2
Оке-е-ей, — сказала Пеппер, — что ты натворил в этот раз? — Я... гм... — запинаясь, пробормотал Тони, снимая галстук с шеи и бросая его на кровать. Он тихонько застонал, заметив пятнышко от кетчупа на нежном розово-пурпурном шёлке. Пеппер подарила ему его несколько лет назад, на день рождения. Это был один из его любимых галстуков. — Возможно, я взял под опеку осиротевшего ребенка несколько часов назад. Мертвая тишина встретила его слова. Прошло несколько секунд, и Тони мысленно пнул себя за то, что не захватил вторую бутылку скотча.
Ты сделал... что? — в конце концов спросила Пеппер. — О Боже, Тони, пожалуйста, скажи мне, что я сейчас неправильно тебя расслышала. Потому что это одна из самых безумных вещей, которые ты мне когда-либо говорил. — Ты всё правильно услышала, — выдавил он. — Его зовут Питер, и прямо сейчас он спит на диване в холле. — На диване?... Но... почему? — спросила Пеппер. — Что вообще смогло заставить тебя сделать это? — Это, вроде как, долгая история. Видишь ли... — Я имею в виду, с чего ты взял, что можешь позаботиться о ребенке? Как это вообще случилось? — Если ты помолчишь и выслушаешь меня, я всё объясню! — рявкнул Тони в трубку. — Прекрасно! Тогда объясняй! — закричала в ответ Пеппер. Тони откинулся на кровать и рассеянно принялся расстегивать пуговицы на рубашке. — Мы с Роуди дождались закрытия церемонии, и только сели в машину, чтобы вернуться домой, когда мне позвонил социальный работник из Квинса. У неё там был ребенок, тётю и дядю которого убили во время атаки дронов. Его родители погибли несколько лет назад в авиакатастрофе. — Но в этом нет никакого смысла, Тони! — воскликнула Пеппер. — Почему социальный работник из Квинса случайно позвонил тебе?.. Расстегнув последнюю пуговицу рубашки, Тони попытался снять её и тихо выругался, когда понял, что забыл расстегнуть манжеты. — На выставке парень был в шлеме Железного Человека, Пеп, — сказал он. — Я проверил запись. Чертов дрон засек его, думая, что это я, а этот ребенок просто стоял там. Если бы я не приземлился позади него в тот самый момент и не взорвал эту чертову штуку, его бы разнесло в прах. — Подожди, что? — спросила Пеппер. — То есть, этот дрон решил, что... — Он думал, что это я, Пеппер! — огрызнулся Тони. — Он нацелился на шлем, готовый выстрелить. Ребенок поджарился бы через две секунды, если бы я его не нашел. — Ладно, всё хорошо. Но я всё ещё не понимаю, почему... Наконец, Тони стянул с себя рубашку и швырнул её на край кровати, наблюдая, как она соскользнула и упала на пол. — Милая, соцработница сказала, что ребенок попросил её позвонить мне. Что его больше некому принять. Либо я, либо приёмная семья. И после того, как я увидел запись... Пеппер, мальчик был бесстрашен! Этот крошечный, маленький ребенок просто стоял там и смотрел на дрона, который в десять раз больше его, и даже не вздрогнул! — Тони усмехнулся, пощипывая переносицу. — Я просто не мог допустить, чтобы такого храбреца отправили в какую-нибудь приемную семью. Я просто не мог. Кто знает, что там с ним могло случиться? — Тони, — сказала Пеппер странным спокойным голосом. — Ребенок — это не просто одна из твоих машин или ИИ. Ты не сможешь просто выключить ребенка или убрать его, когда он тебе надоест! — Удивительно, но я знаю об этом... — И они могут шуметь, и странно пахнуть, и... и... И они могут заболеть! Ты знаешь, что ненавидишь быть рядом с больными людьми, Тони! Что ты будешь делать, когда ребенок чихнет на тебя в первый раз! Или ещё хуже! — Ладно, признаюсь, я совсем об этом не подумал, но... — Ещё не слишком поздно вернуть его, Тони. Просто позвони социальной работнице утром и скажи ей, что ты изменил реш... — Нет! Этого не будет. Я подписал бумаги, Пеппер. Теперь ребенок находится под моей официальной, хотя и временной, опекой. Пути назад нет. Дело сделано. Последовала еще одна неловкая пауза, прерванная тяжелым вздохом Пеппер в трубку. — Ох, Тони, — с грустью произнесла она. — Я знаю, ты так стараешься измениться, и все это очень благородно с твоей стороны, но знаешь ли ты хоть что-нибудь о воспитании ребенка? Я имею в виду, ты едва мог позаботиться о себе всё то время, что я тебя знаю, и... — И поэтому мне действительно нужна твоя помощь, — перебил Тони. — Я тут немного не в своей тарелке, так что, пожалуйста, приезжай сюда как можно скорее и помоги мне. — А почему ты думаешь, что я могу помочь? У меня тоже нет опыта общения с детьми, на случай, если ты забыл. — Ну, — медленно произнес Тони. — Во-первых, ты женщина... — Это ничего не значит, и ты это понимаешь! — парировала Пеппер. — Только то, что я женщина, не значит, что я знаю, как быть... матерью! Ну же, Тони! — Хорошо, ты невероятно добрая и заботливая женщина... — Это никак не поможет! — Хорошо, хорошо, — согласился Тони. — Я признаю, что это был не самый умный аргумент. Но пожалуйста, Пеп. Ты нужна мне здесь сейчас. Я боюсь, что ребенок уже возненавидел меня. Я не понимаю, как даже разговаривать с ним, а ведь на мне ещё похороны его тёти и дяди. Пожалуйста. Мне действительно нужна твоя помощь! Тони слышал в трубке, как Пеппер щелкает ручкой, заставляя её открываться и закрываться в руке. — Ну ладно, ладно. Я успею на первый утренний самолет в Нью-Йорк. — О, пожалуйста, вылети вечером! — взмолился Тони. — Будешь здесь утром, когда он проснется!
