Глава 21
— Дазай-сан, тебе не кажется странным, что несмотря на все ваши слова, мне так и не грозила серьёзная опасность. — спросила Нэоко у идущего впереди детектива.
— О чем ты?
— Ну, кроме слежки… Мне никто не пытался похитить или убить.
— Сложно напасть, когда рядом находится такая прелесть как я. — повернувшись лицом к девушке он улыбнулся. Будь они героями японской анимации, вокруг него заблестели бы звёзды. — Если ты боишься, то уверяю, все будет хорошо. Нет, даже лучше чем хорошо.
— Спасибо, что взялись за мою охра…
— Ты уже говорила это. — перебил её Осаму. — Можно задать один вопрос?
Нэоко кивнула.
— Тот захват офиса, как ты догадалась до этого? — девушка нервно сглотнула, выдавая себя Дазаю.
— Так же как и Маико. — отвертелась Нэоко, но заметив недоверие в глазах шатена заявила. — Если и дальше будешь пытаться меня подловить на каждом слове, я вообще перестану разговаривать.
— Знаешь, а мне нечего тебе сказать. — Дазай остановился и слегка задрав кучерявую голову, посмотрел на ясное, безоблачное небо. — Ты слишком простая. Смотря на остальных, я, можно сказать, вижу их характер. Не будет для тебя секретом, у меня было много возлюбленных и каждая имела нечто отличающее её от остальных. Однако ты настолько обычная, что кажешься пустой.
— А что плохого в простоте? — она слегка наклонила голову, словно подчёркивая свою заинтересованность. — Спокойная размеренная жизнь куда уж лучше… Ну допустим, чем быть дочерью якудзы, который хочет сделать тебя наследницей.
— Интересный пример.
— Других не знаем. — Нэоко окинула его серьёзным взглядом. — Знаешь, ты первый кто назвал меня скучной. Не уверена, но думаю, что это из-за твоего образа жизни. Быть одним из работников ВДА наверное очень сложно, но и увлекательно судя по сегодняшнему. В добавок все эти попытки умереть… С чего ты решил, что смерть решит твои проблемы?
— Я так не говорил.
— Но думал же? Такое нельзя говорить, но я терпеть не могу самоубийц. Никогда не понимала, что ими движет. Буду честна, в моей жизни было куда больше дерьма чем в жизни простого человека. Но я ни разу не задумывалась о смерти. Никто не достоин её.
Будь Нэоко слепой, Дазай шёл бы рядом и записывал сказанное ею в блокнот. Но её травянистые глаза смотрели прямо на него и Осаму приходилось запоминать все нужные для раскрытия дела пункты.
— Даже самые отбитые твари?
— Даже они. Наверное ты слышал, что все мы рождаемся чистыми, как белый лист, а жизнь уже сама настраивает наш характер и привычки.
— Значит убийцы заслуживают прощения?
— Мне хотелось бы ответить — да, но думаю это неправильно.
— Нормы морали та ещё дрянь. — Осаму легко ухмыльнулся. — Тебе могут не дать выбора, но после обернуть все так, что ты окажешься чернее ночи.
Тут Нэоко почувствовала, что нечто искрящее, как будто по ранее перерезанному проводу провели ток, забушевало внутри. Искорки задевали сердце отзываясь в нем колющей болью. Она попыталась убедить нутро, что это просто слова, что они взяты с воздуха, но сама же понимала, что нашла человека, который сможет понять её. Или нет? Она не подумала, что Осаму лишь врёт, дабы получить больше информации про неё. Выводы было делать рано, но Нэоко, поглощенная идеей того, что наконец встретила такого человека была уже готова хоть отправиться в прошлое и найти его как можно раньше.
— Так тебе это зна-а-акомо. — словно прочитав мысли сказал Дазай. Нэоко опешила.
— С чего ты взял?
— Думаю, будь это твои слова, у меня было бы такое же выражение.
Нэоко не знала, что ответить ему. Но жизнь, словно сама желая избежать неловкую паузу, подкинула девушке подбежавшую к ней собаку.
Небольшой сиба-ину вертя хвостом начал задорно лаять на Нэоко зовя ту играть. Хозяина рыжей собачонки поблизости не было, но на шее красовался чёрный ошейник с кличкой. «Кумо» — гласила надпись.
Девушка улыбнулась присев к собаке.
— Осторожней, она может кусаться. — вбросил Осаму. Он не испытывал сильного отвращения к «лучшим друзьям человека», однако со стопроцентной уверенностью выбрал бы кошек.
