосоком, в котором вдруг появился дополнительный заряд энергии.
— Не беспокойся, всё будет хорошо, — успокоил Кима его парень.
— А как же наши родители?
— Позвоним им из Италии.
— Они даже не знают, встречаемся ли мы.
— Знают, я рассказывал твоим.
— Что? — вылупил глаза Ким.
— Я сказал, что «ваша принцесса нашла своего принца, отпустите её».
— Хосоооок! — ударил Ким Чона по плечу, заливаясь смехом.
— Скажи мне, только честно, ты когда-нибудь мог представить, что наша судьба сложится так?
— Всё это слишком похоже на дораму. Я очень боюсь, что открою глаза, и окажется, что я на самом деле умер. Хосок-а... Я ведь жив?
Хосок остановился, заставив Кима посмотреть на него.
— Просто не отпускай мою руку, и всё у нас будет как никогда прекрасно. Чудо это или нет, но у нас есть шанс, и мы должны им воспользоваться. Я хочу, чтобы мы стали друг для друга пылесосами, чайниками. Как ты там ещё говорил.
— Я хочу, чтобы ты был моим...
— Я люблю тебя, Тэ.
И пока все занимались загрузкой вещей в самолёт, эти двое целовались, взявшись за руки, словно молодожёны перед алтарём.
— Я не совсем разбираюсь в романтике, — вздохнул утомившийся Джин, прислонившись к Намджуну, — но, кажется, именно так она выглядит.
— Я тоже так думаю, — Намджун кивнул и повернулся к Джину. Джин в этот же момент повернулся к Джуну. Они непроизвольно посмотрели на губы друг друга. Джин облизнулся и вдруг резко отскочил. Парни неловко стали осматриваться, словно что-то потеряли.
— Просто возмутительно. Где мой зонт? — сказал Джин первое, что пришло ему в голову.
— Какой зонт? Дождя нет.
— А... я не ношу с собой зонт. Но! Это важно. Вдруг бы пошёл дождь.
— Знаешь, ты прав, — активно закивал Намджун головой, потому что зонтик казался единственным выходом из этой смущающей ситуации.
— А вообще, завтра наш ресторан проводит фестиваль пасты. Приходи. Не то, чтобы я тебя приглашаю как человека, я приглашаю тебя.... Нет, как человека, но не как...
— Я приду.
— Правда?
— Ага.
Джин непроизвольно приподнялся на носочки и шлёпнул себя ладонями по бёдрам:
— Вот и ладненько.
— Вы готовы? — появился откуда-то Чонгук.
— Да, — сказал Джин, не переставая глупо улыбаться.
— Я не про вас, — ответил Гук, окидывая взглядом покрасневших старших, — Я про Хосока и Тэхёна.
— Мы готовы, — ответил Ким.
— Вылет через семь минут. Время прощаться.
Гук прослезился, обнимая хёнов и желая им не терять контакта с ним. Юнги ныл, и всё же тоже попал под печальное прощальное настроение.
И, пока все говорили «пока», Джин сделал совместную селку на полароид.
— На память, — протянул он снимок Хосоку.
— Спасибо, Джин. Это ведь твоя идея была... Провернуть всё это. Спасибо, — Чон обнял старшего.
— Представляешь, какого сейчас Микки и его папаше.
— Должно быть, они будут рвать и метать. Микки может немного расстроиться из-за моей смерти, успокой его. Скажи, что я перед «смертью» пожелал ему хорошей жизни и не зависеть от отца.
— Ему будет сложно.
— Кому легко.
— Вы не слишком ли долго обнимаетесь? — спросил Тэхён, притягивая Хосока обратно к себе и ярко улыбаясь.
— Мы будем скучать! — помахали они рукой, заходя в самолёт.
***
— В Италии мне нужно новое имя! — сказал Тэхён, когда они сели в кресла, — Как тебе имя Хуан?
— Тэхуан, — рассмеялся Хосок и пристегнул ремень.
Счастливого полёта!