Тони, твой самолет все еще в Вашингтоне, если ты забыл, — сказала Пеппер. — И, кроме того, я не против летать на рейсовых самолетах время от времени. — Я могу отправить самолет обратно прямо сейчас! — Я не закончила с работой на ночь, Тони! Я не планирую ещё один кризис до того, как смогу исправить ущерб от последнего! — Туше, — уступил Тони. — Тогда увидимся завтра. Но как можно скорее, пожалуйста. Прямо сейчас бедный ребенок застрял со мной, Хэппи и Роуди, и ты знаешь, как это опасно. — О Господи, конечно. Я буду в 4 утра в Нью-Йорке. — Я пришлю Хэппи за тобой. Спасибо, Пеппер. — Хм, — проворчала Пеппер. — Не знаю, как я иногда терплю тебя. — Эй, по крайней мере, я больше не пытался накормить тебя клубникой, — сказал Тони. Пеппер усмехнулась. — О, да, так намного лучше! — Ну, вроде того, — пробормотал Тони, поморщившись. — Увидимся завтра. — Хорошо, — вздохнула она. — Но, пожалуйста, пока не подписывайся на что-либо, не поговорив сначала со мной. — Без проблем, милая. После быстрого звонка Хэппи, чтобы сообщить ему о планах прибытия Пеппер, Тони бросил телефон на тумбочку и плюхнулся спиной на подушки. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. О чем, черт возьми, я думал?
Легкий стук в дверь спальни вытащил Тони из беспокойного сна. Он застонал, перевернувшись на другой бок, удивленный тем, что вообще смог заснуть, и только сейчас осознав, что на нем всё ещё были брюки и майка со вчерашнего дня. — Да? — прохрипел Тони, проводя ладонью по слипшимся глазам. — Уже утро, мистер Старк, — раздался застенчивый писклявый голос мальчика, когда он медленно открыл дверь. Он все еще был одет в пижаму и нёс своего белого медведя, а его кудрявые волосы торчали во все стороны. — Вам уже пора вставать. Тони заставил себя принять сидячее положение и запустил руку в волосы. Он моргнул от резкого солнечного света, струившегося сквозь щель между занавесками, благодаря всё что мог за то, что он, по крайней мере, додумался закрыть их прошлой ночью. — Да, конечно. — Я голоден, — произнес малыш, наблюдая сквозь прищуренные глаза, как Тони медленно поднимается на ноги. — Да уж, я не удивлен, — проворчал Тони, сдерживая зевок. — Ты почти ничего не ел, когда мы приехали сюда вчера вечером. — Питер нахмурился еще сильнее и прижал мягкого белого медведя к груди.
Мне не понравилась еда. — Какой ребенок не любит картошку фри? — Я люблю картошку фри, — возразил Питер. — Но не такую. — Да? Тогда какая тебе нравится? Питер пожал тощими плечами, и Тони впервые заметил, что его полосатая пижамная рубашка свисает с них, а манжеты рукавов достают до самых кончиков пальцев. Ребенку точно не хватало лишнего веса. — Мне нравятся только тонкие. А в этой слишком много картошки. — Хорошо, — медленно произнес Тони, нахмурившись. — Слишком много картошки, да? Ну, может быть позже мы найдем немного тонкой картошки фри, в которой будет мало картофеля, но сейчас я думаю, что закажу нам завтрак. — Он склонил голову набок. — Ты ведь любишь завтракать, правда? Питер снова пожал плечами. — Возможно. — А точнее? — спросил Тони. — Зависит от того, что там будет, — ответил Питер. Тони почувствовал, как у него поднимается давление. Почему каждый вопрос был похож на попытку выдрать зуб? — Ладно... а что ты обычно ел на завтрак? Питер посмотрел себе под ноги и уткнулся лицом в белого медведя, его нижняя губа задрожала. — Моя тётя всегда готовила мне яичницу и тосты по утрам, перед школой, — тихо произнес он. — Но по выходным она давала мне сладкие хлопья. «О черт, только не начинай плакать, — с отчаянием подумал Тони, — Хотя бы пока Пеппер не приедет!» — Так что... как насчет того, чтобы я заказал и омлет, и Лаки Чармс?* — торопливо предложил он. — Тогда ты сможешь выбрать то, что захочешь. Звучит неплохо? Ребёнок ещё раз пожал плечами. Тони уже начинал думать, что если он будет продолжать в том же духе, то голова ребенка вот-вот слетит с его тощей шеи. Бросив быстрый взгляд на часы, Тони с удивлением обнаружил, что уже половина десятого утра. Пеппер должна быть тут в течение ближайших нескольких часов. — Тогда почему бы тебе не одеться, а я закажу еду, — предложил он. — Ты сможешь сам одеться? Выпятив нижнюю губу, Питер повернулся на пятках и зашагал по коридору к пакету с одеждой. Вывернув содержимое на диван, он зарылся в огромную кучу, пока не нашел серые спортивные штаны и темно-синий свитер с принтом в виде большого зеленого аллигатора поперек груди. — Я не ребенок, мистер Старк, — проворчал он, срывая ценники и направляясь в ванную комнату. — Я уже большой мальчик. Тони вздрогнул, когда дверь ванной захлопнулась. «Да, он ненавидит меня.» Подняв трубку гостиничного телефона, Тони набрал номер службы доставки. — Чем я могу вам помочь, мистер Старк? — спросил дежурный. — Да, эм, у вас есть Лаки Чармс