— Ты что собак боишься? — спросила Нэоко трепя ту за ухом.
— Нет, они мне просто не нравятся.
— Почему? Они же такие преданные и милые.
— В этом вся проблема, они слишком преданные.
— Если для тебя преданность равносильна привязанности, то ты потерял кого-то. — словно детектив или психолог заключила девушка.
— С чего такие доводы?
— Это фраза из книги. — Нэоко запрокинула голову к стоящему позади неё Дазаю и показала язык. Неожиданно Кумо решил, что той не стоит уделять внимание громадному, перебинтованному пуделю и вскочил на девушку. Она от неожиданности потеряла равновесие и упала прямо под ноги детективу.
— Кумо! Фу! — послышалось издалека. В начале улицы стояла запыхавшаяся девочка. Она пробудив второе дыхание кинулась к своему питомцу держа наготове поводок. Собачка же, забыв про Нэоко побежала к той навстречу.
— Не ушиблась? — спросил Дазай без спросу хватая черноволосую за руку. Она сразу же попыталась вырваться чем удивила детектива.
— Я сама. — отрезала Нэоко наконец избавившись от руки Осаму.
Встав она сразу же посмотрела на запятнанную прикосновением руку. В тоже время к ним подбежала та самая девочка ведя с собой на поводке Кумо.
— Спасибо вам! — она поклонилась.
— Не за что. — ответил Дазай. — В другой раз, следи за этим пушистым монстром получше.
— Хорошо, ещё раз спасибо. До свидания! — в спешке попрощалась она и словно опаздывая, не давая себе время на передышку побежала обратно.
— Одной шумной проблемой меньше. — он внимательно присмотрелся к помрачневшей Нэоко. Лицо замерло, как и остальное тело, но выделялись слегка трясущиеся колени. — Ты испугалась?
— Н… Нет… Нет… Все в порядке. — невнятно пробормотала девушка сама не понимая что говорит. Будь она сейчас честна с Дазаем, Нэоко сказала, что все её тело пылает, покрывается мурашками, каменеет и почти готово ращепиться на атомы.
— Тогда позволишь помочь тебе встать? — детектив уже целенаправленно задал этот вопрос. Не имея цели разоблачить, лишь помочь.
— Сказала же, сама справлюсь. — её голос слегка вис, как старый компьютер. Но Нэоко понимая подозрения шатена поднялась с асфальта.
— Ну всё-таки, — не унимался Дазай. — У тебя ссадина, дай посмотреть.
Это уже было дело принципа. Осаму пусть и не очень прилежный работник, но если он до сих пор является представителем сил ВДА, то на то должна быть веская причина. Парня очень заинтересовала явная боязнь прикосновений у девушки. Это могло послужить отличной зацепкой.
— Нет! Прошу, не трогай меня! — крик заставил его остановиться. Несмотря на всё. Мафия, убийства, да и просто наплевательское отношение к жизни. Осаму оставался джентльменом, а Нэоко не была пойманной за своими делами преступницей. Возможно с её именем и связано что-то настолько ужасное, что та пытается скрывать всю возможную информацию о себе. Если этот вариант верен, скрывается она ужасно. — Я всё расскажу!
Травянистые глаза заполнились слезами. Руки, что девушка бережёт словно от этого зависит её жизнь, машинально принялись убирать признаки слабости с лица.
— Эй, тише, тише. — попытался успокоить её Дазай. Но Нэоко будто не обращала на него внимания, лишь тряслась, не смотря на тёплую погоду на улице и роняла слезы. — Э… Можно обнять тебя? Это помогает куда лучше слов. Клянусь, я не сделаю ничего плохого.
В подтверждение своих слов, парень поднял руки ладонями к Нэоко и добродушно улыбнулся.
Ошеломленная услышанным девушка слегка приоткрыла заплаканные глаза. Её голова слегка дернулась от чего было не совсем ясно, согласна она или просто дрожит. Несмотря на этот невразумительный ответ, Дазай заключил брюнетку в объятия.
***
— Нет, Коля не уходи! — Аризу откинула кудрявую голову в сторону почти скрывшегося за дверью Николая. Тот же в свою очередь хотел ответить ей что-то, но не смог из-за холодного тона Достоевского.
— Николай Васильевич. — краткий взгляд быстро дал понять, что слова будут излишне. Оставалось только помахать на прощание и покинуть столовую.
Достоевский дождался полного исчезновения Гоголя и лишь тогда обратился к Аризу:
— Как ты?
