Осколки судьбы

В Кэр-Паравеле лето стояло на пике: воздух был густой от запаха лаванды и выпечки, окна дворца распахнуты, музыка доносилась с террас. Люси, вооружившись корзиной и планом, объявила:

— Сегодня — День радости! Без политики, без совещаний. Только пир, танцы и немного глупостей.

— Ты когда-нибудь устаёшь от собственной энергии? — спросила Сьюзен, потягивая чай.

— Нет. Но иногда устают остальные, — ответила Люси, и Эдмунд тут же сделал шаг назад.

— Это был знак, — сказал он Селестии. — Бежим, пока нас не заставили танцевать народные пляски на головах.

— А я бы посмотрела, — усмехнулась Селестия и покачала корзину на руке.

Солнце ласкало замковые стены, птицы пели, и всё казалось настолько живым, что даже Эдмунд на секунду поверил: может, в Нарнии возможно просто счастье.

———

На большой лужайке у фонтана начали собираться гости. Столы покрывали белыми скатертями, разносили фрукты, ягоды, лепёшки с мёдом. Вскоре Люси вбежала на траву с сияющим лицом:

— Они приехали! Селестия, скорее, ты их знаешь!

Селестия подняла голову — и застыла. А потом вдруг, словно скинула все королевские маски, побежала.

— Сириус!

Юноша — высокий, растрёпанный, в сером дорожном плаще — только успел обернуться, как Селестия уже обвила его руками. Он засмеялся и крепко прижал её к себе.

— Маленькая звезда, ты не изменилась.

— Ты же сказал, что в Нарнию не вернёшься! — воскликнула она.

— Я сказал, что не вернусь, пока ты не будешь счастлива. И вот я здесь — Сказал Сириус с улыбкой на лице.

Эдмунд стоял чуть поодаль. Он не знал, что именно почувствовал в тот момент — тепло или холод. Просто… что-то защемило внутри.

Селестия чуть отстранилась, но её глаза светились.

— Люси писала, что ты в Люмендоре?

— Я там был. И не только там. Но когда услышал, что ты здесь… я не мог не приехать.

Рядом стояла Рори — брюнетка с прямой осанкой, строгими чертами и удивительно красивыми глазами. Она молча наблюдала за их встречей, держа руки за спиной. Люси потянула Эдмунда за локоть:

— Это Рори, моя фрейлина. Хитра, как леса,и танцует лучше меня.

Рори коротко поклонилась.

— Честь, мой король.

— Просто Эдмунд, — сказал он, — особенно, если речь о пире.

Она усмехнулась. Что-то в её взгляде задержалось на нём на секунду дольше, чем положено.

———

Весь день прошёл в веселье: танцы на траве, пироги, соревнования по бросанию яблок в ведро (Питер проиграл дважды), шарады. Селестия и Сириус смеялись так, будто не прошло ни дня с их детства. И каждый раз, когда Эдмунд видел её взгляд, обращённый к Сириусу — искренний, живой, родной — он чувствовал, как в груди становится немного теснее.

— Ты давно его знаешь? — спросила Рори тихо, подходя к нему с бокалом малинового вина.

— Кого,Сириуса? — Эдмунд помахал головой. — Нет. А ты?

— Я наблюдаю, — сказала она. — Иногда наблюдать — значит знать больше, чем если бы ты был рядом. А так, мы с ним в паре

Он взглянул на неё внимательно. И в первый раз заметил в её строгости — мягкость.

———

Когда солнце клонилось к горизонту, и лужайка погрузилась в мягкое золото, Сириус подошёл к Селестии. Он был серьёзен, впервые за день.

— Ты знаешь, я бы мог не приехать, — сказал он. — Но не мог не увидеть тебя ещё раз.

Она опустила взгляд.

— Сириус…

— Я любил тебя с тех пор, как ты ударила меня палкой в саду, помнишь?

Селестия улыбнулась с грустью.

— Мне было шесть. А тебе — семь.

— Я не перестал. Ни на год. Но теперь ты не моя звезда. Ты чья-то другая.

Она не ответила. Просто взяла его ладонь — так, как берут старого друга за руку. Навсегда. Но не ближе.

А немного в стороне стояла Рори. Тёмные волосы рассыпались по плечам. Она смотрела не на них.

Она смотрела на Эдмунда.

И впервые понимала, что влюбилась. Тихо, без шанса. Но от этого не менее сильно.

———

(Дополнительная сценка)
(Особо не старалась)

POV Эдмунд и Сириус.

— Что ты с ней сделал?! Спросил Сириус обеспокоено, но также злобно.

—То чего не сделал ты, оказался рядом. Ответил спокойно Эд.

Мы с Селестией понимаем друг-друга.

—Она не знает кто ты!

—Сириус, она меня хорошо знает. С ухмылкой ответил Эд, но в глазах вспыхивает холодное пламя.

—Сириус делает шаг вперёд, сжав кулаки.

— С: Это пока. Но однажды она увидит, что за тобой только тень, и пустота.

— Эдмунд криво усмехается, наклоняя голову чуть вбок.

— Э: Лучше быть честной тенью,чем всю жизнь прятаться за фальшивым светом.

— Между ними — напряжённая тишина. Слышен только ветер, шевелящий ветви над головой.

— Сириус хрипло выдыхает и отступает.

— С: Ты её сломаешь, Эд. Она слишком светла и добра для тебя.

Эдмунд смотрит ему вслед.
Э: Или, может, именно она меня спасёт.