в наличии? — спросил он. — Я уверен, что мы сумеем раздобыть их для вас, сэр, — ответил дежурный. — На этом всё? — Нет, нет, — быстро ответил Тони. Он постучал кончиком пальца по подбородку. — Нам также нужна яичница, бекон, тосты и яблочный сок. Да, и ещё букет мимоз. — Очень хорошо, сэр. Дайте нам минут двадцать, пожалуйста. — Да, конечно, — ответил Тони. — Спасибо. Не успел Тони повесить трубку, как зазвонил его собственный телефон, все еще стоявший на тумбочке в спальне. Подумав, что это может быть Пеппер, Тони рванулся туда, чтобы схватить его, и закатил глаза, когда увидел уже знакомый номер Риты Уилсон. — Мистер Старк, — сказала она, когда он ответил запыхавшимся «Алло». — Ну и как у вас дела? — Хэй, вы ведь не шутили, когда сказали, что будете меня проверять, — сострил Тони. — Но ведь прошло всего двенадцать часов! — Как поживает Питер, мистер Старк? — твердо спросила она. «Помимо того, что я думаю, что он ненавидит меня?» — Хм, кажется, у него все в порядке, — сказал Тони, пытаясь говорить небрежно. — Вы же знаете, мы приспосабливаемся. Или, по крайней мере, стараемся это сделать. — Понимаю, — осторожно сказала она. — А где сейчас Питер? — Он в ванной, одевается.
Очень хорошо. А какие у вас были планы на сегодня? — Гм... — пробормотал Тони. — Мы собирались начать разговор об организации похорон. — «Как только Пеппер приедет.» — Это хорошая идея, мистер Старк, — сказала Рита. — И это могло бы помочь маленькому Питеру принять участие в процессе планирования. Я уверена, что он может сказать вам, например, были ли они членами какой-либо церкви. — Да, конечно, я сделаю это, — сказал Тони. — Я поговорю с ним об этом за завтраком. Последовала пауза. — Для мальчика в таком возрасте уже довольно поздно завтракать, мистер Старк. Тони стиснул зубы. — Да, но вчера вечером он очень устал. Я дал ему выспаться. — Хм, — ответила Рита. — Как бы это не вошло в привычку. Попытайтесь установить здоровый распорядок дня для Питера, это должно быть одним из ваших первых приоритетов. Понимаете? — Да, мэм, — сказал Тони так вежливо, как только мог. — Я свяжусь с вами завтра утром, мистер Старк, — сказала она. — И я надеюсь услышать всё о планах на похороны, а также о любых других планах, которые у вас есть на Питера до конца недели. — Да, мэм, — ответил Тони уже не так вежливо. — Всего хорошего, мистер Старк. — Ммм, — проворчал Тони, когда телефон отключился. — А кто это был? — раздался позади него тихий голос Питера, отчего Тони подпрыгнул. Он обернулся, чтобы посмотреть на мальчика, отметив, что, как и его пижама прошлой ночью, свитер, который он надел, свисал с его костлявых плеч, словно мешок. Его маленькая рука зажала пояс его спортивных штанов, придерживая их. Он выглядел так, как будто пытался надеть одежду, принадлежавшую старшему брату. — О, это была мисс Уилсон, дама из ДСС, — сказал Тони. — Она просто спросила, как у тебя дела. — О. Питер подошел к столику у венецианского окна, глядя на шумный город, раскинувшийся пятьюдесятью этажами ниже. Вид ребенка, стоящего рядом с огромным, от пола до потолка, окном, который почему-то казался еще меньше, чем был, пробудил в Тони то самое незнакомое чувство, — желание защитить, — которое он чувствовал накануне, смотря запись с дрона. И вдруг Тони Старк, — гений, миллиардер, пытающийся-перевоспитать-себя, плейбой, и филантроп, — не имел ни малейшего понятия, что дальше делать. Но, с другой стороны, Тони Старк никогда, никогда не убегал от проблем независимо от того, насколько сложными они могли быть. И хотя он очень сомневался, что любой из его дипломов о высшем образовании будет полезен в попытках научиться воспитывать маленького мальчика, Тони всегда гордился тем, что довольно быстро учится. И да. Он прекрасно знал, как не следует поступать, на примере собственного отца. У Говарда Старка было много достижений, в том числе и великих. Но он точно был отстойным отцом. Решительно сжав губы, Тони обратился к ребенку. — Эй, малыш, пойди сюда на секунду. Позволь мне помочь тебе кое с чем. Питер повернулся, чтобы с любопытством посмотреть на него, но не отошел от окна. Тони в замешательстве подошел к нему и опустился на колени, глядя прямо в глаза. — Давай посмотрим, может нам удастся сделать так, чтобы он сидел чуть лучше, а? — тихо спросил он. Когда Питер слегка кивнул, он дважды закатал левый рукав свитера малыша, открывая его руку. — Знаешь, когда я был маленьким, я часто прокрадывался в спальню нашего дворецкого и надевал его одежду. Я ходил так, притворяясь, что я — это он на какое-то время, до тех пор, пока... — Тони замолчал, вспомнив, как разозлился отец, когда однажды застал так его. После того, как Говард несколько минут орал на него из-за неуместности поступка Тони, он, в качестве наказания, забрал его компьютер на месяц.