— Что? — не поверила услышанному девушка. Ей было невдомёк, с чего это Фёдор решил узнать о её состоянии. Но тут же осознала, что тот скорее всего интересуется прогрессом задания. — Все пошло не так как должно было и…
— Я спросил как ты, — он специально сделал ударение на обращении — а не как твои успехи.
Попутно Достоевский что-то искал в стоящем позади девушки комоде.
— Все хорошо. — соврала Аризу. Её до сих пор не покидала тревога, всё-таки это слишком странное поведение даже для самого загадочного человека в её жизни.
— Тогда, что с твоими руками? — это была не заинтересованность, Фёдор знал Аризу, потому знал, что могло произойти.
— Да так, ничего особенного. — отмахнулась Аризу. — Да что ты там ищешь? Мне же интересно.
— Но всё-таки, — проигнорировал её вопрос паарень. — Тебе больше не стоит так делать. Не хочу чтобы твоё тело заполняли раны нанесённые не мной.
Аризу промолчала. Фёдор определённо вёл себя ужасно странно. И это, вызывало колющие кожу и вызывающие на ней мурашки, воспоминания.
Достоевский наконец нашёл то, что ему требовалось. Подойдя к середине стола, Фёдор, несмотря на Аризу, поднёс зажигалку компании «Zippo» к ранее не замеченному ею подсвечнику.
— А разве люстра не надёжнее? — ещё больше заволновалась Аризу. — Свечи могут погаснуть. От неловких движений там…
— Ох, лишний повод побыть послушной. — металлическая крышка откинулась назад и маленький огонек соприкоснулся с фитилем. — Пока можешь рассказать о своих успехах. Ну, или, что более вероятно, о своих промахах.
— Теперь я даже сомневаюсь, а стоит ли вообще что-то говорить. — намекая на уже полностью горящее сборище свечей, сказала Аризу.
— Что такое, ты же так любила огонь. Кто говорил мне, что умереть объятым пламенем, хоть и больно, но не так уж и плохо?
— Огонь и вправду красивый, но не в руках человека, помнющего сказанное десять лет назад. — зажигалка счолкнула, скрывая алый танец.
— Как прекрасно, Ризу, ты сама подвела меня к теме нашего сегодняшнего разговора.
Парень подошёл к единственному освещающему комнату окну. Свет за ним уже мерк из-за «падающего» солнца, давая понять, что дело близится к вечеру. Фёдор зашторил его. И как только дваа куска плотной ткани сомкнулись воедино, комнату окутала темнота. Всё, кроме стола потеряло свою детальность став лишь мутным, тёмным фоном.
— У меня мало времени. — заявила Аризу пытаясь высунуть руки из плотно налегающей на них верёвки. Та, в свою очередь не спешила поддаваться, лишь натирала бледную кожу грозя пустить кровь. — Осаму подозревает меня. Теперь я живу в его квартире, а он вместе с Нэоко. Я пыталась отговорить их. Честно! Это и есть те проблемы… Уверенна, он уже установил у себя камеры и будет следить за мной.
— Ты права, это во многом усложняет задачу. Но что-то подсказывает мне, что ты бы давно была мертва если… — Достоевский сделал паузу. — Как думаешь, Ризу, дело в везении или твоей способности?
Фёдор, улыбаясь потянулся за стоящими возле Аризу такояки. Взяв одну он, словно заботливая мать, поднёс её ко рту девушки. Она, отвернулась и еда попала мимо пачка щеку.
— А ты как всегда не голодна. — в его голосе была явная издёвка.
— На что ты намекал говоря про моё везение и способность?
— Ха-ха, я подумал, что глупо заставлять тебя делать то, исход чего не ясен. Тем более, находясь в неведении ты всё больше и больше захочешь примкнуть к Дазаю.
Достоевский наклонился к Аризу. Девушка же, попыталась как можно дальше отстраниться и вжалась в стул. Он аккуратно, словно в замедленной съёмке приблизился к её лицу и кончиком языка слизнул остатки соуса. Аризу просто что-то невнятно промычала замерев от шока.
— И вот когда ты молчишь, — Достоевский отстранился от девушки и не поправляя почти упавшую на глаза ушанку продолжил. — Я смогу поведать тебе о своём плане.
Его глаза дьявольски блеснули.
— Наслаждайся.
_________________
Думаю, я пропаду на некоторое время (не больше 3 недель). Так что заранее хочу извиниться😖
Благодарю за прочтение!
_________________