Увы, к ужасу Говарда, наказание едва ли затронуло Тони. Он просто соорудил новый компьютер из каких-то запасных частей, которые нашел где-то поблизости, и продолжил жить своей жизнью. Покачав головой, Тони потянулся к правой руке Питера и слегка улыбнулся, когда мальчик без колебаний протянул её ему. — Одежда Джарвиса была мне ещё больше, и я всё время спотыкался о его штанины, потому что они были ужасно длинные. Но однажды Джарвис поднялся наверх и увидел, что я пытаюсь ходить в его одежде, и, вместо того, чтобы злиться на меня, он просто закатал рукава, вот так, пока он не подошёл мне лучше. Удовлетворенный длинной рукавов, Тони слегка отступил назад. — Он также показал мне способ закатать пояс брюк, чтобы они лучше держались. Хочешь, я тебе покажу? Питер посмотрел вниз на свои тонкие ноги, обтянутые серой хлопчатобумажной тканью, с штаниной такой длины, что они полностью закрывали его ступни. — Да, пожалуйста, — прошептал он. — Хорошо, — ответил Тони. Он осторожно ухватился за пояс штанов Питера и трижды закатал его, пока тот не начал прилегать к его талии. Теперь, когда страх того, что штаны упадут с него, ушел, Питер, казалось, немного расслабился. — Вот так-то лучше, правда? — спросил Тони, поднявшись на ноги и потрепав его по голове. — Да, — тихо ответил Питер. — Но я всё еще голодный. — Ну, скоро сюда доставят еду, — сказал Тони. Он оглядел комнату, выискивая хоть что-то, что может отвлечь внимание мальчика, когда его взгляд упал на уже полностью собранную пожарную машину лего на диване, где Питер спал прошлой ночью. — Эй, тебе нравится лего? — Да, вполне, — сказал Питер, сжимая своего белого медведя. — Джордж помог мне построить пожарную машину сегодня утром, когда я проснулся. Тони выгнул бровь. — Джордж? А кто такой Джордж? Питер повернул белого медведя на руках, показывая Тони его плюшевую мордочку. — Это Джордж. — А, понятно, — сказал Тони, изо всех сил пытаясь не ухмыльнуться. «По крайней мере, это не один из тех воображаемых друзей». — И он так же хорош в строительстве, как и ты? — Хорош, — ответил Питер. — Он пытался сказать мне, что мы должны использовать инструкцию, но я сказал ему, что это не обязательно. — Ох, реально? — произнес Тони, пристально глядя на пожарную машину. Он поднял коробку, отметив, что этот конкретный набор лего содержит 376 деталей. — Значит, ты собрал всё это сам, не пользуясь инструкцией? — Угу, — ответил Питер, пожав плечами, как будто в этом не было ничего необычного для ребенка семи лет. «Ну разве это не впечатляет,» — подумал Тони. Одно дело, когда дама из ДСС говорила ему, что Питер умен, и совсем другое, когда он видел доказательства этого сам. — Хм. Неплохо, малыш, — с одобрением сказал Тони. Питер одарил его легкой, но искренней улыбкой, как будто был доволен похвалой, какой бы тривиальной она ни была, и у Тони на мгновение перехватило дыхание. Неужели так легко сказать ребенку, что он сделал всё правильно? Он с отличием окончил МТИ, когда был ещё подростком, и всё же даже этот невероятный подвиг не получил ничего большего, чем сухой кивок Говарда Старка. — Спасибо, мистер Старк, — тихо сказал Питер, как вдруг в дверь постучали. — А, — произнес Тони. — Это, должно быть, завтрак. Улыбка сползла с лица Питера, и он снова повернулся к окну, когда Тони открыл дверь, позволив посыльному поставить их завтрак на стол. — Спасибо, — сказал Тони, сунув двадцатку в руку мужчины, когда тот покатил тележку к выходу из комнаты. Он с удовольствием увидел три маленьких коробки с глазированными хлопьями на серебряном подносе, рядом с маленьким кувшином молока. — Эй, малыш, — сказал он, поднимая одну из коробок и встряхивая её, чтобы привлечь внимание Питера. — Иди сюда и поешь. Они принесли тебе немного Лаки Чармс. — Ладно, — пробормотал Питер, забираясь на ближайший к окну стул. Он положил своего белого медведя рядом с собой. — А можно мне поделиться с Джорджем? — Конечно, — ответил Тони, запихивая яичницу в рот. Он внимательно наблюдал, как Питер открыл одну из коробок, вытряхнул ее содержимое на поднос и принялся разделять различные зефирки по форме и цвету, подавая каждый кусочек сначала Джорджу, а затем отправляя их в свой собственный рот. — Можно мне немного апельсинового сока? — спросил Питер, указывая на бокал в левой руке Тони. — Мне он нравится больше, чем яблочный. Вскинув брови, Тони обхватил стакан рукой и покачал головой. — Хм, нет, извини, — сказал он. — Это, гм, необычный апельсиновый сок. Но теперь, когда я знаю, что тебе он нравится, я смогу достать тебе немного завтра. Хорошо?
Питер вопросительно посмотрел на него. — Но это похоже на обычный апельсиновый сок, — произнес он с полным ртом маршмэллоу. — Да, но это не так, — проворчал Тони. Он быстро осушил бокал и отложил его в сторону. — Но, как я уже сказал, я куплю тебе его завтра. Capiche?** Карие глаза Питера метались между Тони и теперь уже пустым бокалом. — Capiche, — пробормотал он. — А ты знаешь, что это означает? — спросил Тони. — Конечно, — ответил Питер, беря свою чашку с яблочным соком. — Моя тётушка всегда так говорила. — Хм, круто, — сказал Тони, отправляя в рот целую полоску бекона. — Так. Когда мы закончим, почему бы тебе не показать мне, как вы можете собрать ещё один из этих наборов лего, пока мы ждем. — Ждем чего? — спросил Питер. — Ну, моя... хм... подруга уже едет, а потом мисс Уилсон из управления ДСС хочет, чтобы мы кое о чём поговорили. Она собирается нам помочь. — Помочь в чём? — Ааа, — пробормотал Тони. Он совершенно не хотел говорить ничего такого, что заставило бы Питера плакать. — Ну, такие вещи, как... — Как похороны, например? — спросил Питер, и его маленькие плечи опустились. — Для дяди Бена и тети Мэй? Сердце Тони чуть не разорвалось от печали, прозвучавшей в тоненьком голоске мальчика, и ещё одна волна желания защитить захлестнула его с ещё большей силой. — Да, — пробормотал он. — В этом-то всё и дело. Но, я также хотел бы, чтобы ты показал мне окрестности вашего района. Где ты ходишь в школу и где ты любишь поесть, всё такое. И мы, наверное, должны пойти в дом твоих дяди и тети, чтобы забрать твои игрушки, одежду и все остальное. Хорошо? С трудом сглотнув, Питер прижал Джорджа к груди и кивнул. — Я теперь здесь буду жить? В этом месте? — Нет, — мягко произнес Тони. — Мы просто останемся здесь, пока не уладим несколько вещей. Как только это будет сделано, я заберу тебя к себе домой.
Питер прикусил нижнюю губу. — А ваш дом недалеко отсюда? Вздохнув, Тони покачал головой. — Нет, нет. Вообще-то, это на другом конце страны. Но ты вернешься сюда осенью, как только будешь готов снова пойти в школу. Компания, которой я владею, строит большое здание, и мы сможем жить там, как только оно будет достроено, так что ты сможешь продолжать ходить в свою школу, — он указал в окно, в сторону центра города, где находилась будущая башня Старка. — Звучит неплохо? Питер ответил не сразу. Вместо этого он повернул голову, глядя в огромное окно и прижал к себе белого медведя. — Вы будете там со мной, мистер Старк? — наконец спросил он дрожащим голосом. Его огромные карие глаза наполнились слезами, когда он снова посмотрел на Тони, и тот почувствовал, как его сердце пропустило удар. За всю свою жизнь он никогда не испытывал ничего подобного.
Никто никогда по-настоящему не нуждался в Тони. Как бы сильно не любила его мать, когда он был ребенком, его родители определенно не нуждались в нем. Когда он подрос, отец Тони не упускал шанса напомнить ему, что он предпочел бы компанию какого-нибудь чертового солдата, погибшего во время войны, чем находиться рядом со своим собственным сыном. А Роуди, хоть и был другом Тони, в нём не нуждался. Он был очень умным и очень успешным подполковником Военно-воздушных сил со своими особыми правами. Даже Пеппер, которая честно работала на него уже несколько лет и любила его, не сильно нуждалась в нём. Совсем не так, как Тони нуждался в ней. Но этот ребенок, сидящий перед ним, этот крошечный, но невероятно храбрый ребенок, который в семь лет уже потерял не одну, а две пары родителей, нуждался в нём. Это было совершенно незнакомое ощущение, и более чем достаточно пугающим. Но Тони быстро осознал, что оно вовсе не было нежелательным. — Совершенно верно, — твердо сказал он. Он протянул руку и нежно похлопал Питера по плечу, с удивлением осознав, что этот простой жест любви был совершенно естественным. — Я буду с тобой всё время. Питер молча кивнул. — Тогда, наверное, всё будет в порядке, — пробормотал он и сунул в рот еще одну мармеладку. Они только доели бекон, когда в дверь снова постучали. — А, это, наверное, Пеппер, — сказал Тони, поднимаясь со стула и подходя к двери, открывая её, чтобы увидеть Пеппер, выглядящую, как всегда, восхитительно. — Не думаю, что я когда-либо был так рад тебя видеть, — сказал он, целуя её в щёку. Пеппер отстранилась, чтобы посмотреть на него, и сморщила нос от его растрепанного вида. — Ты забыл принять душ сегодня утром, Тони? — О, да, — смущенно ответил он. — Вроде как забыл об этом, когда всё остальное случилось, понимаешь? — Ну и пусть это не войдет у тебя в привычку, — прошептала Пеппер, ткнув его локтем в ребра. —Ты должен сейчас подавать хороший пример, если вдруг забыл. — Кто вы? — внезапно спросил Питер, отходя от стола. Пеппер обернулась на тихий голос Питера и с улыбкой посмотрела на мальчика с растрепанными волосами. — Хорошо, привет. Ты, должно быть, Питер? — Да, — сказал Питер, с подозрением глядя на Пеппер. — А вы кто такая? — Это Пеппер, — ответил Тони, обнимая её за талию. — Она здесь, чтобы помочь нам. Питер поморщил нос. — Пеппер? Вы имеете в виду ту черную гадость, которой мой дядя любит посыпать яйца по утрам? Она заставит меня чихать? — Нет, она больше похожа на сексуальную горячую штуку, как моя пицца, — парировал Тони. — И я не думаю, что она может заставить тебя чихать, если только у тебя нет аллергии на узкие юбки и высокие каблуки... — Тони потер бок, куда Пеппер снова ткнула его локтем, и опустилась на колени рядом с Питером. — В любом случае, она поможет нам спланировать похороны. Она мастерски умеет планировать, гораздо лучше меня. Она просто говорит мне, куда идти и что надеть. Я обещаю, что она не причинит тебе вреда. Карие глаза Питера быстро пробежались по Пеппер, прежде чем снова встретиться взглядом с Тони. — Хорошо, — прошептал он. — Ну, если вы так говорите. Тони быстро улыбнулся мальчику, когда тот поднялся. — Этот парнишка здорово разбирается в лего, — сказал он Пеппер. — Почему бы вам двоим не собрать другой набор, пока я принимаю душ? Питер тяжело вздохнул и снова посмотрел на Пеппер. — Окей, — он подошел к мешку с игрушками и стал рыться в нём, пока не нашел комплект странного на вид самолета. — У одного из моих школьных друзей есть такой же. — Отлично! — Сказал Тони. — Дайте мне двадцать минут, и мы можем идти. Питер кивнул, и Тони повернулся и вернулся в спальню, когда в кармане у него зазвонил телефон. — В чем дело, Джарвис? — Сегодня утром по каналам связи Щита была замечена подозрительная активность, сэр, — ответил электронный голос. — Большинство сообщений касаются недавнего инцидента в Нью-Мексико. — А? Как давно он произошел? — В течение последних двух дней, сэр. — Хм. Нью-Мексико, да? — произнес Тони. — Странно, что Щит сует туда свой нос. Хорошо. Предоставь мне записи об этом. — Большинство из них зашифровано, сэр, но из того, что мне удалось выяснить — этот конкретный инцидент касается инопланетян.
Тони резко остановился рядом с кроватью. — Это как-то связано с чем? Ты уверен, что это был не просто ещё один недовольный, рассерженный на весь мир ученый? — Очевидно, они чуть не уничтожили небольшой городок. — Чёрт, — пробормотал Тони, постукивая себя по подбородку. — Эм, ладно. Присылай любую информацию, которую найдешь, ко мне, и я просмотрю её, когда мы вернемся домой. — Уже сделано, сэр, — ответил Джарвис. — Есть новости от подрядчика? — спросил Тони, роясь в чемодане в поисках чистой одежды. Потом ему надо не забыть поблагодарить Пеппер. Именно она предложила ему всегда держать в самолете полностью упакованный чемодан на экстренный случай. — Да, сэр. Строительство башни Старк начнется в течение одной недели с расчетным временем завершения до одного года. — О, они сделают это гораздо быстрее, — возразил Тони. — Они всегда переоценивают свои сроки, чтобы попытаться произвести на меня впечатление. Но в то же время начни подыскивать временное жильё. Нам понадобится здесь дом, как только ребёнок вернется в школу осенью. — Хорошо, сэр.
Горячий душ был довольно освежающим, и Тони, вернувшись в гостиную, был едва удивлен, обнаружив почти наполовину построенный самолет лего. Пеппер сидела на диване с выражением благоговейного ужаса на миленьком личике, наблюдая, как Питер, — и Джордж,— собирают одно из крыльев. Инструкций от комплекта нигде не наблюдалось. — Хэппи сказал, чтобы мы обязательно позвонили ему, когда будем готовы, — сказала Пеппер. — Но полковник Роудс уже уехал. Он сказал, что ему нужно вернуться в Вашингтон, и он позвонит тебе позже. — Да, отлично, — пробормотал Тони, приближаясь к Питеру. Мальчик свалил все обломки на кофейный столик и держал в одной руке частично собранный самолет, а другой искал следующую деталь. Найдя нужную, он сначала показал её Джорджу, видимо, чтобы получить одобрение белого медведя, а затем прикрепил её в нужном месте. Тони откашлялся, разочарованный тем, что ему приходится прерывать работу ребенка. — Нам пора идти. Я хочу сказать мисс Уилсон, что мы достигли определенного прогресса, когда она позвонит снова завтра. Прикрепив последнюю деталь, Питер вздохнул, осторожно положив наполовину законченный самолет рядом с оставшимися деталями и поднялся на ноги, схватив свой шлем Железного Человека с дивана. — Ты можешь не надевать шлем, если не хочешь, малыш, — произнес Тони, когда Питер поднял руки, чтобы надеть его на голову. — Никто не причинит тебе вреда. Питер помедлил, надвинув шлем на глаза. — В-вы обещаете? — дрожащим голосом спросил он. — Конечно, — ответил Тони, не обращая внимания на скептический взгляд Пеппер. — Ты же с Железным Человеком. Ничего плохого не случится. — Ммм. Тогда, может быть, я возьму Джорджа? — спросил Питер. — Да, конечно, почему бы и нет, — ответил Тони. — Я уверен, что полярные медведи тоже любят время от времени выбираться наружу.
Хм, хорошо, — сказал ребенок. Он осторожно положил шлем рядом с самолетом лего, прижимая медведя к груди. — Тогда, я думаю, мы готовы. Они встретили Хэппи, выглядящего, как всегда, недовольным, внизу у машины. — Вам куда? — Куинс, — ответил Тони, называя адрес ребенка. Питер сидел между Тони и Пеппер во время поездки к дому его тёти и дяди, и Тони удалось получить от него имена как начальника его тёти в больнице, где она работала медсестрой, так и дядиного босса. Пеппер пообещала сделать все необходимые телефонные звонки для организации похорон, пока они будут осматривать квартиру. Когда они подъехали к довольно убогому на вид зданию, Питер схватил Тони за руку, и когда они выходили из машины, он крепко сжал худыми пальцами его большой указательный палец. — Какой это этаж, малыш? — спросил Тони. — Седьмой этаж, — ответил Питер. — Там наверху полицейский должен пропустить тебя, — добавил Хэппи. — Я подожду здесь, у машины. Поскольку лифт был сломан, им пришлось подниматься по лестнице, и Тони был весь в поту и раздраженным, когда они добрались до седьмого этажа и поздоровались с офицером полиции Нью-Йорка, который должен был пропустить их в квартиру. Питер замер, когда дверь открылась, как будто боялся войти. Тони слегка улыбнулся ему, мягко потянув за руку. — Ну же, малыш, все в порядке. Покажешь мне свою комнату? С трудом сглотнув, Питер кивнул своей кучерявой головой и провел Тони через квартиру, — меньше, чем их апартаменты в Четырех Сезонах примерно на половину, — в свою спальню. Войдя в помещение размером не более десяти на десять футов, Тони в удивлении раскрыл глаза от того, как там было тесно. В одном углу комнаты стояла двуспальная кровать со смятыми простынями, а в противоположном — видавший виды письменный стол рядом с открытым шкафом. Маленький письменный стол был завален игрушечными автомобилями и мотоциклами лего, и Тони с гордостью увидел чертовски хороший миниатюрный макет его собственного костюма Марка III с дополненным дуговым реактором. Еще там была фотография в рамке, на которой Питер, чуть младше, смеялся вместе с мужчиной и женщиной, которые, как предположил Тони, были его тётей и дядей. — Это ты его построил? — спросил он, указывая на костюм Железного Человека. — Угу, — ответил малыш, пожимая плечами. — Хм, неплохо! У тебя даже форма шлема совершенно правильная, — произнес Тони, наблюдая, как лицо Питера засияло, словно рождественская ёлка, от комплимента. «Вау, — подумал он со смесью грусти и веселья. —Так легко сказать ребенку, что он сделал всё правильно.» — Дяде Бену тоже понравилось, — тихо сказал Питер, протягивая руку к фотографии. — Он рассказывал всем своим друзьям на работе, какой хорошей была эта поделка. — Итак, что ты хочешь забрать отсюда? — спросил Тони, указывая на крошечную комнату. — Одежду? Книги? Игрушки? Питер склонил голову набок, глядя на Джорджа сверху вниз, а потом перевел взгляд на свой шкаф.
Да, пожалуйста. Одежда, которую вы мне дали, не подходит. — Да, я думаю, что Хэппи недооценил, насколько ты мелкий, — признался Тони. — Но мы можем раздобыть тебе больше такой одежды, которая подойдет тебе лучше. Окей? Питер потянул его за рукав свитера. — А я смогу её выбрать? А то так тоже не очень удобно. Мне больше нравятся футболки и худи, чем свитера. «Что такое, черт возьми, худи?» — Конечно, малыш. — Тони, — послышался голос Пеппер возле двери. — У вас, ребята, все в порядке? — Да, — ответил Тони. Он кинул взгляд на Питера сверху вниз. — Мы можем отправить всё это в мой дом, и ты сможешь разместить всё это в своей новой комнате, уже там. Звучит неплохо? — А у меня там будет настоящая кровать? Этот простой вопрос поразил Тони, как удар под дых. — Да, — пробормотал он. — Слушай, мне жаль, что тебе пришлось спать на диване прошлой ночью, малыш. Я прослежу, чтобы люди в отеле принесли тебе кровать сегодня вечером. Окей? — Я назначила похороны на послезавтра, — мягко сказала Пеппер. — Мне нужно знать, хотите ли вы, чтобы некрологи появились в газетах или нет. Тони резко выдохнул, обдумывая все «за» и «против». Он предпочел бы не привлекать к себе пристального внимания, которое наверняка сопровождало бы любое слово Тони Старка, присутствующего на похоронах какой-нибудь случайной супружеской пары из Квинса. Особенно, как он понимал, ради Питера. Малыш имел право оплакивать своих тетю и дядю без того, чтобы репортеры выкрикивали ему вопросы или сверкали камерами прямо в лицо.
Давай не будем этого делать до окончания службы, — попросил он Пеппер. — Ты уже связалась с теми, кто придет, верно? — Меня заверили, что все необходимые люди будут присутствовать на службе, да, — ответила Пеппер. — И я постаралась подчеркнуть важность конфиденциальности. — Тогда нам не нужно это транслировать, — сказал Тони. Он погладил Питера по голове, снова потрясенный и удивленный тем, что эти простые жесты любви так легко даются ему. Тони Старк обычно был не из тех, кто так легко идет на физический контакт. Даже когда он был с Пеппер, ему часто приходилось напоминать себе, что нужно взять её за руку или чмокнуть в щёку. Но ребенок почти жаждал его прикосновений, и до сих пор Тони не чувствовал себя неловко из-за этого. — Хорошо, тогда я думаю, что тут мы почти закончили, — сказала Пеппер. — Я договорилась, чтобы мебель и кухонные принадлежности передали в дар ближайшему приюту для женщин, подвергшихся домашнему насилию, а одежда отойдет Армии Спасения. Игрушки и одежда Питера будут отправлены в дом в Малибу вместе с фотографиями и любыми ценными вещами. — Звучит неплохо. И пусть наши люди уже работают над ремонтом комнаты для ребенка. Пеппер улыбнулась, и Тони почувствовал, как у него ёкнуло сердце. У неё была такая солнечная улыбка. — Я позаботилась об этом вчера вечером. — Спасибо, милая, — сказал он, опустив взгляд и увидев, что Питер сморщил нос. — Что? Не любишь сладкие прозвища, а? — Так мой дядя называл мою тётю, — сказал он, поднимая фотографию. — А потом он всегда целовал её. — Он наклонился, будто собираясь раскрыть какую-то тайну. — Прямо в губы. Тони злобно ухмыльнулся ему, обхватив Пеппер за талию. — Вот так? — спросил он и крепко поцеловал её прямо в губы. — Фу! — воскликнул Питер, хихикая. — Мистер Старк, это отвратительно! — Нет, ты только подожди, малыш, — сказал Тони, смеясь и ероша волосы Питера. — Когда ты станешь немного старше, это перестанет быть таким противным. — Ну, если вы так считаете, — пробормотал Питер, пожимая плечами, беря со стола свое лего-творение, — Железного Человека, — и выходя из комнаты. Пеппер проводила его взглядом и повернулась к Тони. — Я всё ещё не понимаю, как всё это произошло, Тони, но должна признать, что он очень милый ребенок. Не говоря уже о его очаровании. Я имею в виду, эти глаза! А эти кудряшки! — Да, он мне нравится, — сказал Тони, стараясь говорить как можно легкомысленнее, но он знал, что Пеппер на это не купится. Она слишком хорошо его знала. — Да, именно это я и имела в виду, — подмигнула Пеппер. — Мы должны купить ребенку костюм, — сказал Тони. — На похороны.
Пеппер кивнула. — Я позвоню тебе на обратном пути в отель и запишу на примерку. Тони постучал по своей груди над дуговым реактором. — Мне он тоже понадобится. Я умудрился пролить кетчуп на тот галстук, который ты мне подарила. — Ну, я полагаю, что пятно от кетчупа легче исправить, чем, например, разбитое стекло в гараже. Или тот телевизор, который ты разорвал на куски. Не говоря уже о бедном пианино твоей матери... — Столкнул, — поправил Тони. — Не взорвал, а столкнул. И пианино было не совсем моей виной. Понимаешь... — Я не собираюсь сейчас вступать с тобой в этот спор, Тони. Я только пытаюсь указать, что твоя... импульсивность не всегда контролируема. И это может быть нехорошо для ребенка, понимаешь? — Ну, я смогу научиться контролировать это. Это не должно быть слишком сложно, — Тони глубоко вздохнул. — Не знаю почему, но мне отчего-то кажется, что я должен был сделать это. Я хотел приютить этого ребенка. После всего того дерьма, которое только что произошло с отравлением палладием и мыслью, что я снова умру, а затем эти записи моего отца, и весь этот беспорядок с дронами, Ванко, Хаммером... это просто кажется таким... как будто это почти должно было произойти. Есть ли в этом хоть какой-то смысл? — Нет, — ответила Пеппер, и её губы дрогнули, когда она пыталась сдержать улыбку. — Но, опять же, не всё в тебе имеет большой смысл, так что я просто сделаю то, что я делаю лучше всего, и пойду с этим. Улыбнувшись, Тони поцеловал её в висок. — И именно поэтому я держу тебя при себе. — Это только одна из причин, — парировала она. — Но, вероятно, одна из самых значимых. Выйдя из крошечной спальни, они обнаружили Питера сидящим на узорчатом диване в гостиной, представляя игрушку белого медведя, Джорджа, Железному Человеку из лего. Сердце Тони дрогнуло, когда малыш поднял голову и взгляд его невинных карих глаз встретились с его собственными. Это было почти похоже на какой-то всплеск энергии, как будто его дуговой реактор был перегружен, и интенсивное ощущение заставило Тони напрячь челюсть, а руки сжаться в кулаки. В этот момент он понял, что никогда, никогда не допустит, чтобы с этим ребёнком случилась ещё одна трагедия. Нет, если он может помешать этому. По правде говоря, его даже смущало то, как быстро и легко этот парень проник в самое сердце Тони. Это заставляло его чувствовать себя уязвимым, а Тони ненавидел чувствовать себя уязвимым. Это одна из главных причин, почему он любил свою броню. Железный человек заставил его почувствовать себя непобедимым. Железный человек позволил Тони Старку поддерживать свою фантазию о его мнимом равнодушии и неприкасаемости. Но опять же, может быть, это будет доказательством теории, которую Пеппер предложила ещё до того, как Тони сразился с Железным торговцем. Может быть, этот маленький кудрявый ребенок, любивший лего, шахматы и белых медведей, был ключом к доказательству того, что у Тони Старка действительно есть сердце. Губы Питера изогнулись в улыбке, и Тони без колебаний улыбнулся в ответ.
Да, — подумал он, — я обречен. Проклятье.